Помоги проекту - поделись книгой:
Делиться награбленным с членами семьи Сергей и не думал. С какой стати?! Ну, кормят его. Так он уже всё отработал нелёгким трудом. А каких-нибудь родственных чувств к этим людям Кислый не испытывал. Не успел ещё привязаться. И вообще, у него своя дорога. Ну, не хочет он всю жизнь ковыряться в земле. Вот продаст в городе драгоценности. Купит себе наряд не хуже, чем у лорда. А там уж постарается и в высший свет пробраться. Встречают-то везде по одёжке. Конечно, необходимо всё хорошенько обмозговать. Расспросить у Томаса, где покупают драгоценности. А чтобы тот не удивлялся — зачем Сергею это надо, придётся пожертвовать рубином из серьги. Да, и совесть его будет чиста. Не оставил-таки родню без средств к существованию.
Кислицин сорвал большой лист лопуха и завернул в него все свои сокровища. Сунув их за пазуху, Сергей углубился немного в лес, чтоб не отсвечивать на берегу. Мало ли что! Так он и шёл в направлении села, не отходя далеко от реки. Обратный путь был намного дальше и труднее, но все же Сергей вернулся ещё засветло. Впрочем, торопиться домой он не стал. Притаившись в кустах, Кислый долго наблюдал за обстановкой в поселении. Вроде бы всё тихо. Никакого кипишу. Селяне спокойно занимались собственными делами, и никто из людей барона их не тревожил. Это было по крайней мере странно. Всё-таки ограблена дочь самого Чандлера.
Тем не менее, Кислый решил дождаться темноты. А пока ждал, он кинжалом выковырял из оправы рубин и засунул себе в башмак. Остальные цацки опять хорошенько упаковал, вместе с кинжальчиком, в листья лопуха.
Закапывать драгоценности в лесу Сергей побоялся. Не потому, что их кто-нибудь найдёт. Он опасался сам потерять место клада. Ведь лес кругом одинаковый. Легко попутать ориентиры.
Наконец совсем стемнело и Кислый спустился с холма в село. В окнах домов светились огоньки очагов. Печь у здешних крестьян являлась редкостью. В окне их сарая, на противоположном берегу, тоже светился огонёк. И Сергей шёл, ориентируясь на него, как моряк на полярную звезду. Несколько раз споткнувшись о какие-то коряги, он всё-таки дошёл до реки. Возможно кто-то из соседей ещё дышал свежим воздухом, любуясь звёздным небом южной Англии, но разглядеть их в темноте Кислицин не мог. Скорее всего его тоже никто не заметил. Зажав левой рукой рубин, а в правой держа одежду и обувь, Сергей осторожно вошёл в реку. Дно было неровным и каменистым. Приходилось его ощупывать ногой, прежде чем сделать очередной шаг. Но даже в самых глубоких местах вода едва доходила ему до пояса и вскоре он благополучно оказался на противоположном берегу.
Когда Кислый заглянул в дверь родного сарая, вся семья была в сборе. Чарли и Томас валялись на своих ложах и только Холли, сидя возле очага, что-то шила большой деревянной иглой. Увидев Сергея, она радостно заулыбалась и отложила шитьё.
— Иди поешь — сказала Холли и кивнула на чугунный котелок с остатками грибной похлёбки.
— Вижу поход в лес не прошёл даром — беря в руку ложку, заметил Кислицин.
— Ты где весь день шлялся? — строго спросил Томас — Мы уже решили, что-то случилось с тобой.
— Да, ничего не случилось — ответил Сергей — Искал место, где был дом Эллы, но так и не смог вспомнить.
— Ну, что за человек?! — покачал головой отец — Забудь ты наконец эту ведьму. Всё! Нету её больше! Нету!
— Всё, батя, забыл — согласился Сергей — А как у вас дела? Много грибов насобирали?
— Рано ещё для грибов — махнул рукой Томас — Набрали малость «сморчков». Да, ягод чуток. А у тебя как? Улов будет?
— Завтра поглядим — подмигнул отцу Кислицин — Место хорошее. Что-нибудь да поймаем, непременно.
Закончив ужин, он подошёл и сел рядом с Томасом. Похоже, Чарли спал, да и Холли уже прилегла.
— Батя глянь, что я на дороге нашёл — протянув отцу рубин, шепнул Сергей.
— Драгоценный? — с недоверием в голосе спросил Томас и осторожно взял здоровенными пальцами камушек — Чё, прямо на дороге?
— Да. Наверно отвалился от платья какого-нибудь лорда — шёпотом ответил Кислицин — Они любят такое на себя вешать. Только давай потише. Незачем об этом всем знать.
— Правильно — в этот раз шёпотом ответил отец и в его глазах загорелся алчный огонёк — Бабе и мальцу лучше пока не говорить.
— Где его выгоднее продать? — поинтересовался Сергей — Так, чтоб лишних вопросов не задавали.
— Ясное дело где — сказал Томас — У евреев конечно. Они лишние вопросы не задают. А чё тянуть-то? Давай завтра и отправимся в Оксфорд? Это же сколько всего накупить-то сможем?!
— Сходить можно и завтра, конечно — ответил шёпотом Кислицин — Но сразу много всего покупать не стоит. Соседи увидят, станут интересоваться. Где взяли? Поди докажи, что не ворованное!
— Да! Об этом я не подумал — почесал бороду отец — Тогда, так поступим. Будем рыбу ловить и в город её на тележке возить. А обратно с покупками возвращаться. Если что, скажем — покупателя хорошего нашли.
— Давай это завтра не спеша решим? — зевнув, сказал Сергей — Что-то устал я сегодня. Спать пойду.
— И то верно… — любуясь камнем в свете пламени очага, ответил Томас.
Кислицин улёгся на своё ложе, но прежде чем уснуть, вытащил из-за пазухи свёрток с драгоценностями и спрятал его в солому под рогожку. Вряд ли кто-то станет копаться в его постели. Через пару дней Кислый всё равно от сюда уберётся навсегда и прихватит это добро с собой. Вскоре Сергей уснул, а счастливый Томас ещё долго лежал с открытыми глазами и строил планы на будущее. Жизнь налаживалась.
Глава 5. От судьбы не уйдёшь
Сергей ещё видел сон, когда его грубо схватили и выволокли из дому. Всё произошло так
внезапно, что он даже не успел толком проснуться.
— Атас, пацаны! Вяжут! — заорал Кислый на русском языке, стараясь разлепить сонные глаза.
И тут он увидел, лоснящуюся жиром, харю сэра Оливера. Управделами барона Чандлера всё так же восседал на своём любимом откормленном мерине.
— К остальным — махнув рукой, распорядился он.
— Куда же вы его? — услышал Кислицин жалобный всхлип Холли и окончательно проснулся.
Два воина в кольчугах и шлемах подтащили Сергея к небольшой группе таких же оборванцев, как и он сам. В основном это были молодые парни лет семнадцать или двадцать. Но имелась пара и более взрослых мужиков. Судя по выражению лиц, никому из них не нравилось то, что происходит. Кислицин оглянулся и увидел, как Томас, что-то пытается втолковать сэру Оливеру, а тот отвечает ему резкими, короткими фразами. Наконец управляющему это надоело и, он дёрнув поводья, направил коня к группе, где находился Сергей.
— Давайте, олухи! Пошевеливайтесь! — крикнул Оливер — Не заставляйте ждать Их сиятельство.
И крестьяне, подгоняемые воинами, послушно зашагали в сторону замка. Кислицин в последний раз оглянулся назад. Он увидел, стоявших рядом, Томаса и Холли. Холли, как обычно, рыдала, да и у Томаса в газах блестели слёзы. Но главное, что поразило Сергея, это выражение их лиц. На них застыла, какая-то абсолютная безысходность. У Кислицина защемило в груди. Видимо, эти люди стали-таки ему не совсем чужими. А вот Чарли был спокоен и даже весел. Он с ехидной улыбочкой глядел вслед Сергею, словно бы радовался творившемуся вокруг беспределу.
— Ну, ясно! На опознание ведут — решил Кислицин — Собрали всех подходящих по возрасту, а теперь предъявят нас скопом баронской дочурке. И бежать-то некуда — поля кругом. Хана короче.
От этой ужасной догадки внутри у него резко похолодело и захотелось срочно отлить.
— Ой, как скрутило! — схватившись за живот, воскликнул Кислый. — Вы идите, а я догоню.
Он попытался покинуть строй, но получив неприятный тычок кулаком под рёбра, вернулся обратно.
— Ну что, Артур? — сказал один из мужиков — Не вышло?
— Мы знакомы? — удивился Сергей.
— Как же мне не знать брата собственной жены? — усмехнулся тот — Слышал, ты память напрочь потерял. Я Итан. Помнишь, как гулял у нас на свадьбе?
— Ах, да — Кислый сделал вид, что вспомнил — Привет, Итан. Не знаешь случайно куда нас ведут?
— На войну, брат — тяжело вздохнул Итан — На войну.
— Что за война? — не понял Сергей — Против кого?
— Гонец вчера к барону нашему прискакал. Говорят, Мерсия взбунтовалась. Независимости хотят. Принц Эллиот с ирландскими наёмникам захватил Честер и теперь движется на юг. Северные графы уже его поддержали. В общем, бойня будет серьёзная.
— Чё за принц Эллиот? — спросил Кислицин.
— Ну, как? Это же сын покойного короля Мерсии — стал объяснять Итан — Когда мы победили и наш досточтимый король Эдуард присоединил Мерсию к собственным владениям, принц Эллиот с мамашей и сестрой бежал в Ирландию. В королевство Лэйнстер. А теперь мальчик вырос и хочет вернут отцовский трон.
— Ну, а мы причём? — не унимался Кислый — Вот пусть сами и воюют.
— Ты это барону скажи — грустно усмехнулся родственник — Может отпустит нас по домам. У меня жена скоро родить должна. Нельзя мне на войну.
Дальше они шли молча. Разговаривать не хотелось. Эта внезапная мобилизация, рушила Кислицину все его планы. И драгоценности не успел припрятать, как следует. Найдут их. Может быть не сразу, но обязательно найдут. Не попал в Афган, так здесь воевать заставляют. Судьба, видать, у него такая.
Баронский замок, к которому направилась их группа, выглядел довольно внушительно. Каменные стены с узкими бойницами, метров десять высотой. Не меньше. А массивные башни и того выше. Ещё прибавьте ров, метров пять в глубину и три в ширину. В общем, символ феодального могущества во всей своей красе. Подъёмный мост опущен, а решётка наоборот — гостеприимно поднята вверх. Однако, в сам замок их не повели.
Когда они подошли ближе, то Сергей увидел целую толпу крестьян. Все они почему-то стояли на коленях, держа ладони сложенными перед лицом. Вскоре их слух уловил протяжные песнопения, которые доносились из ворот. Судя по всему, во дворе замка проходил молебен.
— Со всех сёл парней согнали — проворчал угрюмо Итан — Чувствую, будет воронью пожива.
Вскоре группа, в которой находился Кислицин, присоединилась к остальным. Даже сэр Оливер, при поддержке двух воинов, слез с мерина и пристроился к молящимся, благочестиво закатив вверх поросячьи глазки. Сергей тоже опустился на колени, но его мысли были далеки от молитвы. Чем больше он думал о ситуации, в которой оказался, тем меньше она ему нравилась. Вернее, она ему совсем не нравилась. Средневековая война, это тебе не драка на танцплощадке. Тут ведь и убить могут.
Молебен длился недолго. Вскоре из ворот замка вышли три человека облачённых в кольчуги и шлемы. На всех троих, поверх кольчуг, были накинуты синие сюрко, с вышитой совой. Подойдя к толпе новобранцев, воины криво ухмыльнулись.
— Это что за стадо баранов — спросил у Оливера один из воинов, который был, по всей видимости, старшим.
— Мастер Уильям — с вызовом бросил толстяк — Мне барон Чандлер велел собрать всех, кто способен держать в руках оружие. И я его задание выполнил. А остальное уже Ваше дело.
— Мамкину сиську они способны держать, а не оружие — зло ответил ему солдафон — А ну, козьи выкормыши, стройся по четверо.
После чёткого приказа мастера Уильяма, в толпе новобранцев возникла неразбериха. Многие даже толком не понимали, что значит «четверо», а уж как в это строится, не знал практически никто. Поэтому, воинам самим пришлось расставлять новобранцев в колонну по четыре человека, используя пинки, тычки и весьма красочные эпитеты. В конце концов, желаемое построение было-таки создано. И колонна двинулась по дороге, вслед за мастером Уильямом. В данный момент, Сергей больше всего опасался столкнуться с Амелией. На этом, уж точно, закончились бы его приключения. Но в сам замок новобранцев не повели, а обошли его и свернули вправо. Взору Кислого предстало несколько построек. Одна из них напоминала летнюю кухню в пионерском лагере, вторая была явно кузницей. Насчёт принадлежности остальных судить было сложно. Возможно там хранилось, что-то мало ценное. Вроде дров, угля и тому подобной мелочи. Возле «кухни» стояло ещё воинов десять, а рядом были кучами свалены очень нужные на войне вещи. Такие как — длинные пики, грубо сколоченные деревянные щиты и нехитрые кожаные доспехи. Чувствовалось, что всю эту амуницию сварганили на скорую руку. Вполне возможно, за прошлую ночь.
Остановив колону, мастер Уильям велел «баранам» не выходить из строя, после чего началось вручение военного снаряжения. Копий и щитов было даже с избытком, а вот доспехов явно не хватало. Сергею досталась лишь кожаная шапочка, прошитая толстым шнурком, вроде шпагата. И это было ещё хорошо. Потому что, Итану не хватило и её. В общем, полностью экипированной оказалась только первая половина колонны. Но похоже, Уильяма это не беспокоило. Оружие ведь получили все.
Когда с экипировкой было покончено, командир милостиво разрешил ополченцам сесть на траву. Впрочем, долго рассиживаться им не пришлось. Послышался конский топот и Кислицин увидел отряд всадников, который двигался по дороге. Причём, каждый всадник зачем-то вёл под уздцы ещё одного коня, облачённого в боевое снаряжение. Очевидно, впереди ехал сам барон Чандлер — не старый мужчина, лет тридцати пяти на вид. Его длинные светлые волосы спадали на стальной нагрудник мощных лат, в которые он был полностью облачён. Только на голове барона пока ещё не наблюдалось шлема, в отличии от остальных воинов. Вслед за всадниками шла колонна пехотинцев. Все, как один, в кольчугах, шлемах и с, отполированными до блеска, бердышами на плечах. Далее, громыхали две крытые подводы, вероятно с провиантом. И тут Кислый вздрогнул от неожиданности. Где-то сверху раздался звонкий голосок Амелии Чандлер.
— Отец! Возвращайся с победой! — высунув голову из окна башни, крикнула юная баронесса.
И ни одной слезинки в глазах. Словно родной батя не воевать отправился, а поохотиться в соседний лес. Ну и характер!
— Хватит отдыхать, ублюдки — скомандовал мастер Уильям — Пора.
Вот так. Ни тебе торжественного митинга. Ни тебе марша прощания британки. Просто все встали и отправились на войну.
Глава 6. Поход
Шли почти до самого вечера, без привалов. Барон Чандлер явно торопился. Часа через три беспрерывной ходьбы, Кислицин уже не мечтал о побеге. Ему хотелось только лечь, даже в дорожную пыль, и как можно быстрее. Но вот, наконец, вдали показались городские стены.
— Это Оксфорд — сказал Итан, который устал не меньше Сергея.
Но в город отряд барон не повёл. Он отправился туда сам в сопровождении рыцарей, предварительно велев остальным разбить лагерь у дороги. Воины стали разводить костры и готовить нехитрый солдатский ужин. Воду брали в Темзе, которая протекал вблизи Оксфорда. Точнее она огибала горд с двух сторон. А может то была и не Темза. В общем, Кислого это мало интересовало. Еду готовили в больших чугунных котлах. Причём, куски мяса доставались только воинам барона. Ополченцев же кормили одной крупой. Мисок в наличии не имелось. Только деревянные ложки, которых хватало с запасом. Ели прямо из котлов по очереди. Впрочем, животы кашей набили под завязку все.
Ближе к ночи подошёл ещё один отряд и встал лагерем рядом с ними. Похоже, командовал им такой же барон. Одного из вновь прибывших Сергей сразу узнал. Это был тот самый дворянин, пришедший на помощь Амелии Чандлер. Очевидно, он-то и разнёс весть о войне по всему их графству. Узнать Кислицина в его дурацкой шапочке парень вряд ли мог. К тому же он, вскоре, отбыл в Оксфорд вместе с, вновь прибывшим, бароном.
Этой ночью мастер Уильям больше ополченцев не трогал, позволив им выспаться. Караул несли только воины барона. Не доверяли они крестьянам. Спать пришлось прямо на траве, без подстилки и покрывала, что оказалось весьма некомфортно. Особенно под утро, когда потух костёр. Сергей чуть не задубел от холода. Но разбудила его не утренняя свежесть, а топот ног и шум.
— Что за кипиш спозаранку? — спросил Сергей у Итана, который уже проснулся и старательно соскребал остатки каши со стенок котла.
— Дезертиров поймали — ответил тот с набитым ртом — Сейчас вешать будут. Пошли глянем?
Дезертирами оказались четверо крестьян не из их отряда, которые этой ночью пытались сбежать. Трое были взрослыми мужиками, а один ещё совсем юный пацан лет пятнадцати. Ясное дело, увязался за односельчанами. Он стоял и шмыгал носом, растеряно наблюдая за тем, как воины готовят верёвки с петлёй.
— Мальца хоть пожалейте — выкрикнул один из дезертиров — По глупости он…
Это было напрасно. Толпа жаждала представления. Под одобрительные возгласы, солдаты подхватили всех четверых и потащили к ближайшим деревьям.
— Дяденьки отпустите! Я больше не буду! — завизжал пацан, тщетно пытаясь вырваться из сильных рук палачей.
Но его крик лишь вызвал хохот зрителей. Вскоре заскрипели ветви деревьев под тяжестью человеческих тел. Кислый смотрел на это, находясь в каком-то оцепенении. Словно вешали его самого. Ведь он тоже готовился бежать, как эти четверо несчастных людей. Дезертиры умирали медленно. Во всяком случае так показалось Сергею. Они корчились, хрипели, выпуская изо рта слюни. Дольше всех умирал пацан. Вероятно, молодой организм не хотел никак смириться такой ранней смертью, а может он просто был легче других повешенных.
— Без лошадей бежать пустое дело — философским тоном констатировал Итан.
— Я тебя вместе с лошадью поймаю и повешу собственными рукам — раздался сзади голос мастера Уильяма — Гляди у меня, пёс!
Тем временем, к ним присоединялись всё новые отряды. Войско увеличивалось с каждым часом. К полудню, окрестности Оксфорда уже представляли из себя один сплошной военный лагерь. Воины отдыхали и ждали приказа главнокомандующего — графа Солсбери, ставка которого находилась в Оксфорде. А вот ополченцам было не до отдыха. Их всех собрали в один большой отряд, построили в несколько рядов и начали обучать боевым приёмам. Собственно, основной приём был всего один — выставить вперёд пику, уперев тупой конец в землю. Этим они прозанимались почти до темноты. Вечером опять была каша и отдых перед сном. На этот раз, Итан и Сергей устроили себе ложе поудобнее, соорудив его из еловых веток. Ночь прошла без происшествий. Больше дезертировать никто не пытался.
Утром из города вернулись бароны и стали поднимать своих людей. Вернулся и барон Чандлер. На военном совете было принято решение, всех крестьян-ополченцев собрать в один большой отряд, командование которым поручили пожилому рыцарю-бакалавру по имени Натан Крайтон. Сержанты и десятники, руководившие, до этого, новобранцами, так же временно переходили в его подчинение. Численность нового подразделения превышало тысячу человек и одному с такой оравой справляться было никак нельзя.
Судя по всему, войско под командованием графа Солсбери двигалось куда-то на запад. Многотысячная колонна людей и повозок растянулась на несколько миль. Ополченцы шли последними и Кислый тешил себя призрачной надеждой, что эта войнушка закончится раньше, чем они доплетутся до поля боя. Топать так далеко и так долго Сергею ещё не приходилось. Но самое противное, это тащить здоровенный щит с нарисованной совой. Особенно, когда дует ветер. Радовало только то, что мастеру Уильяму, в его стальных доспехах было гораздо хуже.
— Командир — осмелился позвать его Кислицин — А всё-таки, куда мы идём? Если не секрет конечно.
— А тебе не всё равно? — огрызнулся Уильям, но потом ответил — К Глостеру мы идём.
— На подмогу королю Эдуарду? — уточнил Сергей.
— На подмогу графу Глостеру, баран — зло усмехнулся сержант — Эдуард Неустрашимый сейчас во Франкии, воюет с ихним королём за приданое дражайшей супруги — герцогство Бретонь. Семейный спор у них. Ему конечно письмо отправили. Но это дело не быстрое. Так что нам самим придётся разбираться с мятежниками.
Мастер Уильям ещё что-то бурчал, не очень лестное, про короля, его супругу, барона Чандлера, графа Солсбери и принца Эллиотта, но Кислый это уже не слушал. Было абсолютно ясно — бойни ему не миновать.
Они шли два дня. Вдоль дороги, то и дело, попадались небольшие поселения, жители которых с любопытством и даже злорадством глазели на измождённых ополченцев. Возможно никакого злорадства и не было. Просто уставшему Сергею так казалось.
— Живут себе мирно. Никто их не трогает — с ненавистью думал Кислый — А я … Как кур во щи …
Даже красоты местного ландшафта не могли сгладить его скверного настроения. Ни каменные домики, сплошь увитые плющом, ни зелёные луга, ни живописные холмы, ничто не радовало взор Сергея. Это даже нельзя было назвать предчувствием беды. Просто ноющая в груди тоска от собственной беспомощности. Другие ополченцы тоже не излучали оптимизма, но вероятно Кислицин выглядел жальче всех остальных. Понятное дело, их ведьма не перебрасывала из цивилизованного, благополучного мира в это средневековое убожество. Не с чем сравнивать. В дерме родились, в дерьме и помрут. За дни похода, аккуратно подстриженная борода Итана стала похожа на растрёпанную мочалку. А на юном лице Артура щетина пока не росла. Так, едва пробивающиеся усики и пушок на щеках. Пацан ещё совсем, как и многие в их отряде.
Когда они проходили через очередной населённый пункт, какой-то сердобольный старик сунул Кислому в руку фляжку и ржаную лепёшку. Видимо тронула деда его, осунувшаяся за последние дни, физиономия.
— Докатился! — мысленно ругнулся Сергей — Милостыню уже подают.
Но подношение взял. Кто знает, когда объявят привал? Отхлебнув же из фляжки, Кислицин был готов расцеловать доброго старикана. В ней оказалось вино и довольно крепкое. Сергей с удовольствием отхлебнул ещё и сунул фляжку Итану. Через минуту от тоски не осталось и следа. Ему вдруг стало всё пофиг. Подумаешь какие-то мятежники! Да, порвёт он их, как Тузик грелку. И тут Кислицин обратил внимание на угрюмо бредущего мастера Уильяма.
— Командир, зацени — воскликнул он и протянул фляжку сержанту.
Уильям залпом «заценил» всё вино и довольно крякнул. Бородатая физиономия сержанта расплылась в благодушной улыбке.
— Увы, любовь, мне жизнь губя,
Ты рвешь со мною без стыда.
Поделиться книгой: