Магическая академия. Ведьма по обмену

Купе бледнолицего лорда было «скромным» — всего-то гостиная с диваном, камином и парой кресел, ну и небольшая (метров десять) спальня. В неё-то меня и затолкал один из огров. Подумать что-то неприличное не успела — просто кровать уже оказалась занята. На ней, приклеенные к месту магической паутиной, хлопали глазками орсизы. Мордочки их были перемазаны чем-то красным, а ушки печально поникли. Синий даже хвост нервно грыз, а зелёный выводил когтем узоры на покрывале.

— Твои? — поинтересовался лорд Вудвич, подпиравший стену у изголовья.

Только тут я окончательно осознала, как за сказочников волновалась. Метнувшись к кровати, сгребла зверьков в охапку вместе с магической ловушкой и покрывалом, после чего гневно уставилась на живодёра. Опять что-то замутил! По официальной версии, орсизы исчезли вместе с артефактом. Но вот же они сидят! Так, может, и пропажа — мистификация? А настоящая цель тогда какая? Я? Неужели этот чёртов аристократ про мою магию крови пронюхал и решил использовать в своих тёмных интригах?!

Да быть не может! Капли от колдовского свечения глаз ещё неделю должны действовать. Не мог он узнать!

— Я буду жаловаться!

— Куда? — вскинул бровь лорд.

— В охрану редкой магической живности! — вздёрнула подбородок я.

— И на что же?

— На издевательства над беззащитными существами! Вы их били? Пытали? Почему на них кровь?

— Эти беззащитные существа были обнаружены в кастрюле, где с редкостной… явно магической прожорливостью доедали брусничные пирожные.

Я представила счёт из ресторана и икнула. На фоне грядущей долговой катастрофы всё прочее внезапно показалось сущей мелочью. Похищение артефакта ещё надо доказать, а слопанные десерты налицо. То есть на лицах! Вернее, на мордах: наглых и недовольных. Были! Потому что я тут же вытерла их всё тем же шёлковым покрывалом — скрыла следы преступления. Вряд ли поможет, но вдруг?

ГЛАВА 6

— Так и будете сверлить меня взглядом? — передёрнула плечами я, устроившись на кровати.

Гм… Надеюсь, он на ней не спал?

— А что ещё делать, если ты не желаешь сотрудничать? — заявил усевшийся на кресле маг.

— Это я-то не желаю? Я вам период моего пребывания в поезде трижды описала, причём в разной последовательности. Вы перетряхнули все мои вещи, взяли в плен ни в чём неповинных зверьков, разбили флакон с ядом, запугали придурка-соседа и спёрли… конфисковали, то есть, — исправилась я, заметив как сузились его глаза, — ингредиенты для зельеварения, но так и не нашли свой проклятый артефакт. Признайтесь, дело в чешуе? Да?

— В чём?

— В чешуе левиафана! Которую вы у меня с-с-с… конфисковали.

— Дело в тебе, Сандра.

— Я Эллис, — прошипела недовольная таким обращением. Помнится, один меня так уже называл — гнилой тип оказался. — Для вас… Эллисандра. — Хотела, вообще, на «госпоже Страховой» настоять, но поостереглась, напоровшись на колючий взгляд мага. О такой и пораниться недолго.

— И что же ты забыла в кикиморском экспрессе, Эллис-с-сандра? — прошипел лорд, подозрительно напоминая в этот момент змея.

А на них у меня стойкая непереносимость с детства. Наверное, поэтому с бывшим парнем ничего и не получилось. Воспоминание о Сверре, как и вся эта нелепая ситуация, окончательно вывели из себя, и, вместо того, чтобы спокойно ответить, куда и зачем еду, я начала наглеть и язвить:

— Что забыла, то моё, — огрызнулась, поглаживая орсизов, как заботливая мама-курица непутёвых цыплят.

— Ты хотела сказать — моё, — усмехнулся лорд, опять намекая на свой пропавший артефакт. Задолбало!

— Да что ж это такое! — всплеснула руками я. — Сначала меня ректор «осчастливливает» новостью о высылке в болото. На целый год! Потом навязывают в спутники первого зануду на всю АРиС. В поезде вымогают деньги за каждый чих, и как вишенка на торте — ещё и в ограблении обвиняют! Меня кто-то проклял? Не вы, случайно?

— Так ты в Топиград учиться едешь? — снова прищурился маг, игнорируя мой вопрос. — В КикиМА? Первый курс?

— Третий! — заявила с гордостью, а про себя подумала, что дольше года что-то ни в одном учебном заведении не задерживаюсь.

— Ведьма по обмену?

— Лорд поразительно догадлив, — изобразила улыбку я, но вышло не очень.

Какое-то странное у меня всё-таки обучение получается. Сначала была школа травников в Кирасполе, потом Академия Разрушения и Созидания почти на границе с Тёмной Империей, теперь вот болотный край с просто-таки уникальными обитателями. Я и раньше кикимор встречала — они во всех королевствах живут, но чтобы таких профессионально-меркантильных, как в этом экспрессе… ни разу не видела!

— Объясните, лорд, с чего у вас такое предвзятое ко мне отношение? Не можете простить кисельный фонтан? Так не я вас облила! Или плечо ноет от нашего столкновения? Низко мстить девушке за случайность!

— Не девушке, а ведьме.

— Скажите ещё, что случайности не случайны.

— Ты сама это сказала.

Его губы растянулись в улыбке, от желания стереть которую зачесались не только руки, но и набор дежурных заклинаний, который всегда был со мной. Мерзких, но безобидных. Если б не его охранные чары, я бы ему отсыпала парочку.

— Никак не пойму… вы что-то имеете против ведьм, или просто настолько узколобы, что зациклились на одной подозреваемой, не видя ничего вокруг?

— Узколоб? — судя по реакции, так его давно не характеризовали. Вообще, никогда!

— А что ещё я должна думать, если вы пытаетесь заставить меня вернуть то, не знаю что. Как хоть выглядит этот ваш артефакт? Я ведь даже этого не знаю. Вы ведёте себя со мной, как с прожжённой преступницей. Вариантов два: либо личная неприязнь, либо вы…

— Узколобый, — улыбнулся мне лорд так «ласково», что я невольно пожалела об отсутствии режима «назад к природе» на его двуспальной кровати — с удовольствием бы сейчас в болотце искупалась, желательно с головой.

— Вот почему вы меня подозреваете? Из-за череды совпадений? А мотив какой? Я обычная студентка, которая едет на учёбу. На кой ляд мне такие проблемы? Почему вы не заподозрили, например, кикимор? — начала рассуждать я, чтобы отвлечь мага от его гипотетической узколобости. — У проводников есть доступ к багажу пассажиров. Они вполне могли украсть вашу безделушку, чтобы потребовать выкуп или, как вариант, героически «найти» пропажу за достойное вознаграждение. Очень даже в их стиле, если судить по тому, как всё устроено в этом экспрессе.

— Безделушка, Эллисандра — это артефакт правды, — парировал лорд Вудвич. — Кикиморы не настолько глупы, чтобы требовать вознаграждение за вещь, которая их же и разоблачит.

— А я, значит, настолько? — Сжимая кулаки, кажется, прищемила кому-то хвост, судя по возмущённому писку, но не брани. Орсизы так старательно прикидывались безмолвными плюшевыми зверятами, что у меня начали закрадываться сомнения — не под заклинанием ли они безмолвия?

— А ты хочешь получить вознаграждение, ведьма? — Вскинул бровь блондин. — Сколько? — перешёл он на деловой тон.

— Твою ж… бабушку! — взвыла я, запустив пальцы в волосы, которые в раздражении взбила. — Нет у меня вашего правдоруба, ясно? И я не знаю, где он, но могу поискать, если вы от меня отстанете. Не за вознаграждение даже, а всего лишь за извинения, которые вы мне задолжали. Артефакт докажет. Когда найду.

— Не вариант, — разбил в щепки мою надежду на свободу маг.

— То есть продолжите дальше высверливать во мне взглядом дырку, вместо того чтобы искать настоящего преступника? — уточнила я, скрещивая на груди руки и не отводя глаз — в эту игру можно играть вдвоём.

— Кто тебе сказал, что я его не ищу?

Ищет? Он ведь именно так сказал, мне не послышалось? Ищет, а не нашёл!

— То есть у вас и другие подозреваемые имеются? — оживилась я.

— Имеются. — Лорд выдержал паузу, чтобы припечатать: — Но ты самая перспективная.

Опять двадцать пять!

Некоторое время спустя…

Я окончательно запуталась. То меня под конвоем водят, следя за каждым шагом, то оставляют одну в купе первого класса. Даже не одну, а с моим зверинцем. И с сумкой, которую притащил огр. Это как понимать-то? Меня сюда переселили? Тогда где Шуша, тюк с травами и котелок? И в качестве соседа я бы всё же предпочла рыжего — от него хоть понятно, чего ожидать. А может, мутный лорд решил проверить честную ведьму на вшивость? Мол, если сопру что-нибудь из его вещей, не удержавшись от соблазна, — точно похитительница артефакта.

Я дура, что ли? Или это он дурак?

Хотя если и дурак, то дурак сильный. Защиту на спальню и прилегающий к ней санузел поставил, даже глазом не моргнув.

Радужную плёнку чужой магии, расползающуюся по стенам, я созерцала со смесью зависти и грусти. Мне бы так! Если я верно оценила, этот мыльный пузырь не только не позволит покинуть выделенную для меня территорию, но и колдовать не даст — сразу оповестит хозяина. То есть кровать его на кошмары зачаровать не получится, полог тишины поставить — тоже. Безобразие! Придётся уподобляться обычным людям и надеяться, что до примитивного подслушивания лорд не опустится.

— Вы где были? — прошептала я, растянувшись на кровати, чтобы быть ближе к мелким обжорам. Те пытались отлепиться от покрывала, но ловушка оказалась на редкость крепкой.

— Мы пошли мстить! — примирительно ткнувшись рогато-мохнатым лбом в мою ладонь, тихонько признался зелёный.

Значит, никаких заклинаний, мешающих им говорить, нет — уже легче. Ещё бы с прилипучей паутинкой разобраться — и совсем хорошо станет.

— Да, мстить! — поддакнул синий. — За твою коленку!

— Но заблудились! — добавил зелёный, досадливо дернув хвостом: коротко стриженным с пышной кисточкой. В прошлом году он щеголял пушистым, как у белки, а тут, видимо, решил поддержать синего собрата.

— Чуть-чуть!

Вот спасибо небесам за это чуть-чуть! Не хватало ещё, чтобы мелкие сказочники попались в момент зверского нападения на колени белобрысого психа. Прям как в том анекдоте, где блохи планировали загрызть дракона. Мол, главное, уронить заразу, а там запинаем! Повар с моральной травмой и нагло сожранные пирожные стремительно меркли перед такой перспективой.

— А потом в карты со Жмориком играли, — продолжал рассказывать зелёный.

— Что ещё за Жморик? — Шипеть шёпотом оказалось не так уж удобно — не передать всю гамму эмоций.

— Ну… — Синий хотел ответить, однако передумал и с головой нырнул в мою сумку, втащив за собой паутину и кусок покрывала.

Копошился он недолго — вылез с зеркальцем в лапках, шепнул волшебное слово и требовательно уставился на меня. Я заглянула в зеркало и встретилась взглядом с рыжими язычками пламени… полыхавшими в глазницах хрустального черепа! Только год, проведённый в АРиС, помог не заверещать на весь экспресс от этого дивного зрелища. Уж там-то я всякого навидалась.

— Ведьмочка! — пробасило зеркало. То есть не зеркало, а нечто по ту его сторону. После чего высунуло из-за идеальных зубов раздвоенный огненный язык и облизнулось.

— Ты ещё что такое? — спросила я, нервно передёрнув плечами.

— Артефакт, — гордо сообщил череп, щёлкнув челюстью. — Жморисий первый, неповторимый. Позвольте поцеловать вашу ручку, леди.

Хоть зеркальное общение и не предусматривает физических контактов, ручку я благоразумно отдёрнула, оценив зубки Жморисия. Но улыбку выдавила и даже представилась в том же духе.

— Эллисандра… э-э-э… единственная и неуловимая. Приятно познакомиться!

— Врёшь, — довольно заявил собеседник, а его глазницы полыхнули зеленью.

Та-а-ак! Что там Водомутович разыскивает? Артефакт правды, да?

Так это из-за Жморика весь поезд перетряхнули, как шкаф в поисках моли? И мой багаж в особенности! Ёлки зелёные! Его все ищут, а он в карты с орсизами режется?

ГЛАВА 7

Перешёптывалась с зеркальцем я довольно долго. И глаза мои становились всё круглее и круглее, а перспективы — беспросветнее. Если вкратце, милые зверушки, доставшиеся мне в наследство от Сверра, чтоб ему икалось, подставили нынешнюю хозяйку хуже некуда.

Отправляясь мстить, эти лапочки ушастые немножко заблудились. Я же не говорила им, из какого именно купе вывалился беловолосый хам. Да я и сама не запомнила, если честно. И даже вагон не указала. Просто упомянула первый класс, и всё. А таких было несколько.

Вот разноцветные чудики и стали проверять все купе в первом же попавшемся на их пути вагоне для богатых. Благо вскрывать замки они умели, а о такой малости, как вероятность побеспокоить ни в чём не повинных пассажиров, мстители не подумали.

К счастью или к несчастью, им повезло. Хозяева трёх первых купе отсутствовали — вероятно, вкушали грибной супчик в ресторане. А четвёртое и вовсе пустовало. В нём не было никаких вещей, кроме сундука, от которого веяло, цитируя синего, «очень интересной магией».

Разумеется, ничего лучше вскрытия сундука ушастики не придумали. И теперь на нём красовались следы их аур и загребущих лапок, которые без труда считает даже самый посредственный маг. А уж такой уникум, как лорд Вудвич, и подавно.

Откинув крышку зачарованного футляра, орсизы разбудили этим Жморика. Познакомились, пришли друг от друга в восторг и вдохновенно резались в карты, пока не проголодались. Сказочники ушагали на кухню, а Жморик, оставшись в одиночестве, заскучал и тоже решил подкрепиться. Вот только питался он исключительно магией смерти, которую мог тянуть из любого некроманта, но желательно из владельца сундука. А таковым, хоть и временно, являлся вредный лорд.

Святые небеса! Он ещё и некромант!

Зато я хоть поняла, наконец, из-за чего Водомутович так бесится. Жморисий был вовсе не его. Хрустальный череп принадлежал главному дознавателю приграничья, по совместительству дяде лорда, и был выдан в краткосрочную аренду под честное слово и огромный залог. От названной Жмориком суммы у меня не только глаз задёргался, но и челюсть задрожала — пришлось кулачком её подпереть.

В общем, оголодав после фокусов с картами, которые мне обещали продемонстрировать при личной встрече, череп попытался телепортироваться к своей двуногой «кормушке». Но, вместо Вудвича, перенёсся к штатному поездному некроманту, где и валялся теперь под койкой, созерцая свесившуюся с неё зелёную пятку спящего огра.

И мне бы просветить лорда хама, где срывается его имущество, но…

Следы сине-зелёных лапок на сундуке начисто отсекли такую возможность. Меня и без того подозревали, а теперь и вовсе уверуют, что орсизы стянули вместилище Жморика, пока я отвлекала внимание. Учитывая предвзятое отношение обкраденного аристократа, и добавив обнаружившиеся у него связи с высокопоставленным дознавателем, упекут свободную ведьму вместе с пушистиками в гномьи каменоломни. Даже разбираться не станут.

Нет уж! Свобода подозреваемых — дело рук самих подозреваемых! Да и Жморик, изрядно проигравшийся орсизам, поможет: подтвердит временному хозяину, что я его не крала. Он, кстати, подзакусив поездным некромантом, хотел сам вернуться в сундук, но почему-то не получилось. Надо будет ему подсобить по-дружески.

Сказала черепу: «До скорой встречи», вернула зеркальце в сумку, уселась поудобнее, запихнув за спину обе подушки, и задумалась. Знаю я один рецептик… И даже всё необходимое для быстрого приготовления зелья имеется, но осталось в моём купе. Ещё бы как-то до него добраться… А лучше право на свободу перемещения получить, чтобы официально заняться решением проблемы узколобого «сыщика».

Размышления, как бы докричаться до моего тюремщика, неожиданно оборвал он сам. Влетел в спальню, как облитая гномьим спиртом метла, — чуть косяк дверной не снёс. Я аж похолодела. Неужели всё же подслушивал? А он рванул к кровати, на ходу сдирая с себя сюртук. Ещё и скомандовал:

— Подвинься и ложись!

От подобного требования даже орсизы ошалели — перестали паутину коготками колупать и уставились на лорда круглыми глазами. А я выдохнула:

— Чего? Может, мне ещё и раздеться?

— Так сойдёт, — бесцеремонно плюхнувшись на кровать, отмахнулся маг. — Ложись, кому говорю!

Он даже руку протянул, очевидно, чтобы помочь мне принять горизонтальное положение, но я уже опомнилась от шока и резво отодвинулась. Ещё и с кровати соскочила и подальше отошла… дура! В следующую минуту я изрядно об этом пожалела.

— Дорогие пассажиры, — раздался до печёнок опостылевший голос. Из стены над дверью выскочил никакой не вульгарный мухомор, а скромная перламутровая поганка. Она-то и провещала: — В связи с непредвиденной задержкой наш экспресс вынужден применить уникальное ускорение. Благодаря ему мы прибудем на конечную станцию без опоздания. Просим всех занять свои места. Считаю до трёх: один, два-а-а…

Я метнулась к кровати, но не успела. На счёт три меня швырнуло к стенке и буквально размазало по ней. Покрывало, к которому были всё ещё приклеены несчастные орсизы, зацепилось за люстру и вздулось, словно парус на ураганном ветру. За те десять минут, что я сливалась со стеной, изобрела пару сотен новых ругательств. И часть из них даже успела озвучить — ту, что касалась удобненько устроившегося на постели мага.

А когда, свалившись на пол и получив по голове упавшим с люстры покрывалом, услышала: