Презерватив для убийства

Будучи поглощена своими мыслями, Нина не услышала, как по каменке в направлении станции быстро прошли несколько охранников, возглавляемых Нерто-вым. И уж никак девушка не могла знать, что примерно в нескольких ста метрах от ее поляны группа Алексея наткнется на лежащего в канаве Дениса. Предприниматель не шевелился, а волосы на его затылке намокли и слиплись от крови.

* * *

Алексей вышел из-за поворота и увидел человека, валявшегося на обочине. Нертов понял сразу, что лежащим может быть только кто-то из имеющих отношение к даутовским именинам — простым туристам в этих краях делать было нечего. Еще несколько шагов, и он узнал Дениса.

Парню досталось крепко. Лица почти не было видно из-за залившей его крови. Кровью была забрызгана и грязная, раздавленная колесами трава, умудрившаяся вырасти на обочине. Однако за долгие годы работы на государственной службе и в частной конторе Алексею приходилось множество раз сталкиваться с лежащими телами, и он сразу понял: человек жив. Еще Нертов сразу приметил любопытную деталь: на длинной, волосатой руке Дениса блестел «Роллекс». Или те, кто напал на жениха Нины, унесли более ценное, чем дорогие часы, или их вообще не интересовала никакая добыча.

Но о том, что же случилось с бедолагой Денисом, Нертов почти не думал. Его мысли были посвящены только человеку, которого ему надо было охранять. То есть — Нине.

Алексей заглянул в канаву, заранее предчувствуя, как ужаснется, увидев там тело девушки. Однако он испугался еще больше — Нины там не было. Он спрыгнул на почти высохшее дно, увязнув по щиколотку в бурой жиже, и оглянулся. Но девушку не увидел.

Алексей снова выскочил на бровку и одним прыжком оказался возле Дениса.

— Денис, что с ней?!

Денис молчал и только медленно вздыхал, как после долгой пробежки. Алексей нагнулся к нему.

— Что с ней случилось? Ну отвечай, ты же ее жених!

— Увезли… — медленно сказал Денис, приподняв голову, после чего опять растянулся на пыльном асфальте, добавив еще что-то неразборчивое.

Алексей медленно приподнялся.

«Так вот, охранничек… Рашен бодигард! Потеря второго объекта. А ты еще пытался уверить себя, что Чеглоков погиб только по своей вине. Взялся стеречь девку, специалист хренов! Разболтался с папашей, как салажонок, как дешевый лопух. “Осмотрел ферму, имею особое мнение”. Тебе надо стеречь, а не иметь мнения… Вот ее и увезли, будут ей специалисты читать Мольера в подлиннике, пока не расколется, не расскажет о папиных деньгах. Может, и не расколется, потому что знает только Вуатюра и Буало, а в разных дерьмовых денежных вопросах не сечет ни хрена. И будет с ней все, что ублюдок Шварц когда-то обещал сделать с Мариной…»

Алексей на одну секунду представил Нину, стоящую на четвереньках, в тело которой почти по рукоять вошла вилка, и его чуть не вытошнило от злости и омерзения. Он понял, что этот объект охраны был для него чем-то другим, чем толстосум Чеглоков. Нет, не любовь-морковь, о какой тут любви может идти речь? Просто жалко девчонку, умную и норовистую, которой придется гибнуть в муках, ибо ничего не знает о спрятанных миллионах любимого отчима.

«Такой вот конец карьеры, мой глупый мальчик! Второй загубленный объект. В гсвночисты теперь идти, что ли? Если тот, кто узнав мои прежние трудовые заслуги, не испугается доверить мне машину с дерьмом».

Однако эти мысли не мешали Алексею работать. Он уже распорядился прислать машину и найти на дау-товской базе хорошего медика, а двое ребят осматривали придорожные кусты. Сам же Алексей машинально, но зорко, глядел по сторонам. И вот, на расстоянии четырех-пяти метров от лежащего Дениса, он увидел какой-то блестящий предмет. Одним прыжком преодолев канаву, Алексей оказался рядом со своей находкой и поднял из-под желтоватого папоротника тяжелый серебряный браслет.

Нертов перевел дух. Это было не Нинино украшение. Во-первых, его он видел впервые, между тем, уже был настолько знаком с кольцами и серьгами Нины (охранник должен знать об объекте все), что приметил бы их даже на ювелирной выставке. Во-вторых, Нина никогда не надела бы такую побрякушку — свидетельство богатства, но не вкуса. Это было аляповатое, массивное, хотя и затейливое изделие турецкого ювелира. Тот, кто умеет торговаться на базаре, привозит их из Антальи связками.

Где же тогда Нина? У Алексея опять сжалось сердце. Денис гулял с неизвестной девушкой. А если они гуляли втроем? Хорошая команда могла без проблем скрутить и одну, и двух девчонок. Кому легче от того, что Нина схвачена не одна?

Надо было звонить и самому Даутову. Кстати, заодно следовало распорядиться, чтобы врач не ехал сюда, а остался на месте. Когда бизнесмен узнает об исчезновении дочери, медику предстоит не менее серьезная работа. Или не звонить?.. Алексей вышел на горячую дорогу и вдруг, вспомнив детство, когда он раньше родителей выскакивал из малинника на лесную тропку, сложил руки рупором, заорал изо всех сил:

— Нина! Нина! Ау!

Ответа не было. Ему показалось, будто его ребята смотрят на него с удивлением. Однако глупость надо было доводить до конца.

— Нина!

Солнце ударило в глаза Алексею, он на мгновение зажмурился и отвернулся. Перед глазами поплыли малиновые круги, и среди них он увидел девушку, выглядывающую из-за кустов в нескольких десятках метрах от него.

«Глюк?!»

Алексей протер глаза. Это была Нина.

— Ау! — насмешливо крикнула она. — Заблудился?

И вдруг замолчала, ибо увидела охранников, столпившихся над Денисом, который уже немного оклемался и пытался подняться.

* * *

Алексей не ошибся. Безвкусный браслет действительно принадлежал не Нине, а Кате, которая в этот момент находилась на заднем сиденье «девятки», стиснутая с двух сторон тушами «быков». Катерина вздрагивала, как будто хотела то ли икнуть, то ли вытошнить-ся. Ей казалось, что вокруг какой-то кошмар, который сейчас кончится, и она снова окажется на лесной дороге с Денисом под руку.

Конечно, во всем виновата она сама, и никаких оправданий. Целый месяц дулась на своего Борю — почти забросил, работы, видите ли, больше, чем у папы Карло. Вчера заглянул на часок и даже в кровати не расставался с «трубой», все названивал партнерам. Тогда она и услышала про ту маленькую станцию, в двух километрах от которой большая шишка, Даутов, справляет именины.

Пригласить ее Борис и не подумал. «Ничего. Без него приглашусь!» Катерина приехала, оставила машину подальше, а сама бродила неподалеку от даутовской дачи. Кто знает, какие дела у ее Бориса? Может, сейчас пойдет прогуляться в лесок, сам пьяный, с такой же разморившейся от жары и «мартини» девицей. Вот тогда она и выйдет из-за кусточка: «Привет, миленочек!»

Однако на лесной дорожке встретился ей не Боря, а Денис. Катерина признала его сразу. Они познакомились года три назад в ночном клубе среднего разряда, где можно было и напиться, и наплясаться, и подраться вволю — всего за полсотни баксов. Кате приглянулся этот серьезный мальчик в костюме от Армани. Был он вежлив, раскован, но то и дело демонстрировал — у меня есть более серьезные дела, чем развлекаться вою ночь. Почти каждый час он выскакивал на улицу и брался за «трубу» — связаться с неизвестными компаньонами.

Кроме того у него водились деньги, что в то время не могло не привлекать Катю.

Они несколько раз встречались. Катерина была бы не прочь поставить их отношения если не на законную, то на постоянную основу. Однако месяца три спустя Денис охладел к ней, клуб не посещал, домой не звонил. Может, Катино место заняла другая, более симпатичная или, скорее, более выгодная женщина. А может, он узнал, чем занимается его любовь в «Невском паласе»?

Теперь они встретились. После удивленных вопросов: «Откуда ты?» — «А ты как здесь оказалась?», началась теплая дружеская беседа. Денис успел объяснить ей, почему он не в настроении: довела дура-невеста. Корчит из себя принцессу, кончившую Оксфорд. О делах не поговорить. Вот с тобой — другое дело. Ты, Катя, всем хороша.

У Катерины, опьяненной жарким лесным духом не меньше, чем Денис — коньяком, мелькнула мысль: не поискать ли за кусточком мягкое местечко, не показать ли Денису, что она и впрямь по-прежнему сильна во всех отношениях? С другой стороны, не ровен час, повстречается им Боря. А такие дела он не любит…

Но вместо Бори их застукала невеста. Обычная бабья сцена: Катя уже думала, не придется ли самой драться? Но обошлось. Девчонка распустила ручки, а после убежала в лес, землянику собирать, узнав о Денисе то, что Катерина знала о нем давным-давно. Пришлось опять прогуливаться по дорожке, болтая о том, о сем…

Все началось внезапно. Очередная раздраженная фраза Дениса (эта стерва-невеста вывела его из себя) оказалась незаконченной. Вокруг них мгновенно оказались трое бритоголовых парней, вылетевших из-за придорожного кустарника.

Столь же мгновенно действовал и Денис. Первому из нападающих он угодил носком ботинка в живот, и противник, согнувшись как от приступа гастрита, сел на асфальт. Но это действие на секунду заставило Дениса потерять равновесие, и второй парень сшиб его ударом кулака. Третий с размаха пнул ногой упавшего, и тот растянулся на горячей дорожной корке, раскинув руки.

После этого второй бандит и уже поднявшийся первый занимались только Денисом. Они пинали его ногами, как утаптывают почву. Катерине казалось, что перед каждым ударом они на секунду замирали с поднятой ногой, видимо, прицеливаясь, желая нанести особо сильный удар.

Третий же бандит схватил за шею Катерину. Большинство девок в такой ситуации заорали бы диким визгом, но Катя отлично понимала: тот, кто умеет делать такой зажим, сможет сдавить еще сильнее. Проще говоря, шею свернуть. Сейчас надо было быть послушной, чтобы избежать лишних неприятностей. Бандит поволок свою жертву к кустам. Краем глаза Катерина успела заметить, что его напарники перестали бить Дениса. Один из них нагнулся над телом, ловко сунул руку во внутренний карман, будто это была его собственная куртка, и достал пачку каких-то купюр.

Конечно, это не особенно интересовало Катю в ту минуту. Она уже высматривала уютную полянку, куда ее приволокут и бросят на траву раздетой. Однако задача у нападавших была иной. Среди кустов мелькнул малиновый бок отлично замаскированной машины. Сюда-то бандит и притащил девушку. Почти сразу рядом оказались оба его запыхавшихся и покрасневших товарищей. Открыв салон, они впихнули туда Катерину, как второпях втискивают буханку в хозяйственную сумку. Взревел мотор, песок вперемешку с листьями брусники полетел из-под колес, и «девятка» вымахнула на дорогу. Было слышно, как вслед за ними выехала еще одна «тачка»: видимо, в ней сидела группа прикрытия.

Удостовериться в этом было нелегко. Бандиты сжимали Катерину с обеих сторон, не позволяя ей повернуть голову. В машине пахло удушливой смесью дрянного одеколона и потных тел. Горячие толстые пальцы сновали по телу девушки, будто бандиты пытались что-то отыскать под платьем. Катя вскрикнула от боли и отвращения, когда невидимая ей рука расстегнула брюки, залезла в трусики, ощупала там все и под конец сильно дернула за волосы. Больше кричать она не пыталась, ибо в тот же момент другой бандит заткнул ей рот потной ладонью — казалось, соленые капли попали на язык. Другой рукой он схватил Катю за левую грудь и несколько раз сжал ее между пальцев.

Потом бандиты утомились. Они по-прежнему сжимали пленницу, давая ей понять: если она дернется и закричит — будет хуже. Однако забавы прекратились.

«Что им надо? — думала Катя, — Похитили, чтобы отомстить Борису? Хотят получить выкуп? Или это секретное ментовское подразделение, уничтожающее даже завязавших проституток?» Со страха в голову могла прийти и не такая чушь.

Ответов на эти вопросы Катя найти не могла. Ей приходилось попадать и в милицейские «упаковки», и в бандитские машины. Ей обещали и пропустить через все милицейское отделение, и познакомить с «чеченской камасутрой». Однако впервые ради нее одной были задействованы такие мощные силы. «Столько народа посылают, будто банкира скрутить или ухлопать, — подумала она. — И не надо было ждать, когда я захочу в лесу прогуляться: в городе поймать еще проще. Непонятно».

Еще надо было понять, как вести себя. Девчонки убегают от бандитов только в дешевых фильмах. Значит надо работать языком. Объяснить этим ребятам, что они лопухнулись. Что от нее у них будут не деньги, а масса проблем. И вообще, держать себя на понтах. Она ведь уже не девочка из «Невского паласа», а женщина Бори.

А он, как только узнает, в какую переделку она попала, быстро вправит мозги этим неумытым «отморозкам»!

Она вспомнила первый день своего знакомства с Борисом. Тогда она уже привыкла к своей ежевечерней работе и научилась находить клиентов почти сразу. Вот и сейчас ее после пятиминутного ожидания подцепил симпатичный парнишка, физиономия которого напоминала рекламу модного средства от прыщей.

— Привет, топ-модель, — сказал он. — Вечер свободен?

— И вечер, и ночка, — ответила Катя. — Ты хочешь чего-нибудь предложить?

Стильный парнишка достал бумажку в сто баксов, хрустнул ей, будто раздавил насекомое, и сунул обратно в карман.

Катя любила, когда клиенты не рассусоливали, а сразу переходили к главному. Если человеку нужно просто поболтать с бабой, то в кафе можно затащить и десятиклассницу. Тот же, кто решил заснуть не один, должен найти ту, которая знает, как сделать ночь памятной надолго.

— Лады? — сказал парнишка, и Катя кивнула: конечно, лады, какие тут разговоры.

Пару минут спустя Виталик (так представился смазливый юноша) уже вел машину, болтая с Катей о том, как он сегодня устал и очень хочет отдохнуть.

Отъехали они недалеко. Остановившись на Моховой, Виталик небрежно захлопнул машину, и они вошли в подъезд.

— Может, винца купим? — сказала Катя.

— Все там есть. И вино, и кино. А еще — киндер-сюрприз.

Квартира была на первом этаже, поэтому у Кати не было времени спросить Виталика или погадать самой: что за «киндер-сюрприз» он ей приготовил?

Дверь в квартиру была не заперта, что удивило Катю. Они вошли в темный коридор. Девушка хотела зажечь свет, но Виталик сам снял с нее куртку, повесил, потом взял ее за руку, и они, сделав несколько шагов, оказались в большой комнате.

— Крекс, фекс, пеке! — крикнул Виталий и включил свет.

Комната была огромной, с примитивной меблировкой: всего несколько стульев, тумбочка для телевизора, журнальный столик, уставленный полупустыми бутылками, и диван. На диване сидели четверо парней. Такие рожи отверг бы самый невзыскательный рекламный агент.

— У нас, Катя, сегодня мальчишник, — сказал Виталий. — Я с пацанами решил вспомнить, как по подъездам развлекался. Так что выбирай, с кем будешь после меня.

Катерина отлично понимала, как поступают дуры, попавшие в такую ситуацию — захлебнутся истерикой и слюной: «Мы так не договаривались, пустите!» Если пьяные мальчики хотят поиграть в групповуху, то их не отговорить. Но сдаваться нельзя: из-под таких парнокопытных можно живой и не вылезти.

— Конечно, выберу. Только сперва выпить надо.

— Садись, деваха. На трамвае кататься надо с заправкой! — хохотнул один.

Катя спокойно села на диван, будто в своей квартире. Ей налили полстакана «клубники на коньяке». Она выпила залпом почти всю гадость, но напиток вошел плохо, и она, закашлявшись, вылила себе на чулки рассол из-под импортной сельди.

— Твою мать!.. — продолжая кашлять, сказала она. — Ребята, я умыться должна. Где здесь ванная?

— Так оботрешься, — сказал один из парней, но второй, икая, шепнул ему на ухо:

— Ты ее такой, что ли, лапать будешь?

Катя вышла в коридор. Сзади брел Виталик. Он показал ей, куда войти, как зажечь свет, и остался в коридоре.

«Три минуты я выиграла. В комнату возвращаться нельзя. Значит — сейчас».

Катя быстро замыла чулки, но от них разило по-прежнему. Она сняла с полки дезодорант и несколько секунд пофыркала им на жирное пятно. Потом, не поставив баллон на полку, она вышла в коридор.

Там было уже светло — Виталику надоело стоять в темноте. Входная дверь — рядом. На ней был всего один замок, вроде того, что у нее в квартире.

— Подмылась? — спросил Виталик.

Вместо ответа Катя подняла дезодорант и всадила ему в глаза длинную струю. Бандит поднял обе руки. Катя бросила баллончик, схватила большой зонт, двинула им Виталию в живот и бросилась к двери.

Сзади послышался топот — по нечленораздельным Виталькиным воплям остальные мальчики поняли, что происходит. Невытертая рука Кати скользнула по замку, но она ухватила его второй раз, сжала и услышала два щелчка: открылся. Чьи-то пальцы коснулись уже ее кофты, когда она вылетала из квартиры.

Скатившись по лестнице — как только на ногах устояла! — Катя оказалась на улице. Она промчалась два угла, слыша сзади дружный топот, и вдруг… Сперва она услышала новый звук — взвизг тормозов, лишь чуть позже увидела «мерседес», выезжавший из-под арки и остановившийся прямо перед ней. Все, что смогла сделать Катя — упасть на бампер, не очень сильно ударившись.

— Идиотка, ты же меня чуть не задавила, — неторопливо и беззлобно констатировал происшествие водитель. — Собаки за тобой гонятся?

Однако он тотчас же увидел, что гонятся вовсе не собаки. Бандиты подскочили к Кате и вцепились в нее, будто боясь, что она сейчас перелезет через машину и кинется опять. Она же была почти без сознания, не столько от удара, сколько от страха, которого не было еще в квартире, но который нагнал ее здесь, вместе с парнями.

— Понесли, ребята! — сказал бандит, видно, придумавший всю историю с «киндер-сюрпризом». — А ты, мужик, — обратился он к водителю, — проезжай.

— Это у тебя в штанах мужик, — сказал водитель, распахивая дверцу. — Пацаны, выкладывайте, чего вы на нее наехали. И скорей, я спешу.

— Ты, бля, фильтруй базар! — ближайший бандит, тяжело дыша, нагнулся к водителю. Больше он ничего говорить не стал, ибо в нос ему уперся ствол. Парень редко имел дело с пистолетами, но все же сообразил, что это не «Макаров», а «стечкин».

— Сядь на хвостик, — сказал водитель. — И остальные. Ну, быстро!

Все сели, лишь один Виталик, терший глаза, замешкался, но друзья дернули его за ноги — поторопись, жить, дурак, не хочешь?

— Я тороплюсь, — повторил водитель, продолжая поигрывать пистолетом. — В чем дело?

— Мы ее выпить пригласили, а она психанула, — запинаясь, произнес один из парней.

— С тобой ясно. А ты что скажешь? — обратился водитель к Кате.

Та, уже пришедшая в себя, рассказала все до того момента, когда ей сказали про «сюрприз». Водитель прервал ее.

— А куртку им в залог оставила? Мальчик, — пистолет, как указательный палец, ткнулся в одного из парней, — сбегай-ка на квартиру, принеси ее куртку.

— Ну, знаешь… — сказал один из парней, но водитель не дал ему договорить:

— Ты на кого работаешь? Или «партизанишь»?

Парень пару минут говорил о каких-то «тамбовцах», пока Катин спаситель не перебил его:

— За такие базары, пацан, можно всю жизнь с ответа не слезать. Если она будет долгой. Ты — шпана.

«Тамбовец» что-то пробурчал в ответ, а водитель взял другой рукой «трубу».

— Саня. Я еще внизу. Тут гопа «бычкует». Пошли людей, разобраться надо.

— Прости, начальник, — сказал парень. — Сейчас куртку принесем.

После чего он вскочил и так же быстро, как бежал за Катей, помчался в обратном направлении. Через пару минут он вернулся с курткой.

— Сколько ты ей обещал? — спросил водитель у Вцталика.

— Сто баксов.