Помоги проекту - поделись книгой:
Он сидел на стуле, соединив перед собой пальцы рук. Выглядело так, будто пытается сотворить какое-то магическое действо, настолько сосредоточенно смотрел на свои ладони.
– Часы, – подтвердила Вероника. – Я погуглила по дороге сюда – были такие, ага. Их давным-давно не производят. Такая фигулинка на цепочке, носили на поясе. Уж насколько сама идея пейджера была идиотской и тупиковой, но это – вообще за гранью. Что может быть в башке у человека, который выбрал такую «визитную карточку»? – Вероника пальцами показала кавычки. – Понимаю, думать – твоя работа. Но мне кажется, там орудовал какой-то невеликого ума школьник.
– Школьник, который убил семерых взрослых людей и ушел безнаказанным, – уточнил Тимофей, не спуская глаз со своих рук.
Вероника ходила взад-вперед по небольшому свободному пространству гостиничного номера.
– О’кей, Шерлок, – сказала она. – Твоя версия?
Тимофей поморщился:
– Шерлок Холмс не занимался расследованиями серийных убийств. По крайней мере, в своем каноническом воплощении. Он работал с нормальными людьми, которые совершали конкретные преступления, исходя из конкретных мотивов. Стезя Шерлока Холмса – математика. Скука. А то, чем занимаемся мы, ближе к эзотерике. Многие бы сказали – «к психологии», но мне кажется, что это слово лишь накладывает ограничения.
– Ты тему-то не меняй, – бросила на него взгляд Вероника. – Что могут означать эти дурацкие часы?
Она достала смартфон и, потыкав в экран, показала Тимофею нагугленную фотографию подобных «пейджеров» на цепочке. Он кивнул, бросив лишь беглый взгляд.
– У меня пока слишком мало данных, чтобы делать выводы, – сказал Тимофей. – Я могу сходу выдвинуть штук пять гипотез. Например, сама идея часов. Время. Уходящее время, наступающее время. Девяностые были сложным периодом, для одних жизнь закончилась и наступил ад, для других она, наоборот, только начиналась. Возможно, убийца хотел сказать что-либо об этом, но, на мой взгляд, получается слишком уж пространно. Вторая версия – напоминание. У кого-то были такие часы, и это врезалось убийце в память. У кого-то, кого он потерял. Или у кого-то, кто причинил ему боль. Вполне жизнеспособная версия. А может быть, права ты.
– В том, что он – тупой школьник? – удивилась Вероника.
– Нет. Подобный уровень абстракций не свойствен детям. Ты назвала эти часы идиотскими, тупиковыми. Возможно, убийца так и считал. Тогда этот жест – плевок в лицо обществу, породившему подобную нелепость.
– У-у-у, да он – поэт, – усмехнулась Вероника.
– Люди без воображения не становятся серийными убийцами. – Тимофей опустил руки на колени, его взгляд впился в Веронику. – В какое время срабатывал будильник?
– Я… не знаю, – растерялась она.
– Как ты могла не спросить? Это ведь очевидный вопрос! – В его голосе зазвучало раздражение. Тимофей легко начинал злиться, когда не мог получить простейшей информации. К людям он относился примерно как к компьютерам, а уж компьютеры у него никогда не зависали и не отказывали в запросе.
– Ну извини, этот следак дал мне меньше двадцати минут! – развела руками Вероника. – Однако если он и завтра будет обедать там же, я с ним встречусь еще раз. Будем надеяться, он ценит в людях настойчивость.
Вероника промолчала о том, что Михаил Федорович, похоже, легко раскусил ее ложь. Он явно не повелся на сказку про двоюродную тетю и сбор информации для генеалогического древа. Старой закалки мужик… Люди, живущие сегодняшним днем, привыкли верить во все что угодно, потому что чудиков вокруг – вагоны. Но Михаил Федорович все еще жил «в тогда», сводя все новые реалии к привычным понятиям. Неудивительно, что Вероника, с ее плохо объяснимым интересом к делу двадцатипятилетней давности, прошла у него по категории «журналистка». И ведь что самое обидное – по сути-то он был прав. Несмотря на то что слово «видеоблог», скорее всего, бывшему следователю вообще ни о чем не скажет.
– И скажи на милость, зачем я написал тебе столько вопросов, из которых ты задала едва ли четверть? – продолжал гундеть Тимофей.
– Слушай, отвали, а? – вспылила Вероника. – Не нравится, как я работаю, – бегай на встречи сам!
Ей показалось, что в глазах Тимофея мелькнуло нечто, похожее на страх. Вряд ли он боялся потерять ее, как человека. Скорее уж – представил, сколько сил и времени убьет на поиск замены. И сколько лет будет к этой замене привыкать.
– Ладно, – смягчилась Вероника. – Попробуем что-нибудь улучшить.
Она поднесла телефон к уху и застыла.
Тимофей смотрел на нее, затаив дыхание. На его глазах свершалось великое чудо общения с внешним миром. Сам Тимофей без проблем звонил только ей, и то, как подозревала Вероника, минут по десять настраивал себя на этот поступок, разрывающий его стройную и ладную вселенную пополам.
После третьего гудка знакомый уже голос отозвался:
– Вы злоупотребляете моим терпением.
– И прошу за это прощения! – жалобно сказала Вероника. – Не успела спросить сразу, на меня вылилось так много информации, а я ведь не репортер, чтобы… В общем, вы не могли бы уточнить, в какое время срабатывал будильник?
– Что?
– Будильник. Вы сказали, что мою тетю нашли, когда будильник…
– Я помню, что я говорил, – перебил Михаил Федорович. – Пока еще, слава богу, не в маразме. Но у меня нет ответа на ваш вопрос.
– Но как же…
– Девушка, вы пересмотрели сериалов? Часы – это просто часы. Они отправлялись в ящик с уликами – и все.
– А отпечатки пальцев?
– О господи…
– Не бросайте трубку! – затараторила Вероника. – Пожалуйста! Время, хотя бы примерно? Ну… Утро, день, вечер?
Телефон издал короткий сигнал, говорящий о том, что разговор окончен.
– Козел, – прорычала Вероника, мигом перевоплотившись. – Как будто развалится слово сказать.
Тимофей встал со стула и, перешагнув угол кровати, подошел к окну. Замер, заложив руки за спину.
– Фомин явно не хочет с тобой говорить, но тем не менее согласился встретиться, – задумчиво сказал он. – Почему?
– А что ему еще делать? – огрызнулась Вероника. – «Пожру борща – посплю, вот и вся жизнь пенсионная».
Спина Тимофея не выразила энтузиазма по поводу такой гипотезы. Вероника не была уверена, что ее вообще услышали.
– Присматривается? – пробормотал Тимофей. – Мы – к нему, он – к тебе? – И вдруг резко повернулся к Веронике. – Твои ощущения от этого человека. Коротко, не задумываясь.
Тимофей задавал такие вопросы и раньше, Вероника успела привыкнуть. А со временем научилась аккумулировать свои ощущения в слова.
– Он… ни перед чем не остановится, – медленно проговорила она. – Заранее знает, что прав. И все, что он делает, – правильно.
– При его профессии – обычная история, – кивнул Тимофей. – Почти тридцать лет в полиции проработал. – Вероника давно не удивлялась тому, что биографии людей, с которыми она встречалась, Тиша выучивал наизусть до последней детали. – Надо бы, кстати, выяснить, при каких обстоятельствах на пенсию ушел. – Придвинул к себе ноутбук, пальцы запорхали над клавиатурой. И добавил без всякого перехода: – Мне нужны эти часы.
Вероника чуть не спросила: «Какие?» О часах успела забыть напрочь. Но вспомнила и пожала плечами:
– Не вопрос, как скажешь. Пойду ограблю хранилище улик. Жди меня с победой.
«
Денис поморщился. Все воспоминания, что проносились через голову, заставляли или вздрагивать, или морщиться. А кроме воспоминаний не оставалось ничего.
Ну, почти ничего. Был этот разрекламированный Неон, улыбающийся и приветливый на экране, грубый и молчаливый при общении по телефону, а при попытке встретиться вовсе оказавшийся девушкой. И еще одна крохотная ниточка, ведущая, скорее всего, в никуда.
Денис снова сидел за рулем могучего внедорожника и не мог решиться выйти наружу. Чувствовал себя космонавтом, которому нужно выбраться в открытый космос, но не был уверен в целостности скафандра.
Рука дрожала, словно непосильную тяжесть, удерживая фотографию, на которой был запечатлен кухонный нож с бурым от высохшей крови лезвием. Нож лежал на развернутом буклете – одном из тех, что недавно раздавали в честь открытия шестого филиала.
Тот самый нож, спустя все эти годы.
Телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Денис достал трубку из внутреннего кармана пальто, посмотрел на экран. Несколько раз вдохнул и выдохнул – нужно успокоиться, нельзя позволить голосу дрожать. Твердо сказал:
– Да?
– Здорово, Дэн, – отозвалась трубка. – Слушай, ну, если вкратце, попробивал я эту тему с убийствами…
– Так? – насторожился Денис.
– Похвастаться особо нечем, но под тебя конкретно никто не копает, так что можешь спать спокойно.
– Я и так сплю спокойно, Саня, – солгал Денис. – Я не ментов боюсь. А переживаю из-за того отморозка, который крошит моих работников. Два убийства подряд – это, знаешь ли, так себе нюанс в описании вакансии.
Саня на том конце провода хохотнул:
– Да уж, что есть, то есть. Ну, что поделать. Пока у ребят никаких подвижек.
– А может, он там оставил что-то? – спросил Денис. И тут же себя выругал: вопрос получился быстрым и слишком нервным. – Убийца этот? Что-то, что указывает на меня? На хрена он это делает?
– Да черт его знает, Дэн. Я краем уха слышал про часы какие-то. Не то электронные, не то антикварные. Их в обоих убийствах упоминали.
– Часы? В обоих убийствах? – Голос все-таки не выдержал, сорвался в хрипоту. – То есть… это точно? Ты уверен?
– Ну да. Хотя тебе-то какая разница? Ты к этим часам ни с какого бока, антиквариат – не твоя тема. Выброси из головы. Просто совпадение.
– Совпадение, – машинально повторил Денис.
– Ну конечно. А что?
– Ничего, Сань. Спасибо…
Денис спрятал конверты и фотографию между страницами инструкции. Бросил обратно в бардачок, захлопнул крышку. Глубокий вдох, медленный выдох.
Спокойно. Этот выродок затеял игру. Что ж, пусть с опозданием, но Денис тоже начал делать свои ходы. Блогер-вундеркинд из Москвы пока не звонит, хотя он уже в Смоленске – помощница написала, отчиталась. Значит, пока не успел ничего нарыть. Но можно ведь кое-что сделать и самому.
Денис вскинул руку, посмотрел на часы. Выругался сквозь зубы – половина десятого. ТЦ, конечно, еще работает, но вот Михалыч свою лавку три часа как закрыл. Ему на новомодные глупости вроде «работаем до последнего клиента» глубоко плевать. Приходит к девяти, уходит в шесть, ни минуты лишней не задерживается. И звонить уже поздновато. Одно дело – задать вопрос мимоходом, будто невзначай, а совсем другое – беспокоить пожилого человека поздно вечером. Ладно бы еще постороннего, но Михалыч-то себя посторонним не считает, вопросов «что случилось, почему спрашиваешь?» не избежать. И потом еще неделю эту тему мусолить будет, не дай бог проболтается кому…
Нет уж. Подождем до завтра.
Денис вышел из машины, пискнул сигнализацией и зашагал было к дверям подъезда. Но, не дойдя, остановился. Развернулся и пошел к соседнему дому – там на первом этаже круглосуточно работала аптека. Нужно купить каких-нибудь пилюль от бессонницы. Эта ночь, похоже, снова будет веселой.
Глава 11
В темноте Тимофею работалось лучше всего. Ночь помогала мыслям собраться. Все, пережитое за день, концентрировалось, подобно каплям воды на стекле. Даже раздражение из-за отсутствия вокруг привычной обстановки немного утихало.
Тимофею не хватало здесь многого. Например, возможности в задумчивости кататься туда-сюда на кресле или раскачиваться в гамаке: гостиничный номер не располагал даже стульями, не говоря уж о пространстве для перемещений. Но больше всего ему не хватало нескольких мониторов. Разная информация на разных экранах – это удобно и правильно. Здесь же приходилось мириться с единственным ноутбуком, и Тимофей чувствовал себя, как Шива, которому отрубили пару «лишних» рук. Бесконечные переключения между вкладками воспринимались как унижение. Впрочем, человек привыкает ко всему.
– Могло быть хуже, – пробормотал Тимофей, вбивая очередную серию ключевых слов в поисковик. – Могло случиться так, что мне пришлось бы заниматься этим со смартфона…
Представив такую перспективу, он содрогнулся. Поистине, все познается в сравнении.
«
Ноль. Нахмурившись, Тимофей потер пальцами лоб. Этот поисковик был его собственной разработкой. Алгоритм поиска отличался от привычных «гугла» и «яндекса». Плюс были всякие полезные дополнения. Например, Тимофей, как сейчас, ограничил временной период годами – от 199…-го до 2000-го включительно. Сосредоточил программу на информационных сайтах, чтобы отсечь всякие фанфики, от которых нет пользы.
И – ничего. Информация о деле Сигнальщика либо вовсе не попадала в газеты, чего никак не могло случиться, либо не перекочевала во Всемирную сеть. Все, что было у Тимофея на сегодняшний день, – крайне скудная информация о жертвах Сигнальщика – всего их было семь – да фамилия следователя, которую сообщил Денис. Парочка коротких заметок, впрочем, попалась. Сердобольный журналист призывал горожан быть осторожными. Ничего нового к уже имеющимся сведениями заметки не прибавляли.
Интернет стал даром и проклятием одновременно. С одной стороны, безграничный доступ к неисчерпаемому морю информации. С другой стороны, возникла неверная и пагубная установка: «Если чего-то нет в интернете – значит, этого не существует».
И что делать? Послать Веронику в рейд по библиотекам? В надежде, что где-то хранятся подшивки старых газет, которые никто так и не собрался оцифровать? И что в этих газетах события освещены более полно, чем в тех нескольких строчках, что удалось раздобыть?
Красная цифра «1» в правом углу окошка поисковика привлекла внимание Тимофея. Это означало, что найдено совпадение вне заданных рамок. Ну, других ведь зацепок нет…
Тимофей щелкнул по единице, и материал открылся в новой вкладке.
«
Тимофей прочитал статейку дважды. Иллюстрацией к ней служил фотоснимок окровавленного ножа в чьей-то руке в перчатке («фото из открытых источников»), что сводило градус доверия к нулю.
– Не вполне понимаю, – пробормотал Тимофей, однако его пальцы уже сохраняли статью на жестком диске.
Дата публикации – пять минут назад. И что это такое? На машинный текст, сгенерированный под вводимые пользователем ключевые слова, не похоже. Разве что нейросети уже действительно научились думать лучше людей.
Тимофей ввел команду поиска похожих публикаций. Вялый результат от еще менее авторитетных ресурсов. Первая ласточка – неделю назад. Вода, вода, вода, труп неизвестной девушки, Реадовский парк, еще немного воды… Следующая статья на этом сайте повествовала о таинственных огнях, летающих ночью над Днепром.
Вернувшись к «Серийному убийце в Смоленске», Тимофей нахмурился. Ну и как это понимать? Вариант с совпадением отваливается сразу. Смоленск. Реадовский парк. Убийства. Денис Валентинович Белов, внезапно решивший отыскать убийцу отца. Именно сейчас, да.
– Очень интересно, – шепнул Тимофей. – Распечатать информацию! – повысил он голос.
Гостиничный номер отозвался удивленным молчанием. Тимофей поморщился:
– Ах, да…
Веронику разбудил дождь, с силой бьющий в закрытое окно. Она вздохнула: очередной серый мрачный день, только сегодня еще и льет как из ведра.
Восемь утра…
Поделиться книгой: