Помоги проекту - поделись книгой:
Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведёшь… вот, ведь, как грустно всё выходит…
Я чувствую, как в носу начинает пощипывать, как перед слезами…
Тут, раздаётся звонок телефона – звонит мама, тот человек, которому я нужен, который про меня помнит, хоть нас и разделяет расстояние…
Отвечаю на звонок, мы поздравляем друг друга.
По телевизору показывают концерт, за окном фейерверки и снег и сотни радостных лиц… а мне грустно и тоскливо… встречать Новый год одному…
«И видеть Новый год»
На улице уже смеркалось, хотя на часах было только начало пятого. Впрочем, ничего удивительного – декабрь на дворе – предновогодняя пора.
В воздухе вихрем кружились снежинки. Лёд на лужах, будто груда алмазов, красиво поблёскивал. Под ногами отзывался хрустом снег.
Сквозь всю эту красоту, смешанную с холодом, Ирина шла по белому заснеженному асфальту. Вдоль дороги стояли мрачные «облысевшие» деревья, кора которых от темноты и холода казалась совсем чёрной. Сквозь их голые ветви, покрытые снегом, были видны разноцветные огоньки окон и гирлянд в домах. От этого даже казалось немного, что это такие яркие листья на снежных ветках. Однако это была такая простая, но такая искренняя человеческая радость приближающемуся празднику – Новому году.
Ирина шла за своей дочкой в детский сад. С тех пор, как день стал становится короче, она старалась забирать Надю пораньше, что всегда радовало малышку.
Наконец, показались знакомые белые стены. В окнах горел яркий свет, и видны были силуэты играющихся детей. Сколько Ирина ни забирала свою дочку, а всё пыталась найти её в окнах. И никак не получалось.
Зашла в знакомый вестибюль, в котором висело много детских разноцветных курточек и опёрлась на одну из стен перед дверью, за стеклом которой бегали и играли детки. Она знала, что Надя сейчас её заметит. Да! Такая родная и милая маленькая фигурка в розовой кофточке уже бежит к двери с возгласами:
– Мама! Мама пришла!
Воспитательница, улыбаясь, открыла дверь, ибо девочка всё ещё не могла дотянуться до ручки.
Ирина присела на корточки, и Надя устремилась в её родные и холодные, с улицы, объятия.
– Привет, Наденька! – нежно говорила мама. – Соскучилась?
– Да! – нараспев воскликнула девочка. – Пошли домой!
Она выскочила из объятий мамы и побежала к курточкам под умилённый смех и улыбки Ирины и воспитательницы.
– Мама, мама! – заговорила снова Наденька, когда мама помогала ей застегнуться. – А почему Серёжа всё время сидит на месте и ничего не делает?
С этими словами она указала на мальчика в синей кофте и серых штанишках, который, и в самом деле, в отличие от других детей в своей группе, сидел на тумбе и тупо смотрел в пол, что-то теребя у себя в руках.
– Понимаешь, Наденька, Серёжа слепой, – ответила мама.
Среди родителей все знали, что в группе есть слепой ребёнок. Его воспитывала бабушка, а где его мама – никто не понимал или не знал…
– А что это такое? – недоумённо спросила девочка.
– Это когда глазки ничего не видят.
– Как это?
– Ну, когда ты не можешь ни на что смотреть, потому что у тебя всегда черно перед глазами. Вот ты, когда спать ложишься – закрываешь глазки – не видишь ничего. У Серёжи то же самое. Только всегда.
– А что же он? Никогда нас не видит, что ли? – искренне удивлялась девочка, когда они с мамой уже вышли на улицу. – Не видит снега? Деревьев? Нашего садика?
– Да, он всего этого не видит. Поэтому его всегда и везде за ручку водят.
Они шли по заснеженным белым улицам, освещённым жёлтым светом фонарей, который дополнялся разноцветием гирлянд и огоньков.
Наденька грустным и задумчивым взглядом смотрела наверх и спросила:
– И даже этого всего не видит?
– Нет, не видит. Совсем ничего не видит…
Глаза девочки погрустнели ещё больше, а губки надулись, словно перед плачем. Она смотрела по сторонам, оглядывая зимний город сквозь неуёмный рой снежинок и свет многочисленных огоньков.
Мама провела её через небольшую площадь, на которой стояла высокая ёлка, украшенная большими блестящими шариками, гирляндами разных цветов, игрушками в виде оленей, пингвинов, медвежат и белых зайчиков. Под нижними лапами дерева стояли коробки с подарками, завёрнутые в яркую сверкающую глянцевую бумагу, которую обмотали красными шёлковыми лентами. На верхушке светилась золотыми узорами красная звезда.
Наденька смотрела вокруг – везде были люди, все они были счастливыми! Кто-то нёс подарочные мешки куда-то; кто-то сидел, общаясь с друзьями, то и дело попивая нечто дымящееся из пластиковых стаканов; кто-то просто подбегал к ёлке, чтобы сфотографироваться. Все люди ждали праздника, ждали Нового Года, и казалось, что все заботы и невзгоды настолько размыты…
– А что же это? – снова спросила Наденька, глядя снизу на маму. – Серёжа и Новый Год не увидит?
– Нет, не увидит, – ответила Ирина.
– А как же праздник? – не унималась девочка.
– Ему придётся, наверное, спать. Или просто послушает телевизор. Не знаю даже как он празднует…
Ей самой было очень жаль мальчика, и она видела, что её дочь искренне переживает за него.
Весь оставшийся день Наденька была задумчивая. Даже не стала смотреть мультики перед сном, что было странно – она никогда ещё их не пропускала, даже если сильно уставала. Вместо этого, сразу отправилась спать.
Мама понимала из-за чего это, но не знала, чем может помочь ребёнку.
Идя из душа в свою спальню, она услышала из-за двери детской всхлипывания. Наденька плакала.
Ирина открыла дверь. Действительно. Её дочь лежала, уткнувшись лицом в подушку, и тихо всхлипывала, обнимая своего любимого белого плюшевого тюленя.
– Что случилось, солнышко? – спросила мама, садясь на край кровати и кладя руку на золотистые волосы своей дочки.
– Жа-а-алко, – грустно протянула девочка и снова захлюпала.
– Ну, что тут поделать? Родился он таким…
– Всё равно жа-а-алко!
Ирине тоже было жалко и свою девочку, и этого Серёжу, которого совсем не знала, но она всё ещё не знала, чем тут можно помочь, что сказать Наденьке, чтобы она как-то, хоть немного, успокоилась.
Она прижала голову ребёнка к себе и просидела так, обнимая её, с полчаса, пока девочка не начала сопеть. Всё-таки уснула.
«Жалко мама уехала в другой город, – подумала Ирина. – Можно было бы с ней оставить хотя бы, чтоб в детский садик не вести. Да я б сама осталась, но всё эта работа…»
Она решила, что заберёт Наденьку из садика настолько раньше, насколько сможет. Всё равно у неё это был последний рабочий день, а дальше отпуск и Новый Год – уже и придумать можно, чем ребёнка занять.
***
Солнце только-только скатывалось в закат, на улице было светло, а Ирина уже шла к детскому садику забирать дочь.
На этот раз дорога не казалась такой мрачной. Снег был чуть-ли не блестящим и слегка рябил в глазах, огоньки горели не так ярко из-за солнца, и всё вокруг напоминало какое-то старое кино про зиму.
Вдалеке, на площадке виднелись яркие курточки играющихся детей, которые бегали туда-сюда или лепили снеговиков.
Подойдя ближе, она попыталась глазами найти среди всей этой детской кутерьмы свою дочь, но всё никак не получалось.
И тут, её взгляд упал на небольшую скамейку на другом конце площадки, откуда обычно следили за детьми воспитатели.
Наденька сидела на ней болтая своими ножками, а рядом был Серёжа. Она что-то говорила ему, то и дело глядя по сторонам, а он широко улыбался, ловя каждое её слово.
Ирина аккуратно подошла к детям поближе, чтобы понять о чём речь.
– …высо-о-окие такие, чёрные, – говорила нараспев Наденька, глядя по сторонам. – Ветки у них такие кривые, изогнутые, а на них белый такой снег лежит. Как куртка на тебе, только белая.
Серёжа продолжал широко улыбаться, глядя своими серыми невидящими глазами куда-то вверх.
– А Новый Год, знаешь, такой весёлый праздник! – продолжала девочка. – Родители наряжаются! Ёлочка всегда такая высокая, зелёная, с колючими зелёными ветками – широкими такими. А на них игрушки висят всякие, шарики блестящие. Ночью приходит Дед Мороз и приносит подарки разные! Главное письмо ему написать, попросить, что хочешь. А потом, представляешь, салюты такие красивые – красные, зелёные, синие, фиолетовые… так сверкают в небе, так трещат… Желание надо загадывать сразу – наверняка сбудется…
Едва она хотела продолжить, как она повернула голову и увидела маму.
– Мама! Мама пришла! – радостно воскликнула она и вскочила со скамейки.
Только хотела бросится, по своему обыкновению, на встречу, как резко остановилась, обняла Серёжу и сказала:
– Я тебе потом ещё расскажу что-нибудь!
Только после этого она побежала в материнские объятия, а Серёжа всё продолжал сидеть и широко улыбаться.
«Видимо, этого и не хватало Наденьке, – думала про себя Ирина. – Он не был счастлив, так пусть хоть так…»
Они шли по знакомой дороге домой, и девочка уже не была грустной и задумчивой, а широко улыбалась, радостно посмеиваясь время от времени.
Наконец, наступил долгожданный последний день уходящего года. Он выдался по настоящему сказочным! Из командировки приехал папа, что-то прятавший в своём, явно «растолстевшем» чемодане. За окном была метель, которая стихла лишь к сумеркам. Мама весь день суетилась то на кухне, то по дому.
Новогодняя ночь.
В зал, в котором стояла нарядная ёлка внесли стол. Его быстро накрыли и под традиционные песни из телевизора принялись потихоньку провожать старый год, вспоминая всё хорошее, весёлое и необычное, что было в нём.
– А что это Наденька не спит? – поинтересовался папа, ведь обычно до боя курантов она уже ложилась спать.
– Я не хочу, пап, – ответила девочка. – Я хочу желание загадать.
– А у тебя оно есть? – улыбнулся папа.
– Да-а-а! – протянула дочь. – Хочу загадать!
Как можно было отказать ребёнку? Тем более в новогоднюю ночь.
Однако сколько Наденька не старалась, а всё-таки довольно быстро задремала прямо на своём стуле за столом.
Едва отец хотел взять её на руки, чтоб отнести на кровать, как мама возразила:
– Не стоит, давай разбудим её к бою курантов, она ж желание хотела.
Папа не стал спорить.
Несколько последних минут года пролетели незаметно. Оставалось всего пять. По телевизору уже начали звучать фанфары перед президентским выступлением.
– Вставай, солнышко, вставай! – тормошила мама дочь. – Скоро желание загадывать.
Наденька сначала ничего не поняла. Однако буквально тут же её глазки засверкали.
– Жела-а-а-ание! – нараспев воскликнула она и выпрямилась.
– Тут Дед Мороз приходил, подарков тебе принёс, – сказал папа, указывая на ёлку, под нижними лапами которой стояли три разноцветные коробки. – Мы сказали ему, что передадим тебе.
– Нет! Сначала желание!
Папа ещё больше удивился и посмотрел на маму. Она лишь пожала плечами.
Наденька изъёрзалась на месте, теребя подолы своего праздничного платья, то и дело спрашивая:
– Ну, когда уже?! Когда?!
– Что же ты такое загадать хочешь? – не выдержал отец от удивления.
– Ну, вот, хочу! Не скажу, а то не сбудется!
Папа усмехнулся, и буквально в этот момент начался бой курантов.
– Уже можно?! – воскликнула Наденька.
– Подожди чуть-чуть…, – придержали её родители.
«Чуть-чуть» тянулось мучительно медленно. Девочке даже стало немного жарко от томительного ожидания заветного мига.
Поделиться книгой: