Контрабандист Сталина Книга 5 [СИ]

– Вот даже так – задумчиво сказал Сталин. Потом пошел и сделал пометку, и только после начал выбивать потухшую трубку.

– На мой взгляд, вам на Балтике надо небольшие, но быстрые авианосцы с мощным противовоздушным вооружением. Самолётов на 20–25 не больше. А на берегу держать дополнительный штат лётчиков. Англичане тренируют своих лётчиков, сначала на земле построив макет авианосца. Кроме этого проводятся медицинские исследования, вводится специальная форма и средства спасения. Так же англичане разрабатывают и какой-то препарат-стимулятор под названием «бензедрин». Немцы и французы тоже что-то делают. Но точно мне узнать не удалось – подсматриваю название в своем блокноте.

– Мы знаем. В их основе лежат наркотики. Нам это не подходит – удивил меня Ворошилов.

– Сделайте стимулятор на травах и выжимках животных. Военным в экстремальных условиях он просто необходим – оказывается, коммунисты следили за многими новинками. Скорее всего, неправильно расставляли приоритеты… ну и нехватка денег на все проекты.

– Мы подумаем – опередил всех Сталин. – Дальше.

– Пять-шесть новых эсминцев, которые будут, равняются легким крейсерам прошлой войны или чуть лучше. Небольшие подводные лодки. И много разной мелочи, такой как минные тральщики, сторожевые корабли и катера и разные десантные суда.

– А линкоры? А тяжёлые крейсера? – удивился Сталин.

– А вы вспомните опыт предыдущей войны, много русские дредноуты и другие крупные корабли тогда навоевали? Когда захватите острова, то пушки из дредноутов я бы лучше использовал для их обороны и обороны вашего Санкт…Ленинграда. Есть пословица – хочешь разорить страну, подари ей дредноут – вспомнил я любовь Сталина к большим калибрам.

– А как же торпедные катера? – вдруг встрепенулся Ворошилов.

– Вы это об этой атаке англичан на вас в 1919 году – перелистовав свой блокнот, нахожу дату. – Так вот глиссирующие минные катера для действий на море признаны всеми странами ошибочными, из-за плохой мореходности. Максимум что они могут, это держать три балла. Поэтому все страны перешли к проектированию и строительству мореходных килевых торпедных катеров. Американский опыт борьбы с морскими бутлегерами показал превосходство килевых катеров над реданными. Там эти «гонки» продолжаются с 1921 года. Обратите внимание на катера фирм «Элко» и «Люрсен». Особо обратите внимание, что в связи с авианосцами происходят изменения в тактике ведения боевых действий[10].

– Так почему же англичане продолжают строить большие военные корабли? – после того как записал названия фирм обратился ко мне Сталин.

– Нельзя быть сильным везде. Этого не может позволить себе ни одна страна. У вас основные военные действия происходят на суше, у англичан и американцев на воде. Мало того вспомните восстание немецкого флота в 1919 году в Скапа-Флоу. Это блестящая операция английских спецслужб – поясняю я.

– Как так? – удивился Будённый.

– А так. Немецкий военный флот ни англичанам, ни американцам был не нужен. Приносил лишь одни убытки. Они использовали не очень умных патриотических немецких офицеров, и часть предателей. Устроили восстание. Затопили корабли. Зато англичане за это забрали у Германии почти весь её торговый флот. Как вам такое? А те корабли, которые затопили, были намного современнее имеющиеся сейчас у вас – поясняю я.

– И что вы предлагаете нам сделать с нашими линкорами? Разобрать? – усмехнулся Сталин.

– Ни в коем случае. Часть вооружения и оборудования использовать, а корпуса впоследствии продать японцам – этим ответом озадачил всех.

Дальше все замолчали. Не знаю, о чём думали Сталин и Кº, а я наслаждался едой.

– Продолжайте – Сталин. Не знаю, как с другими, но со мной Сталин всегда был вежливым. Никогда не повышал голоса, лишь только иногда ругался по-грузински «себе в усы».

– Ну, с англичанами вам надо договариваться о мире и самое главное о торговле. Я посмотрел, что ваш товарооборот за последнее время упал чуть ли не в три раза – отвечаю Сталину.

– Почему ты всегда всё переводишь на деньги? – тут же влезает Ворошилов.

– Да потому что без хорошей экономики не существует государства – полу оборачиваюсь к нему.

– Да прикончим мы всех богатеев, и государств не будет – чуть ли не как на митинге отвечает мне пафосно.

– Государства будут всегда, в той или иной степени, пока есть люди – усмехаюсь и качаю головой.

– Это ещё почему? – не верит мне Климент Ефремович.

– Потому что человек хищник. И от того насколько сильный вожак и сильная его стая, на столько они и могут контролировать свою территорию. Потому, что они кормятся с этой территории, и ничего вы против природы сделать не можете. Как у волков – отвечаю ему.

– А вы в этом уверенны? – влез в наш спор Сталин.

– Уверен. Даже деревья в почву выпускают химические вещества, чтобы рядом жили деревья одного с ними вида – «добиваю» их информацией.

– Не может быть? – крайне удивился Будённый.

– Как вы знаете, в Древней Греции в своё время очень много разных философов создали трактатов про устройства государства. Большая их часть, к великому моему сожалению, находится в английских частных коллекциях и архивах Ватикана. Но об одном опыте я вам расскажу. В далекие времена решили проверить устройство общества…на мышах. Создали все условия, взяли одинаковых мышей… – начинаю рассказывать я.

– А почему мышей? У них ведь мозга нет – перебил меня Ворошилов.

– Всё у них есть и организация тоже, ну может не такая сложная, как у людей – отпил глоток вина, так как пересохло горло постоянно спорить с Ворошиловым.

– Очень интересно. Продолжайте – Сталин похоже тоже заинтересовался.

Дальше я рассказываю, без дат и названия ученого соответственно, как в 1968 году ученый-этолог Джон Кэлхун, на базе Американского национального института психического здоровья, поставил впечатляющий эксперимент. Кэлхун, провел аналогию социума мышей с человеческим обществом и на этом сходстве попытался предсказать будущее для всего человечества. Для этого ученый создал, так называемый «рай» для белых мышей и что из этого в конечном итоге вышло.

– Да не может такого быть. Ты все нам врешь – настолько поразили Ворошилова результаты будущего эксперимента.

– Проверите сами. У вас для этого есть всемирно известный учёный Павлов – отвечаю ему.

– И всё-таки давайте вернёмся к Англии – Сталин. Но вижу, что и его потряс мой рассказ.

– Не так давно Ллойд Джордж произнёс свою знаменитую фразу: "Торговать можно и с людоедами". В этом есть вся политика Англии. А наладить отношения спокойно сможете через вашего Литвинова, который очень давно работает на Ротшильдов и английские спецслужбы[11].

– Там сможете ещё купить оборудование для производства угольных машин, пароходы и другие станки – думаю, хватит им про Англию. И вообще я домой хочу. Пора и отдохнуть…от таких дискуссий.

Смотрю, что и мои собеседники тоже устали. Слишком много информации, которой они не ожидали, я им преподнёс. Так что буквально через пятнадцать минут я стали прощаться. Сам ужин мне понравился намного больше прошлого раза. И посуда, и сервировка стола, конечно, не дотягивали до французских ресторанов, но уже и не пролетарский аскетизм. Не зря писали, что Власик очень сильно повлиял в этом на Сталина.

– Посмотрите эту информацию. Меня интересует ваше мнение – в конце Сталин сунул мне несколько листов с текстом. Забрав на выходе своё оружие, и сев в машину Будённого я отправился домой.

Глава 6

Разговор через десять минут после моего отъезда.

– Нет. Ну, каков наглец. Коба чего ты его постоянно слушаешь – стал возмущаться Ворошилов.

– Врага надо знать в лицо. А умного, тем более. Но во многом он всё же прав. Даже с Муссолини не сильно ошибся. Это мы ошиблись, упустили его – спокойно ответил Сталин, немного с изумлением смотря на взбесившегося Ворошилова.

(В начале 20-х годов на встрече с итальянскими социалистами и коммунистами, сторонниками Амадео Бордига, В. Ленин так и сказал: "Муссолини – это смелый человек и прекрасный лидер. Жаль, что вы упустили его. Он привел бы вас к победе…" Ленин восхищался Бенито Муссолини не просто как политическим союзником, единомышленником, а именно как решительным человеком, даже когда тот отказался от близких Ленину идеалов. – истор. Справка)

– Так давай зашлём грека к итальянцам. Они тоже выпускают неплохую технику – вдруг предложил Будённый и подкрутил усы.

– А что. Правильно – с ухмылкой поддержал Сталин.

– Ну… знаете – зло Ворошилов.

– Так Семён, раз Клим так настроен… – начал Сталин.

– Да он нас всех коммунистов, постоянно какими-то негодяями считает – перебил его никак не успокаивающийся Ворошилов.

– Успокойся Клим. Он только с нами так говорит. Потоцкий мне докладывал, что никаких контрреволюционных разговоров и агитаций он не ведёт. Так подтрунивает над нашими недостатками. Но это мы и сами знаем. Учись аргументированно противостоять ему. Он такой не один… хотя очень и умный… зараза. Посоветуйся с женой, она у тебя теорию коммунизма наизусть помнит… А главное он привозит разную технику и рассказывает слабые и сильные её стороны… и достаточно честен… хотя… и наглец – спокойно проговаривал слова Сталин, с остановками, успокаивая своего самого преданного сторонника. – Так продолжу. Семён свози его завтра, пусть посмотрит наши новые самолёты. Внимательно слушай что скажет, сам знаешь, как мы в этом отстаем и не знаем, что нам надо закупать.

– Конечно, отстаём. Делаем самолёты, а они падают. А потом выясняется, что двигатели и детали закупили бракованные – Будённый. Это особенно касалось списанных американских моторов «Либерти», под видом новых, и деталей от «Юнкерса».

– Да перспективные моторы Райт мы тоже отклонили. А какие бы устроили двигатели наших летчиков и конструкторов я так внятно добиться от них и не могу. Совсем не ответственно подходят наши товарищи. Но то, что так дальше продолжаться не может… это точно – поставил точку в сегодняшнем разговоре о делах Сталин. Слишком уж все устали, да и вина выпили немало…под отличное мясо.

* * *

На следующий день после завтрака я засел в беседке с чашкой кофе, чтобы разобраться, что за документы мне вручил Сталин перед отъездом. С первым под номером № 107 Директивы Наркомторга СССР о торговых взаимоотношениях СССР с САСШ от 8 февраля 1928 года я разобрался довольно быстро, делая пометки. Сделал вывод, что коммунисты торговать или не умеют или кто специально толкает сырьё в САСШ и имеет там свой нехилый процент. Обсудим. А то такая тенденция сохранится сто лет, если её сейчас не разрушить.

А вот второй документ привёл меня в недоумение. Речь шла об организации спасения дирижабля «Италия». Только через час я понял, что Сталин раздумывает, так как бюджет страны и так «трещит по швам», как минимизировать потери. К сожалению, в советской прессе поднялась «огромная волна» о помощи пострадавшим и Сталину хочешь, не хочешь, а придётся организовывать спасительную экспедицию[12]. Надеется, что я что-нибудь подскажу? Ну и чтобы такого придумать?

К моему сожалению, как только снять какой-нибудь большой документальный фильм в стиле Голливуда на разных языках, на больше моей фантазии тут не хватило. Обдумав ещё раз, я вспомнил, что в прошлое посещение СССР читал книгу «Земля Санникова» и смотрел советский фильм, где мне очень понравилась песня «Есть только миг». Остается только попробовать убедить Сталина создать сейчас свой Голливуд. Заодно направить всяких писак на работу по созданию сценариев фильмов, а то такую фигну в прессе пишут, что читать противно.

Только я закончил более-менее обдумывать, как это донести до Сталина, как услышал во дворе ржание коней и бас Буденного, который искал меня. Чёрт…а было так хорошо: тёплое утро, зелень кругом, нет вибрации от транспорта. Отдохнул, называется. Встаю и иду к воротам дома.

– Пулемётная тачанка, все четыре колеса – только и вырвалась у меня, обойдя дом и увидев это. У меня во дворе расположилась тёмно-зелёная тачанка с пулемётом Максима, запряжённая четырьмя великолепными гнедыми конями. Возницей неизвестный мне парень в будёновке, за пулемётом неизменный ординарец Будённого Чибурданидзе. Сам Семён Михайлович в новой форме встал на переднее сиденье и чуть ли не в позе Ленина на броневике, чуть придерживая шашку, и громогласно зовёт меня.

– Сакис, где ты прячешься? – осталось добавить «подлый трус, выходи» – поехали смотреть наши самолёты. Вот прокачу на новой тачанке. Мы собираемся такие принять на вооружение.

– Такие? – теперь понятно, почему СССР оказался не готов к будущей войне. Потому, что у этих генералов, прежде всего мозги были не готовы к современной войне, а расплатилось за это население и простые солдаты. Генералы, видите ли, готовились по типу своей – гражданской войны. Да сколько раз им напоминать, чтобы хотя бы пересмотрели факты и вооружение, используемое на западном фронте[13].

Иду к себе, переодеваюсь в военную форму и захватываю кроме неизменного портфеля большую подушку. Как-то не впечатлили меня рессоры и сиденья у этой тачанки. Тут в нормальных сегодняшних машинах трясёт немилосердно, а в этой с деревянными колёсами, оббитые железом телеге так тем более будет трясти.

– Семён Михайлович, а вы статистику по использованию лошадей в последних войнах смотрели? – начал я разговор, как только мы отъехали от дома. Почему-то у нас изобретение тачанки приписывают батьки Махно, хотя это в корне не верно. Первые разные повозки появились в США, как только изобрели систему Гатлинга. Так же американцы первые переставили пулемёт на мотоцикл с коляской, ещё в конце девятнадцатого века. Пулеметные двуколки применялись и ранее (в частности, русской армией в период Первой мировой войны), но использовались преимущественно для транспортировки пулеметного оружия. Польские тачанки – это разнообразные брички и дрожки, часто на двух колесах и без рессор.

– На что ты намекаете? – Будённый, устраиваясь поудобнее, и с завистью смотрит на мою подушку, на которой я сижу.

– Если взять статистику современной войны, будемсчитать с англо-бурской войны, то количество погибших лошадей на одного человека с каждым годом только увеличивалась. В англо-бурской войне примерно один к десяти и Англия вынуждена была закупать лошадей по всему свету. В других конфликтах ещё больше. А ведь лошадь надо лет пять растить для военных действий. Это же какая нагрузка на экономику страны – и смотрю на него.

– Это ты намекаешь, что с тачанкой мы опять опоздали – достаточно уже хорошо изучил мою манеру ведения разговора Будённый.

– Я думаю… да – отвечаю немного с паузами, чтобы не было слишком подозрительно.

– И что ты предлагаешь? – и жалостливо так посмотрел на коней.

– Я в Африке у французов видел самодельную технику, очень понравилась. Думаю, вам место тачанок будет самое то – и рассказываю ему о военном багги двадцать первого века.

– Необычно. Я подумаю. Может ты и сам нам такую мотоповозку сделаешь? Ты же хороший инженер – предлагает мне Будённый.

– Сдавайте мне в аренду Миусский полуостров и получите тогда много разного – делаю предложение. Как говорят, вода камень точит, так и я по капле склоняю руководителей к нужному мне решению.

– Да я бы тебе сдал. Да остальные бояться, что оттуда будет начата новая интервенция. Ты же обязательно военное соединение создавать будешь – покрутил ус Будённый.

– Никакой интервенции не будет. Мне это крайне не выгодно… Вы знаете, для чего в своё время возникло пиратство на Карибских островах? – хмыкнул я.

–? – удивленно посмотрел на меня Будённый.

– Это в основном это были наёмники Англии, которые не только сбывали награбленный товар в Англию по дешёвке, но и выполняли разные военные операции в интересах Англии. Но официально Англия была там, как бы не причём и всё отрицала. Понимаете, о чём я говорю? – и хитро так смотрю на него.

– И ты тоже хочешь… – улыбнулся Будённый.

– А почему нет – и тут же ухватился сильнее за борт подпрыгнувшей на камне тачанке. Херня эта полная. Не хочу. Пусть сами на ней скачут.

– Но это может вызвать войну – не уверенно, но так же ухватившись за другой борт Буденный.

– А у вас и так впереди очень много разных конфликтов – махнул я рукой, которую убрал от борта, так как тачанка поехала спокойнее.

– Даже так. А почему не рассказал? – и слышим, как адъютант распекает возницу за такую езду.

– Да не успел всё за одну встречу – отвечаю Семену Михайловичу.

Дальше до Центрального аэродрома на Ходынском поле мы проехали молча, каждый думая о своём. Предварительный показ техники проходил в стороне от деревянного здания центрального аэровокзала. Завтра сюда должна приехать правительственная комиссия, а Будённый должен проконтролировать сегодня всё и доложить о готовности…или не готовности.

Посмотрел на эти для меня раритеты. Посмотрел, как летают, правда, не все модели, ТБ-1 не летал. Послушал инженеров и лётчиков и молча сел в тачанку. Единственное, что не понял, так это зачем на самолёте У-2 лётчики-испытатели крутили высший пилотаж перед Будённым. Хотя сам самолёт несколько не такой как в моей истории. Привезённый мной английский «мотылёк» явно оказал влияние на конструкцию У-2 в лучшую сторону. Так же на одном экземпляре стоял впереди пулемёт с синхронизатором. А это уже настоящий ПО-2 в лучшей версии.

Инфраструктура аэродрома тоже удручала, как и в моем понятии бардак. Отсутствие нормальных ангаров, столов, лавок, инструментов, да что там, нормальных туалетов не было. Всё делали «на коленке». Критиковать здесь и сейчас не имеет смысла. Именно на эту тему надо разговаривать со Сталиным.

– Что смурной – пихнул меня в бок Будённый. – Не понравилось?

– Нет – честно ответил я.

– А почему? – тут же насторожился Будённый.

– А потому что ваши инженеры и пилоты слишком восторженно отзываются о своих самолётах, абсолютно не интересуясь, что происходит за границей. А то, что вы отстаёте, лет на десять…как минимум они и не думают. Бредят какими-то рекордами и перелётами. Вот зачем это вам? А об удобстве лётчиков и пассажиров инженера имеют вообще смутное представление. Даже туалета нормального на поле нет. Так будущую войну вы не выиграете. Вот я и думаю, может я зря с вами связался? – грустно вздыхаю я.

– Ты это… давай не спеши. Поехали к тебе, объяснишь мне про свой пулемётвоз – почесал нос, а потом поправил усы тут де погрустневший Будённый.

– Вы сначала должны решить, возглавите или нет фронтовую разведку? Вот тогда и будет смысл разговаривать… – Сначала научитесь лучше строить вардо[14], вместо ваших…тачанок. Толку больше будет – после продолжительного спора я перешёл я на другую тему. – Вы знаете, почему зачастую раньше заканчивались войны?…

* * *

Следующий день. Кремль. Заседание расширенной комиссии.

Перед тем как смотреть достижения отечественной авиапромышленности решили провести расширенное заседание. Уж очень много накопилось разных вопросов, и надо было срочно принимать по ним какие-либо решение. Обострилась и борьба между правыми и Сталиным и Кº, сразу после разгрома троцкистов.

Схватка продолжалось уже час, но Сталин пока только слушал, не вступая в дискуссию. Увы, но его сторонники проигрывали. Им часто не хватало компетенции и конкретики.

– Мы всё понимаем, что тяжёлое положение в стране, но нельзя так резко менять планы. А с американцами? Мы ведь уже согласовали наши поставки сырья и продукции… А тут вы со своими предложениями. И теперь надо абсолютно всё менять. Как так можно? А где я тогда вам возьму деньги в бюджет? У нас и так дефицит почти в полтора миллиарда[15] – гневно Рыков. Это стали чуть ли не дежурные выражения председателя Совнаркома СССР на каждом заседании. – Отменили контракт с Фордом, тогда давайте заключим контракт с «Дженерал Моторс» модели «Шевроле». Они предложили продажу технической документации и лицензии на выпуск шевроле из поставляемых в кредит авточастей – двенадцать с половиной тысяч машин в год.

– Правильно. А то стыдоба. С нашими двенадцатью тысячами машин в стране на сегодняшний день, мы на сороковом месте в мире. А в САСШ их почти двадцать пять миллионов – поддержал Оболенский Рыкова.

– Американцы не всегда честно выполняют контракт. Да и мы только заключили в прошлом году контракт с фирмой «Геркулес» на поставку оборудования, двигателей, запчастей и инструментов. Плюс большой контракт с чешскими автомобильными фирмами. Скоро так же договоримся и со шведами. Триста двигателей уже купили – отбивается от насевших Куйбышев.

– Всё это потому товарищи, что мир очень быстро меняется. А наши ответственные работники плохо работают за рубежом. Обратите на это внимание, товарищ Томский. Так же товарищ Уборевич. Разберитесь с военными атташе, они нам поставляют очень устаревшую информацию – тихо с места произнёс Сталин.

После продолжительных споров Сталину и Кº пришлось уступить в некоторых экономических вопросах. Зато он настоял на частичном закрытии «эстонского окна» стараясь не задеть интересы ОГПУ, в ужесточении проверок вывозимых товаров в связи с расследованием дел Ягоды и Петерса. Уже арестовано более сорока человек, но следствие продолжается. Сталин ещё раз убедился в правоте грека, что многие его товарищи кто долго жил за рубежом, отстаивают далеко не интересы СССР. «Надо бы получше поинтересоваться их зарубежными счетами, заодно и бюджет поправим. А золото мы и мелкими партиями переправим через грека, когда надо будет» – дал себе зарок генсек.

– Давайте обсудим вопрос. Что мы будем делать с нашими товарищами, кто запутался и кого обманул Троцкий? Нельзя же их вечно держать под арестом – Осип Пятницкий. Сейчас он курировал кадровую политику при назначении советских чиновников.