Попутчица

— Дура! Какая же ты дура!

— А вот и нет, я поумнела с тех пор, как оказалась в машине монстра. И я смогу выбраться отсюда, чего бы мне этого не стоило.

Ободренная находкой я выхожу из ангара и сажусь на пороге. Я твердо намеренна дождаться, когда хоть кто-нибудь приплывет к берегу. Ну не может ангар стоять просто так в лесу. Есть ангар — должна быть и лодка. И я ее дождусь, хоть сто лет просижу, но дождусь.

Утреннее октябрьское солнце ослепляет и пригревает меня. Сегодня ветра почти нет, лесной шорох успокаивает и склоняет ко сну. Мои веки тяжелеют, и я проваливаюсь в глубокую темноту.

*****

Просыпаюсь от звука всплесков. Не веря своим глазам, смотрю на озеро. Лодка. Она плывет сюда. К берегу. Я с кряхтеньем и всхлипом встаю. Делаю шаг навстречу, еще ближе и еще. Выхожу из спасительной тени деревьев. Подхожу к самой кромке и жду, когда лодка причалит к берегу. В ней сидит человек. С берега не могу разглядеть кто. Вижу только охотничий плащ и натянутый на лицо капюшон. Охотник? Лесник?

— Господи, пусть он окажется нормальным. Пожалуйста, господи. Пусть он согласится отвезти меня на тот берег. Хотя бы раз будь на моей стороне, Господи. Дай мне шанс выжить!

Лодка уже на берегу. Человек в высоких резиновых сапогах, спускается в воду и тащит лодку за собой на траву и песок. Он все также в капюшоне, и я не могу разглядеть его лицо. Мы оба молчим. Он не спросил, кто я и почему торчу на берегу, зачем жду его и его ли. Но и не испугался моего внешнего вида. Это хорошо? Или плохо? Очередной безумец? Или мой спаситель?

Человек оставляет лодку в покое и поворачивается ко мне. Снимает капюшон и задает вопрос, от которого кровь стынет в моих жилах:

— Давай подвезу?

«Дай мне укрыться от холода и переждать

Непогоду в тепле

Буря пройдет, и как золото, буду искать

Свой счастливый билет

Это редкий дар

Если в свете фар

На моем бездорожье прохожие

Не моя вина

Что совсем одна

На себя непохожая, кто же я?

Да, так случается:

В свете, что почти угас

Где-то скрывается

Мой последний шанс» (17)

Мой последний шанс на спасение провален…

Глава 11

Воспоминания

— Сережа?

Я смотрю на лицо своего похитителя, а перед глазами встает фотография маленького Сережи, которую я увидела в Валином доме. Это мой монстр… И мальчик… которого я забыла…

Говорят память — штука коварная. Одно травмирующее событие может стереть все плохие воспоминания и даже самого человека, с которым они связаны. А может и вернуть их в самый неподходящий момент. Что сейчас стало спусковым крючком для моей памяти? Я не знаю. Но воспоминания нахлынули таким мощным потоком, что я не могу им сопротивляться.

— Сережа…

*****

Я иду в магазин за молоком, как обычно считая ворон и разглядывая все, что встречается мне по пути. На улице очень тепло и домой возвращаться не хочется. Большинство моих сверстников сейчас сидят за партами и слушают нудные правила и теоремы. А я болею. Точнее притворяюсь больной, чтобы в такую прекрасную погоду не сидеть на школьной скамье.

Щебет птиц прерывается криками и улюлюканьем. Они слышатся из-за стоящих неподалеку гаражей. Любопытство побеждает над моей стеснительностью и страхом, когда я различаю голос брата.

— Эй ты, отморозок! Тебе говорили, чтобы ты здесь больше не ходил?

— Где хочу, там и хожу, — упрямый детский голос слегка дрожит.

— Пацаны, вы слышали? Он еще и дерзит!

— А ну иди сюда, придурок!

Я слышу возню, крик, звуки ударов. Завернув за ближайший гараж, вижу, как мой брат роется в чужом портфеле, а его друзья окружили какого-то мальчишку, лежащего на земле.

— Парни, да он не просто чудик, он — баба. У него кукла в рюкзаке. Смотрите.

И брат достает настоящую Барби. Таких достать очень сложно, я знаю, потому что давно прошу у мамы подобную.

Мальчик поднимает голову и неожиданно злым и твердым голосом кричит:

— Положи на место! Не трогай! Она еще не готова!

Мальчик пытается подняться, но окружившие его не дают это сделать.

Все это неправильно и не красиво. Но я не могу ни тронуться с места, ни что-то сказать. Меня как будто парализовало, и я просто смотрю на происходящее со стороны.

Мой брат смеется и, пытаясь заслужить восхищение своей свиты, отламывает кукле голову, руки, ноги, бросает ее на землю и начинает вдалбливать ногой остатки в землю.

Мальчик уже не вырывается, а тихо плачет, лежа на земле.

— Хватит!

Я оглядываюсь в поисках неведомого спасителя, но потом понимаю, что голос, сказавший это — мой собственный.

— Хватит! — я дрожу, как осенний лист. — А то я маме все расскажу.

Друзья брата смеются надо мной, но не он. Паша наконец-то замечает свою сестру и смотрит злобно в глаза. «Рассказать маме» — худшее для него наказание, и я это прекрасно знаю.

— Ладно, — небрежно бросает брат своим приспешникам. — Отпустите. Хватит с него. И пусть больше не появляется в нашем дворе.

Мальчишки переглядываются, но все-таки отпускают свою жертву. Оглядываются по сторонам и по одиночке выходят из-за гаражей. Паша, проходя мимо толкает меня плечом. Но я стою на месте, не шевелясь и больше не смотря на него.

Мы остаемся одни: мальчик и я.

Подхожу к брошенному портфелю, собираю разбросанные вещи, поднимаю остатки куклы, подхожу к мальчику.

— Это твое, — он смотрит на меня заплаканными глазами. Наверное, боится, что я тоже буду над ним смеяться. Но я не смеюсь. Мальчик поднимается, забирает вещи, отряхивается.

— Спасибо, — мямлит он.

— Как тебя зовут?

— Сережа.

— Привет, Сережа. А я Лена, — протягиваю руку. Сережа неуверенно пожимает мою ладонь. — Давай дружить? Я тоже люблю куклы, — улыбаюсь я, а он насупливается, но все же отвечает: — Давай.

— Сережа…

Дружба — странная штука. Согласитесь. Вот так неожиданно два совершенно разных человека стали друзьями, преданными и верными, приходящими друг другу на помощь.

До тех пор, пока не появилась она… Даша.

*****

— Привет, меня зовут Даша, а тебя как зовут?

— Лена!

— Здорово! Лена, давай дружить?

— Давай!

*****

С Дашей оказалось гораздо интереснее. Возможно, потому что она была девочкой. А может по какой-то другой неведомой причине. Но мы стали «не разлей вода». Сережа часто обижался на меня, когда я уходила гулять с новой подругой, а не с ним.

— Ты избегаешь меня? Тоже стала считать меня странным? Я тебе больше не нравлюсь? Ты не хочешь больше со мной дружить? — засыпал он меня вопросами. Но на все я отвечала, что никогда не предам нашу дружбу и никогда не буду считать Сережу странным.

*****

— Как ты можешь с ним дружить?

Мы идем с Дашей вместе со школы и пинаем попавшийся под ноги камушек.

— Гол! — кричу я, когда камень залетает на траву за бордюром с Дашиной стороны.

— Короче, мне не нравится, что ты общаешься с шизиком! На нас из-за этого мальчики совсем не смотрят. Выбирай, или он, или я!

— Ты, конечно! Сережа он такой да. Необычный. Странный. А ты — моя лучшая подруга. Я выбираю тебя!

От удара в плечо, я падаю на коленки и разбиваю их об асфальт. Мальчик пробегает мимо меня через дорогу, ему сигналят машины, но он не оборачивается.

Это Сережа… Он все слышал? О Господи, как же неудобно. Но он… Он и вправду странный.

«Лена, ты обещала ему»

«Обещания можно не сдерживать. Так брат говорит.»

«Но это нечестно, неправильно…»

«Переживет.»

«Злая ты, Лена, и дура.»

«Возможно.»

*****

Нам 12 и завтра у нас первая настоящая школьная дискотека. Мы с Дашей договариваемся встретиться завтра возле ее дома. Но вечером она неожиданно звонит мне на домашний телефон:

— Слушай, мне тут матеша, тетрадь Пашину дала, велела передать ему. Говорит забыл забрать. А ты знаешь, что я не смогу. Ты же знаешь, как я отношусь к твоему брату. Замямлю, растеряюсь, застесняюсь. Он решит, что я идиотка. Может ты придешь заберешь?

— Конечно.

— Тогда давай через час за гаражами. Я тут еще кое с кем встретиться должна.

— Хорошо.

Через час уже темнеет, но я иду на встречу с Дашей. Заберу тетрадь и домой. Завтра дискотека, надо хорошо выспаться.

Подходя к назначенному месту, слышу громкий Дашин крик:

— Ты больной придурок! Она сама не хотела с тобой общаться больше!

— Это ты виновата, — голос злой и пугающий. — Ты забрала ее у меня. Ты настроила ее против меня. Если бы тебя не было, мы бы до сих пор были вместе. Это ты во всем виновата.

Потом глухой звук удара, крик, звук падающего тела, хрип, звук удара, еще один и еще.

Я бегу, ужас обволакивает меня. Я не понимаю, что происходит, но в глубине души уже знаю, что меня ждет там.

За гаражами темно, но я вижу лежащее на земле тело. Стоящего над ним парня, сжимающего нож.

— Сережа, — шепчу я.

Он оглядывается, хочет сбежать, но потом говорит мне твердым и ровным голосом, который пугает меня еще больше. Без эмоций, только голая правда:

— Если ты кому-нибудь расскажешь, будешь лежать также.