Скверная жизнь дракона

— Так вот почему мне вдруг стало так страшно? Это из-за тебя! Ну, братец… — она прервалась и стала буравить меня взглядом. — Ты точно не обижен на меня?

— Ещё раз попробуешь подумать о таком, моя сестрёнка, и мы сыграем с тобой в одну игру: я отгрызу тебе хвост и посмотрю, отрастёт он или нет. Договорились?

— Зачем ты хочешь съесть мой хвостик? Неужели ты настолько голоден? Так что ж ты раньше не сказал! Тебя же мама обучила навыку карты, — фразы прозвучали со скоростью пулемётной очереди, на что я лишь смог кивнуть. — Отлично! Пошли, добудем тебе еды! Не волнуйся, старшая сестрёнка позаботится о тебе. Пойдём! — развернувшись, она бодро засеменила в сторону выхода, а я лишь стоял и думал о творящемся хаосе в её голове. — Сиал, ты идёшь?

По дороге к лесу наш разговор не очень складывался, но, когда карта стала зарисовывать местность, неловкость в общении стала угасать и мы принялись обсуждать полученный навык.

Очень удивительная штука — эта способность картографии. Хоть карта и получалась несколько топорно нарисованной, какой-то плоской, но стоит отдать ей должное за удобность в использовании. А ещё Калиса сказала, что поначалу карта будет получаться очень простой, но в будущем мы сможем развить этот навык, и карта станет более подробной. Мы даже сможем делать пометки на ней. Меня очень сильно радовали эти факты, ведь по итогу получится эдакая карта со спутниковой навигацией. Правда, без спутников и навигации, но и так сойдёт.

Когда на карте начало вырисовываться очертание леса, я закрыл лог и стал всматриваться в приближающийся лес. С каждым шагом становилось не комфортно, словно моя безусловная вера в себя дала трещину. Когда же мы подошли к опушке, то я и вовсе остановился, не решаясь идти вперёд. Я понимаю, что у меня теперь тело не такое маленькое как раньше, и такие ребята как волки и олени мне в противники не годятся… Но вот если предположить, что некий медведь улучшил свой класс, то тут уже мы с сестрой станем ему обедом.

— Ты чего застыл, братишка-трусишка? — сестра остановилась рядом со мной.

— Не трусишка, а младший братик очень сильной и отважной старшей сестрёнки, которая первой зайдёт в лес!

Хмыкнув, она с грациозностью северной лани пересекла границу леса и стала углубляться в чащобу. Направившись следом, я поймал себя на мысли, что использовать её в качестве авангарда не такая плохая идея. Она может магией себя полечить, в отличие от бедного меня.

Неспешная прогулка по лесу притупляла чувство опасности и вызывала ностальгию, пробуждая в памяти картины из прошлой жизни, когда я ещё не обзавёлся хвостом и чешуёй. В какой-то момент мне это надоело, и отбросив воспоминания в дальний ящик, я стал рассматривать окружающее пространство.

Мы сбились со счёта, сколько раз день сменялся ночью. Здорово конечно, что драконам сон, как потребность организма, не нужен, кроме моментов спячки, но вот голод с каждым днём становился сильней, а еда не спешила идти к нам. Правда, пару раз нам с Калисой на глаза попадались кролики и белочки, но вот пытаться их ловить у меня желания не было. Что не скажешь о родственнице.

Она, словно обезумевший хорёк, бросалась за каждым мелким зверком, надеясь его поймать. Мало того что у неё это не могло получиться из-за разницы в скорости, так ещё и мне приходилось бежать за ней следом, дабы не потерять это зелёное наказание из виду. А как только она упустит свою добычу, ещё и выслушивать гневные тирады о том, как она ненавидит этих мелких существ, что устала, ей всё надоело, хочется кушать и всё в подобном роде. А после, как она выговорится, мы обычно ложилась на землю и полдня не двигались, восстанавливая силы, чтобы вскоре сестра смогла вновь повторить забег.

И когда мне это уже стало порядком надоедать и появилось желание высказать ей всё и потребовать, чтобы она прекратила вести себя как полоумное животное, сестра вновь резко соскочила с места, погнавшись не то за зайцем, не то за мышкой. Но не успела вписаться в поворот и всей своей тушкой на приличной скорости влетала в дерево. Наверно, звуки падающего древесного исполина распугали всю живность вокруг, а Калисе хоть бы что: встала, осмотрела себя и пошла дальше.

— Сестра, я тебе поражаюсь! — я отправил ей мысленный посыл, поравнявшись с ней и идя рядом, попутно огибая деревья и перешагивая торчавшие повсюду корни.

— Что?

— Ты только что убила дерево, ты это понимаешь? Ты его не свалила — ты его убила! Тебе хоть не больно? Ничего не ушибла?

— Нет, я даже ничего не почувствовала. Но ты знаешь, здесь так весело! Не то, что у нас в пещере или там, на равнине. Так интересно, всё новое. Поскорей бы мама прилетела, так хочется ей рассказать ей обо всё, что мы видели.

— Только не говори ей, что ты носилась по лесу как дикое животное, а то она расстроится, подумав, что её единственная дочь рассудком тронулась.

— Ничего не тронулась! Мне весе…

— Замри, — скомандовав очень серьёзным голосом и не дав ей договорить, я резко остановился и стал прислушиваться к окружающему нас лесу.

Вновь раздавшийся едва ли уловимый треск ломающихся ветвей подтвердил — что-то очень крупное двигалось в нашу сторону. И мне не очень хочется узнать, кто решил нас посетить.

— Сестра, можешь считать меня трусом, плевать, но кажется, что на нас движется кто-то или что-то, что может сильно усложнить нашу жизнь. Прошу тебя, не шуми и внимательно всматривайся в лес, — я аккуратно продолжил идти дальше и Калиса, не став мне перечить, пошла следом.

Тревога в душе всё никак не унималась. И уже когда я стал ловить себя на мысли, что у меня паранойя, сестра вдруг резко остановилась и сказала, что почувствовала что-то справа. Замерев на месте и стараясь не отсвечивать, я стал всматриваться в чащу. Поначалу ничего видно не было, кроме деревьев и редких кустов, но вскоре проявился силуэт, который медленно приближался, увеличиваясь в размерах.

Сказав сестре готовиться к скорому знакомству с медведем, я сам стал морально готовиться к предстоящей схватке — от такого зверя бегать бесполезно, ибо мы медленней его. Но всю мою уверенность как ветром сдуло, когда непонятный зверь вышел к тому месту, где деревья росли редко.

В нашу сторону шла очень уверенной походкой огромная свиная туша: бодрый кабанчик, ростом в два метра и шириной больше половины. Густая тёмно-коричневая шерсть в некоторых местах отсутствовала, обнажая ужасного вида шрамы. Довеском к его внушительным габаритам были огромные клыки, сантиметров по сорок каждый. Встреча с таким вепрем не предвещала ничего хорошего.

Затаившись, мы приняли решение немного подождать — вдруг он нас тоже почувствует и обойдёт стороной. Но эти надежды были бесплотны, так как вскоре за ним появилось ещё три кабана, размерами поменьше. Скорее всего, вожак со своим выводком решил проверить, кто тут валит лес без соответствующих разрешений и документов на вырубку.

— Калиса, скажи пожалуйста, что одним ударом магией ты можешь всё это семейство превратить в наш сочный и очень вкусный обед!

— Нет, ты что! Я не знаю такой магии.

— Какую магию ты тогда знаешь?

— Я знаю только магическую стрелу. Но я ей владею не очень хорошо, и маны она расходует много. Но три стрелы у меня получится выпустить. У тебя есть идея?

Идея? Да, у меня есть идея: тикать с села, пока не поздно. Но уже поздно, потому что это семейство нас заметило и, не останавливаясь, засеменило в нашу сторону.

— А что с лечебной магией у тебя как? — задав родственнице вопрос, узнал, что она сможет вылечить, и себя, и меня, но не так эффективно и быстро, как мама, но всё же может. — Слушай, я согласен с утверждением, что, сколько тактику и стратегию ни думай, на войне, один чёрт, правит балом импровизация. Но! Сделаем с тобой следующее: я побегу на них, стараясь отвести от тебя хотя бы большого, а ты попробуешь магией убить мелких и потом вместе сможем одолеть эту большую ходячую тушку. Ты согласна?

Калиса сразу же ответила одобрительно, и мы стали ожидать начала нашего первого сражения, ибо случай с кобольдами можно в расчёт не брать. Время словно замерло, пока вепри сокращали расстояние. Но когда оно уменьшилось метров до ста, всё семейство остановилось и стало пристально нас рассматривать. Мы в ответ рассматривали их. Они изучали нас, и мы отвечали им тем же.

Справа от меня и чуть поодаль стоит Калиса. Напротив меня находится сарделька-переросток, правее неё два кабана, и по левую сторону один… думаю, у меня получится увести за собой вожака и того, что левее. Сообщив сестре, что ей придётся справляться сразу с двумя противниками, добавил, что я сам первым нападу.

Делаю несколько медленных шагов в сторону вепря и останавливаюсь. Надо брать инициативу, иначе худо будет. Хм, а что, если попробовать связаться с этой тушкой по мысленному каналу?

— Мои предки улыбаются, глядя на меня! — что есть сил я стал напрягать разум, в надежде достучаться до сознаний вепря. — А ваши предки улыбаются вам, имперские свиньи?

Я резко срываюсь с места, направляясь к вожаку кабаньей группы. В тот же момент он издаёт дикий визг, и вся стая бежит в нашу сторону.

Расстояние между мной и огромным вепрем стремительно сокращается. Встречаться в лобовой атаке — самоубийство, поэтому решаю брать хитростью и отскакиваю в сторону. Вовремя! Мимо меня на огромной скорости проносится разъярённый зверь и я понял, что чудом остался цел, когда в нескольких сантиметров от себя услышал тяжёлое дыхание.

Только успел подумать, то с кобольдами было проще, как меня сносит от удара в бок — острая боль на мгновение затуманила разум. Резко поворачиваю голову и вижу мелкого кабана, пытающегося поддеть мой живот своими окровавленными клыками.

— Двое на одного — нечестно!

Быстро отворачиваюсь и пропускаю мимо острые как бритва клыки. Пока боров не сориентировался, я наваливаюсь на него и пытаюсь нанести как можно больше ущерба: вгрызаюсь в плоть, царапаю когтями и бью своим хвостом, пытаясь как можно быстрее с ним расправиться. Замечаю, что вожак разворачивается и готовится броситься в мою сторону.

— Не, я с тобой бодаться не хочу! — отправляю этой твари свою мысль и, оставив валяться на земле корчащегося в агонии кабана, бросаюсь наутёк.

Бегу от вепря и думаю лишь о том, как бы мне с ним справиться. Он сильнее меня. Быстрее. Но я умнее!

Постоянно оборачиваясь назад — он всё ближе и ближе. С ужасом понимаю, что времени на действия почти не остаётся. Немного правее по курсу становится видно огромных размеров дерево.

— Ну-ка, месье сарделька, за мной!

Изменяю направление — он следует за мной по пятам. Расстояние до цели сокращалось с каждой секундой. Несусь сломя голову и буквально в последний момент я успеваю отпрыгнуть в сторону. Но не вепрь: он на огромной скорости врезается в дерево и падает без чувств.

Пользуясь шансом, бросаюсь на него и начинаю кромсать его тело, отрывая от него куски. В какой-то момент кабан приходит в себя, но я не позволяю ему опомниться и вгрызаюсь в глотку. Раздаются булькающие звуки из разорванного горла — он продолжает цепляется за жизнь, хоть для него уже всё кончено. Его трахея разорвана. Своими челюстями, словно тисками, надёжно фиксирую его шею, не позволяя встать. Он ещё какое-то время барахтается, но потом медленно затихает.

У р овень был повышен

Текущий уровень: 2

Бонусных очков характеристик: + 1

— Алюминь!

Я падаю рядом с тушкой без сил, уставившись в небо. По небу плывут облака, я лежу на мягкой земле. Красота! Безмятежное настроение накрыло меня с головой.

— Братик? Ты жив? Ты в порядке? — Калиса прервала минутку умиротворения и мне пришлось приподняться.

— Да-да, что со мной будет? Ты-то как?

— Я? Я — хорошо! Бежала как могла, но увидела только конец. Мы победили?

— Да, победили. Но эта битва далась мне нелегко, поэтому исполни одну просьбу.

— Конечно! Что нужно сделать? — взволнованная, она подошла поближе.

— Почеши, пожалуйста, спинку, а то у меня лапки! — я вытянул вперёд две конечности. Сестра с разочарованным видом отвернулась от меня и улеглась неподалёку, переводя дыхание.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь?

— Ни хорошо, ни плохо. Нормально, одним словом. Только крыло болит немного, можешь его вылечить?

— Да, сейчас, — по моему крылу стало разноситься тепло, навевающее воспоминания.

— Спасибо, сестрёнка. А теперь давай получим свою заслуженную награду за нашу доблесть и отвагу — давай поедим!

При слове еда в глазах родственницы вспыхивает огонёк. Она радостно смотрит сначала на вепря, потом на меня, а затем в один прыжок оказывается рядом тушей и жадно вгрызается в ещё тёплую плоть. Я решаю последовать её примеру и, подойдя к своей добыче, начинаю откусывать от неё куски.

Вы вкусили кровь другого существа:

Животное: Вепрь-вожак

Возраст: 17 лет

Уровень: 27

Закрываю оповещение, не досмотрев до конца его характеристики. Потом с ними ознакомлюсь. Главное — не отключить оповещения, а то эта информация пропадёт. Сейчас меня интересует одно — еда.

Не отвлекаясь, продолжаю набивать живот свежим мясом. Буквально через час от вепря почти ничего не остаётся, и мы с сестрой падаем на землю. Чувство сытости расслабляет меня, и я ни о чём не думая смотрю пустым, но довольным взглядом на ближайшее дерево и постепенно теряю счёт времени.

— Калиса, какие у тебя ощущения после первой победы? — решил я поинтересоваться, когда пища в животе улеглась, чувство эйфории притупилось и разум вновь обрёл ясность мыслей.

— Не знаю, — она на секунду задумалась. — Как обычно, наверное. Когда увидела, что ты убил вожака и всё закончилось, у меня было очень приподнятое настроение. Было так радостно, а вот теперь — как-то всё равно. Я думаю, такие битвы будут часто происходить, ведь нам самим нужно добывать себе еду. Мы уже взрослые, а мама далеко, покушать не принесёт.

— Ты права насчет мамы. Но в том, что мы взрослые — я несогласен. Нам через три спячки надо ещё пройти, чтобы считать себя взрослыми.

— Ну и что? Я решила, что уже взрослая, а ты можешь считать себя маленьким. Твоё право.

— Хорошо, хорошо. Мы оба уже взрослые и можем сами о себе позаботиться, как скажешь. Я хотел спросить: как ты расправилась с теми кабанами? Не расскажешь? Мне просто интересно узнать, как ты героически сражалась с этими свирепыми, страшными и агрессивными существами!

— Ой, я только помню обрывками, мысли были как в тумане. Помню, когда ты рванул в сторону вожака, я сильно за тебя испугалась. Потом вижу, что ты стал уводить ещё одного кабана в сторону, а два оставшихся продолжили бежать на меня, решила сначала разобраться с ними, а потом приди к тебе на помощь. В первого я сразу смогла попасть магической стрелой, а во второго промазала. Когда он уже подбежал близко, я резко отскочила в сторону, пропустив его. Пока он разворачивался, успела выпустить в него стрелу, отчего он тоже моментально помер. Затем я нашла последнего кабанчика. Вот с ним было легче всего разобраться. Мана у меня закончилась, но он просто лежал и трепыхался, так что я спокойно перегрызла ему глотку. А когда он умер, сразу же бросилась тебе на помощь. Но ты и без меня справился с этим огромным вепрем! Но как ты его завалил! Ты так отпрыгнул, а вожак такой бум об дерево, а ты на него прыгнешь и как вцепишься в шею! Ух, Сиал, так здорово!

— Да я сам не ожидал, что смогу такое сделать. Двигался буквально на инстинктах. Сам-то я почти ничего не соображал в этот момент.

— И что? Ведь ты победил его! А то, что на инстинктах, так это хорошо. Помнишь, нам мама объясняла, что если ты во время сражения будешь думать, а не действовать, то проиграешь? Вот и ты просто действовал. Так что всё хорошо. Кстати, ты уровень смог с него получить? Я — да, после второго кабана. Правда, обидно немного, что за каждый уровень нам только по одному очку характеристик дают.

— Вот нашла из-за чего жаловаться! — я чуть не подскочил на месте от удивления. — Подумаешь, всего одно очко за уровень. Зато за каждый прожитый год нам по пять очков дают. Вот ты только что маму вспоминала, а сама забыла, что она про это говорила. Не помнишь?

— Я не очень хорошо запомнила этот момент, — немного сконфуженно ответила Калиса.

— Зато я хорошо помню. Все разумные, без разницы, высшие или низшие, за каждый уровень получают по пять очков характеристик, зато за каждый прожитый год они получают только по одному очку, а мы — наоборот. Вдобавок каждый год получаем и по одному очку навыка, а они о таком даже мечтать не могут! Они его могут получить либо за каждые пять уровней, либо за каждые пять прожитых лет. Нам с тобой, по сравнению с ними, не надо ничего делать вообще, только кушать да расти.

— Всё равно это нечестно!

— И что бы ты с таким огромным запасом очков делала?

— Я стала бы очень сильной!

— А почему не очень умной?

— Вот сам и будь очень умным, а я буду сильной, ловкой и быстрой, — закончив бахвалиться, она вскочила и приняла победную стойку, как будто это она разобралась со всей кабаньей стаей в одиночку.

— И тупенькой, как сапожок, — добавив про себя, я тоже встал и стал разминать затёкшие лапы.

Я, конечно, смирился, что быть мне драконом, но немного клинит по фазе от того, как я теперь воспринимаю время: вроде мы вот только легли, и вроде даже не засыпали, но прошло несколько дней! Подумаешь, пару раз небесная лампочка моргнула! В нашей системе пещер было намного приятней и комфортней в этом плане: там всегда одно и то же время суток. Там темно, но с моим зрением на это не обращаешь внимание. Интересно, животные так же воспринимают поток времени, как я? Вот те же кабанчики? Или у тебя такое притупленное сознание, пока ты мал…

Маленькие кабанчики! Это ведь не весь выводок, которым управлял вепрь — у него наверняка где-то есть логово! И почему я об этом раньше не вспомнил? Мне кажется, или я нахватался тупости от сестры?

— Калиса? — она разминала мышцы, вытянув и изогнув спину, как кошка. — Ты помнишь то место, где мы встретились с этим вепрем? Дойти дотуда сможешь? Хотя бы направление покажешь?

— Примерно помню. А зачем тебе?

— Да тут подумал… Расскажу, как придём.

— Странный ты какой-то. Пойдём, нам туда, — она зашагала в сторону, где, как ей казалась, находилось место встречи. Я сразу же направился за ней следом, надеясь, что она не повторит подвиг Сусанина.

Постепенно уходя вглубь леса, я перестал понимать, где мы сейчас идём. Конечно, когда ты бежишь от дикой разъярённой свиньи, тебе не до осмотров достопримечательностей, но, хоть убей, никак не сориентируюсь. Даже постоянно сверяясь с картой и используя внутренний компас, я могу понять, в какую сторону мы идём, но не где именно.

— Я нашла его! — радостный возглас сестры вырвал меня из пучин страданий от осознания собственного топографического кретинизма.

— Кого?

— Того кабана, которого я прикончила после тебя. Вот он лежит, — она взглядом показала куда-то между деревьями. Присмотревшись, я смог различить силуэт.

Мертвечину потихоньку начали растаскивать по кусочкам мелкие зверьки и птицы, но вот их самих рядом не было видно. Наверное, почувствовали наше приближение и удрали. В принципе, обычное поведение дикой живности: если есть халява — бери, если рядом кто-то сильный — беги.

Глядя на покусанную, смердящую тушку я стал сокрушаться, что мы так много времени бесцельно провалялись где-то там вместо того, чтобы сразу направился сюда и узнать характеристики этого кабанчика.

— Сиал, я вспомнила, куда нам идти.

— Отлично, — я направился в чащу за мелькающим среди деревьев силуэтом.