Колдун Российской империи

– Хорошо. Так и буду поступать впредь.

– Что, правда?! Обалдеть, вы колдун, так интересно наблюдать за вами! Не отдавайте меня никому, ладно?

Аверин вздохнул и посмотрел диву в глаза:

– Интересно тебе? Хорошо, я постараюсь что-нибудь придумать, Кузя. Очень сильно постараюсь. А сейчас надо идти спать. Завтра предстоит нелегкий день.

– Можно подумать, они до этого легкие были, – пробурчал Кузя.

Что брать с собой, когда идешь в гости к диву? Прежде такого опыта у Аверина не было, поэтому он понятия не имел, что принести в качестве подарка. В прошлый раз, собираясь с визитом в этот дом, он брал оружие. Сейчас он прихватил с полки пару книг, которые счел подходящими, и сдернул за хвост с лестничных перил катающегося на них Кузю.

– Что может понравиться диву?

– Еда, конечно, – не задумываясь, ответил Кузя, обращаясь человеком. Он огляделся по сторонам и, видимо не найдя ничего подходящего, прикрылся занавеской. – А зачем вам?

– Я же сказал, что мы идем в гости. Причем идем как просители. Поэтому надо произвести хорошее впечатление.

– Куда это можно пойти в гости к диву? О! – Его глаза округлились, когда до него дошло. – Мы идем к Анастасии? Здорово! Я надену свою новую рубашку… ой. Ей тоже нельзя говорить, да?

– Ты ведь и так ей не говорил. Или – говорил?

– Не-а, – замотал головой Кузя. – Я никому не показывал человеческую форму. Только Сомову, один раз, – хрюкнул он.

– Почему? Ты же ей доверял?

– Ну… – замялся Кузя, – вдруг, узнав, что я человек, она не захотела бы мне помогать?

– То есть… она помогает слабым. И ты боялся, что если она поймет, что ты сильный, то не поможет? Но она и так чувствовала твою силу.

– Мы по-разному относимся к тем, у кого есть человеческая форма, и к тем, у кого ее нет.

– Интересно… – Аверин отметил для себя, что обязательно еще поговорит об этом. Но сейчас надо было торопиться. До прихода Маргариты нужно было успеть многое.

– Так что можно подарить Анастасии?

Кузя задумался.

– Вино, – сказал он. – Она любит вино.

– Вино? – удивился Аверин. – Вы же не пьете алкоголь, вам от него плохо.

– Ага, – согласился Кузя. – Но ей нравится его запах и вкус, она сама говорила. И я видел, что иногда она пьет по маленькому глоточку.

– А, отлично. Куплю хорошего вина. Давай, возвращайся в облик кота, и пойдем.

– Эх, – вздохнул Кузя. – Рубашка… я в ней такой красивый.

– У меня есть золотой браслет с гербом рода Авериных. Хочешь, я тебе его на шею надену?

Кузя на миг задумался:

– Не. Он тяжелый, будет мне мешать. – И полностью исчез за занавеской.

Глава 4

Калитку в доме Перовых долго не открывали. Наконец она приоткрылась, и оттуда выглянул дворецкий. И тут же распахнул дверь целиком:

– А-а-а, это вы, ваше сиятельство! А я не узнал сразу. Машина у вас другая, очень приличная.

Вежливее дворецкий Артемий точно не стал, поэтому Аверин сделал вывод, что и все остальное в этом доме вряд ли изменилось.

Он прошел по дорожке. На этот раз Анастасия вышла его встречать.

– Как продвигается дело? – спросил он.

– Если верить вашему адвокату, то проблем возникнуть не должно. Я даже не знаю, как вас благодарить.

– Благодарить стоит, когда все благополучно завершится, – улыбнулся он.

Они прошли в дом. Там их встречал Алеша.

– Доб-о-е ут-о, Ге-мес А-а… – Мальчик запнулся. Он попытался привстать с дивана, на котором сидел, но чуть не упал и с трудом вернул своему телу прежнее положение.

– Не старайся, спасибо, Алеша, тебе тоже доброго утра.

– Нет-нет, ему нужно учиться говорить сложные слова. Вы же сами сказали: если все получится, он сможет поступить в Академию. Да, не в двенадцать, как обычные дети, а лет в четырнадцать, но сможет.

Аверин поднял подарочный бумажный пакет и достал оттуда книги.

– Вот, Алеша, это тебе. – Он протянул мальчику подарок. – Эти книги написал мой отец, я читал их в твоем возрасте. Сначала ты мало что поймешь, но потом они тебе очень помогут при поступлении.

– Спа-а-и-бо! – старательно проговорил Алеша и протянул за книгами здоровую руку. Аверин дал ему одну, а вторую положил рядом.

– А это тебе, Анастасия. – Он достал бутылку с вином.

– Мне? – удивилась дива. – Как это… неожиданно. Не желаете кофе? Легкий завтрак?

– Кофе я уже пил. А от чая с какими-нибудь пышками или свежим хлебом не откажусь, я еще не завтракал. Если господин Артемий, конечно, сочтет меня достойным.

– Прошу, присаживайтесь, – указала на кресло она, – я сама все принесу. Не судите строго Артемия: Синицыны, черти, не дают никакого покоя. Каждый день приходят под ворота, пишут гадости, пачкают, грозятся спалить дом и «перестрелять всех вместе с колдуном». Боюсь, они имеют в виду вас, ваше сиятельство, – печально улыбнулась Анастасия.

– Почему они преследуют вас? Меня, я еще понимаю. Они уверены, что я укрываю дива, убившего их сына. А ты тут при чем? И Алеша?

– Не знаю. Думаю, им просто нужно кого-то винить, а мы ближе всех. Я пока не хочу никуда обращаться – мое слово не имеет законного статуса. Но как только я его получу, немедленно напишу на них жалобу, и Артемий передаст ее в суд. А если господин граф сунется сюда – я просто оторву ему голову.

Аверин улыбнулся. Он прекрасно понимал, что это не речевой оборот.

– Я сейчас принесу чай. – Анастасия поклонилась и, шурша длинной юбкой, вышла из гостиной.

Аверин посмотрел на мальчика. О чем с ним говорить, он не знал. Но и молчать было неловко. И тут его осенило:

– Хочешь, я расскажу, как поступал в Академию?

Алеша дернул головой и сказал:

– Да.

– Мой отец погиб на войне, поэтому в Академию меня повез наш фамильяр Анонимус. Он похож на твоего Артемия, но гораздо более суровый. Мы долго ехали на поезде, и за всю дорогу он не проронил ни слова, просто молча выполнял мои просьбы и поручения. Я стеснялся людей, поэтому ни с кем не заговаривал в дороге. А когда меня представили приемной комиссии и они начали задавать вопросы, я уже так истосковался по общению, что начал тараторить без умолку, и меня еле смогли угомонить. Но, видимо, я им понравился, – улыбнулся он.

Анастасия вернулась с подносом, расставила по столу чашки и тарелочки с хлебом, джемом и сливочным маслом, налила чай и коснулась кончиком пальца ломтика хлеба:

– Разрешите поухаживать за вами.

Аверин разрешил. Он сам отлично умел намазывать масло на хлеб, даже в гостях, но ему было забавно наблюдать, как изменилось отношение Анастасии с его последнего визита.

Он отпил чай и взял намазанный маслом и джемом хлеб.

– Алеша, ты хочешь? – спросила Анастасия мальчика, и тот опять дернул головой, на этот раз отрицательно. Он был занят – листал принесенную Авериным книгу.

Дива повернулась к гостю.

– Кстати, – проговорила она, – меня и Алешу должен будет освидетельствовать колдун высшей категории. И нужно выступить в суде. Могу я попросить вас об этой услуге? И если вы согласитесь, я надеюсь, вы не откажетесь от достойной оплаты?

Аверин рассмеялся:

– Конечно, соглашусь. И я беру немалые гонорары за свою работу.

– Я уже и правда не знаю, как вас благодарить.

– Все в порядке, оплаты будет вполне достаточно. – Он снова отпил чай. – Думаю, ты понимаешь, что я к тебе по делу. И у меня имеется несколько вопросов.

– Конечно, с нетерпением жду, когда вы к нему перейдете.

– Отлично. Я хочу купить у вас Сару.

– Нет! – Алеша оторвался от книги. А Анастасия нахмурилась:

– Прошу покорно простить. Вы столько для нас сделали, но… Сара – друг Алеши. А друзей мы не продаем.

Аверин кивнул:

– Хорошо, тогда я поставлю вопрос по-другому. У меня есть племянница, очень хорошая добрая девочка. Она живет в поместье, рядом с настоящим лесом и прекрасным озером. И ей очень нужен друг. И мне кажется, Саре в тех местах будет лучше, чем тут в вольере или в парке, где приходится гулять на поводке.

Анастасия прикусила губу.

– Это вам следует обсудить с Алешей. И с самой Сарой.

– Полностью согласен. Но я не буду этого делать. Вместо меня этот вопрос с ними обсудит он, – Аверин указал рукой на окно. И тотчас оттуда выпрыгнул Кузя и приземлился на диван рядом с Алешей.

– Ба-а-а-ся! – радостно завопил мальчик и уронил книжку.

Анастасия посмотрела на кота и перевела на Аверина удивленный взгляд:

– Так, значит… вы оставили его себе? Не отдали, не изгнали, а дали ему дом?!

– Ну… я не занимаюсь благотворительностью, как вы с Алешей. Поэтому он сполна отрабатывает свое содержание. Например, на днях спас мне жизнь. И да, зовут его теперь Кузя. С прошлой жизнью для него покончено.

По лицу Анастасии пробежала тень. Она повернулась к Алеше:

– Милый, ты не хочешь пойти в парк, поиграть с Ба… с Кузей? Остальные, наверное, тоже соскучились.

– Да! – ответил мальчик.

– Артемий, – позвала Анастасия.

Дворецкий появился немедленно.

– Отведи Алешу в парк, пожалуйста.

Тот скрылся в дверях, но через минуту появился с креслом. Подкатил его к дивану и протянул руку Алеше.

– Не-е. Сам, – проговорил мальчик и, протянув здоровую руку, вцепился ей в подлокотник кресла. И начал медленно подтягивать свое непослушное тело к сиденью. Это давалось мальчишке нелегко. Он с трудом подтащил ногу к креслу, странно выгнулся, встал на одно колено на сиденье и, развернувшись, разместился в нем весь. И откинулся назад, тяжело дыша.

С силой воли у него точно все было в порядке. Если он и тесты сможет пройти, из Алеши выйдет хороший колдун. Да, не боевой, но сейчас, к счастью, гораздо нужнее были чиновники и ученые. Особенно ученые. Кто знает, может быть, в недалеком будущем появится целое научное направление о психологии дивов? За последние дни сам Аверин узнал о дивах то, что никогда не рассказывали в Академии. И пришел сюда, чтобы узнать больше. Жаль, что отец погиб так рано… именно он начал изучать поведение дивов.

Когда Артемий, Алеша и сидящий у него на руках Кузя отправились в сад, Анастасия немедленно повернулась к гостю:

– Вас пытались убить?

– Да, в меня стреляли.

– Я уверена, вы прекрасно понимаете, кто это сделал. Почему этот человек до сих пор не арестован?

– Графа Синицына задержали, но уже выпустили. Это не он.

– Что?.. Но раз вы так говорите… А я уже было подумала, что вы хотели привлечь меня в качестве свидетеля. И пришли именно за этим.

– Нет, не за этим. Я хочу задать тебе очень важный вопрос.

– Конечно, – она наклонила голову.

Он посмотрел ей прямо в глаза:

– Почему ты не убила семью Перовых, Анастасия?

Ее лицо окаменело. Недолго выдержав его взгляд, дива опустила глаза.