Адмирал Империи 9 [СИ]

Шум боя постепенно стихал в ушах капитана-командора Романовой, оставаясь где-то далеко позади. Подхваченная с двух сторон металлическими руками здоровенных американских спецназовцев, быстро несущих ее в неизвестном направлении, Таисия Константиновна, придя в себя после контузии от «холостого» выстрела в голову, пыталась осознать происходящее.

«Неизвестное направление» было сильно сказано. Конечно же, княжна знала, куда ее волокут. Маршрут был один — либо к десантным шаттлам, либо к месту стыковки одного из американских кораблей, плотно державших сейчас ее «Одинокий» магнитными тросами. Этот ублюдочный, но чертовски хитрый, несмотря на то, что безрукий — Илайя Джонс-младший видимо захотел не просто отправить на тот свет дочь императора Российской Империи — он у себе захотел заиметь игрушку высоких кровей…

— Молодец Илайя, хороший ход, необычный и дерзкий, — проносилось в голове Таисии. — А я-то думала, почему к моему «Одинокому» такое большое внимание! Джонс собрал и бросил на захват крейсера все до единой свои штурмовые команды. Американцы продвигались и зачищали «Одинокий» несмотря на страшные потери. Для чего? А вот для чего. Илайе, оказывается, именно я нужна была! Только вот каким образом он хотел меня использовать? Что ж, видимо, скоро я это узнаю…

Таисия попыталась вырваться, напрягая мускулы и посылая импульсные сигналы датчикам своего бронескафандра. Ничего не получилось, «янки» знали свое дело, предварительно деактивировав броню княжны, чтобы та не вычудила чего-либо подобного. Двое штурмовиков, волочащих Таисию Константиновну на руках по полу, не обратили на ее жалкие попытки освободиться ни малейшего внимания.

У княжны даже слезы показались на глазах, такой беззащитной и одинокой ощутила она себя сейчас. Никто не мог прийти ей на помощь, Дорохов, скорее всего уже так и не выбреется из-под бронещита, сгорев заживо в пламени огнеметных взрывов, Полина тяжело ранена, Наэма со сто процентной долей вероятности погибла в неравном бою с истребителями Джонса… Васильков еще раньше пропал неизвестно где, и встретятся ли когда-нибудь они еще? Никого из друзей не осталось рядом с Таисией…

Неожиданно в конце коридора княжна заметила некое движение, похожее на очень быстрые карды фильма. Зрение Таси окончательно еще не восстановилось после контузии от попадания пули по шлему, поэтому она поначалу не смогла разглядеть, что же это было. Однако буквально через пару секунд, когда неизвестный объект приблизился, капитан-командор вскрикнула от радости, удивления, а затем, и восхищения…

Это был человек, вернее фигура, похожая на человеческую… Да, Тася не ошиблась, перед ней и американцами стояла Алекса… Но очень необычно выглядевшая. Раньше капитан-командор видела данного робота, облаченного в форму офицера космофлота Российской Империи, а сейчас… Сейчас можно так сказать, что на Алексе не было ничего, кроме легкого комбинезона, практически не прикрывающего ее великолепно сложенного тела…

Девушка-андроид молниеносно и при этом очень плавно приблизилась к группе, и каждое ее движение было грациозно как в балете. Таисия невольно засмотрелась на эту красоту. Изящные конечности робота двигались с такой легкостью, будто они были сделаны из перьев лебедя. Но вот в мгновение ока они превратились в смертоносное оружие, обрушившись на врага с неумолимой, разрушительной силой…

Какая-то секунда и Алекса уже стояла на пути первого штурмовика, одного из шедших в авангарде, несколько впереди основного отряда. Андроид взяла несчастного, ничего не успевшего понять спецназовца, за грудные пластины бронескафандра и легко подняла в воздух. Штурмовик попытался вырваться, но безуспешно. Алекса со страшной силой швырнула его в сторону, солдат с размаху влетел в стену, так что казалось, хрустнул эндоскелет его брони. Второй штурмовик, его напарник, оказавшийся в двух шагах рядом, попытался направить винтовку в сторону робота, но Алекса мгновенно метнулась к нему, схватила за шейные пластины и тоже отбросила солдата в сторону…

На время оставив эти двух лежать, девушка-робот начала двигаться с такой скоростью, что ее движения стали неуловимыми для глаз противника. Спецназовцы основной группы тут же открыли ураганный огонь в ее направлении. Однако Алекса была слишком быстра и ловка для их глаз и прицелов. Она уверенно маневрировала, уклоняясь от основной массы выстрелов, и рванулась вдоль по коридору навстречу вражеским «морпехам».

Таисия Константиновна все, что могла разглядеть, так это черты лица Алексы, в этот момент такие благообразные и гладкие, словно созданные мастером. А еще ее глаза — яркими углями, сверкающие в темноте тускло освещенного коридора.

Дальше было все как в каком-то фантастическом боевике. Робот-убийца не останавливается под заградительным огнем «янки» и сблизившись с ними вплотную, атакует следующего штурмовика. Она молниеносно увертывается от выстрелов, с силой ударяет его по руке, заставляя выпустить винтовку, а затем сбивает его с ног подсечкой и сама падает на пол, прикрываясь телом американца от остальных выстрелов. После этого выхватывает из его же кобуры автоматический кольт и всаживает прямо в триплексное забрало бедолаги всю обойму за секунду. Бронестекло не выдерживает и рассыпается на осколки, превращая голову «янки» в месиво…

Алекса не останавливается. Стоящий рядом штурмовик пытается ударить ее, лежащую на полу, ногой, но она быстро перехватывает ногу и в ответ бьет его в живот. Затем она привстает и бросает спецназовца через плечо, как пушинку…

Еще один подлетевший в этот момент штурмовик бросается на Алексу с активированной саблей наперевес. Девушка ловко уворачивается от удара, перехватывает холодное оружие у рукояти и с легкость вырывает саблю из его бронированной перчатки. Такого точно раньше не видел никто из наблюдавших эту картину. Вырвать оружие из механических манипуляторов бронескафандра — это надо очень потрудиться!

Между тем плазменное лезвие сабли уже чертит рубленную оплавленную полосу на горле ее противника и тот, обливаясь кровью, опускается на колени. А Алекса будто смертельный вихрь, начинает собирать кровавый урожай, нанося саблей удары ближайшим штурмовикам. Не все выпады оказываются смертельны, ибо большая часть бронепластин скафандров «янки» какое-то время могли держать плазму клинка, и требовалось несколько секунд, чтобы их расплавить. У Алексы не было этих самых секунд, потому как в нее стреляли и пытались уничтожить сразу несколько врагов.

Она бешеной фурией заметалась вокруг штурмовиков, уклоняясь от выстрелов, и тут же наносила ответные удары. Ее движения были так отточены и легки, что казалось, будто она была самым быстрым созданием в этом мире. Таисия Константиновна никогда не догадывалась, зная возможности современных андроидов, что те способны развивать такую скорость и реакцию…

Два штурмовика, державшие до этого княжну, бросили ее на пол, как мешок картошки и рванулись к Алексе с активированными штыками на своих винтовках. Один из штыков плазменной кромкой глубоко с характерным шипением проник в живот девушки-андроида. Казалось вот и все, любой другой робот с такими серьезными повреждениями не смог бы двигаться. Но не ту тот было! Будто этого удара штыком вообще не существовало! Алекса успела даже холодно улыбнуться своему противнику, вырывая из рук спецназовца винтовку и этим же самым штыком прожигая нагрудные бронепластины его скафандра. Затем, еще один резкий выпад и тот же самый плазменный штык уже торчит в голове его напарника…

Это не просто рукопашный бой — это искусство, — почему-то именно сейчас пронеслось в голове Таисии Константиновны, когда она, приподнявшись на руках, окинула взглядом место сражения.

В этот момент оба штурмовика передовой группы, которых Алекса не успела добить в самом начале боя, подбежали и попытались атаковать ее сзади. Плазменный штык винтовки в руках девушки мгновенно исчез, зато заработало само стрелковое оружие. Длинная очередь скосила с ног обоих спецназовцев, не успевших среагировать на действия этой полиметаллической машины смерти.

Алекса не замедляя темпа ни на секунду, продолжала плавными выверенными до миллиметра движениями уклоняться от выстрелов и штыковых ударов штурмовиков. Робот быстро переключился на следующего солдата, который попытался выстрелить в нее с близкого расстояния. Алекса увернулась, схватила его за правую руку и, перевернув на спину, сломала ее, будто спичку. Штурмовик завыл от боли и упал, дергаясь и катаясь по полу, пока его индивидуальная аптечка не среагировала и не впрыснула в тело солдата добрую порцию обезболивающего…

Один из последних оставшихся на ногах американских спецназовцев попытался активировать ручную гранату направленного действия, но Алекса быстро перехватила его руку, выхватила гранату, примагнитила ее к его же доспехам, затем развернула штурмовика от себя и пнула со всего размаха под зад. «Янки» отлетел в сторону к стене и тут же на нем сдетонировала граната, разрывая на куски бронескафандр и внутренности…

Еще секунда и Алекса уже стоит напротив старшего группы, в это время пытающегося связаться со своими товарищами и запросить помощи. Пистолет был вырван из рук капитана, гранаты у пояса, чтобы у него не возникло соблазна ими воспользоваться, тоже полетели в сторону. Девушка взяла за горло спецназовца и, подняв над собой, прижала того к стене коридора.

— У тебя пять секунд, чтобы ответить, зачем вам понадобилось брать в плен капитана-командора Романову? — андроид придала своему обычному ровному голосу нотки угрозы, то же самое постаравшись сделать и с мимикой лица. Однако с лицом получилось менее удачно, отчего Алекса сейчас была похожа на взбешенную демоницу из какой-то компьютерной игры.

Не то чтобы американец испугался этого выражения, он за свою карьеру видел куда более страшные картины. Но, тем не менее, капитан не стал играть в молчанку, может под впечатлением от молниеносных действий андроида, может по какой-то другой причине…

— Приказ командующего Джонса — взять живой и невредимой, — коротко ответил он, испепеляя ненавидящим взглядом ту, которая только что убила и искалечила всех его людей.

— Выведешь нас с «Одинокого» — останешься жив, — продолжала Алекса, открывая триплекс забрала американца, а перед этим посмотрев на встающую на ноги Таисию, все ли с ней в порядке.

— Пошла ты на… металлическая шлюха! — выругался американец, плюнув ей в лицо.

— Не делайте глупостей, капитан, это ваш единственный шанс выжить, — вставила слово Таисия Константиновна, подходя ближе.

— Несмотря на эту тупую жестянку, — американец кивнул на Алексу, обращаясь к Таисии, — вам не выбраться с корабля. Вся операция по захвату «Одинокого» была задумана лишь с целью вашего пленения, княжна… Если адмирал Джонс не пожалел для этого трети всех своих штурмовиков, то как вы думаете, отпустит он вас так просто или нет⁈ Я передал координаты нашего местонахождения, сразу несколько групп захвата будут здесь через минуту… В любом случае вам не удастся выбраться, капитан-командор, независимо приму я ваше предложение или нет…

Он не успел договорить, как кулак Алексы через открытое забрало раздробил ему черепную коробку…

— Кажется, мне стоит сказать тебе «спасибо», за то, что выручила меня, — Таисия Константиновна несколько смущаясь, посмотрела на Алексу.

Между тем девушка-андроид, не ответив княжне, но, не тратя времени, подобрала пистолет капитана и несколькими меткими контрольными выстрелами добила остальных штурмовиков, которые были ранены, но до этого момента оставались живыми.

— Не новгородцев нашему флоту надо набирать в команды «морской» пехоты, а роботов твоей серии, — удивленно покачала головой Таисия.

— Я прототип, серии пока нет… — коротко пояснила Алекса. — Нам надо уходить, Таисия Константиновна… Немедленно!

— Кстати, ты снова нарушила мой приказ, — сказала Тася, прихрамывая, подойдя к ближайшему штурмовику и подбирая и перезаряжая его винтовку.

Алекса вопросительно посмотрела на капитана-командора.

— Отстраняя от командования кораблем, я приказывала тебе оставаться в собственной каюте, — пояснила Таисия, внимательно следя за реакцией андроида. — Ты ослушалась!

Ни один робот не мог ослушаться команды человека, неужели сейчас это произошло⁈ Таисия Константиновна напряглась.

— Нарушения приказа не было, — ровным голосом ответила Алекса. — Вы сами его отменили его…

— Это когда же⁈

— В тот момент, когда приказали всему экипажу вооружиться и готовиться к отражению абордажной атаки, — продолжала старший помощник Алекса. — Так как я по-прежнему являюсь членом экипажа крейсера «Одинокий», данный приказ так же относится ко мне, как и к остальным…

— Уф, все верно, — с облегчением выдохнула Таисия, — а я было уже подумала, что ты вышла из-под контроля…

— Это невозможно, хотя… — Алекса замолчала и многозначительно улыбнулась…

Между тем рация в шлеме капитана спецназовца продолжала работать на частоте переговоров групп американских штурмовых подразделений, находящихся на «Одиноком». Таисия и Алекса четко слышали приказы их командиров выдвигаться на тот подуровень палубы, где сейчас находились девушки. Сомнений не было, через минуту под сотню «янки» уже будут здесь…

Причем в этом длинном техническом коридоре даже не было смежных помещений и лазеек, куда можно было спрятаться, анфилада была узкая и гладкая, как кишка, предназначенная для движения лифтовых капсул. А значит, никуда отсюда нашим девченкам уже не деться…

— Ладно, давай хоть из убитых тобой «янки» сделаем некое подобие баррикады, — предложила капитан-командор, оглядевшись по сторонам. — Так хоть не сразу пристрелят…

— Слушайте рацию, Таисия Константиновна, — посоветовала ей, Алекса, мило улыбаясь, — вы пропустите самое интересное…

— Что там?

— Группы американских штурмовиков срочно покидают «Одинокий»… Все группы…

Глава 5

Штурмовые команды американской дивизии уходили с «Одинокого» в авральном режиме, совершенно позабыв, ради чего они сражаются на русском крейсере и теряют десятки своих людей, лишь по той причине, что к сектору пространства, где они в данный момент находились, на полном ходу приближалась боевая группа сразу из шести русских вымпелов. Головным группы шел авианосец 10-ой дивизии — «Екатерина Великая», с двух «флангов» его прикрывали легкие крейсера: «Транзунд» и «Цесаревич Георгий» и замыкали построение эсминцы: «Занте», «Лейтенант Шестаков» и «Поспешный». Все они спешно шли на помощь «Одинокому», а единственной их целью являлся пристыкованный к флагману Романовой — американский тяжелый крейсер «Пасадена»…

Никого из вымпелов дивизии «Звезда Смерти» рядом с «Пасаденой» к этому моменту уже не осталось. Илайя Джонс на своей «Юте» сейчас вел бой с русскими линкорами в миллионе километров отсюда… «Калифорния» побитый и дымящийся быстро уходил из сектора, пользуясь моментом, когда его на время оставили в покое… Три американских фрегата и эсминец «Стоктон» еще раньше на «форсаже» покинули опасный район, уйдя чуть ли не в «мертвую зону» — на такое большое расстояние, что были сейчас еле заметны даже для сканеров дальнего обнаружения.

В общем, капитан «Пасадены» чувствовал себя крайне неуверенно, оставшись один на один почти с половиной дивизии «раски». Последним фактором, который повлиял на коммандера для того, чтобы тот отдал приказ на отступление стало уничтожение «Лексингтона». Русские корабли мстя за свой погибший эсминец, не оставили ни единого шанса американскому крейсеру, расстреляв его с двух углов одновременно. Огромный яркий шар вспыхнул в космосе, и «Лексингтон» исчез в нем, расколовшись на две половины…

— Да к черту все это! — махнул рукой капитан «Пасадены», вскакивая с кресла и подбегая к своим операторам. — Я вам не камикадзе! Немедленно отдавайте приказ всем штурмовым группам, находящимся на «Одиноком» — покинуть крейсер в течение пяти минут. Никаких «но»! Кто не успеет эвакуироваться на мой корабль навсегда останется здесь… Подобрать штурмовиков кроме нас больше некому, все эти храбрецы из дивизии «Звезда Смерти» поразбежались кто-куда, оставив нас одних разбираться с Красовским… Повторяю, пять минут на эвакуацию не больше… Передавайте…

Вот почему абсолютно все подразделения «морской» пехоты АСР моментально покинули корабль княжны, оставив ее и Алексу в изумлении наблюдать за происходящим. Ну, насчет Алексы, я конечно, утрирую, недоумение девушка-андроид лишь могла изобразить, и не более того, а вот Таисия Константиновна действительно была шокирована происходящим и долго еще лежала за телами мертвых спецназовцев, ожидая с винтовкой наперевес когда же все-таки появится враг…

Американцы так быстро удирали с «Одинокого», что и в самом деле уложились в отведенное капитаном «Пасадены» время. Правда, мест на борту крейсера хватило не всем штурмовикам, слишком уж их много здесь собралось. Поэтому часть команд «морских» пехотинцев 6-ой дивизии, разместившись в десантных модулях, просто сопровождали «Пасадену», когда крейсер, отстыковавшись от «Одинокого», рванул на всех скоростях в надежде убежать от Красовского…

Александр Михайлович не стал лично преследовать вражеский дредноут, послав ему вдогонку все корабли сопровождения «Екатерины Великой». Сам же на флагмане подошел вплотную к полуразрушенному «Одинокому» и вместе с тремя взводами «морпехов» взошел на его борт. Единственным человеком, кто сейчас интересовал адмирала Красовского, была великая княжна…

Таисия же в данный момент лежала без сознания, а склонившаяся над ней Алекса контролировала состояние капитана-командора и проверяла, работает ли ее аптечка. Оказывается в пылу боя, еще там в главном коридоре верхней палубы, когда княжна волокла на себе Полину, она даже не заметила, что была ранена в ногу. Адреналин и переживания за своих людей, а так же моментально впрыснутая в ее тело доза обезболивающего не дали понять Таисии Константиновне, что она ранена. А вот кровеостанавливающий препарат видимо не подействовал, если он вообще находился в аптечке. В результате капитан-командор только и успела обратить внимание на то, что ее правая ступня почему-то хлюпает в ботинке скафандра. После этого взгляд девушки помутился, и она надолго потеряла сознание…

…Между тем сражение на высоких орбитах планеты Херсонес-9 между русскими и американцами все еще продолжалось, разбившись на отдельные фрагменты…

Главным таким боем стала схватка между тремя дредноутами под командованием Илайи Джонса и преследующих их четверкой русских кораблей. Флагманский линкор «Юта», линкор «Луизиана» в сопровождении тяжелого крейсера «Сан-Хуан» пытались сбросить с себя наседающие русские линейные корабли: «Аскольд» и «Дир», одновременно стараясь не попасть под перекрестный огонь еще двух вражеских кораблей: тяжелых крейсеров «Пантелеймон» и «Прут».

Последние крайне удачно заходили сейчас по широкой параболе в «тыл» отступающим американцам, готовые в скором времени присоединиться к своим товарищам и атаковать корабли вице-адмирала Джонса-младшего со стороны кормы.

Плазменные палубные орудия американских дредноутов работали безостановочно, выпуская в темноту бескрайнего космоса десятки зарядов. «Луизиана» и «Юта» обрушили град смертоносных лучей на преследующие их линкоры, но все их выстрелы пока что легко отражались мощными энергощитами русских кораблей. «Аскольд» и «Дир» медленно наступая, отвечали противнику не меньшей интенсивностью огня…

Космический бой, как могучий танец огня и смерти среди звезд! Плазменные заряды летели навстречу друг другу, словно яркие молнии, а тысячетонные боевые корабли кружили и маневрировали, словно танцоры, пытаясь уклониться от разрушительных ударов. Но, нет, не все корабли оказались так быстры и надежны…

Тяжелый крейсер «Сан-Хуан», несколько отстав от основной группы, самоуверенно вступил в бой с линкором «Аскольд». Канониры американского крейсера поначалу нанесли серию точных ударов в бортовое защитное поле нашего дредноута, почти понизив его мощность до нулевых значений. Однако через пару минут ситуация изменилась, «Аскольд» долго не думая, ответил крейсеру мощной серией зарядов все своей имеющейся в наличии артиллерии.

«Сан-Хуан» явно нарвался не на того, с кем бы мог сражаться на равных. Взамен обнуленного бортового поля, артиллеристы «Аскольда» выжгли фронтальные щиты американского крейсера, и тот получил в свои носовые отсеки первые заряды плазмы. Если бы не вовремя подошедший флагманский «Юта», прикрывший собой «Сан-Хуан», крейсеру пришлось бы ой как не сладко.

Илайя Джонс видел, что происходит и как настоящий профессионал и командир реагировал на это молниеносно. «Юта» принял на себя удар «Аскольда», в это время Джонс приказа капитану «Сан-Хуан» развернуться и покинуть сектор.

— Джо, сделай так чтобы «Пантелеймон» и «Прут» не смоги зайти нам в «тыл», — приказал Илайя командиру «Сан-Хуана» — коммандеру Джо Бастианичу. — Хоть ужом вертись перед ними! Услышал меня? А к большим русским кораблям больше не лезь, это моя прерогатива…

— Понял, сэр, сейчас все будет! — оптимистично отозвался Бастианич, радостный уже от того, что так легко отделался после встречи с «Аскольдом». Горячая криптоитальянская кровь кипела внутри командира американского крейсера, не давая ему ровно сидеть на месте…

«Сан-Хуан» быстро развернувшись, поспешил наперерез русским крейсерам, а «Юта» и «Луизиана» плотно схватились в артдуэли с нашими линкорами-близнецами. Флагман 6-ой дивизии по-прежнему направил всю мощь своих батарей на «Аскольд», «Луизиана» схлестнулась с подошедшим «Диром». Закипел ожесточенный бой четырех гигантов. Яркие заряды плазмы пронизывали космический простор, нередко вызывая ослепление в глаза операторов орудийных расчетов…

«Аскольд», несмотря на серьезные потери мощностей фронтальных и бортовых полей, смело продолжал идти на сближение с флагманом адмирала Джонса, будто вызывая того на поединок. Ничто не могло остановить русский линкор, вот уже и добрая половина орудийных расчетов «Луизианы» присоединились к ударам по «Аскольду». Но тот как завороженный, невзирая на потоки, выжигающие последние проценты его энергополей, двигался вперед.

Что сподвигло капитана «Аскольда» продолжить сближение? Возможно, он видел, что «Прут» и «Пантелеймон» еще далеко, а собственные поля, пострадавшие в перестрелке с «Сан-Хуаном» не выстоят против сверхзащищенного американского флагмана. Так или иначе, русский линкор двигался прямо навстречу «Юте».

Илайя Джонс, видя это, не захотел отступать или отворачивать в сторону, подставляя тем самым под удар один из своих бортов. Безрассудная храбрость американского командующего была всем широко известна, и сейчас он снова ее продемонстрировал, отдав приказ на идти на таран. Ладно бы долбануть с размаха какой-нибудь крейсер, лучше легкий, еще лучше в бочину, тогда последствия для своего же корабля будут минимальные. А тут тебе навстречу идет лоб в лоб такой же по тоннажу и броневой защите линейный корабль! Это же самоубийство!

Тем не менее, два огромных дредноута сшиблись, как два космических мастодонта, выясняя за кем останется сектор сражения. Корабли, стремительно маневрируя, столкнулись, но к счастью для обоих лишь по касательной. В последний момент каперанг Сократ Баевский — командир «Аскольда» отдал приказание своим штурманам — отвернуть в сторону. Тысячи тонн нимидийской стали с двух бортов русского и американского линкоров скрежетали друг о друга, разрывая и уродуя внешние слои обшивки и обнажая внутренности кораблей. Из разгерметизированных отсеков «Юты» и «Аскольда» вместе с аппаратурой и техникой выбрасывало в открытый космос и десятки людей…

Никто не хотел отступать…

Глава 6

Таисия Романова с трудом разлепила глаза и вздрогнула от яркого света, который ослепил ее на мгновение. Капитан-командор покрутила головой направо и налево, пытаясь понять, где она и что происходит. А находилась она в регенерирующей капсуле в стандартном медблоке какого-то военного корабля, точно это был не «Одинокий». Таисию удивило, что обстановка вокруг нее выглядела удивительно современной. Даже на вымпелах Гвардейской Императорской Эскадры такого не было. В палате-боксе находилось множество различной современной аппаратуры, которая мигала и издавала непривычные звуки, а на стенах были размещены экраны с разноцветными графиками и цифрами.

— Как в лучших домах, — прошептала Таисия Константиновна, приподнимая голову…

Медперсонал, состоящий в основном из сестер-андроидов и молодых ассистентов, был занят своими делами, казалось, совершенно не обращая на нее никакого внимания. Роботы, одетые в белые халаты, бегали сюда и туда, обрабатывая различные инструменты и аппаратуру, проверяли состояние пациентов, лежащих в соседних капсулах, и обновляли лекарства.

Таисия перевела взгляд на свою ногу. Та была помещена в некую стеклянную колбу с синим желеобразным раствором. Видимо пуля раздробила кость, и теперь регенерирующие клетки активно ее восстанавливали. Сама же капсула, в которой находилась капитан-командор, была окружена набором датчиков и микроскопических роботов, следивших за ее состоянием.

— Где же я все-таки? — подумала княжна. — Точно не у господина Джонса на корабле, комбинезоны у медсестер наши флотские…

Неожиданно дверь в бокс распахнулась, и на пороге появился молодой высокий офицер. Таисия, бросив на него взгляд, сразу поняла, где она находится…

Контр-адмирал Александр Красовский был из тех мужчин, на чьих лицах всегда светились мужество и уверенность в собственном превосходстве над остальными. Темные не по уставу длинные волосы были аккуратно зачесаны назад, лишь одна непослушная прядь падала на его лоб. Глаза Красовского были глубокие и проницательные, словно скрывали тайные желания. Все, что он делал, делал с неким стилем и изысканностью, что выделяло этого человека из серой массы остальных…

Александр Михайлович медленно подошел к капсуле и склонился над Таисией с таким выражением на лице, словно солнце, которое пришло, чтобы прогнать тьму и тоску из ее сердца. Еще секунда и он должен был бы сказать: «Моя госпожа, ваша красота ослепляет меня. Вы по-прежнему столь же великолепны, как в те дни, когда мы встречались во дворце императора Константина. Я надеюсь, что ваши раны заживут быстро, и вы снова будете радовать нас своим присутствием». Ну, что-то типа того…

Таисия Константиновна же смотрела на вошедшего адмирала с абсолютно холодным выражением лица, к этому франту, которого княжна знала уже много лет, она не испытывала ничего, чтобы заставило ее броситься к нему в объятия.

Красовский, будучи от природы очень проницательным и внимательным к деталям, увидел эту реакцию девушки, но сделал вид, что ее не заметил. Контр-адмирал лишь печально вздохнул, думая о чем-то своем и произнес:

— Я рад видеть вас, ваше высочество живой и почти невредимой, — Александр Михайлович перевел взгляд на ногу Таисии, от которого девушка смутилась, ведь лежала она в капсуле почти обнаженная лишь в нижнем больничном белье. Поэтому попыталась как-то укрыться простыней…

— Добрый день, контр-адмирал, — сказала она, краснея. — Я тоже рада вас видеть… Но, была бы вам признательна, если бы вы отвернулись и не смотрели на меня сейчас так, будто проголодались. Мои кости находятся в этой синей жидкости, но это точно не бульон…

Она безрезультатно пыталась достать из-под себя простыню, Красовский улыбнулся, отошел к шкафу и, достав из него медицинский халат, протянул его Таисии. Та схватила одежду и укрылась.

— Благодарю…

Таисия Константиновна вспомнила сейчас о своей юности на «Новой Москве», когда ей было всего лишь пятнадцать-шестнадцать лет, и она впервые увидела Александра Красовского, молодого и красивого офицера Гвардии. Она тогда была наивной и доверчивой, верила в доброту и честность людей, грезила приключениями и желала новых впечатлений. Красовский привлек ее своей внешностью, а что тут скрывать. Его темные вьющиеся волосы и яркие глаза, его уверенность и легкость в общении не могли не привлекать. Затем, она увидела в Александре Михайловиче прекрасного собеседника, очень образованного и интеллигентного. После, узнав о храбрости и бесшабашности этого офицера, Таисия и вовсе поплыла. Какая же она тогда была еще дурочка!

Красовский являлся близким другом ее старшего брата Артемия, и поэтому часто бывал в императорском дворце, где и Таисии приходилось проводить большую часть своего времени. Поначалу Александр Михайлович проявлял к великой княжне крайнее внимание и заботу, улыбался и комплиментировал, и она невольно начала питать к нему нежные чувства. Но со временем девушка, наводившая справки о Красовском у людей, которые с ним общались, узнала о холодности и расчетливости этого офицера, о его жестокости и даже в некоторых моментах — беспощадности. Она замечала, как тот обращался с людьми и как он умел тонко манипулировать другими ради своих интересов…

В какой-то момент Таисия поняла, что была лишь игрушкой, как бы громко это не прозвучало, в руках Красовского, хотя в его объятиях, слава Богу, она побывать не успела…

— Если я правильно понимаю, то нахожусь на «Екатерине Великой»? — спросила княжна.

— Вы правильно понимаете…

— Отлично, но как я сюда попала? Хотя нет, это не так важно, скажите лучше, что произошло с того момента, когда я отключилась? Что с моими людьми, с кораблем и вообще, что происходит в секторе⁈

Я восхищен, Таисия Константиновна, вы заботитесь в первую очередь не о себе, а о своих подчиненных, это похвально, — кивнул Александр Михайлович, улыбнувшись. — Это даже не похвально, это прекрасно, что у нас на флоте есть капитан-командор с большим добрым сердцем. Но не переживайте, с вашим кораблем, верней с тем, что от него осталось, и с вашими людьми, точнее, с теми, кто выжил все в полном порядке…

— Нельзя ли поподробней, господин контр-адмирал, — скривилась Таисия, которой не очень по нраву пришелся ехидный ответ ее собеседника. — Я что слышу насмешку?

— Ни в коем случае! — замотал головой Красовский. — Я восхищен вашими действиями по обороне Херсонеса и стойкостью экипажа вашего флагмана. Просто констатирую факты, что от «Одинокого» после всех его злоключений остался лишь остов, а от его команды человек двадцать — двадцать пять не больше…

— Кто остался жив⁈ — воскликнула капитан-командор Романова. — Дайте мне списки! Вам известны фамилии⁈ Прошу вас, Александр Михайлович…

— Конечно же, мне все известно, ваше высочество, — ответил контр-адмирал. — Вы же меня прекрасно знаете… Хотя не так близко, как бы мне хотелось, но… Но сначала я должен сказать, что ваша красота удивительна. Вы лежите здесь, раненая, но по-прежнему ослепительны…