Помоги проекту - поделись книгой:
В этот момент, со стороны моста, раздался протяжный звук трубы, который сразу привлёк к себе общее внимание.
— Принц народ собирает — пояснил Раян — Видимо, опять хочет речь говорить.
— Да уж, он это любит — простонал Каван — Плату бы лучше добавил.
— Тебе за ранение добавят — сказал Раян — Лечись, а мы с Артуром пойдём послушаем Их высочество.
Когда они подошли к мосту, там уже собралась толпа, образовав большой живой круг. Раян довольно бесцеремонно стал расталкивать мерсийских вояк и протискиваться вперёд. Кислый пристроился сзади него, стараясь не отстать. Удивительно, но мерсийцы даже не пытались сопротивляться подобной наглости и спокойно уступали наёмнику дорогу. Оказавшись, таким образом, в первом ряду зрителей, Сергей наконец увидел принца, ради которого сотни людей сегодня загнули боты. Эллиоту было где-то лет пятнадцать. Не больше шестнадцати уж точно. Но сколько достоинства во взоре! А какие манеры! Кислицин даже залюбовался. Светлые, зализанные до блеска, волосы. Чёлка почти до бровей. Серые глаза. Совсем ещё детская мордочка с румяными щёчками. Наверное, с таких художники амурчиков рисуют. Но уже в латах из, отполированной до блеска и украшенной золотом, чернёной стали. На боку меч в дорогих ножнах. Белого коня только не хватает. Хотя, конь наверняка имеется. Но сейчас принц возвышался над толпой, используя в качестве постамента одну из телег. Рядом с принцем на телеге стояли ещё два человека. Один из них — рыцарь лет сорока в дорогих, забрызганных кровью, латах. Его кудрявые чёрные волосы и окладистая борода поблескивали сединой в лучах заходящего солнца. Вторым был пожилой воин в пластинчатых доспехах и кругловерхом шлеме с поднятым забралом. Именно воин, а не рыцарь. Судя по тому, что на поясе у него вместо меча висел фальшион.
— А кто это рядом с принцем? — поинтересовался Кислицин.
— Который чернявый? То граф Глостер — ответил Раян — Они с принцем дальняя родня.
— Тогда понятно зачем он к нам переметнулся — сказал Сергей.
— У Глостера дочь одного возраста с принцем — пояснил наёмник — Вот он и мечтает их сосватать. Когда Эллиот будет королём Мерсии, Глостер станет королевским тестем. Понял?
— Понял — кивнул Сергей — А второй? Тоже родственник?
— Нет. Это Джейкоб — старший оруженосец принца. Его правая рука. Он при Эллиоте с самого рождения. И в изгнании с ним был. Принц ему доверяет, как самому себе.
Кроме данных персонажей, рядом с телегой находилось ещё несколько рыцарей в дорогих латах. Вероятно, мерсийская знать. Но они Кислицина мало интересовали. Его внимание привлекла небольшая группа пленных уэссекцев. Уже без доспехов, но судя по дорогому прикиду все они являлись аристократами. Как ни странно, но золотые рыцарские цепи никто с них даже не подумал снять. Некоторые были легко ранены. Только благодаря крепким латам знатные уэссекцы остались живы и не разделили учесть тысяч своих менее родовитых соплеменников. Среди пленных был и барон Чандлер. Он стоял, гордо вскинув голову, рядом с высоким седовласым мужчиной. Кислый не сразу признал графа Солсбери, так как раньше видел главнокомандующего только в доспехах и верхом на коне. Мастера Уильяма и молодого гонца, вырвавшего из алчных лап Сергея бедняжку Амелию, среди пленных не наблюдалось. Возможно они пали в неравном бою или сумели бежать. Да, какая теперь разница.
Решив наконец, что зрителей собралось достаточно много, Их королевское высочество приступил к делу.
— Народ Мерсии — проникновенно воскликнул он писклявым голоском — Сегодня мы наконец показали врагу силу нашего оружия! Много славных воинов пало этим днём! Они умирали с улыбкой на устах и со словами «Да, здравствует Мерсия»! Но силы наши растут с каждым днём. Вот и дядюшка Мэйсон теперь с нами. А завтра в Глостер прибудет герцог Мэнский, чтобы поддержать справедливую войну против вероломного Эдуарда. Скоро и остальные графства присоединятся к нам. А тех, кто не захочет присоединиться мы сметём, как бесполезный мусор! Как грязь! Как…
— Как дерьмо — помог кто-то из толпы.
— Правильно! Как это самое — продолжил Эллиот — Да, здравствует свободная Мерсия!
Толпа одобрительно загудела. Послышались возгласы «Слава принцу Эллиоту!» В ответ Их высочество одарили подданных благосклонной улыбкой. По лицу принца было видно, что он просто тащится от всеобщего внимания. Обведя горделивым взором толпу, Эллиот вдруг остановил свой взгляд на Кислицине. Босой, грязный, в забрызганном кровью сюрко на голом теле и с секирой за поясом, Сергей больше напоминал дикаря, чем нормального воина.
— Эй ты! Иди сюда — поманил рукой Кислицина принц.
— Я? — удивился Сергей, искренне не понимая зачем он понадобился Их высочеству.
— Да. Иди сюда, чтобы все тебя увидели — сказал Эллиот.
Кислый вновь почувствовал предательскую дрожь в коленях.
— Неужели этот молокосос раскусил кто я? — пронеслось у него в голове.
Нехотя Сергей приблизился к телеге. От волнения он даже не додумался, поклониться принцу и его соратникам-аристократам. Но Эллиот не обратил внимание на подобную мелочь.
— Как зовут тебя, герой — спросил он, с интересом разглядывая Кислицина.
— Артур — растеряно ответил Сергей.
— Сколько убил врагов, Артур?
— Не знаю — пожал плечами Кислицин — Не считал.
— Не считал?! — засмеялся принц и, обратившись к толпе громко повторил — Он их не считал!
Толпу огласил взрыв хохота. Послышались шуточки по поводу странного вида «героя».
— Да, он и считать-то не умеет — глядя на прикид Сергея, усмехнулся Глостер.
— Почему же?! Умею — обиделся Кислый — Вот писать да… Пока не очень…
Во взгляде принца промелькнула тень сомнения.
— Ты что же? Прямо так и воевал? Без шлема и кольчуги — прищурив глазки, спросил он.
— Кольчуга от стрел не защищает, от меча или пики тоже. Зачем же мне лишнюю тяжесть таскать? — решил включить дурака Кислый, который почувствовал игривое настроение Их высочества.
— А голова у тебя и так твёрдая. Зачем ей шлем? — захохотал Глостер.
После этой графской шутки минут пять ржали все. Даже пленные аристократы.
— С такими героями мы Эдуарда вмиг одолеем — наконец сказал Эллиот — Повеселил. Чего хочешь? Денег?
— Хочу стать бароном, Ваше высочество — честно признался Сергей.
Ну, а чё такого? Принц в хорошем настроении. Глупо же не попытать счастье?
Глава 9. Удар милосердия
Можно подумать, никому кроме Сергея не хотелось стать бароном. Но почему-то его абсолютно нормальное желание вызвало новый взрыв хохота.
— А шутом стать не желаешь?! — крикнул кто-то из толпы — Тебе больше подойдёт.
Эллиот же ответить не успел. Раздался конский топот. Это всадники гнали через мост ещё одну группу пленных. Тех, кто успел покинуть место боя, но кому не удалось сбежать от кавалеристов Глостера. Среди них находились и ополченцы. Но отличить их от воинов, с которых успели снять кольчуги, теперь было крайне сложно. Рвань она и есть рвань.
— А ну-ка, гоните этих трусов сюда — оживился принц — Хочу посмотреть на них поближе.
Толпа расступилась, пропуская пленных в середину круга. Всего их было не больше пятидесяти человек. Грязные, оборванные. Некоторые еле держались на ногах.
— Хороши! — скривив презрительную гримасу, воскликнул Эллиот — Бросили командира и бежали словно крысы. Вот, что теперь с ними делать? Может домой отпустить?
— Повесить их — в один голос заорала толпа.
— Верно! — крикнул принц — Повесить их всех до одного!
Мерсийци тут же стали хватать пленных и тащить к ближайшим деревьям. А юный Эллиот, поставив ногу на край телеги и по-хозяйски скрестив на груди руки, с интересом наблюдал, как развлекается его свободолюбивый народ. Вдруг из толпы пленных вырвался какой-то босяк и кинулся к телеге, с которой гордо взирал мерсийский принц. Схватив ногу Их высочество, бедняга, как безумный, начал целовать его ступню.
— Пощадите — в отчаянии закричал пленный — Мне нельзя умирать. Моя жена… Она скоро должна родить.
Кислицин вздрогнул, услышав знакомый голос. Он с трудом узнал в этом растрёпанном и грязном оборванце приятеля Итана. Тот смотрел на принца полными слёз и ужаса глазами, как на последнюю свою надежду. Четверо мерсийцев хотели было оттащить Итана от телеги, но Эллиот жестом их остановил. Эта сцена привлекала внимание, а такой удачный случай покрасоваться принц упускать не желал.
— Говоришь жена твоя скоро родит? — бросив надменный взгляд на беднягу, спросил Эллиот — Здорово! А от кого?
— От меня конечно — не понял Итан.
— А ты в этом уверен? — уже обращаясь к толпе, засмеялся принц.
Мерсийцы оценили юмор Их высочества взрывом хохота. Засмеялся и сам Итан, задрав голову и с собачьей преданностью глядя в глаза Эллиоту. Глупый смех приговорённого ещё больше развеселил толпу.
— Ну, всё! Папаша — устав наконец ржать, сказал принц — Прими наши искренние поздравления и ступай к остальным.
В подтверждение того, что разговор окончен, Эллиот вырвал из объятий бедняги свою ногу. Однако, Итан сдаваться не собирался.
— Я могу быть полезен Вашему высочеству — завопил он, вцепившись в край телеги — У меня есть ценные сведения.
— Хорошо — согласился принц — Если твоё сообщение меня хоть немного заинтересует — я тебя помилую. Но если ты просто тянешь время, прикажу повесить тебя вверх ногами.
— Мне точно известно, что король Эдуард сейчас воюет во Франкии — затараторил несчастный Итан — И ему уже отправлено сообщение о Вашем справедливом вторжении.
— Эти твои «ценные сведения» мне давно известны — засмеялся Эллиот — Может быть хочешь ещё что-то ценное сообщить? Нет? Тогда прощай!
Было видно, как Итан отчаянно придумывает, чтобы ещё сообщить Их высочеству. Бедняга трясся всем телом, озираясь по сторонам, словно искал чьей-то подсказки. И тут он заметил Кислого. У Сергея внутри всё похолодело. Опасность разоблачения, которую Килицин уже практически избежал, вновь нависла над ним, словно дамоклов меч. То, что Итан узнал родственника, было ясно по тому, как вспыхнула надежда в его удивлённых глазах.
— Есть, Ваше высочество! — воскликнул он, радостно глядя на принца — У меня есть…
Однако, договорить бедняга не успел, распластавшись на земле с проломленным черепом. Все прекратили смеяться и уставились на Сергея, который стоял, выпучив безумные глаза и сжимая в руке секиру. Итан дёрнулся пару раз, выпустил из ноздрей две кровавые струйки и умолк навсегда.
— Похоже не навоевался ещё твой герой — захохотал Глостер.
Но Элиот не разделил весёлость дядюшки Мэйсона. Он был явно возмущён бесцеремонностью, с которой Сергей прервал его шоу.
— Да, как ты смеешь?! — грозно закричал он своим писклявым голоском.
Тут уже Кислицину пришлось срочно придумывать объяснение собственной наглости. Чтобы как-то выиграть время, он вскинул вверх руку с топором и заорал что есть мочи:
— Да, здравствует принц Эллиот!
Толпа радостно поддержала рёв Сергея. На лице принца засветилась довольная улыбка. Ну, нравилось Эллиоту, когда его восхваляют и всё тут.
— Почему без приказа? — уже спокойнее спросил он — Я собирался его повесить, а ты болван всё испортил.
— Простите, Ваше высочество! — успев немного собраться с мыслями, произнёс Кислицин — Когда это грязное животное посмело прикоснуться к Вам — нашему будущему королю и освободителю Мерсии, меня даже затрясло от ярости. Я пытался себя сдержать, но не смог.
— Это конечно многое объясняет — философским тоном сказал Эллиот — Ты прощён. На первый раз. Но впредь держи себя в руках. Кстати, ты вроде хотел стать бароном? Я не ослышался?
— А это возможно? — оживился Сергей.
— Н-н-нет — смерив брезгливым взглядом наряд Кислицина, ответил принц — Пока нет. Но я сделаю тебя своим оруженосцем. Поверь. Это тоже весьма почётно!
— Ваше высочество. У Вас уже есть три оруженосца — недовольно буркнул Джейкоб — Зачем Вам ещё этот голодранец?
— Джейкоб. Дружок. — тоном наставника произнёс Эллиот — Ты эсквайр. Твоё дело командовать, а не таскать мои сундуки. Отмой его и одень. Мне понравился этот чудак.
Затем он повернулся к группе пленных аристократов и величественно изрёк:
— Господа, сумму выкупа вам объявят позже. А пока, чувствуйте себя моими гостями и будьте благоразумны, чтобы я не пожалел о моём гостеприимстве. Стража, проводите джентльменов в их новые апартаменты.
Наконец-то этот кошмарный денёк подошёл к концу. После митинга начались похороны героев, павших в минувшей битве с улыбкой на устах. Их всех свалили в одну неглубокую длинную яму вместе с убитыми врагами и засыпали землёй, установив большой деревянный крест. Кислый в этом участия не принимал. Не пристало оруженосцу самого принца ковыряться в земле. Было уже темно. Сергей лежал в походном шатре, на бараньей шкуре и слушал, как священник справляет панихиду возле братской могилы. Наконец затих и он. А Кислицину почему-то не спалось. Вроде бы всё получилось, как нельзя лучше. Живой, вымытый в кадке с подогретой водой, лежит себе в новом чистом белье. Ну, чё ещё надо-то? Правда, рядом храпят три оруженосца Их высочества, но такое раньше Сергею не мешало. Мысль, что он стал настоящим убийцей и что это теперь на всю оставшуюся жизнь, не давала Кислицину покоя. Любые рассуждения о самообороне и о том, что убийство в этом мире дело обычное, слабо помогали. Сергею вспомнились пионеры-герои из школьной программы. Как бы они поступили на его месте? Да, сами бы вышли вперёд и плюнули Их высочеству в румяную физиономию. Итана они этим вряд ли спасли, но хоть поддержали бы друга перед смертью. Кислый поморщился. Ну, не герой он, а обычный человек. А обычные люди, рано или поздно находят оправдание любому своему поступку. Даже очень мерзкому. Защитное свойство человеческого мозга таково. Итан ведь был обречён? Скорее всего да. Так какое же это убийство?! Сергей просто избавил друга от мучений. Удар милосердия — вот как это называется! Милосердия! От подобной мысли Кислому вмиг полегчало. Терзавшие его сомнения рассеялись, как дым. Сергей пощупал кошель, висевший теперь на его груди, как у тех наёмников, которых он обирал. Да. Теперь у него были собственные деньги. Даже без той половины, что Кислицын отдал Раяну, оставалось ещё сто двадцать два серебряных шиллинга. Для крестьянина Артура, не так уж и мало. Этот босяк и не видал столько деньжищ. Кроме денег в кошельке Кислого лежал ещё золотой крестик на тонкой цепочке, который он естественно не отдал Раяну. Вначале, Сергей хотел надеть золотой крестик себе на шею, но потом решил, что его деревянный на верёвочке будет понадёжнее, раз тот спас его в сегодняшней переделке, а золотой своего хозяина нет. Кислицин ещё не представлял, что значит быть оруженосцем принца.
— Уж наверняка получше, чем крепостным барона Чандлера — решил он, засыпая сном праведника.
Глава 10. Новые обязанности
На следующее утро Кислого разбудил пинок в спину. Подскочив от неожиданности, Сергей увидел суровое лицо Джейкоба.
— Спишь дольше принца, скотина — зло констатировал эсквайр — Вставай быстро! Будешь вместе с Арчи прислуживать во время завтрака.
Арчи — это один из оруженосцев Их высочества. Двух других звали Генри и Райли. Все они были примерно такого же возраста, как сам Эллиот. Но из них лишь Арчи являлся простолюдином. Он был сыном кормилицы принца. Остальные оруженосцы представляли из себя отпрысков благородных семейств Мерсии и не привлекались Джейкобом в качестве лакеев. Поэтому, Арчи искренне радовался появлению в их компании Кислицина, надеясь-таки снять с себя часть служебных обязанностей.
Этим утром Эллиот завтракал один. Дядюшка Мэйсон ещё вечером ускакал в Глостер, чтобы приготовить торжественный приём Их высочеству. Обстановка в шатре принца была достаточно аскетическая. Четыре сундука, самый большой из которых заменял принцу кровать, раскладной стол и два стула с очень высокими спинками. Вот собственно и вся мебель. Пол в шатре устилали медвежьи шкуры. Вероятно, прямо на них и спал эсквайр Джейкоб. Единственным украшением шатра являлся голубой баннер с личным гербом Их высочества, из двух красных и двух синих полей, расположенных в шахматном порядке. Синие поля рассекал жёлтый мерсийский крест, а на красных были изображены львы, тоже жёлтого цвета. Над гербом красовалась, вышитая золотой нитью корона и три слова «СЫН ЗА ОТЦА».
В первый раз Сергею лишь позволили держать серебряный тазик с чистой водой и полотенце, чтобы Их высочество мог, время от времени, омывать ручки, перепачканные едой. Всё остальное Арчи делал сам. Он сервировал стол. Помогал личному повару Эллиота подавать яства. Подливал в кубок принца вино. Делал это Арчи уверенно и быстро. Ведь он служил Их высочеству с раннего детства. А тем временем, Эллиот уплетал жаренную курочку и разглядывал отмытого Сергея, словно ребёнок новую игрушку.
— Артур — наконец спросил он — Ты откуда родом?
— Из этого… Как его… Ворчестера — вспомнил Кислый.
— Понятно. А чем занимался до войны?
— Да, разным — пожал плечами Сергей — Брался за любую работу, что есть. Я же сирота. Отца уэссекцы убили ещё в прошлой войне. Мать тоже долго не выдержала одна. Я ведь и на войну-то пошёл, чтобы за родителей отомстить.
Лицо принца вмиг стало не по детски суровым.
— Я тоже хочу отомстить за своего отца — с пониманием глянув на Кислицина, сказал он — Арчи, налей Артуру вина.
Эллиот встал из-за стола и, подняв кубок, торжественно произнёс:
— Давай почтим память наших отцов, павших за свободу Мерсии. И поклянёмся мстить злодею Эдуарду пока бьются наши сердца.
Выдав очередную пафосную речь Их высочество вновь уселся за стол. Сергею винишко показалось слабоватым — градусов десять от силы. А вот принц заметно повеселел. Тем более, что выпил Эллиот на один кубок больше.
— Довольно грустить! — подмигнув Сергею, сказал он — Лучше расскажи мне, Артур, что-нибудь весёлое.
— Анекдот, что ли? — не понял Кислый.
— А не… что? — переспросил Эллиот.
— Анекдот — пояснил Сергей — Это такая короткая, смешная история. Выдуманная конечно же. Сейчас вспомню.
Поделиться книгой: