Магическая академия. Ведьма по обмену

Видимо, правду говорят, что общий враг сближает! Серебрушку мне просто дали!

Молча! Без вопросов, подколок и требований вернуть. Более того, парень лично закинул её в прожорливую пасть вагона-вымогателя. А я поняла, что как минимум до Ветрова рыжик дорос. И вообще…

— Тебя как зовут? — спросила, садясь на матрасе. Обычном! А счастье-то, оказывается, в мелочах.

— Чего? — с опаской приземляясь обратно на свою койку, спросил созидатель.

— Имя, говорю, какое у тебя? А то ведь так и буду по фамилии звать.

— Святозар, — буркнул студент.

— Свят, значит.

— Зар!

Чуть не икнула от неожиданности. Среди моих знакомых один Зар уже был — муж Кати. Только у него это было сокращение не имени, а фамилии Сальдозар. И сходства между блондинистым полудемоном-полувасилиском и рыжим недотёпой-магом не набралось бы и на четверть медяшки.

— Как пожелаешь, — пошла на уступки я. — Меня Эллисандрой зовут. Или просто Эллис.

— Знаю. Тебя все в АРиС знают после истории с ректором. Думаю, даже те, кто только планирует туда поступать, — усмехнулся он.

А я поняла, что не вся популярность во благо. Моя уж точно. До Кикимории, подозреваю, эти слухи тоже долетят… причём быстрее, чем доедет наш жадный до денег экспресс.

ГЛАВА 4

В глаза ударил яркий свет, сразу после громкого хлопка резко открытой двери.

— Какого лешего?! — воскликнула я, бултыхнувшись в очередной «природной» луже, в которую опять превратилась полка.

Да как они это делают? Иллюзия вроде, а по ощущениям, будто настоящая вязкая топь. Пока верхняя часть туловища выползает из неё, прилагая усилия (должны же пассажиры до кошельков как-то дотягиваться), нижнюю, наоборот, на дно тянет.

Сесть не удалось, зато, проморгавшись, я сумела различить незваных гостей — на пороге купе маячили двое: толстый и стройный. А за ними возвышалась ещё пара морд.

— Она? — спросил грузный леший в форме с погонами, на которых вместо звёзд росли поганки.

— Она! — шагнув внутрь, подтвердил беловолосый сероглазый тип, из-за которого я разбила коленку. — А это, очевидно, её сообщник, — прошипел он, посмотрев на перепуганного Святозара, который тоже очнулся в болотной ловушке, и теперь отчаянно шарил в поисках серебрушки.

Очередной! Услуга по отмене услуги оказалась ограниченной по времени. Два часа на нормальном матрасе и тони опять. Или доплачивай! Кикиморское обслуживание во всей красе.

— Встань, — потребовал белобрысый визитёр, обращаясь ко мне. И я, правда, попыталась это сделать — не из трясины же его нахрен посылать, захлёбываясь «природной» благодатью, но… увы.

Чуть склонившись надо мной, блондин протянул руку, видимо, чтобы помочь, однако его раскрытая ладонь с длинными бледными пальцами, на которых были надеты серебряные кольца, украшенные рунами, зависла над моей не вовремя всплывшей грудью, в ложбинке которой притаилась кувшинка.

— Гм… — произнёс он, сжимая пальцы в кулак. Думала, отвалит, но нет, этот хмырь болотный, прикинувшись воспитанным, опять попытался мне помочь — на сей раз примеряясь к шее. Потом, вероятно, решил, что вытаскивать ведьму за горло из «кроватки» в присутствии свидетелей — плохая идея, и, отступив, выразительно посмотрел на лешего.

— Секундочку, лорд Вудвич, — залебезил… надо думать, тот самый неуловимый начальник поезда, за грузной фигурой которого стояли два зелёных огра в форме железнодорожного патруля.

Они, понятное дело, в наше купе не влезли. Да и сам господин Боровик тоже завис в дверях, и только беловолосый грубиян распоряжался тут, как у себя дома. Лорд же! Аристократ демонов!

Вудвич… ха! Водомутович он. Явно ведь из водяных — по глазам видно. Мутит себе что-то, а я крайняя.

— Я не с ней! Мы просто соседи! — воскликнул Сквозняков, едва выбрался из «болотной» западни, которую отключил начальник поезда, возвращая полкам нормальный вид.

Предатель рыжий!

— Выясним, — буркнул один из огров угрожающе.

О да! Эти выяснят. В лучших традициях кикиморского экспресса вытрясут последние деньги и повесят на нас всех собак. А с меня и вытрясать нечего. Разве что… нет, только не коллекцию ядов! Чёрт! Не отдам!

— А что, собственно, случилось? — медленно садясь, поинтересовалась я. — Почему вы, господа, вламываетесь без стука в купе добропорядочных граждан?

— Добропорядочных? — усмешка лорда пугала. — Это ты-то добропорядочная?

Он опять наклонился, а я невольно начала заваливаться назад, увеличивая дистанцию. Потом сообразила, что делаю, и тоже подалась вперёд, отчего наши лица оказались ближе, чем допускают приличия. Мы смотрели друг на друга, пока остальные молча взирали на нас. Глаза в глаза! Мои прищуренные от злости зелёные, и его — водянисто-серые, полные холодного бешенства.

Едрить твою налево! Я его любимый камзол испортила в том злополучном коридоре? Или ему полночи снились мои якобы кривые ножки, мешая отдыхать? Чего он так взъярился-то?!

— Верни, что взяла, девочка, — прошипел маг, отступая. — Тогда, быть может, тебе удастся избежать тюрьмы.

Ничего себе заява! Я даже за руку себя ущипнула — вдруг кошмар снится на почве возврата к природе. Вдруг у них эти матрасы ядовитые болотные газы производят, а не только камыши с кувшинками выращивают.

— Но что я у вас взяла?!

— Ты знаешь.

Сердце вряд ли похитила, судя по его поведению. Что тогда? Кошелёк, часы, булавку, зачарованную от насморка? Ну не салфетку же из кармана спёрла, верно?

Ещё есть вариант с похищением совести, но… Вряд ли она у этого типа хоть когда-то была!

— Страхова-а-а, — простонал Ураганов, хватаясь за голову и невольно опровергая собственное заявление, что мы тут просто мимо проходили, а вовсе не вместе едем. — Что ты опять натворила?

— Да ничего я не творила! — вскочив на ноги, поморщилась, ибо боль опять стрельнула в коленку. — Выражайтесь яснее, сударь! — пошла я в наступление на обнаглевшего в край визитёра. Попятились все… кроме него. — Озвучьте чётко и ясно свои претензии или покиньте уже наше купе. Ночь на дворе.

— Верни артефакт, ведьма, — потребовал маг, скрестив на груди руки.

— Ась? — Я аж отпрянула от таких новостей. — Какой еще артефакт?

— Не прикидывайся дурой, Эллисандра. — О как! Он уже и имя моё выяснил. Проклятые кикиморы, чую, сдали ему меня с потрохами и с огромнейшим удовольствием. — Сама отдашь или поискать?

Сказала бы «поищите» в другой ситуации, но у меня же тут безбилетники. Кстати, где они?

— Ничего я у вас не брала, — повторила, хмурясь.

— Приступайте к обыску, — махнул рукой этот гадский гад, и в без того тесное купе всё-таки втиснулся огр, загораживая освещение. Он закрепил на стене переносной расширитель пространства, после чего вошёл и второй патрульный.

— Ещё и клептоманка, — опять начал нудеть Сквозняков, прикрыв ладонями лицо. — За что мне это всё?

— Тебе за что? — вызверилась я на него, ибо на остальных было рискованно наезжать. — А мне это всё за что? Я ничего плохого не делала, не крала, и господина этого, — ткнула пальцем в грудь лорда, — второй раз в жизни вижу.

— Третий.

— Второй!

— В ресторане из-за тебя меня киселём облили.

Так вот кто там возмущался…

Жаль, супницей по лбу ему не прилетело!

— Вы… вы… — Меня так и распирало сказать этой морде аристократической всё, что я о нём думаю, но, отфильтровав большую часть претензий во избежание новых проблем, я выпалила: — Вы же сильный маг! Как так-то? Сами прохлопали артефакт, а теперь козла отпущения ищите?

— Во-первых, козу. — Лорд не только не разозлился, а, казалось даже, наоборот, остывать начал. — Во-вторых, как ты поняла, что я маг? Собирала досье? Или заказчик тебя обеспечил всей необходимой информацией?

— Да на вас заклинаний защитных больше, чем на мне одежды! — выпалила я, отчего все посмотрели на меня… и на мою одежду. Внимательно так.

Тьфу ты! Одно слово — мужики!

Дальнейший разговор напоминал диалог слепого с глухим. В конце концов, я плюнула, устав доказывать свою невиновность тому, кто УЖЕ меня приговорил. Обыск продолжался, как и охи-вздохи Святозара, раздражавшие даже больше возмутительного поведения беловолосого хмыря, возомнившего себя тут начальником. Настоящий же начальник прикинулся валенком, и что был он тут, что его не было бы — одна фигня.

Орсизов, как ни странно, не обнаружили — наверное, они отправились побродить по вагонам, пока я спала. Зато огры вытащили из пространственного кармана моей волшебной сумки, подаренной бабушкой, кучу книг и прочих нужных вещей, окончательно захламив купе. Но, главное, они достали оттуда сундучок, при виде которого глаза лорда алчно сверкнули, а мои расширились от удивления.

Впрочем, радовался вредный маг недолго — сундук оказался не его. И не мой, хотя я заверила всех в обратном. Эту большую резную шкатулку с храносферами, похожими на полупрозрачные цветные шарики с объёмными сюжетами внутри, мне умудрились подложить друзья-орсизы. И ладно бы только его!

На дне сундука, под слоем волшебных шариков обнаружился еще один пушистик, только белый. Зверь Неписец! Но в отличие от деятельной парочки, этот, как медведь зимой, находился в глубокой спячке. Я грешным делом подумала, что мне сейчас новый штраф выпишут за очередного безбилетника, но недалекие огры приняли его за плюшевую игрушку, а я не стала их разубеждать. Лорд же… просто промолчал. Удивительно даже!

И когда только прохвосты разноцветные успели свой сундук из лесу принести? Я и не знала, что они в логово бывшего хозяина наведывались. Орсизы еще и запас кактусовки тихой сапой в мою сумку пихнули. Даже не знаю: спиться решили в Кикимории или споить кого? Например, декана моего нового и всех преподов заодно, чтобы были ко мне благосклонней!

После долгих разъяснений и одной демонстрации самой короткой сказочки, которую огры слушали с умилением, а злобный лорд, откровенно зевая от скуки, патрульные принялись потрошить тюк с травами, а я суетиться вокруг, без конца выкрикивая:

— Осторожно, не сломайте стебли — чихать до утра будете. Понежнее с цветочками, а то куриная слепота нам всем на неделю обеспечена… К этому вообще не прикасайтесь, ради вашего же блага! Тот пучок ядовитый, от этого бутона крапивница высыпает… — и так далее и тому подобное.

Запарилась спасать зелёных громил от них самих!

— Не девушка, а змея, — со смешком резюмировал Вудвич. — Среди вещей сплошные яды и ингредиенты к ним.

— Вот именно, лорд, — буркнула я, бросив на него мрачный взгляд. — Как бы не отравился кто.

Накаркала!

Когда закончили проверять мое «сено», как обозвал бережно собранную коллекцию трав грубиян-маг, я, наконец, выдохнула. Но не тут-то было! Эти вандалы криворукие сломали сундучок с двойным дном, примостившийся на столике, уронили синий флакон с ядовитой настойкой и конфисковали чешую левиафана, обозвав контрабандой. А потом дружно вырубились, потому что пролитый эликсир подействовал, как снотворное, причем исключительно на зеленокожих. Один огр, падая, меня чуть не зашиб, а второй удачно снёс мухомор-вещатель и придавил нытика Ураганова.

Пустячок, а приятно!

ГЛАВА 5

Ночь…Тёмный лес… Луна… Кабак под клёном…

Последнее я, к несчастью, домыслила, в попытках сочинить некое подобие стишка. Кабака не было, как, впрочем, и тёмного леса. То есть лес-то в целом был тёмным, но зона вокруг монетовымогательного поезда освещалась в лучших традициях спектаклей королевского некромантского театра. Ну, знаете эти представления, где сцена обмазана специальным мерцающим составом, и по ней мечутся покорные воле кукловода зомби? Тоже, к слову, мерцающие. Вот и тут так же.

Кикиморскому экспрессу, застрявшему незнамо где на время расследования, подсветку обеспечил пинок от начальника поезда. Именно после соприкосновения с начальственным сапогом мох, покрывавший вагоны сверху донизу, начал фосфоресцировать.

Зловещего сияния как раз хватало до границ защитного купола, поставленного, чтобы никто не смылся с места преступления. А дальше простирался исполинский еловый лес. Всё в комплексе смотрелось довольно жутко. А ещё создавало отменный фон для растерянно-негодующих пассажиров в неглиже и снующих между ними кикимор.

Сотрудницы уникального экспресса, самоотверженно вносили во всеобщую неразбериху элемент стабильности, с профессиональной невозмутимостью предлагая всем напитки и десерты. Естественно, за дополнительную плату. Куда ж без неё?

Ко мне не подходили — хоть какой-то плюс от двух огров, приставленных охранять главную подозреваемую в краже столетия. От двух НОВЫХ огров, старых с симптомами лёгкого отравления транспортировали в первый вагон, где некромант подрабатывал ещё и лекарем. Не ожидала, что зеленокожие громилы настолько чувствительны к некоторым испарениям. На будущее учту. К счастью, пострадавшим ничего серьёзней спячки не угрожало, а то меня бы ещё и в покушении обвинили! Тут это умеют и активно практикуют.

Наше с Урагановым купе подвергли экстренной санобработке, которую оплатил из своего кармана мой сосед, надеясь, что послушное поведение спасёт его от преследования. Не спасло. Никого не спасло, если честно, потому что лорд Вудвич поставил на уши весь поезд. Ну, или почти весь.

Я бы, конечно, в этой непростой ситуации предпочла не «почётный» караул за спиной, а плед, лавочку и кружку успокоительного отвара, но меня не спрашивали. То есть спрашивали, но не о том. Сперва допытывались, зачем мне тюк «сена» и не протащила ли я в поезд, кроме мелкой живности, про которую настучала проводница, что-нибудь покрупнее.

Корову, ага!

Потом интересовались, в каком приюте для бездомных меня снабдили столь безвкусными платьями. Это лорд так развлекался, пока его прихвостни потрошили мой багаж. Не язык у мужика, а жало, и ведь не отомстишь, когда так хочется!

Не обнаружив, разумеется, ни следа от своего пропавшего артефакта как в моих вещах, так и в пожитках Сквознякова, господин маг принялся за допрос всерьёз.

Рыжика вслед за первой партией огров выставили из купе, благоухающего багульником после санобработки, а белобрысый хам устроился на его полке и принялся излагать предполагаемую версию грабежа. И так складно у него всё получалось, что я чуть сама себя не заподозрила. Колесил бы этот сказитель по городам и весям с лекциями по сочинительству отмазок, состояние бы нажил!

Как выяснилось, я специально подгадала момент, когда этот мутный маг изволил ужинать, подстроила измазывание его аристократической персоны киселём, коварно толкнув несчастную юную леди. Потом подкараулила пострадавшего у дверей его же купе и, целенаправленно столкнувшись с ним, заставила выпустить из рук сундук. Затем каким-то невообразимым образом умудрилась, пробив «уникальную защиту уникального вагона», погасить свет и похитить из футляра драгоценный артефакт.

Да я суперведьма, однако!

Просто-таки неуловимая воровка века. Хотя нет, уловимая.

Логика, как по мне, у господина самопровозглашённого дознавателя изрядно хромала. За ту долю секунды, что было темно, я бы даже руку к проклятому сундуку протянуть не успела. Да и куда бы мне артефакт девать? Под юбку прятать? Или, может, в декольте? Так оно у меня, знаете ли, слишком скромное для таких целей.

Хотя насчёт размеров украденной вещицы меня тоже не просветили. Вдруг там только сундук большой, а внутри какой-нибудь камешек величиной с горошину, заговорённый от мужского бессилия. Не зря же лорд рвёт и мечет!

В общем, основания для подозрений мутные, как и сам подозревающий, но…

На стене вагона имелся след моей магии (как опрометчиво я в непроверенную спину проклятьем кинулась!). В показаниях проводницы значились магические зверьки, которых я хотела протащить на экспресс в обход правил, — чем не сообщники? Ещё и рыжий сквозняк масла в костёр подозрений подлил. Нет, он, скорей всего, не нарочно, но его стенания в стиле «Страхова, ты опять?!» изрядно портили портрет невинной девы в глазах окружающих.

Как итог — я стою в ночной тиши на огороженной магическим куполом территории и изображаю памятник попранному достоинству. Хорошо хоть не раздели меня во время обыска. И на том спасибо!

Некоторым, смотрю, повезло куда меньше, и обыск тут, кстати, совершенно ни при чём. Ну, почти. Вон, по соседству с нашим трио под названием «ведьма и её зелёная охрана» девица в ночной сорочке скачет — от приобретения очередного значка отбивается, который под шумок впаривает ей предприимчивая кикимора. Правда, на плечах у брюнетки ещё и шаль имеется, но от ночного холода она вряд ли спасает.

Хм… А шаль-то знакомого вида: красная, с камешками. Прямо как тот подол, на который я столь неудачно наступила. Еле удержалась от порыва кинуть в корову неуклюжую мелким проклятьем. Если бы она руками в ресторане не махала, ничего бы, может, и не случилось.

А обыск поезда всё продолжался. Уже и светать начало, но ни артефакта, ни орсизов так и не обнаружили. Куда они всё-таки делись? Неужели, правда, спёрли искомое и слиняли с поезда в ночь? Лучше уж так, чем что-нибудь похуже. Похуже для разноцветных сказочников, естественно, на артефакт мне было плевать.

Наконец, господин Боровик скомандовал погрузку, и несчастные пассажиры, чередуя зевки с ругательствами, потянулись к вагонам. Я уже мысленно настроилась на очередное погружение в «природу», но очутилась в вагоне первого класса. И нет, это не было компенсацией за напрасные обвинения. Это стало их логическим продолжением.

Позавидовала убранству дорогих вагонов, дура! Как там говорится? Будьте осторожны со своими желаниями.