Вася и покорители вселенной

— А без меня никак? — в последний раз попробовал отвертеться Вася.

— Никак!

— «Клещ!» — жутким голосом напомнил техник.

Вася закрыл глаза и решился. Дрожащей рукой распахнул халат, бросив его на пол у своих ног. Выдохнул, и резким движением стянул трусы.

— Ты что делаешь? — завопила Лариса. Вася открыл глаза и увидел возмущенное до предела лицо девушки.

На шум вбежала Полина. Она посмотрела на Васю, затем на подругу и разразилась диким хохотом, хватаясь за живот руками.

— Что? — не понял Вася, вращая из стороны в сторону головой. Руками он прикрыл свое мужское достоинство.

— Трусы натяни, придурок! — произнесла Лариса. — Мне торс нужен, а не…

Вася развернулся так, чтобы находиться спиной к обеим девушкам и натянул трусы. Полина никак не могла успокоиться.

— Я когда услышала, как ты орешь, — через хохот сообщила она. — Решила, что он тебя насилует. Потом зашла, а он тут без трусов…

Лариса улыбнулась и присоединилась к подруге. Они смеялись вдвоем, и не могли остановиться. Вася прислушался, и ему показалось, что там внутри тоже смеются. По всем правилам он должен был смутиться, обидеться, а может разрыдаться, или бухнуться в обморок, но… На ум пришел образ молодого симпатичного врача. Она чем-то вроде пинцета доставала там внизу присосавшегося клеща. И… достала, продемонстрировав Васе болтающего лапками кровопийцу.

— Гхе, гхе, — он сам не заметил, как засмеялся. Громко, по-настоящему. Это было здорово.

— А где собака? — поинтересовался Вася, минут через двадцать, когда ему надоело сидеть на стуле, пялясь в одну точку. Вообще позирование давалось непросто. Было скучно. Полина куда-то испарилась, хлопнув входной дверью, да и организм никак не хотел приходить в норму. По-прежнему мутило, но уже не так катастрофично, как утром.

— Какая еще собака? — не сводя глаз с мольберта поинтересовалась Лариса.

Вася незаметно, пока художница не видит посмотрел вправо и влево. Разглядел на одном из закреплённых на стене рисунков лабрадора.

— Да вот эта, наверное, — он кивнул в сторону картинки.

Лариса на мгновение остановилась, проследила направление его взгляда и фыркнула.

— Не хочу тебя расстраивать, родной, — заметила она, возвращаясь к работе. — Но он сдох.

— Когда? — удивился Вася.

— Недавно… — заметила девушка. — Лет десять назад. Я тогда в шестом классе училась. Рыдала.

— Погоди, погоди, — замотал головой Вася. — Я о другой собаке. О той, с которой Полина вчера гуляла. Она сказала, что вышла погулять с твоей собакой.

Лариса остановилась. Тяжело вздохнула, уставившись на натурщика.

— Я не знаю, что она тебе наговорила, — заметила Лариса. — С нее станется. Но никакой собаки у меня нет.

— Так может это была собака какой-нибудь другой соседки? Из соседней квартиры, например?

— Соседки из соседней квартиры, — заметила девушка, вернувшись к своем рисунку. — На дух не переносят нашу дорогую Полиночку. И никто из них не доверил бы ей даже мусорное ведро вынести, а не то, что псину.

— Но… — начал было Вася. Его оборвали:

— А вообще сиди молча и не вертись, — возмутилась художница. — Если тебе интересно, спросишь у нее… Потом. Когда закончим.

Они закончили через три часа. Васины члены к тому времени затекли, став каменными. Хуже того, проснулся желудок и уже настойчиво требовал закинуть в него что-нибудь съедобное. Вернулась Полина. Войдя в комнату с пакетами в руках, она первых делом осмотрела рисунок. На нем было изображено туловище до пояса и без головы. Одобрительно кивнула, смерив Васю оценивающим взглядом и принялась разбирать покупки, демонстрируя содержимое подруге.

— Это тебе как? — она приложила к груди синее только что купленное, платье. Даже бирка еще висела.

— Да ничего. Элегантенько, — заметила Лариса. Полина нахмурилась. Отбросила вещь в сторону. Взяла другое — зеленое.

— А это?

— Да тоже ничего, — заметила соседка.

Вася, который в это самое время сидел на стуле с запаханным на груди розовым халатом, решил, что рассуждать о моде, когда ты в таком виде неправильно, а потому молчал. Голоса тоже не подавали признаков жизни. Видимо, ничего интересного для них не происходило.

— Ну а это? — спросила Полина, приложив к себе черное длинное, и на Васин вкус, нелепое платье.

— Бе! — отозвалась Лариса. — Какое-то старушачье.

Полина просияла.

— Вот и замечательно! — она хлопнула в ладоши и сгребла в охапку наряды. — А ты чего сидишь? — обратилась она к Васе. — Собираемся. Мама ждет.

Вася вспомнил о приглашении на ужин, и сглотнул слюну. Его одолевали дурные предчувствия. Интуиция подсказывала, что свести этих двоих в одном помещении, все равно, что смешать в пробирке перекись водорода и серную кислоту. Кто знает химию, понимает, о чем идет речь.

— «Заволновался?» — участливо поинтересовался техник.

Едва заметно, стараясь не привлекать к себе внимание Вася кивнул.

— «Я бы на твоем месте тоже в штаны наложил» — заметил белобрысый, вместо душеспасительной беседы, — «Мама твоя — огонь женщина, а эта — вообще динамит. Как бы не рвануло»

«Спасибо! Умеешь поддержать» — хотел пробубнить Вася, но вовремя остановился, памятую о том, что находится в помещении не один. Он почувствовал, как зашлось сердце. Может от волнения, а может от голода.

— «Не слушай его» — вмешалась командор. — «Да, задачка выходит не простая. Свести к минимуму потенциальный скандал, рискующий перерасти в поножовщину. Ну так что? Главное держать ситуацию под контролем»

«Легко сказать» — подумал Вася. Наставления командора, если их можно было назвать наставлениями также не внушали оптимизм.

Свою одежду выглаженной и выстиранной Вася обнаружил на кровати в комнате Полины. Сутра здесь мало что изменилось. Разве что стакан с рассолом исчез с компьютерного стола. В очередной раз пришлось восхититься тем, как некоторые люди умеют держаться свое место жительства в идеальной чистоте. Васе, даже с такой мамой, как у него, это не удавалось.

Они вышли из дома вначале пятого. Было еще светло. Вася огляделся, но двор не узнал. Зато, когда выбрались на центральную улицу и засеменили в сторону «Северного», все встало на свои места.

— Я тут рядом живу! — сообщил Вася девушке, которая, вот уж чудо, сама зацепила его под руку, предварительно всучив в свободную ладонь какой-то пакет.

— Я знаю! — ответила Полина и замолчала.

Вася хотел спросить «откуда», но передумал. После возвращения из магазина, девушка была немногословна. Все думала о своем. Вася не хотел ей мешать.

Вместо того, чтобы перейти на другую сторону улицы, Полина потянула своего кавалера в торговый центр.

— Это зачем? — удивился он.

— Платья вернем, — девушка указала на пакет, зажатый в Васиной руке. Он посмотрел на свою спутницу и в очередной раз поразился сделанному девушкой выбору. На ней был наряд, прозванный Лариской старушачьим. Черный с какими-то рюшечками, чуть не до пола, он походил на костюм из исторического фильма.

Продавщица приняла платья не сразу. Сначала, развернув, долго высматривала что-то и вынюхивала. Но придраться было не к чему, и деньги Полине пришлось вернуть. Вася все это время тяжело вздыхал. Есть хотелось ужасно. Кормить своего гостя перед выходом хозяйки квартиры наотрез отказались. Тряслись ноги. Вася обшарил все углы небольшого магазинчика, увешанного женской одеждой, но стула, лавки, или пуфа, на который можно было приземлиться так и не нашел.

— «Держись!» — услышал он голос техника, когда, наплевав на правила приличия, облокотился на удерживающие своды магазинчика столб с зеркалами. — «Уровень сахара низкий, но пока еще не критичный»

— Молодой человек! — подала голос продавщица. — Стены не пачкайте!

Она произнесла это таким тоном, как будто отчитывала детсадовца, ковыряющегося в носу.

— Лавки надо ставить! — огрызнулся Вася, отпрянув от столба. Ему очень захотелось швырнуть платья, которые возвращала Полина в лицо продавщицы.

Когда они вышли из торгового центра и зашагали в сторону Васиного дома было уже без четверти пять. Вася благоразумно не повел девушку через пыльные гаражи. Во-первых, ее платье чуть не волочилось по земле. Был риск перекрасить его подол в грязно-серый. Во-вторых, там можно было очень некстати встретить старых знакомых. А об этом и думать не хотелось. Впрочем, от судьбы не уйдешь.

Они подошли к Васиному подъезду в пять. Девушка по-прежнему держала Васю под руку. Он мысленно проклинал алкобатл, весь этот похмельный день, желудок, который вертелся внутри волчком, свою спутницу, которая на ровном месте устроила им проблему в виде ужина с мамой. Но очень скоро все это показалось неважным. У входа в подъезд, пристально наблюдая за приближающимися стояли, преградив путь, трое. Зяблик, Лавр и Буча. У Васи внутри что-то оборвалось. Он понял, что находится слишком близко для побега. Да и Полинку одну не бросишь. С майором тоже местами не поменяешься. Это куда-нибудь присесть надо, да чтобы не видел никто… Или прилечь, на худой конец. Было ясно: расплаты избежать не получится. В том, что эти трое пришли сюда забрать свой должок сомнений не было. На это указывали их полные ярости взгляды и сжатые в тугую сталь кулаки. Вася остановился. Полина вопросительно посмотрела на него.

— Ты их знаешь?

— Знаю, — кивнул Вася, и сделал шаг вперед, прикрыв девушку собой.

Глава 9. В которой смешали перекись водорода и серную кислоту

Что делать дальше Вася себе не представлял. Нападать на гопников первым было бессмысленно. Без майора, он не продержался бы и десяти секунд. Бежать? В таком платье, как у Полины шансов улизнуть от Зяблика и его прихвостней не было. Оставалось только стоять на месте и ждать, надеясь на чудо.

— «Не паникуй» — услышал Вася голос майора. — «Главное, после первого удара не вырубись. Твоя задача упасть на землю. Получить опору. И тогда я тебя заменю»

Вася сглотнул слюну. Его сердце колотилось, как бешенное.

— Здравствуй, Курочкин! — поздоровался Зяблик, растянув губы в подобие улыбки. — Ты ли это? А где очки?

Помучившись некоторое время, Вася действительно убрал окуляры в карман, и совсем забыл об этом.

— Привет, Зябликов! — отозвался он, при этом его голос чуть заметно дрогнул.

— Ты не один? — гопник обшарил глазами Полину, которая не захотела оставаться за Васиной спиной и встала рядом с ним. — Может познакомишь?

Вася открыл рот, еще не решив, что скажет, но девушка его опередила:

— Полина! — беззаботно представилась она.

— Глеб, — сообщил Зяблик. За столько лет в одной школе Вася впервые услышал настоящее имя гопника. — Это Макар и Федя.

Лавр и Буча чуть заметно кивнули.

— Приятно познакомиться, — сообщила Полина. — С удовольствием поболтали бы, но у нас очень важное и ответственное мероприятие.

Девушка схватила Васину руку и потащила прямо на гопников.

— Вы не против?

Парни, к Васиному изумлению, расступились. Полина подошла к двери подъезда. Воззрилась на домофон.

— Какая квартира?

— Сорок седьмая, — выдавил из себя ошарашенный Вася. Озадаченные гопники смотрели на парочку, почесывая затылки.

Из динамика раздался мамин голос.

— Кто там?

— Мы! — произнесла Полина, наклонив голову к микрофону. Домофон запищал. И только в тот момент, когда тяжелая металлическая дверь за их спинами с характерным лязгом закрылась, оставив на улице Зяблика с его бригадой, к Васе стало возвращаться самообладание.

— Они тебя избить хотели? — равнодушно поинтересовалась Полина, вызывая лифт.

Вася пожал плечами.

— Поговорить, наверное. Было у нас с ними одно недоразумение, — теперь, когда гопников рядом не было, Вася пытался источать уверенность и даже браваду. — Ничего, в следующий раз с ними разберусь.

— Ну, ну! — не поверила проницательная Полина, но в душу своего спутника не полезла. Наверное, было не до того.

Створки лифта разъехались. Вася едва успел нацепить на нос очки. Лишние вопросы от мамы были ни к чему. Та уже стояла на пороге распахнутой настежь входной двери в коричневом старомодном платье, которое считалось парадно-выходным. Из кухни тянуло мясом по-французски.

— Здравствуй, сынок! — произнесла она, обшаривая цепким взглядом девушку. — Полиночка! — слишком уж любезно поприветствовала мама Васину спутницу, когда они вошли в дом. — Очень рада знакомству. Хорошее платье.

— Спасибо! Вы тоже выглядите просто восхитительно, — ответила Полина и потупила взор, изображая самую, что ни на есть скромницу.

— «Мда» — только и вымолвил Тео. — «Прямо парад лицемерия»

Потом они сели за стол. Странное дело: если час назад Васин желудок просто изнывал от желания переварить что-нибудь, то встреча с Зябликом, и последовавший за ней званый ужин напрочь перебили аппетит. Это ли не идеальное средство для похудения? Стань кровным врагом главного бандита района, а затем познакомь маму с подружкой. Да еще какую маму, да еще с какой подружкой… И все! Нескольких килограммов, как не бывало. Хотя… может на других стресс действует иначе?

До поры до времени все шло неплохо. Мама что-то спрашивала. Полина отвечала, пребывая в образе скромницы из института благородных девиц. Разве что крестиком не вышивала. Мама, время от времени, щурила глаза. Верный признак того, что не до конца верит девушке и состряпанной ею легенде о заснувшем в пору героической подготовки курсового проекта сыне. После ужина смотрели семейные фото — важнейшая составляющая смотрин, зародившаяся, должно быть, одновременно с появлением фотоаппаратов. А потом…

— Вот это Васенька в первом классе… он всегда был таким нерешительным… А это он в детском лагере. Пришлось забрать его через неделю. Дети его невзлюбили. А он такой мягкий, интеллигентный никому слова поперек сказать не мог… А это его класс. Вон он в последнем ряду, рядом с учительницей. Обычное его место. На задворках…

Чем дольше это продолжалось, тем сильнее хмурилась Полина. Когда подошли к выпускным экзаменам, она не выдержала:

— Знаете, — сказала она маме. — А мне Василий не показался таким уж недотепой, каким вы пытаетесь его представить.

Мама округлила глаза.

— Разве я…

Но Полина продолжала:

— По-моему он настоящий мужчина. Сильный, смелый и уверенный в себе…

— Мужчина? — засмеялась мама. — Мальчик…