Забытый день рождения. Сказки английских писателей

— Но какая же это причина? Нет, нет, ступай, у меня еще так много дел!

И Ночь сняла Летучую мышь со своего плеча и исчезла в лесной чаще, а Летучая мышь надулась от обиды и повисла на ветке дерева вниз головой.

Из дупла высунулась Сова и спросила:

— Ты говоришь, у нее серые глаза?

— Ну да, серые, как сумерки.

Из норки выглянул Крот и спросил:

— Ты говоришь, у нее черные волосы?

— Ну да, чернее тени.

На лист присела Ночная бабочка.

— Ты говоришь, у нее белая кожа? — спросила она.

— Белее света звезд.

И серая Сова решила:

— Значит, она нам сестра и мы должны постоять за нее. Если ей хочется Луну, надо отдать ей Луну. Ночь не права!

— Ночь не права! — согласился Крот.

— Ночь не права! — повторила Ночная бабочка.

А легкий ветерок подхватил эти слова и разнес по всему свету.

— Ночь не права... Ночь не права... Ночь не права... — шептал Ветер.

И все дети Тьмы сошлись послушать его, и совы, и лисы, и ночные певцы — козодои и соловьи, — и мотыльки, и мыши, и белки, и даже кошки, разгуливающие по крышам. А послушав Ветер, сами стали повторять:

— Ночь не права!

— Ночь не права!

— Ночь не права!

— Вы слышали новость? — пропищала Мышка Мотыльку. — Ночь не права!

— Конечно, не права, — сказал Мотылек. — Я всегда это говорил.

А Соловей пел об этом так громко, что его песня долетела до Звезд, и Звезды стали повторять за ним:

— Ночь не права! Ночь не права!

— Что вы говорите? — спросила Луна, выплывшая на середину небосклона.

— Мы говорим и повторяем и будем повторять до утра, что Ночь не права.

— Тише, тише, — сказала Луна, — не спешите говорить так. Лучше обдумаем и обсудим все хорошенько. Подождем до 1 Апреля и тогда решим, права Ночь или не права. А сейчас все по домам, скоро уже день.

Долой день!

Когда дети Тьмы разошлись по домам и настал рассвет, Ласточка полетела искать День, чтобы сказать ему про Дочку короля, которая плачет о Луне. Она увидела, как День выходит из-за моря, оставляя золотистые следы на песке.

— Ты словно первый жаворонок, — сказал День Ласточке. — Почему так рано?

— Потому что Дочка короля горько плачет, она хочет Луну и не может достать.

— Какой вздор, — сказал День. — И только из-за этого ты поспешила мне навстречу? Но почему мы должны отдать ей Луну?

— Потому, потому... — И Ласточка задумалась, чтобы найти ответ. — Ну, потому, что у нее голубые глаза, золотые волосы и розовые щечки.

— Какая она богатая, — сказал День. — Зачем же ей еще и Луну? Или ты хочешь поссорить меня с матушкой Ночью, лишь бы высохли слезы на глазах у Дочери короля? Лети-ка лучше, дитя мое, по своим делам, а я примусь за свои.

И с берега моря День перешагнул сразу на луга, позолотив цветы и траву.

Из горного озера высунула голову красная Рыбка и спросила:

— Ты говоришь, у нее голубые глаза?

— Голубые, как небо! — ответила Ласточка.

С утеса свесила голову Ромашка.

— И золотые волосы? — спросила она.

— Как лучи солнца, — ответила Ласточка.

Чайка застыла в вышине, чтобы спросить:

— И розовые щечки?

— Розовые, как рассвет! — ответила Ласточка.

— Значит, она нам сестра! — громко крикнула Чайка и нырнула вниз с высоты. — И если она просит Луну, надо дать ей Луну. День не прав, что не хочет отдать ей Луну. Долой День!

— Долой День! — подхватила Ромашка.

— Долой День! — повторила за ней красная Рыбка.

А Ветер отнес их слова к морю, и волны подхватили их и унесли к другим берегам. И все дети Света стали повторять за ним:

— Долой День!

— Долой День!

— Долой День!

И попугаи, и обезьяны, и даже слоны и шакалы.

А Жаворонок выводил такие голосистые трели, что Солнце спросило его:

— О чем ты?

— Долой День! Долой День! Долой День! — звенел Жаворонок.

— Только не сегодня, — сказало Солнце. — С этим спешить никогда не стоит, надо все обдумать и обсудить. Подождем до 1 Апреля, а там решим, прогнать День или простить.

По следам принцессы

Тем временем королевские сыщики пустились по городу на розыски принцессы. Кто выбрал главные улицы, а кто закоулки, кто рыскал по паркам, а кто заглядывал в кабачки и таверны. И всюду они находили подозрительные следы и подозрительных личностей и спешили с ними во дворец к Королю.

Сыщик Первый переоделся ночным сторожем и не успел выйти на улицу, как тут же увидел Бродягу в лохмотьях, который крепко спал на траве под деревом.

«Подозрительный тип», — подумал Сыщик и, склонившись над спящим, крикнул ему прямо в ухо:

— Где королевская Дочка, признавайся!

Бродяга приоткрыл один глаз и пробормотал:

— Первый переулок направо, второй налево, — и захрапел снова.

Сыщик бросился в переулок направо, затем повернул налево и очутился перед кабачком «Свиная голова». В кабачке на деревянных лавках за длинным столом сидели девятнадцать веселых моряков. Они только-только вернулись из дальнего плавания к Гавайским островам, и тощий Хозяин и толстая Хозяйка угощали их добрым элем.

Сыщик отвел Хозяйку с Хозяином в сторону и строго спросил:

— Где королевская Дочка?

— Какая такая Дочка? — спросил Хозяин.

— Где-нибудь да есть, только не здесь, — ответила Хозяйка.

— Ах, вы еще будете отпираться! — рассердился Сыщик. — Руки вверх!

И он арестовал Хозяйку с Хозяином, а потом, для большего спокойствия, и девятнадцать веселых моряков и велел всем следовать за ним во дворец. А по дороге, для еще большего спокойствия, арестовал и Бродягу, спавшего на траве под деревом. И привел всех к Королю.

— Кто такие? — спросил Король.

— Подозрительные личности, ваше величество, — сказал Сыщик. — Вот он, — и Сыщик указал на Бродягу, — сказал, что ваша Дочка у них. — И он указал на Хозяйку с Хозяином. — А они отпираются. Значит, кто-то из них говорит неправду.

— Тем хуже для них! — сказал Король. — Всех подозрительных личностей — в тюрьму! И если до 1 Апреля они не докажут, что ни в чем не виноваты, мы их строго накажем. А вы получите награду!

Следом за Сыщиком Первым к Королю явился Сыщик Второй, переодетый покупателем, а с ним продавец тканей, сорок три продавщицы, Няня и ребенок в коляске, да еще сто восемнадцать покупателей.

— Кто такие? — спросил Король.

— Подозрительные личности, ваше величество, — сказал Сыщик Второй. — Я заметил коляску с ребенком перед магазином тканей и полчаса наблюдал за ним. И все полчаса ребенок в коляске хныкал самым подозрительным образом, а когда я строго спросил его, где королевская Дочка, он расплакался еще пуще и не дал мне никаких объяснений. Тогда я вошел в магазин и увидел перед прилавком Няню. Продавец отмеривал ей кусок какой-то материи. «Чем это вы тут занимаетесь?» — спросил я. «А какое вам дело?» — сказала Няня. Тогда я выхватил у нее кусок этой вот материи. Вот, смотрите! — И Сыщик вытащил из кармана кусок ситца в цветочек.

— А для чего он? — спросил Король.

— Именно этот вопрос я и задал Няне. Но она ответила: «Это не мужское дело!» И так и не захотела признаться. Пришлось мне арестовать ее, а также всех, кто находился в это время в магазине, а заодно и ребенка в коляске.

— Вы правильно поступили, — похвалил его Король. — И если до 1 Апреля они не докажут, что не виноваты, мы их строго накажем, а вас наградим.

И он приказал отвести в тюрьму Няню с ребенком в коляске, продавца тканей и сорок три продавщицы, а заодно и сто восемнадцать покупателей, которые оказались случайно в магазине.

Только их увели, как явился Сыщик Третий, переодетый почтальоном, а за ним четыреста двадцать три корреспондента.

— Кто такие? — спросил Король.

— Подозрительные личности, ваше величество, — сказал Сыщик Третий. — Не захотели сказать, что они написали в своих письмах, и я арестовал их за сокрытие тайны.

— Прекрасно! — воскликнул Король. — Если до 1 Апреля они не признаются, мы их строго накажем, а вас наградим.

Не прошло и часа, как к Королю явился Сыщик Четвертый, переодетый билетным контролером, а с ним девятьсот семьдесят пять пассажиров, которые купили железнодорожные билеты, чтобы зачем-то уехать из города, а вслед за ним Сыщик Пятый, переодетый библиотекарем, а с ним две тысячи триста четырнадцать читателей, которые почему-то спрашивали в библиотеке только романы про разные приключения, похищения и страшные тайны. Конечно, все это были весьма подозрительные личности и всех их бросили в тюрьму до поры до времени, пока они не придумают себе оправдания. А не придумают, тем хуже для них — 1 Апреля будут строго наказаны.

Барабанщик Джонни Дженкинсон

А солдаты королевской армии спешили по домам на недельный отпуск, чтобы перед ответственной операцией проститься с родной матушкой. Барабанщик Джонни Дженкинсон постучал барабанной палочкой в дверь своей хижины:

Там, та-та-там! Там, та-та-там!..

Услышав знакомый стук, матушка бросилась отворять дверь. Увидев Джонни, она всплеснула руками и кинулась ему на шею.

— Неужели это ты, Джонни? Неужели ты? — словно не могла поверить своим глазам.

— Ясное дело, я, ма, — ответил Джонни. — А что у нас сегодня на ужин?

— Отец, иди-ка сюда! — крикнула миссис Джон Дженкинсон.

Из сада пришел мистер Джон Дженкинсон и, увидев сына, так и плюхнулся на стул и тут же задымил трубкой, чтобы скрыть свое волнение.

— Какими судьбами ты здесь, Джонни? — спросила матушка. — А мы-то думали, ты в дальних краях.