Помоги проекту - поделись книгой:
Продолжать обсуждение всякой ерунды, да еще и стоя на аэродроме, я не собирался, поэтому подхватил бывшую телохранительницу под локоток и вместе с ней сходил за шмотьем. Закинув оба баула в багажное отделение, помог девушке забраться на пассажирское сидение, обошел внедорожник, залез на свое, закрыл дверь, тронул машину с места, вырубил конференцсвязь и включился в работу. В смысле, принялся отыгрывать роль, написанную специально для генерала:
— Ну, и как теперь тебя звать-величать?
— С левым именем мне, как ни странно, повезло. Поэтому Ростовцевой Анной Игоревной.
— Обижаетесь?
— Есть немного… — «признала» она. — Но даже так лучше на «ты». Чай, не чужие.
— Извини, я поступил очень некрасиво. Но это было не просто так — дело в том, что я зациклен на уважении. С того самого дня, как попал в детдом и был вынужден там выживать. А во время того разговора с Анатолием Евгеньевичем вдруг понял, что в любой момент могу стать посмешищем для всего мира, испугался и…
—…обрубил хвост, который однозначно вышел бы боком. Наплевав на мои чувства и забыв о том, что я не раз и не два прикрывала тебе спину! — желчно усмехнулась она, выдержала театральную паузу и озвучила «свое решение»: — Разумом я тебя понимаю, а сердцем как-то не получается. Поэтому задание командования буду выполнять от и до, но на прежний уровень доверия можешь не рассчитывать.
Я поморгал фарами парням, стоящим у КПП, выехал с аэродрома и вздохнул:
— Блин, Ань, я сделаю все, чтобы…
— А зачем? — не дав мне договорить, воскликнула она. — Я не подведу! Правда, не тебя, а свое начальство. В смысле, буду изображать влюбленную женщину, заглядывать тебе в глаза и поддерживать во всех начинаниях. Но на близость можешь не рассчитывать — привыкай обходиться услугами Тани, Леры и Линды. Вопросы?
— Вопросов нет… — «нехотя буркнул» я.
— Тогда задвигаем эту тему куда подальше и начинаем привыкать к новым ролям…
К этим самым ролям мы «добросовестно привыкали» всю дорогу домой. По второму разу связавшись с девчонками и добросовестно, по шагам, обсудив первоначальный вариант вечернего шоу. При этом о моем «предательстве» даже не заикались — я «из гордости», а Аня, вероятнее всего, «из врожденного благородства». В том же ключе вели себя и после того, как выбрались из машин в подземном гараже — я деловито подхватил баулы и молча ломанулся к лифтам, а Танька с Леркой вспомнили о нереальном аскетизме подруги и начали планировать большой шопинг.
На эту тему бредили до завершения инструментальной проверки моей квартиры. А после того, как я дал понять, что все чисто, Росянка отыграла последний акт «обязательной программы», заявив, что ей надо принять душ, умотав в ванную и сняв с себя всю «заряженную» электронику. Зато потом вернулась в гостиную в одном белье, сгребла в объятия попавшуюся на пути Рыжову и грустно улыбнулась:
— До сих пор никак не могу поверить, что у нас все получилось. Все эти две недели ожидания я тихо зверела от безысходности и успокаивала себя тем, что альтернативы у Вяземского, вроде бы, нет.
— В каком смысле? — не понял я.
Она на пару мгновений прикрыла глаза, собралась с духом и решительно поймала мой взгляд:
— На меня есть серьезный компромат. В двенадцать лет меня изнасиловал один из хахалей мамы, а в свой первый отпуск в «Яровите» я смоталась домой и завалила этого урода. Сработала чисто, как учили. Но через пару лет, на одном из награждений, генерал дал понять, что подобные мероприятия надо планировать тщательнее. Потом несколько раз использовал в качестве личного ликвидатора, соответственно, непоколебимо уверен в моей лояльности…
…В «Акинак» мы приехали за полчаса до полуночи. Припарковались на одном из служебных мест, поднялись в кабинет Горина и добрых двадцать минут отвечали на каверзные вопросы Вяземского, решившего убедиться в нашей готовности к предстоящей пресс-конференции. Судя по итоговой реакции генерала, не разочаровали. Поэтому в двадцать три пятьдесят две вышли в лифтовый холл и спустились в клуб на служебном лифте. А там разбежались — Алексей Алексеевич, Анатолий Евгеньевич, Росянка и я пошли в сторону сцены, а Таня с Лерой умотали в ВИП-зону. Наблюдать за нами со стороны.
К публике, как следует разогретой ведущим вечера, вышли уже втроем, оставив «влюбленную женщину» за кулисами. И под восторженный рев моих фанатов опустились в кресла, поставленные полукругом.
Забавно, но стоило мне оторвать ладонь от подлокотника, как в зале установилась мертвая тишина. Я оглядел море лиц, выискивая человека, которого должен был прислать Джеральд Миллер, потом сообразил, что трачу время на ерунду, так как на пресс-конференцию наверняка заявится какой-нибудь незаметный человечек из американского посольства и с первой до последней минуты будет изображать статиста, прервал затянувшуюся паузу и улыбнулся:
— Спасибо за теплый прием. Впрочем, здесь, в «Акинаке», другого и быть не могло. Я тоже искренне рад вас видеть, поэтому с большим удовольствием отвечу на все ваши вопросы и порадую парой интересных новостей. Но о последних мы поговорим чуть позже, а пока я познакомлю вас с личностями, без помощи которых моя карьера в ММА могла пойти лесом…
Начал, естественно, с Горина. Озвучил заранее согласованный с ним же вариант его представления и заявил, что только благодаря его помощи могу работать с высококлассными мастерами и не задумываться ни о чем, кроме тренировок и будущих боев. А потом переключился на Вяземского. Первую половину монолога, посвященного ему, тоже обходился без отсебятины. А в самом конце «не удержался» и добавил пару-тройку теплых слов в адрес ССО. После чего выдал небольшой «экспромт»:
— В общем, у меня, в отличие от Александра Третьего, есть не два, а три верных союзника — вы, мои фанаты, Служба Специальных Операций и моя команда.
Как мы и предполагали, мне тут же напомнили о том, что я, вроде как, дембельнулся.
— Так и есть… — подтвердил я. — Но я родился в семье кадрового военного, большую часть детства готовился к военной службе, отдал долг Родине в одном из лучших подразделений Вооруженных Сил России, продолжаю ощущать себя защитником Родины и чувствую незримую поддержку бывших сослуживцев.
Несмотря на некоторую пафосность этого заявления, оно было принято более чем благосклонно, так что я со спокойной совестью перешел к основной части беседы. В смысле, сообщил о том, что в понедельник, седьмого числа, подписал контракт на бой за титул временного чемпиона «Овердрайва» в тяжелом весе.
Само собой, абсолютное большинство собравшихся об этом уже, как минимум, слышало, но толпа все равно взвыла от восторга. А я дождался относительной тишины и закончил это сообщение:
— Драться я буду с Морисом Буске по прозвищу Галл. Тридцатого мая. В Вегасе.
— А почему «временного»? — запоздало возмутилась блондиночка лет сорока с гаком в очень хорошем деловом костюме и с прической, к которой приложил руку большой мастер своего дела. — Вы положили Баффало, как ребенка, и я сильно сомневаюсь, что он решится на матч-реванш, даже если оклемается и сможет вернуться в прежнюю форму!
— Чужая душа — потемки! — ухмыльнулся я. — Вдруг он планирует мстю, которая страшна?
Зал заржал, а отдельные личности стали выкрикивать… хм… свое мнение. Моментами абсолютно «не фильтруя базар». Потом один из дронов среагировал на дисциплинированно поднятую руку корреспондента журнала «Большой спорт», и я получил возможность ответить на еще один ожидаемый вопрос:
— Денис Владимирович, я, как и большинство собравшихся в этом клубе, нисколько не сомневаюсь в том, что вы побьете Галла и завоюете этот титул. Поэтому хотел бы узнать, что будет после того, как вы заберете пояс чемпиона «Овердрайва»?
— Я не очень люблю загадывать, но где-то в глубине души мне хочется попробовать на излом чемпионов других промоушенов. В частности, нашего «М-1 Global». Вероятнее всего из-за того, что в прошлом году мне не удалось побороться за титул чемпиона этой организации в полутяжелом весе.
Это заявление вызвало очередной всплеск эмоций, и народ начал рвать меня на части, выясняя, есть ли хоть какие-то договоренности с руководством «М-1», где именно пройдет бой, если все сложится так, как надо, кого еще из действующих чемпионов я собираюсь низвергнуть с пьедесталов и так далее. А рыжеволосый парень лет двадцати пяти, судя по акценту, прибывший в Первопрестольную не из Штатов, а из Великобритании, вообще «охамел», предложив мне попробовать свои силы в профессиональном боксе.
Пришлось отшучиваться:
— Хотите увидеть, как я на автопилоте прохожу в ноги и впечатываю противника в канвас?
— Я бы не отказался на это посмотреть! — хохотнул он. — А то нынешние тяжи проводят все бои в клинче, и нам, зрителям, катастрофически не хватает драйва.
— Пусть переходят в ММА! — предложил я. — Мы их расшевелим…
Следующие четверть часа пресс-конференция шла по накатанной колее, мало чем отличаясь от предыдущих. Народ терзал исключительно меня, а Горина с Вяземским словно не замечал. Но это было предсказуемо, поэтому они нисколько не напрягались. Потом кто-то из зрителей вспомнил о моем обещании порадовать их «парой интересных новостей», и зал затих.
— Новость первая и довольно серьезная: моя личная война, из-за которой я уходил из Большого Спорта, наконец, закончилась.
Дальше эту тему продолжил Анатолий Евгеньевич:
— Некоторое время назад сотрудники Службы Специальных Операций задержали последнего активного бойца частной военной компании «Орион», принадлежавшей печально известному Павлу Разумовскому. Взяли, как в кино — на живца, за двое суток до очередного покушения на Дениса Владимировича.
«Акинак» взорвался. В смысле, публика, собравшаяся в зале, вышла из себя и забросала генерала вопросами. Он дал ей выплеснуть негатив и как следует выговориться, а затем начал отвечать:
— Да, я не оговорился — покушений на вашего кумира было несколько. И большая часть их организаторов и исполнителей либо общается с предками, либо отдыхает в местах лишения свободы. Да, Денис Владимирович нереально крут. Но, между нами говоря, ему прикрывал спину один из лучших бойцов Службы Специальных Операций. Причем и во время спецопераций, и после возвращения в Большой Спорт.
Народ опешил. А Вяземский, довольно усмехнувшись, продолжил нагнетать:
— После задержания последнего мстителя и целого ряда следственных мероприятий наши аналитики пришли к выводу, что вероятность появления очередного «героя» исчезающе мала. К этому времени ваш кумир успел демобилизоваться, и я принял решение отозвать его напарника на базу. Увы, офицер, поддавшийся обаянию и харизме Чумы, оказался диаметрально противоположного мнения и не стал продлевать контракт, чтобы получить возможность оберегать друга от жизненных невзгод и дальше. Само собой, я был не в восторге от потери профессионала такого уровня, но не только понял, но и принял его решение. Поэтому сегодня эта личность превратится в третье публичное лицо службы после меня и Дениса Владимировича. Итак, встречайте — Ангел-Хранитель Всадника Апокалипсиса, Анна Игоревна Ростовцева!
Росянка, возникшая в перекрестии света сразу нескольких прожекторов, одарила зал спокойной улыбкой, пересекла сцену и опустилась в кресло по левую руку от меня. А на большом экране замелькали картинки из нарезки, подготовленной как раз на этот случай. Ничего особо секретного мы, конечно же, не показали, но даже тех фрагментов, которые прошли «фильтр» генерала, Вяземского, хватило за глаза. Ведь в них демонстрировалась работа в паре. И вполне конкретные результаты нашей… хм… деятельности!
Пока народ дурел от того, что творилось на экране, и переваривал сногсшибательную новость, я пытался предсказать реакцию мистера Миллера и его Большого Босса. Ведь мой звонок, предложение прислать кого-нибудь на пресс-конференцию и неожиданное преображение одной из «спасительниц американских граждан» не могло не сказаться на уже проработанных планах. А значит, награждение Президентской медалью свободы было под угрозой.
Нет, перспектива пролететь мимо очередной награды меня нисколько не волновала. Мне хотелось понять, кто и зачем затеял очередную Большую Игру, и решить, стоит ли в ней участвовать, рискуя не только собой, но и доверившимися мне девчонками.
К сожалению, быстренько прозреть у меня не получилось, а сразу после завершения ролика пришлось отвечать на вопрос все той же блондиночки:
— Денис Владимирович, а как же ваши прежние верные боевые подруги?
— Прекрасно! — хохотнул я. — Сидят в ВИП-зоне и искренне радуются тому, что Аня снова в команде.
— То есть, они были в курсе с самого начала?
— Нет. Но они у меня умницы и далеко не так безобидны, как кажутся на первый взгляд. Поэтому сделали напрашивавшиеся выводы еще на первых общих тренировках, а после первого же покушения, скажем так, распределили сектора ответственности.
Тут сразу несколько человек поделились своими мнениями по поводу «безобидности» Голиковой и Рыжовой. Причем достаточно уважительно. А изрядно заплывший жиром «эксперт по безопасности», явно облизывавшийся на Росянку, поинтересовался, каково ей было охранять человека, привыкшего считать себя первым номером и от избытка самоуверенности готового на все, что угодно.
К сожалению, продолжения этой речи нам услышать не удалось, так как «оратора» очень оперативно и жестко заткнули соседи, зато Анька оторвалась на славу:
— Я его не охраняла! Мы работали в паре, понимая друг друга без слов, но даже так неизменно выдавали результаты, от которых аналитики Службы выпадали в осадок! А называть Чуму самоуверенным как-то… самоуверенно, что ли? Он предпочитает делать, а не говорить. И об этом знают все, кто с ним когда-либо сталкивался.
— Так и есть! — веско добавил Вяземский, попросил обратить внимание на экран и, покопавшись в своем коммуникаторе, вывел на него фрагмент записи, сделанной во время зачистки клиники «Ангел-Хранитель». А после того, как ролик закончился, насмешливо посмотрел на говоруна: — В этом видео Денис Владимирович «самоуверенно» сцепился с тремя ветеранами французского Иностранного Легиона и одним бойцом классом пониже… далеко не просто так: по утверждениям сразу двух групп аналитиков, реши он подключить к работе напарницу, то она с вероятностью в девяносто девять процентов попала бы под очередь «Узи»! А теперь я покажу вам еще один фрагмент, в котором «самоуверенная личность» не делает ровным счетом ничего, но принятое им решение снова оказывается единственно верным…
К концу просмотра этой записи «эксперт» имел бледный вид. И не только из-за отсутствия ретуши. Но Вяземский все равно нанес добивающий удар. Вероятнее всего, срывая злость на меня-любимого:
— Знаете, Анна Игоревна пришла в ССО намного раньше Чумы и за годы службы успела заслужить семь боевых орденов и четыре медали. Поверьте, профессионалы ее уровня в выборе напарников не ошибаются. И, тем более, не уходят на гражданку абы за кем…
На этой веселой ноте мужик, затюканный едкими насмешками соседей, догадался извиниться, и общение с народом пошло своим чередом. Фанатов, журналистов и случайных посетителей клуба интересовало буквально все — какие отношения связывают меня и «влюбленную женщину» на самом деле; как она уживается с двумя другими моими подругами и не устраивают ли они друг другу сцены ревности; как я оцениваю свои шансы забрать чемпионские пояса всех значимых промоушенов мира и как долго собираюсь выступать. Но того, который требовался мне для продолжения затеянной игры, все не было и не было. Поэтому Таньке пришлось воспользоваться «домашней заготовкой» — скинуть смс-ку Мише, охраннику «Акинака», проинструктированному с левого телефона, а тот довольно убедительно изобразил служаку-патриота:
— Господин генерал-полковник, ваш бывший подчиненный целый год знакомил подписчиков с рабочими буднями сотрудников одного из самых крутых спецподразделений России. Видеоролики, выкладывавшиеся на официальную страничку Чумы и в блог Татьяны Леонидовны Голиковой, не лгали и не приукрашивали действительность — они показывали то, что вы сочли возможным нам показать, с таким искренним уважением к своим сослуживцам, что я искренне пожалел о том, что моя служба в армии уже позади. А большинство знакомых пацанов допризывного возраста рвануло по спортзалам, чтобы повысить свои шансы на поступление в военные училища типа Рязанского воздушно-десантного. Мне кажется, что бросать начинание, вернувшее военной службе давно забытый престиж, просто преступно! В связи с этим у меня возник вопрос: вы уже начали готовить адекватную замену личностям, сделавшим самый первый и самый сложный шаг в этом направлении?
Вяземский усмехнулся:
— А вы считаете, что им нужна замена?
Миша утвердительно кивнул:
— Фраза «Спецназ бывшим не бывает» хорошо звучит только в названиях сериалов, а в реальной жизни человек, вышедший в отставку, автоматически выпадает из обоймы. Хотя бы из соображений государственной безопасности. А Денис Владимирович, не в обиду ему будет сказано, регулярно летает драться в страны, являющиеся нашими политическими противниками. Впрочем, куда важнее другое: армия Российской Федерации состоит из трех видов вооруженных сил, двух отдельных родов войск и специальных войск, соответственно, привлечь к ней внимание активной молодежи силами всего двух человек абсолютно нереально!
Держать удар Анатолий Евгеньевич умел более чем хорошо, поэтому сделал вид, что задумался, а затем согласно кивнул:
— Так и есть — в идеале знакомить вас с рабочими буднями военных моряков, летчиков, десантников и так далее должны десятки профессионалов, обладающих даром слова. Но таких, к сожалению, немного. А поручать столь серьезную работу личностям вроде блоггера, как-то умудрившегося заслужить прозвище Сказочник, мы не готовы. Впрочем, поиск идейных последователей Чумы и его добровольных помощниц уже идет…
Укол в адрес ведомства Кононова развеселил публику и на некоторое время замкнул ее внимание на Анатолии Евгеньевиче. А когда этот интерес начал угасать, я счел, что пора озвучивать последнюю новость, поднял руку, краем сознания порадовался скорости реакции толпы на этот жест и заговорил:
— На мой взгляд, тратить ночь с пятницы на субботу на одни разговоры как-то неправильно. Поэтому через несколько минут мы с вами распрощаемся и уступим эту сцену шоу-группе «Эдельвейс». Но перед тем, как пожелать вам хорошего отдыха, хочу порадовать фанатов боевых искусств еще одной интересной новостью: Тимур Багратович Карсанов, экс-чемпион Северной Осетии по боксу в тяжелом весе и один из моих постоянных спарринг-партнеров, подписал контракт с WBA! Его первый бой на профессиональном ринге состоится двадцать третьего мая и, вне всякого сомнения, доставит вам море удовольствия.
Народ заинтересовался и расстрелял меня вопросами. Пришлось отвечать по порядку:
— Поединок пройдет в развлекательном комплексе «Mandalay Bay» в Лас-Вегасе. Противник уже известен — это девятый номер официального рейтинга Всемирной Боксерской Ассоциации Эстебан Гальего по прозвищу Палач. Тимура продюссирует присутствующий здесь Алексей Алексеевич Горин. Да, я полечу в Вегас вместе с другом. А адрес его официальной странички сейчас появится на большом экране…
Глава 8
…Утро Дня Космонавтики началось с приглушенного смеха девчонок. Я лениво приоткрыл один глаз, сфокусировал взгляд на улыбающемся лице Таньки и задал напрашивавшийся вопрос:
— Чего ржем?
— Да тут один из твоих фанатов топит за колумбийцев!
— В каком смысле? — не понял я.
— Он заявил, что вы с Анькой воевали нечестно. Ведь вас, отморозков-спецназовцев, было ДВОЕ, а колумбийцы — одни!
— И с этим трудно не согласиться! — «предельно серьезно» заявила Лерка, обнаружившаяся чуть левее. — Поэтому вы заслужили наказание.
— Поставите в угол? — ужаснулся я.
— Ага! — подтвердила она. — Ростовцеву. А с тебя возьмем натурой!
Я посмотрел на часы, отметил, что до тренировки осталось всего ничего, сообразил, что Рыжая просто глумится, и подыграл:
— А можно наоборот?
— Запросто! — хихикнула Голикова. — Сначала возьмем с тебя натурой, а Ростовцеву в угол загоним потом.
— Вредные вы… — притворно вздохнул я, приподнялся на локте и… вынес в сторону руку, на которую опиралась «альфа-самка». Девушку, естественно, начало заваливать на спину, и я без особого труда взял ее на удушение сзади. Правда, не самое стандартное — прихватив локтем шею, грозно зарычал и прикусил мочку уха. Увы, отыграть роль душителя до конца не получилось — Танька, вредина, заметила, что я на пару мгновений «потерял темп», засмотревшись на колыхнувшуюся грудь жертвы, и сделала ход, абсолютно не вписывавшийся в мои планы. Вместо того, чтобы броситься на спасение подруги, она нависла над ней и расплылась в предвкушающей улыбке:
— Не позволяй ей трепыхаться, а я как следует оторвусь…
Через пару мгновений я чуть не оглох от истерического хохота и «возмущенных» воплей:
— А-а-а, предательница! Вырвусь — убью!!!
— Из моего захвата еще никто не вырывался! — хохотнул я, услышал шелест открывающейся двери, повернул голову вправо и увидел заспанную Росянку.
Пока я боролся с чувством вины, в глазах напарницы, как обычно, ночевавшей в гостиной, заискрились смешинки, а покрывало, в которое она куталась, полетело на пол:
— Хм, сеанс экстремальной щекотки? Я в деле!
Война, начавшаяся по правилам «трое на одну», но через считанные мгновения переключившаяся в режим «каждый за себя», продолжалась от силы минут семь-восемь и была прервана звонком будильника. Но за это время мы успели получить такой заряд хорошего настроения, что не передать словами. Не унялись и после того, как встали с кровати — Лерка потребовала признать ее невинно пострадавшей и в качестве компенсации отнести в ванну на руках, я творчески переработал это требование и закинул девушку на плечо, а две остальные оторвы воспользовались представившейся возможностью для проверки «чистоты звучания» шлепков по «офигительно красивой, упругой и аппетитной заднице»!
С последним определением я был согласен на все сто процентов, так что тоже приложился к нижним девяносто Рыжовой, затем решил, что для адекватной оценки чистоты звучания не хватает статистического материала и продолжить эксперименты, шлепнув еще и Таньку. Благо в этот момент она оказалась справа и чуть впереди. Она, естественно, тут же отомстила, после чего отловила Аньку и заявила, что для завершения семейного чемпионата на самую крутую попу я обязан протестировать последнюю конкурсантку.
Я протестировал. Но рисковать здоровьем и распределять места на виртуальном пьедестале, побоялся, а «показывать страх», выдавая вердикт «Боевая ничья», счел неинтересным. Поэтому развел руками:
— Слово «крутая» настолько многогранно, что судейская коллегия в моем лице признала необходимость всестороннего тестирования этих выдающихся достопримечательностей. О времени проведения оного и параметрах проверок будет сообщено дополнительно.
— Выкрутился! — заключила Голикова, потребовала не затягивать с формулировкой «параметров следующих проверок» и на пару с Рыжовой влезла в душевую кабинку. Я, как обычно, ломанулся к раковине, открыл свой шкафчик, вытащил бритвенный станок и не удержался от улыбки — Росянка, решившая выставить на столешницу все необходимые кремики, увидела свое отражение и потеряла дар речи.
Поделиться книгой: