Оазис (СИ)

— Совет хочет, чтобы через два месяца в Оазисе стало больше тысячи душ. И сотни три сорколинов с аборигенами. А лучше все пять, чтобы как-то прокормить такую ораву.

Действительно, подобный рост населения гарантирует практически не насыщаемый спрос на магические предметы.

Попросил торговца на время «спецоперации» принять на хранение песок, артефакты и деньги. В кошельке набралось девятнадцать серебряных монеток, примерно равных по весу украшениям пояса покойной жрицы. Броню, что мне необходима, за эти деньги не купишь, а песок следует приберечь для работы. Неплохой старт, чтобы начать копить материал для собственной башни.

Сегодняшнюю добычу поделил на участников и превратил в мелкие накопители. Завтра Баталер запишет на них боевые навыки, а после обучения песок ребята оставят себе. Так будет правильно.

Пользуясь накопленным опытом, в режиме Концентрации тщательно изучил материал и энергетическую структуру «Хламиды Жреца». Увидел возможности оптимизировать артефакт, немного снизив расход энергии и соответственно, перекачку от носителя. Сам накопитель представлял собой превосходный образец грубой работы. Игнатьев определил его создателем мага Ордена Возрождения, не слишком искусного блюстителя дедовских традиций и правил. Саму сферу доработали совместно с Игнатьевым, по очереди. Наблюдать за приемами более опытного мага — крайне полезно и для навыков, и для общего развития.

Немедленно приступить к созданию амулетов мне не дали. Едва подготовил материалы и инструменты, морально настроился, как у дверей во двор образовалась шумная толпа. Бойца, отправленного в общагу предупредить остальных, что я заночую у Игнатьева, попытались банально ограбить на улице. Двое пришлых заблокировали его в закутке, сорвали с шеи зачарованную медяшку, и принялись срезать с накидки бамбуковые пластинки. Сорколин впал в ступор — преступление совершали люди, свои! Жесткие установки в голове не позволили полноценно обороняться от охреневших «господ». Ситуацию спас патруль, услышавший подозрительную возню и задержавший парочку грабителей и моего подопечного. На шум из общаги выскочили мои соратники, вникли в ситуацию и всей толпой отправились за мной к дому торговца.

Сорколин не мог соперничать с новобранцами Новой башни, громко доказывающими свою невиновность. Два горластых урода сначала отпирались, заявив, что амулет их собственный, а пластинки, да, «бес попутал начальник», хотели срезать. Потому как им нужнее.

— Ты думаешь, я собственную работу не узнаю? Таких во всем Оазисе по пальцам пересчитать, — показал начальнику патруля видимые внешние отличия бронзового оберега. Мужик попался сообразительный, к тому же магическим зрением владел хорошо. Смог отличить новодел от виденных ранее стандартных изделий.

Придурки мгновенно переобулись в поборников справедливости:

— Почему у этого раба амулет есть, а нам не выдали? — выкрикнул заводила.

— Охереть логика! — незамутненность сознания меня задела до глубины души, — Вот нам надо нужник бесплатно почистить, а у тебя и руки есть, и говно к говну не липнет. Ты же создан для этой работы!

— А что? Отличная идея! — согласился патрульный, поржав вместе с остальными.

— Вы че, это не по понятиям! — вякнул второй грабитель.

Я не стал слушать дальше, вернул Бойцу его пластину, предупредил соратников, что заночую у Игнатьева. Патрулю объявил:

— Именно сейчас работаю с амулетами. А эти придурки меня отвлекают.

Стражники пообещали, что двоим негодяям теперь в поселок хода не будет, их сопроводят к руководству. Где их, возможно, даже пожурят. За то, что попались. Это если засранцы действовали не по наводке Бобовича, а по собственной инициативе.

Неприятности на этом не исчерпались. Маша сообщила, что пока мы защищали Оазис, в наших вещах покопались двуногие шакалы. Пропала часть и без того небогатых пожитков. А комендант самоустранился, мол, «ваше добро вы и разбирайтесь». Это ж надо такой удачный денек испортить? Сразу два жирных минуса в карму местного человечества за вечер.

Глава 8

Ни один из прожитых в общине Трех Башен дней нельзя назвать рутинным и пустым, но этот оказался крайне плотно насыщен событиями. Настолько, что начался он ночью с проливного дождя. Падающая сверху вода оказалась полной неожиданностью. Так что спросонья заподозрил чью-то злую шутку. Но нет, в мягком свете магического щита к спящему поселку тянулись многочисленные длинные струйки воды. Бились о тростниковый навес и стекали на меня, Бойца, спящих слуг, листья хлебных лиан и мощеный камнями двор. Дождь шел снаружи, а силовое поле, подчиняясь настройкам или дежурному мастеру башни, образовало крошечные отверстия для воды. Столь необходимой нашему оазису. Да и сам поселок давно следовало освежить.

На террасах соседних домов вспыхнули «Светочи» и случился массовый исход любителей свежего воздуха из-под дырявых навесов под защиту основательных крыш. Пришлось и мне перенести подмокший матрас с веранды игнатьевского особняка в свою комнату. Дождь с перерывами лил всю вторую половину ночи. Здравствуй, старый знакомый — хронический недосып. Давай обниму, как родного.

Завтракая на ходу, пришел к центральной башне затемно. Сначала не понял, а потом ка-ак понял! Основание восьмиугольного здания раздалось вширь, заметно увеличив общественные помещения. Поднял голову — над боевой площадкой появился еще один этаж. Пока только «скелет» из восьми колонн, поддерживающих центральную часть конической крыши. Из которой по-прежнему рвался вверх, пульсируя, золотой луч орфира.

Вот он, результат ударной работы добытчиков строительного материала. В последнее время телеги разгружались у приемки все чаще.

Ощутил прилив гордости и надежды на лучшее. Пускай лично мой вклад в общее дело пока весьма скромный. Как говорится, кому многое дано, с того многое спросится, поэтому лично мне приходится участвовать в здешней движухе активнее других. Отношение руководства ко мне изменилось, но рекомендация Баталера выгрызать достойное место в здешней иерархии по-прежнему актуальна. Именно поэтому сегодня полночи делал амулеты: серебряные пластины Сундуку на продажу и два медных оберега Матвею. Превозмог себя и не выспался.

Управляющий моих подозрений не оправдал и допустил в святая святых без препятствий. Внешние отличия алтаря сразу же бросались в глаза — этот и больше и богаче украшен серебром и постамент выше, и даже красивая вместительная чаша для даров имеется. И рабочее место мастера — каменный стул и столик.

Прикасаясь к белой поверхности божественного обелиска, испытал странное чувство. Вот, наконец, получил то, чего сильно желал все эти дни. Удача меня не подвела — улучшил Божественный язык и получил очень щедрую прибавку к резерву. Теперь полностью понимал надписи на триолите и по ощущениям, мог бы со знанием дела покопаться в настройках артефакта, если бы мне, конечно, предоставили доступ.

Баталер оказался прав — божественный артефакт достиг третьей ступени развития. Это же двадцать пять человек в сутки можно обеспечить прогрессом!

— А чего медь? — возмутился Жмотя, принимая обереги в уплату доступа.

— Так ты оформи мне официальное разрешение на работу с серебром.

Не стал поминать ему старое, хотя ничего не забыл. Хватит у него наглости второй раз ограбить под надуманным предлогом? Когда у меня действительно будет, что брать.

— Искандер тебе лично разрешение дал! — Матвей повысил голос. — Тебе его слова недостаточно⁈

— Выдай материалы, как обещал.

— Да, выдам-выдам, — пообещал недовольный управляющий, не собираясь ничего выдавать прямо сейчас.

— Приглядись к параметрам. Они на уровне серебряных пластинок!

Про высокую надежность своих изделий скромно умолчал. Комментарий Управляющего зацепил:

— По-твоему, Бобович халявит?

Конечно, халявит! Чтобы это понять, не нужно обладать талантом Артефактора. Другое дело, почему Искандер и Совет предпочитают этого не замечать? Вопрос Матвея за версту смердел провокацией. На хер его посылать не стал, ответил уклончиво:

— Я этого не говорил. У каждого свой стиль работы.

Для себя пока принял версию, что часть «артов» хитрый хорек делал на низком уровне навыков, тупо копируя не самые лучшие местные образцы. Отсюда разница характеристик.

— А-а-а, дело ясное, что дело темное, — лениво зевнул управляющий. Нет, он совершенно точно в прошлой жизни был чиновником.

У подножия башни оперативно собрались старшие всех групп и командиры участков. Наконец, увиделся с Артуром, который возглавлял большой отряд бойцов из Общажной. Пообщаться никакой возможности не было: короткий брифинг и марш на позиции.

Снова наблюдая Булатовых бойцов, внезапно поймал такое же ощущение, что вчера на плацу. Ребята экипированы плюс-минус одинаково, сплоченные и нарочито боевитые: «круче нас только яйца!». Что характерно, их средоточия развиты примерно одинаково: от трех до трех с половиной единиц у новобранцев, и четыре-пять единиц у более опытных солдат. При этом парни совсем не выглядели старожилами. А так не бывает. У всех разный старт, разные способности «просыпаются», различается скорость усвоения новых навыков и даже алтарь, если их, конечно, пускали, насыпает божественных даров рандомно. Нет, это железный признак системной подготовки боевых магов.

Глава Совета довел до нас, что общине предстоит минимум четыре дня водного аврала. Ливень случился в наших краях не просто так, а после ритуала, проведенного в башне группой магов во главе с Видящей. Рядом проходили необходимые тучи, поэтому все произошло внезапно. Такое уже было раньше, справились тогда, справимся и сейчас.

Чтобы не утонуть и сполна воспользоваться результатом управления погодой, магам предстоит регулировать поток за пределами купола в специально подготовленном месте. Задача ополчения занять оборону в укреплённых вчера точках по длинной дуге вокруг области рукотворного ливня и уничтожать врага. Любой ценой обеспечить безопасность магов и работников, что будут черпать воду из котлована. Отступать с позиции категорически нельзя, на помощь обязательно придёт резерв.

Искандер вручил два оберега моего производства новичкам, показавшим себя вчера лучше остальных. Напутствовал биться храбро, героям обещал достойные награды, раненым лечение и поддержку. В качестве подтверждения Сергей и Алия выдали командирам групп еще по две бутылки «Живой воды». Напомнили, что тара подотчетная и подлежит возврату.

Вчера с Петровичем отметили уязвимость наших позиций с тыла, и я не поленился перед выходом раздобыть еще рогаток и кольев. Правда, готовые секции пришлось выжуливать у хитрожопого бригадира. Тот заявил, что рогатки зарезервированы для других направлений на случай прорыва купола. Мол, колья, берите, сколько унесете, а готовые антимертвячьи заграждения ждут особого распоряжения. Упавшая на широкую ладонь мелкая бусина с навыком Собирателя маны пробудила в нем трудовой энтузиазм:

— Добро. Берите две штуки. Мы еще сделаем!

Защитный купол башни стал мощнее, а его радиус увеличился примерно на двадцать метров. Прежнюю границу выдавала раскисшая полоса земли со следами ручьев и лужами. Здесь дождевая вода в изобилии стекала с купола ночью. Оседавшая валиком у подножия щита пыль превратилась в жадно липнущую к обуви грязь.

За пределами купола внезапно наступила ранняя осень: сырая и прохладная. В низинах и под деревьями клубился туман. Солнечные лучи едва пробивались сквозь затянутое серыми облаками небо.

Совсем недавно район будущих действий зачистили бойцы-профи. Пепельные кляксы размыло накрапывающим дождиком, но мне и не требовалось видеть следы уничтоженной нежити. Эфирное поле сообщало даже более полную информацию, например о наличии магического песка, который не мешало бы подобрать. Но это позже. Сейчас мальчишам нужно срочно занять позиции, «день простоять, да другой продержаться». Наше счастье, что ночь можно провести под надежной защитой магического барьера. Боевые отряды веером уходили дальше в пустоши — перехватывать диких тварей и одиночную нежить, сбегающуюся на запах огромной толпы живых людей. А наша задача — удерживать опорники на высотах, об которые будет биться сильный и страшный враг.

Вслед за ушедшими воинами к валоканаве поспешили практически все свободные руки поселка. С собой они тащили двухколесные телеги, нагруженные деревянными ведрами, бочонками и большими кувшинами. К предстоящему авралу хозяйственники подготовились не менее тщательно, чем силовики.

Сейчас глубокий ров примерно до половины заполняла мутная вода, которая продолжала стекать вниз по системе канавок и стихийных ручейков, прочертивших сырые склоны на сотни метров.

Прибывающая толпа орала, мокла, суетилась, сталкивалась, роняла ведра в грязь, безбожно тупила, но постепенно пришла в относительное подобие порядка. На краю рва разместилась дюжина крепких мужиков, вооруженных черпаками — коленами бамбука на длинных палках. От них протянулась живая цепочка, передающая полные ведра и кувшины к каменной цистерне. Подошли на заправку двухколесные тележки и телеги, запряженные големами. К битве за воду спешили присоединится буквально все жители поселка, включая обеспеченных господ. И вода пошла!

Глядя на плещущуюся во рву грязную жидкость, Маша брезгливо посетовала, что не хочет это не то, что пить, а даже мыться этим. Ее можно понять — на склонах ближайших холмов за истекший месяц патрульные упокоили целую армию нежити. И теперь бурные ручьи смывали в ров останки и всякое дерьмо.

— А тебе не придется ее пить, — успокоил девушку, — Она пойдет для полива растений. С помощью конденсатора башня собирает влагу из воздуха в огромную цистерну под землей. А уже из нее наполняют резервуары в поселке. Вот ее мы и пьем.

Задержались у ловчей ямы — вчерашний покойник восстал упырем. И теперь, со спутанными мокрой набедренной повязкой ногами, стоял по колено в грязной вонючей луже, буравя черными глазами серое небо. Предложил Маше показать, чему она научилась. Заклинание сработало с третьей попытки и нежить рассыпалась пеплом и осколками костей. Собрать магический песок в такой ситуации было нереально. Вот и ответ, откуда на дне ловчих ям якобы забытый «сахарок».

В защитный купол с раскатистым грохотом удалила ветвистая молния. Так близко, что поневоле екнуло сердце.

— Не ссать! Купол принимает удар на себя! — крикнул отряду Баталер, — Продолжаем движение!

В небе над нашими головами творилось нечто небывалое. Тяжелые свинцовые тучи собрались компактной группой над куполом и холмами. Над местом ритуала они сталкивались и закручивались в плачущий хоровод. На землю равномерно извергался компактный поток воды диаметром примерно в километр. Периодически в защитный купол центральной башни били молнии, расходясь громовыми раскатами далеко вокруг.

В воздухе висела морось, пахло мокрым камнем, сосновыми иголками и озоном. Периодически нас тоже накрывало непродолжительным мощным ливнем, но каменистая почва, казалось, способна впитать океан. Чего не скажешь о наших одеждах…

В первой половине дня наблюдателями попеременно трудились Маша и Баталер. Девушка напрягала свежеприобретенный Острый взгляд, с переменным успехом подпитывая навык маной. Горизонт был чист и умиротворен. Даже не верилось, что мы на удалении полутора километров от защитного купола. Дюжина разумных в нашем лице просто обязана привлечь толпу нежити.

Опробованный вчера режим работы с амулетами мне зашел. Сразу, как заняли позиции, создал усиленную медную пластину для Ираиды. Ибо не следует моим людям использовать дефективную казенщину от Бобовича. Принесенные с собой материалы превратил в две заготовки и сменил сферу деятельности — взялся за фортификацию.

Петрович получил четкий приказ — оборудовать полноценное укрепление. Община всерьез собиралась протянуть руку помощи новичкам, приходящим со стороны пригородов Мертвой Столицы. Но главная цель, надежно контролировать обстановку у «Тамариной плиты». Нам же хотелось пережить сегодняшний день, поэтому крепили оборону, ворочая каменюки во влажной духоте. Мне пришлось таскать наравне с подчиненными, а приобретенные особенности моего организма Здоровяк, Выносливый и навык Грузчика очень помогали в тяжелом труде.

Под руководством Петровича прикрыли тылы линией рогаток и продолжили возводить баррикаду. Теперь, если Аврорин аванпост снесут супостаты, атаковать нас с пологой стороны будет намного сложнее. Пока я занимался артефактами, стены по периметру росли медленно. Все крупные камни на скате собрали еще вчера, пришлось расчищать идущую мимо холмов тропинку, поднимая тяжелые мокрые булыжники вверх по круче на скалу.

Рабочих нам сегодня не дали. Все свободные руки активно черпали долгожданную водицу. Зато командование дополнительно выделило Петровичу троих средненьких бойцов. Желанием работать они не горели, зато не прочь были в процессе «перекуров» рассказывать про свое участие в боях и походах. Тем самым, отвлекая остальных и растягивая «перекуры» до бесконечности. Приходилось одергивать, возвращая их в рабочий режим. Хорошо, что ветеранистые лентяи признавали мое право командовать собой.

Первые стычки не заставили себя ждать — на Эрика вышла стая гончих из трех голов. Отбились без потерь. Одиночная нежить время от времени бросалась на наши посты в центре боевых порядков, у Каменного стража. У нас же продолжалось затишье. Вплоть до того, что все живое в округе попряталось.

В обед дождь резко выключили. Тяжелые тучи снесло ветром к Новой башне и некоторое время брызгало там. Над нами выглянуло солнце и принялось испарять обильные осадки. Окружающий мир превратился в парную и фортификационные работы замерли. Отправил большую часть отряда на отдых под навес, чтобы не допустить теплового удара. Здесь с этим не шутят.

Сегодня мы не повторили вчерашнюю ошибку и на походном костре булькали два котелка с кашей. Готовил Михаил, а Маша помогала. Ираида же никакой склонности к приготовлению пищи, не проявила. Но ее взял в отряд не для готовки еды. На высотке у Эрика тоже курился костерок, а аврорины продолжали стойко сидеть в сухомятку.

Как и вчера Баталер записывал на сферы моего производства боевые навыки и с фирменными подколками вручал личному составу. Песок в счет вчерашней добычи ребята оставляли себе. Пополнение тоже захотело халявной учебы, но было грубо раскритиковано нашим одноногим главнокомандующим. За свою лень и наглость. Зато мне командир благоволил — без подколок позволил изучить устройство монокуляра. Ничего необычного, толстое прозрачное стекло в латунной оправе с ручкой. Расходуя крохи маны из емкого накопителя, артефакт усиливал Острый взгляд. Не владевших этим навыком, в теории, он мог бы им осчастливить, только времени потребуется масса. Проще уж через бусину или уроки. Но штука, безусловно, полезная.

Маги-погодники вернулись к своим обязанностям, согнали тучи обратно компактным стадом, но дело у них не очень-то ладилось. Затянутое облаками небо неохотно расставалось с водой. Брызгал слепой дождик, который тут же уходил в песок, не наполняя ручьев как прежде. Но, может, так и было задумано — капельный полив реликтовых сосен и ценных горных трав? Две сотни человек за несколько часов вычерпали рукотворное озерцо до дна. И после обеда сорколины продолжили таскать под купол жидкий ил. На пустых участках уже были заготовлены ямы для посадки финиковых пальм. И вся грязь, стекшая с холмов, послужит удобрением для саженцев.

Глава 9

Время моего дозора заканчивалось. Уже довольно долго мою хозяйственность раздражали два близких пятна магического песка и в голову пришла мысль отпроситься у Петровича. Но опытный командир наложил категорический запрет:

— Стычки по всей линии идут, а у нас тишина. Как мыслишь, почему? — задал он риторический вопрос, — В общем, сидим в камнях и ждем «Героя»!

Ветеран оказался прав. Сначала нежить проверила на прочность Аврору. Из поросшей сосняком и бурьяном низинки выбралась разрозненная толпа в дюжину скелетов и бестолково, в лоб атаковала форпост. Баталер немедленно отправил на подмогу троицу приданных балбесов и просигналил Эрику, чтобы тот выслал к нам двоих сорколинов.

Я раздал Владу и Маше по запасному накопителю, проверил дротики и корзину с метательными камнями. Почти сразу последовал накат на нас.

— Три… пять… десять — считал вслух противников Михаил. Парни, Ираида, сорколины выстроились со щитами и копьями за баррикадой.

Звероголовый бес погнал в атаку дюжину упырей и одержимых компактной группой. Нежить бодро взобралась на холм, потеряв первый ряд от заклинаний Петровича и моих булыжников. Подпустив врага поближе, в быстром темпе отправил в толпу пяток камней без магического сопровождения. Ни один не промазал, но только два черепа разлетелись на куски. Петрович же старательно выбивал самых лютых, способных обдать сильной волной страха.

Враг не позволил своим марионеткам разбрестись, и тупые мертвяки со всей дури уперлась в ряды кольев и копья бойцов, загоняя деревянные острия в свои тела. Заработали копья, пошли в ход формулы «Покойся с миром!». Бес-предводитель посчитал себя умнее всех. Сначала отстал, дожидаясь первых результатов атаки. Быстро осознав, что сейчас его марионеток перебьют, подбежал к нашей баррикаде, раскручивая на веревке над гривастой башкой черный череп, исходящий флюидами скверны.

Сюрприз, щенок! Бес раззявил волчью пасть в бессильной злобе, когда отбитый телекинезом снаряд резко изменил траекторию. Вместо нашего строя череп покатился далеко в стороне по камням, раскидывая искры и клочки черного дыма без всякого вреда для людей.

Горящий жаждой мести враг приготовился метнуть в меня дротик, но мой уже летел к цели, усиленный телекинезом. Мохнатую грудь вскрыло разрывом, а наконечнику хватило вложенной в бросок силы, чтобы выйти из спины урода в ореоле черных брызг. Упавшего беса стошнило кровью и скверной. Дернул задними лапами и затих в вонючей луже.

Подскочил к баррикаде помочь ребятам с оставшимися мертвяками. Ираида разбивала обтянутые серой кожей черепа, размахивая клевцом. Михаил и Артем отпрянули от баррикады, не выдержав воздействия скверны. Массы темных мушек и спор обжигали открытую кожу кипятком, настырно лезли в потные лица.

Петрович накрыл уцелевшую нежить адресно и дал жару по площадям, выжигая густо исходившую от останков скверну. Влад активировал над собой Благосвет, разгоняя частицы вредоносной копоти. Я повесил спасительный огонек над сорколинами. Чумазые копейщики по приказу оттянулись прочь от чадивших останков, Ираиду пришлось сначала выводить из неконтролируемой ярости и оттаскивать прочь. Дама с наклонностями берсерка.

Отложив метательные камни, Маша принялась оказывать помощь пострадавшим. Поила живой водой, протирала пострадавшие участки кожи тряпками, смоченными в ней же. Зачарованные пластинки бамбука на броне отработали хорошо. И это было заметно — последствия для бойцов могли оказаться гораздо хуже. Используя компактный артефакт связи, Баталер отчитался по результатам и запросил подкрепление. Боевая ситуация у нашей соседки не внушала оптимизма.

Пока мы разбирались со своей проблемой, атака на Аврорин гарнизон усилилась. Костяные гончие и скелеты прорвались сквозь колья. Защитники не выдержали, хотя магичка обеспечивала своим подчиненным численный перевес. Сначала побежал один, за ним еще двое и потом слились остальные. Аврора отбивалась заклинаниями из-за спин устоявших сорколинов. Но врагов оказалось слишком много. Тощие мертвяки с горящими глазами перелезли через рогатки и баррикады в нескольких местах сразу. Петрович, обещая лютые кары, остановил бегство, но горе-вояки скучковались на склоне и возвращаться в бой не спешили.

Наше подкрепление спасло Аврору, потерявшую двоих копейщиков. Но удерживать укрепление вчетвером они не могли. Отбиваясь заклинаниями, медленно отступали с холма на соединение с понурыми и растерянными дезертирами. Аврора намеревалась немедленно вернуть позиции, но Баталер притормозил девушку до подхода резерва.

Опасность миновала, и я занялся приятными хлопотами. С толпы упокоенных нами упырей собрал горсточку песка и десяток бусин. Половина, увы, оказались пустыми. Три с навыком Кулачный боец и две с Владением дубинками. Больше ничего, кроме набедренных повязок с упырей не выпало. Полагаю, все украшения и «последнюю плату» с них забрал себе бес-погонщик. Поднять трофеи с него сразу не получилось. На гребне противоположного холма маячили костяные гончие, что сразу ставило крест на одиночной вылазке за добычей. Различная нечисть продолжала обтекать временно оставленный холм, держа всю нашу группу в напряжении. Аврора отчаянно жгла ходячих на обратном скате, а с нашей стороны работал Петрович. Со стороны купола подключился парный патруль — тоже сожгли какую-то мразь.

Пришедшая подмога состояла сплошь из лучших людей поселка, вооруженных и экипированных нам на зависть. Подмастерье доспешника Жан подошел к нам с Баталером поздороваться, остальные же помощники лавочников и разнорабочие сходу полезли рыться кучах пепла зачарованными лопатками. Смешные. Собрать после меня хоть граммулечку? Да я себя уважать перестану! Но вот у Авроры эти наглые чайки подобрали «сахарку» неприлично много.

— Наши расписные деревяшки работают, — сообщил Жану результаты боевых испытаний.

— Да, с других участков тоже хорошие отзывы. Уже заказов овердохрена, причем на шлемы и наручи. Имей в виду, сегодня вечером надо будет хорошо поработать.

— Ничего не имею против.

Своих людей я уже оберегами обеспечил, настала очередь защитного снаряжения — тех же наручей и шлемов. Чтобы мне получить необходимое снаряжение по бартеру, бронники пообещали подвинуть очередь заказов в моих интересах.

Собрав свое воинство, Аврора держалась молодцом, но видно, что из последних сил. Это провал и вряд ли он останется незамеченным. Если берешься командовать, делай это хорошо, если у твоих людей проблемы со снаряжением и дисциплиной — спрос с командира. Другой вопрос, зачем эту «зелень» ставят в первую линию, не подкрепив проверенными бойцами? Вроде как щенков учат плавать, бросая в реку. Кто выплыл, тот имеет шанс стать волкодавом. Остальным — вечная слава!

Неопытные бойцы отступили из страха перед скверной, а он, в свою очередь, объяснялся недостаточной защитой от нее. Насчет главной местной напасти в поселке ходили самые разные байки, не мудрено, что часть землян до дрожи боялась выйти за пределы барьера.

Баталер провел рокировку сил. Отбивать позицию отправил утреннюю троицу и свежее подкрепление, а дрогнувших новобранцев разделил между мной и Эриком. Для воспитательной работы.

Поселковые вернули холм, лихо разметав нескольких упырей, блуждавших внутри позиций и застрявших между кольями. И немедленно начали мародерствовать, а Баталер их не одернул! Ситуация на фронте стабилизировалась, чем я и воспользовался. Тут ведь как? Кто смел, тот и съел. Уступать свою добычу не собирался никому.

Три наглые гончие подобрались к трупу беса полакомиться. Лакали кровищу, порыкивая друг-на друга и примеряясь к пропитанному скверной мясу. Удачно подловил одну тварь, засадив дротиком в бок. Чары высвободились, кромсая нутро и выжигая темную сущность создания. Вот он сладкий вкус возмездия! Остальные твари брызнули обратно за холм.

— Товарищ главнокомандующий, дозволь! Не ради личного обогащения, а для повышения боеспособности! — отпросился у следившего за уничтожением гончей Петровича облутать беса.

— Тамбовский волк тебе товарищ! Строго под твою ответственность, Борис.