Любимица мира

— И не подумаю, — Вэйд заключил её в теплые объятья.

— Ты что творишь? — возмутилась Карина, пытаясь выкарабкаться из его крепких рук.

— Отучиваю тебя от твоего дурацкого мира. Полюбишь обнимашки — и глазом не моргнешь, — сказал он.

Карина перестала трепыхаться, и изображая возмущение, смирилась. Они долго сидели так, глядя на небо, слушая, как лепестки опадают с цветущих деревьев и рыбки плещутся в воде. Карину охватили такие восхитительные чувства, что она даже испугалась — возможно ли удержать этот миг навеки? Не станет ли она слишком жадной к таким мгновениям? Она хотела бы сидеть вот так вечно… Расставание с Вэйдом и включение во всеобщий поток снова станет мучением.

Карина отстранилась от его объятий.

— Мне и правда пора, — сказала она. — Буду ждать в гости.

— Ладно. До встречи, — сказал Вэйд.

Собрав всю силу воли, Карина попрощалась и зашагала прочь.

***

Вэйд оказался прав. Возвращение во всеобщий поток в этот раз было легким. Утреннее свидание одарило Карину такой свежестью, что хотелось горы свернуть! Никогда в жизни Карина не чувствовала себя такой отдохнувшей и переполненной энергией.

В сердце осталось сладкое послевкусие, которое хотелось лелеять и смаковать весь день. Оно витало внутри, как облако сахарной ваты — мягкой, ароматной, розовой ваты… настолько теплой и пушистой, что стоило подуть ветерку и Карину могло унести в небеса.

Вэйд придет сегодня вечером! Эта мысль быстрыми искрами пролетала в сознании Карины, заставляя улыбаться и бегать по дому вприпрыжку, словно к спине приставили моторчик.

Карина разобрала завал подарков за весь прошлый месяц, энергично благодаря и кланяясь каждому отправителю. Любви в её сердце хватило даже на те коробки, которые она долго откладывала. Сейчас же, куда ни глянь — всё казалось восхитительным и очаровательным.

Доставщики привезли новую партию подарков и Карина любезно помогла всё расположить, а затем напоила работников апельсиновым соком.

После их отъезда, Карина надела домашнее платьице и, пританцовывая, вытерла пыль, вымыла пол и пропылесосила во всех комнатах. Затем взбила подушки, поправила оборочки на шторах и привела в порядок коллекцию плюшевых мишек, расставив их по размеру, цвету и форме носа.

И даже после этого Карина не устала и не потеряла контроль над мыслями. Голову наполняла кристальная ясность и уверенность в своих силах. Ведь Карина знала, что после праведных трудов её будет ждать отдых вдали от чужих глаз. Свидания с Вэйдом стали райскими островками, на которых цвели деревья счастья и энергии, а всё время между свиданиями казалось лишь мостиком, соединяющим эти островки. Да… её жизнь превратилась в мостик, в место ожидания Вэйда… И отчего-то этот факт нисколечки не задевал её гордость и звание любимицы мира…

Расправившись с домашними делами, Карина зашла в комнату, служившую библиотекой. Отчего-то возникло нестерпимое желание почитать Шекспира.

Карина взяла с полки тяжелую книгу в кожаном переплете и села в мягкое кресло. Страницы источали аромат древности и исконности.

— Сонет 47, — прошептала Карина.

«У сердца с глазом — тайный договор:

Они друг другу облегчают муки,

Когда тебя напрасно ищет взор

И сердце задыхается в разлуке.

Твоим изображеньем зоркий глаз

Дает и сердцу любоваться вволю.

А сердце глазу в свой урочный час

Мечты любовной уступает долю.

Так в помыслах моих иль во плоти

Ты предо мной в мгновение любое.

Не дальше мысли можешь ты уйти.

Я неразлучен с ней, она — с тобою.

Мой взор тебя рисует и во сне

И будит сердце, спящее во мне!»

Карина улыбнулась. Теплый отголосок заиграл в сердце. От чего бы? Наверное, сила поэзии.

— Как прекрасно написано! Правда, ребята? — спросила Карина. Одобрительные потоки окружили её со всех сторон. Зрители принялись наперебой цитировать свои любимые строки Шекспира, завязалось обсуждение и даже споры. Карина с удовольствием погрузилась в мир тонких чувств, изящества и романтики.

— Ой! Извините, я на секундочку отвлекусь, — сказала Карина, взглянув на часы. Сейчас будет выпуск новостей. Должны рассказать о Джулии 202.

Жаль было сбивать романтический настрой, но Карина твердо намерилась докопаться до сути вчерашнего происшествия. Она побежала к телевизору и включила нужный канал.

Марк 5656 уже был в эфире:

— …вот какой фрагмент из времени приватности Джулии 202 удалось восстановить специалистам.

На экране, среди помех и ряби, возникло лицо Джули. Голубые глаза наполнены ужасом, шея секунда за секундой превращается в стекло! Она с трудом вдыхает и выдыхает воздух. Набравшись последних сил, Джулия прохрипела:

— Человек в капюшоне! Он охотится на девушек, берегитесь!

Изображение исчезло. От увиденного у Карины сжалось сердце.

Марк 5656 продолжил:

— К сожалению, это единственная информация, которую удалось раздобыть экспертам. Будем держать вас в курсе расследования.

Карина выключила телевизор и села на диван. Перекошенное от ужаса лицо Джулии до сих пор стояло перед глазами. Преодолев первый страх, Карина вникла в сказанное: «Человек в капюшоне! Он охотится на девушек, берегитесь!»

Внутри всё застыло. Человек в капюшоне! Человек в капюшоне! Человек в капюшоне! Образ Вэйда ожил и навис над Кариной, словно из плоти и крови. Она в страхе закрыла голову руками, а затем отмахнула это жуткое видение.

Карина вонзила ногти в ладонь и ускорила мысли. Вэйд, Вэйд, Вэйд. Носит капюшон. Владеет даром приватности. Возник в её жизни так внезапно. Неизвестно откуда. Быстро втерся в доверие… Разузнал адрес…

Какой ужас! Он знает её адрес! Вот дуреха! Зачем она отдала ему тот листок?!!

Карина вскочила с дивана и глянула в окно. Уже темнеет. Скоро вечер и он придет! Придет за ней! Что делать? Что делать? Что делать? Сообщить в полицию!

Нужно себя обезопасить. Нужно обезопасить. Прогремел стук в дверь. Карина вскрикнула. Паника захлестнула её с головой. Она не откроет, ни за что не откроет. Ручка двери со скрипом повернулась и входная дверь отворилась сама.

На пороге стоял Вэйд. Карина с замиранием уставилась на него.

— Дверь была открыта, — тихо сказал он из-под капюшона. Его голос был пугающим. Карина попыталась позвать на помощь, но не смогла выдавить и звука. Нужно наладить внутреннюю связь с полицией, но ленты предательски смешались в голове.

— Можно войти? — спросил Вэйд, и намерился сделать шаг вперед. Карина подбежала к двери и попыталась захлопнуть её, но Вэйд коснулся её руки. — Так будет лучше, — улыбнулся он.

О нет! Лента за лентой связь с внешним миром погасла в её сознании. Она сокрыта! Зрители, друзья, полиция — все остались далеко, вне зоны доступа. Ждать помощи не откуда! Это конец!

Карина испуганно смотрела на высокую фигуру Вэйда. Как она раньше не замечала, что под мягкой одеждой таится мощное тело, способное переломить её, словно соломинку? Сердце колотилось, как бешеное.

Что Вэйд будет делать дальше? Как проделывает трюк со стеклом? И самое главное — как его остановить? Притвориться, что она ничего не знает? Да, верно… и под любым предлогом отложить встречу.

Карина вскинула голову и наконец заговорила:

— Пожалуйста, уходи, — её голос предательски дрожал.

— Почему? — спросил Вэйд, откинув капюшон. — Ты ведь сама пригласила меня.

— Я… я… плохо себя чувствую.

— Что случилось? Заболела? — Вэйд дотронулся до её лба.

Карина вздрогнула, слишком явно, чтобы это осталось незамеченным. Вэйд пристально смотрит на неё. Всё пропало!

Карина заглянула в его черные глаза, в которых не было ни капли сожаления. Пропади оно пропадом! Нет сил разыгрывать спектакль. Карина не вытерпела:

— Как ты мог так поступить? Как мог? Я доверилась тебе, почти влюбилась, а ты… Ты — чудовище! — слезы хлынули из глаз. — Зачем играл со мной? Лучше бы сразу убил.

— Да что ты несешь? — спросил Вэйд ледяным тоном.

— Не притворяйся! Это ведь ты убил Джули, а теперь пришел за мной.

— А… ты о той девушке, превратившейся в стеклянную куклу? Я тоже видел по телеку. Погоди… Ты думаешь, это я сделал? — Вэйд переменился в лице.

— А кто же ещё! Ты сам сказал, что один такой! Только ты умеешь управлять приватностью, к тому же… капюшон. Убийца — человек в капюшоне…

— А капюшон разве один я ношу на всей планете? К тому же, как бы я так быстро добрался сюда из Нью-Йорка? Это физически невозможно.

Карина задумалась:

— Не знаю… Наверняка есть способы. Уловки с временем… Маньяки всегда имеют продуманный план.

— Маньяки?! Ты меня и правда расстраиваешь, — сказал Вэйд, опустив голову и натянув капюшон. — Ладно. Я уйду. Ты вся дрожишь… действительно, напугана до смерти. Поговорим, когда придешь в себя.

Вэйд развернулся и зашагал прочь:

— Крепко закрой дверь и окна, — донесся его голос издали. — И… это правда — не я.

Карина облегченно выдохнула и захлопнула дверь, щелкнув замком. Обессиленная, она осела на пол и поджала колени к подбородку. Её всю трясло.

Минута текла за минутой. Карина потеряла счет времени. Она пыталась унять дрожь и собраться с мыслями, но не получалось.

— Нужно успокоиться и подумать, что делать дальше, — прошептала Карина. — Успокоиться и подумать.

За окном уже стемнело. Очертания гостиной расплывались в полумраке. Диван, кресла и кофейный столик казались серыми пятнами, подвешенными в черноте.

Карина заглянула в свое сознание. Лент в голове по-прежнему не было.

— До сих пор сокрыта? Почему? — прошептала она. Возможно, это и к лучшему. Успеет прийти в себя до возвращения в поток.

Итак… Убийца всё-таки не Вэйд. Иначе, почему бы он так легко ушел? Или это всего лишь уловка? Играет с ней, как кошка с мышкой… Но тогда… Как скоро он вернется, чтобы напасть? Карина испуганно оглянулась.

— Не знаю, не знаю, не знаю, — она схватилась за голову. Всё в ней жаждало, чтобы слова Вэйда оказались правдой. А не то её сердце разобьётся вдребезги и никогда не соберётся обратно… Она чувствовала себя обманутой, глупой и беспомощной…

Но всё же очень многое указывало на Вэйда. Капюшон, приватность и…

Раздумья Карины прервало чужое присутствие. В темноте кто-то был. Тяжелый взгляд сверлил, изучал и пронизывал до костей. Он нависал над Кариной, давил из мрака со всех сторон. Точь-в-точь, как прошлой ночью.

— Кто… кто здесь? — сдавленным голосом спросила Карина. Повисло напряжение. Темнота у дивана зашевелилась. Что-то большое и плавное метнулось вдоль стены, беззвучно, словно призрак.

Карина вскрикнула и бросилась к лампе, стоящей в углу. Не успели дрожащие пальцы коснуться кнопки, как лампа опрокинулась и включилась сама. Тусклый оранжевый свет пролился на пол, еле-еле разгоняя тьму.

Карина прищурилась, с опаской вглядываясь в полумрак. Лампа мигала и издавала треск.

— Кто здесь? — снова спросила Карина, до безумия страшась получить ответ. Даже желудок сжался от страха.

Стена напротив заскрипела, словно её царапают тысячи длинный когтей. Медленно, витая над полом, из неё выплыла высокая фигура в тёмно-зеленом балахоне с низко опущенным капюшоном.

Карина отпрянула назад и заверещала так громко, как только могла. Существо бросилось к ней, схватило за горло и прижало к стене. Переполненная ужасом, Карина беспомощно вцепилась руками в худое запястье, сдавившее шею.

Рука нападающего даже не дрогнула. От него исходит такая власть и сила, что Карина побоялась сопротивляться.

Кровь прилила к лицу, в глазах потемнело, воздуха предательски не хватало, чтобы ясно мыслить. Карина трепыхалась, как перышко на ветру. Её испуганный, обреченный взгляд бесцельно блуждал по фигуре в балахоне.

Оно не человек. Узловатые пальцы напоминают коренья дерева, такие же длинные, коричневые, кривые… Лицо скрыто под капюшоном, но оттуда сочится странный запах мха. А ещё… ещё оно источает ауру, непроницаемую для чужих глаз. Эта аура обволакивает Карину, делая невидимой для других.

На второй корявой руке болтается кроваво-красный перстень. Как только существо поднесло перстень к лицу Карины, камень ослепительно засиял.

— Подходишь, — прохрипел голос из-под капюшона. — Ты похожа на куклу! Просто создана, чтобы стать стеклянной.

Крепкие пальцы еще сильнее впились в шею.

— По… пощадите, — прошипела Карина. Жизнь покидала её, сознание проваливалось в черноту.

Обрывки мыслей еще мелькали в голове, но их полностью заглушил животный страх. Карина хотела жить! Очень хотела жить! Любимица мира… Та, у которой целая планета друзей… не нашла, к кому обратиться за помощью… оказалась абсолютно одинокой… Вся её вселенная сейчас свелась к жуткому существу в капюшоне… Неужели… Неужели вот так она и умрет? В полном одиночестве? Без единого свидетеля? Даже не увидев лица убийцы?