Помоги проекту - поделись книгой:
Но сначала пришлось вернуться в Лукино и ютиться по несколько семей в одной избе, так как многие дома заняли оккупанты.
Скоро наступила дождливая осень, а потом и холодная зима.
Чтобы хоть как-то накормить детей и совсем больного мужа, Екатерина Алексеевна стала стирать бельё немецким офицерам. Приходилось полоскать его в ледяной воде в проруби, получая за эту тяжёлую работу краюху хлеба и горсть крупы.
Но вот по Лукино пополз слух, что в соседних лесах объявились партизаны. Не все верили, но скоро Лёня сам в этом убедился. Его друг Толя рассказал:
— Пошёл за хворостом, а в кустах — наши! Спросили, как бы сена для лошадей добыть. Я сказал, что на Большой поляне стоят стога с лета, и мы можем им завтра на рассвете привезти оттуда сено на санях к старому дубу за рекой.
— Правильно! — обрадовался Лёня. — Собирай ребят с санями и завтра утром затемно — едем.
Так началась партизанская жизнь Лёни Голикова и его товарищей.
Наутро ребята на четырёх санях с сеном приехали к старому дубу. Там два партизана встретили мальчишек и вместе с ними углубились в лес за рекой. Пройдя по заснеженной дороге несколько километров и миновав охранительный пост, они добрались до стоянки. На поляне среди густых деревьев у заброшенной лесопилки грелись у костра остальные бойцы. И один из них вдруг окликнул Лёню:
— Голиков? Леонид, ты?
Это был школьный учитель Василий Григорьевич. Разговорились о школе, про пятый класс.
— Да, Лёня, помню, как хорошо ты учился, да отец заболел… Пришлось тебе устраиваться на работу. Но сколько книжек ты потом у меня брал и все перечитал. Молодец! А что там у вас сейчас в деревне?
— Василий Григорьевич, не могу я под немцами жить. Возьмите меня в отряд?
— В отряд… А как же дома?
— Я уже говорил матери с отцом, что уйду воевать. Они согласны…
— Ну, раз так, оставайся. Будешь в разведку ходить. Ты смышлёный, сильный, а ростом пока не высок, неприметен. Пусть тогда друзья твои домашним скажут, что с нами остался… Вместе будем воевать!
Скоро в отряде появился ещё один мальчик — Митя. Сначала молодых бойцов только обучали стрелять и закладывать взрывчатку и не пускали на дело. Но вот как-то вызвали их к командиру.
— Пора вам на задания самим ходить, — сказал начальник разведки. — Опасно, но без собранных вами сведений трудно нам будет с фашистами бороться. Одевайтесь в одежду похуже. Документы никакие и оружие с собой не берите. Будете под видом попрошаек ходить по селам окрестным. Нужно знать нам, где сколько солдат и офицеров. Есть ли танки и бронемашины в деревнях. Проверяют ли там документы. Да и на предателей посмотрите — на местных полицаев: с ними у нас будут потом особые счёты!
Скоро ребята стали отличными разведчиками. Ходили в мороз в рваной одежде в деревни и сёла, где стояли многочисленные вражеские гарнизоны. Не боялись увязаться за каким-нибудь офицером, выпрашивая еду, и выяснить, в каком доме он на постое; живут ли там другие офицеры. Часто обивали пороги солдатских столовых, успевая посчитать, сколько человек там обедает.
А потом Лёню и Митю стали брать на боевые задания.
Поручали Лёне самому закладывать мины. И он подорвал десяток шоссейных и два железнодорожных моста. За одну из этих операций его наградили медалью «За отвагу». Тогда он не только разрушил мост, но и спас старшего по диверсионной группе — Степана.
С ночи отряд долго подбирался к железной дороге, обходя засады, и сумел заминировать мост.
Затаившись, замерзая в снегу, бойцы дождались поезда с танками, пушками и боеприпасами.
— Взрывай! — скомандовал Степан и после страшного грохота и скрежета приказал: — Отходим по двое!
Не успели они углубиться в лес, как уцелевшие немцы открыли шквальный огонь. И Степана тяжело ранило. Он упал и не мог уже даже ползти.
— Уходи один, Лёня! Я уже не встану…
— Уйдём только вместе, командир! — ответил юный боец и сразу же перевязал ему рану, разорвав на бинты свою рубаху. Взвалить на себя раненого он не смог, сил не хватило, и тогда потащил его волоком по глубокому снегу. Выбиваясь из последних сил, он всё же сумел к концу дня добраться до своих.
С каждым месяцем Лёня становился всё опытнее. На его счету было несколько десятков уничтоженных солдат и офицеров противника; два сожжённых склада боеприпасов и военного снаряжения; дюжина подорванных грузовых автомобилей. Кроме того, он участвовал в сопровождении обоза с продовольствием из двухсот пятидесяти подвод в блокадный Ленинград.
За эти боевые операции он был награждён орденами Ленина и Красного Знамени; медалью «Партизану Великой Отечественной войны» II степени.
13 августа 1942 года Леонид с группой возвращался из разведки от шоссе Луга — Псков. У деревни Варницы, когда все уже отошли за холм в густой лес, он заметил на трассе приближающийся издалека автомобиль. Не раздумывая, пригнувшись, он вернулся назад и залёг в придорожной канаве. Штабная машина без охраны ехала быстро, но притормозила перед мостом через ручей. И тут Лёня бросил гранату и обстрелял повреждённый автомобиль. Стрелял он метко, и ему удалось поразить шофёра и офицера, но из задней двери успел выскочить генерал! Долговязый, в светлом кителе и фуражке, с ярко-коричневым портфелем, фриц припустился, отстреливаясь, к опушке леса.
— Не уйдёшь! — закричал ему вдогонку Лёня и бросился в погоню, стреляя на ходу из автомата.
Генерал бежал быстро, петлял среди деревьев, надеясь спасти не только свою жизнь, но и портфель с документами. Лёня, небольшого роста и в тяжёлых сапогах, за ним не успевал. Тогда он скинул сапоги, бросился в погоню босиком и тут же ещё раз выпустил меткую очередь. Враг упал в густой мох и затих.
«Говорил — не уйдёшь!» — запыхавшись произнёс Лёня, добежав до поверженного противника. Он вытащил из-под генерала портфель, снял с него китель с витыми погонами, фуражку с кокардой-орлом и вернулся за своими сапогами.
А в лагере начали о нём беспокоиться. Особенно волновался его учитель Василий Григорьевич. Но вот из сгустившихся уже сумерек в свет костра вступил Лёня: в фуражке и белом длинном, не по росту, генеральском кителе. Через плечо — два автомата, а в руках здоровенный рыжий портфель. «Во! Явился — не запылился! Да ещё в парадном мундире! — засмеялся кто-то из партизан. — Ну, Лёнька — герой!»
Шутка оказалась пророческой: за секретные материалы, что оказались в портфеле, Леонида Голикова позже наградили Звездой Героя Советского Союза.
Подстреленный юным партизаном генерал инженерных войск Рихард фон Виртц вёз из Пруссии очень важные документы: карты минных полей и описание новых немецких мин. И такая информация для советской разведки оказалась просто бесценной!
Но Лёне не суждено было увидеть Звезду Героя. Пока её переправляли партизанам с Большой земли (как называли свободную часть нашей страны), он погиб в неравном бою 24 января 1943 года в селе Острая Лука.
Тогда двадцать семь голодных раненых партизан уходили от долгого преследования. Они расположились на ночлег в трёх крайних избах деревни. Вокруг было тихо. Охранение не выставляли, чтобы не привлекать внимания. Но в селении оказался предатель… И среди ночи полсотни хорошо вооружённых карателей застали измождённых партизан врасплох. И хотя они приняли бой, из окружения вышли живыми лишь шестеро. Но Героя Советского Союза Леонида Александровича Голикова среди них не оказалось.
Лара Михеенко
22 июня началась война. Вся западная граница СССР оказалась протяжённой линией фронта. И уже 8 сентября немецкие, финские, итальянские и испанские войска полностью окружили Ленинград. Началась героическая оборона города на Неве, которая длилась 872 дня.
Вот и Лара Михеенко, отдыхавшая с бабушкой в деревне Печенево Псковской области не успела возвратиться домой, но отправила письмо: «
Росла Лара девочкой бойкой и решительной. Родители вспоминали: однажды зимой мама сказала, что боится поздно возвращаться домой со станции, и Лара, не сказав бабушке, тихонько оделась и ушла маму встречать. Когда пришли они домой с мороза, мама взяла Ларочку на руки и сказала:
— Девочка моя, какая же ты смелая! В мороз, в темноту за мной на станцию пришла!
— А я мамочка так тебя люблю, что мне ничего не страшно, чтобы тебе хорошо сделать.
И вместе с тем была Лара нежной и задумчивой. Как-то она тяжело заболела скарлатиной, и мама очень за неё боялась.
«Не надо плакать, мама, — успокоила её дочка. — Если я умру, то превращусь в пушинку одуванчика и обязательно к тебе прилечу. Мы опять будем вместе!»
Когда Печенёво захватили немцы, дядя Лары согласился с ними сотрудничать и стал старостой деревни.
— Бесстыдный ты человек! — сказала ему и бабушка. — Никогда не могла подумать, что ты способен на такое.
— Ты лучше молчи! — рассвирепел дядька. — А то узнаешь, на что я ещё способен. И раз так, то жить будете не в моём доме, а в бане вон — в огороде. И сами себя кормите!
Наступили голодные дни. Если бы не матери Ларисиных подруг, которые иногда приносили хлеб и молоко, то и не выжили бы бабушка с двенадцатилетней внучкой.
А немцы хозяйничали на захваченной территории. Расстреливали тех, кто прятал радиоприёмники и хранил листовки. Стали сгонять в лагеря молодёжь, чтобы отправлять на принудительные работы в Германию. Вот и подруга Раиса, которой исполнилось шестнадцать, получила такое предписание: явиться с вещами в районный центр Пустошку.
Узнав об этом, подруги стали решать, что делать:
— Так и нас, Раечка, через год погонят в Германию! — сказала Лара.
— Да, чуть постарше станете — так и случится, — плакала Раиса.
— Может быть, уйти нам к партизанам, — озираясь по сторонам, предложила Фрося. — Ведь мой брат Петя уже давно там сражается с фрицами. И мы будем воевать!
— Да! — подхватила Лара. — Надо нам всем уходить! Сегодня же! И ты, Раечка, спасёшься от плена.
Девочки собрали кое-какую одежду, завязали её в платки и рассказали родным, что ночью уйдут к партизанам. Все плакали, но понимали, что путь к спасению в борьбе.
На рассвете, оглянувшись на родные дома, они ушли через огороды к озеру Язно, где был партизанский отряд. Пробираясь по лесистому берегу, беглянки наткнулись на партизанский дозор. И их проводили в деревню Кривицы к майору П. В. Рындину — командиру 6-й Калининской бригады.
— Малы вы ещё! У нас же не детский сад! — засмеялся он. — Ну что я с вами делать-то буду? Старшую, конечно, оставим, чтобы немцы не забрали, а вам надо домой. Ближе к ночи ребята вас проводят обратно. А потом мы с вами свяжемся. Будете в деревне нам помогать.
Девочек вернули в Печенёво. Но на следующее утро, зная тропинки в лесу, они снова пришли:
— Товарищ командир, примите в отряд! Мы хотим с фашистами воевать… И родные нас отпустили.
— Ладно! — согласился командир. — Тогда готовьтесь к жизни тяжёлой и опасной. Будете разведчицами. Вам, маленьким, проще, конечно, по деревням ходить… Взрослых арестовывают по любому подозрению… Смелые вы девочки. С такими помощницами мы точно победим!
Одно из первых заданий — разведка в деревне Могильное. Там была расквартирована артиллерийская часть.
Три подружки под видом беженок попросились в избу переночевать. Их пустили. Наутро голодные девочки обошли многие дома. Просили поесть: где картофелину, где кусок хлеба… Они не вызвали подозрений у часовых и смогли разузнать, сколько пушек под брезентовыми чехлами замаскировано в разных дворах.
В другой раз Лара устроилась нянькой к малышам в деревне Луги. Гуляя с детьми по селу и вдоль дороги Идрица — Пустошка, запоминала оборонительные укрепления и огневые точки, склады с боеприпасами и продовольствием, в каких избах квартируют офицеры, сколько бронетранспортёров и грузовиков проехало за день. Всё это необходимо для успешной атаки партизан.
— Новое задание тебе, Лара, — сказал однажды начальник разведки Котляров. — Ты бывала в деревне Орехово?
— Да. И не раз…
— Вот и хорошо. Надо бы снова туда наведаться. Фрицы отобрали почти всю скотину у жителей по окрестным деревням и согнали в Орехово. Не любят голодными воевать… Надо этот скот отбить у них. Но там охранение сильное. И мы ничего не знаем о постах, времени смены караула. Как бы тебе туда дойти через патрули?
— А что сложного, товарищ командир? Весна, все бабушки сажают капусту да картошку по огородам. Вот я и буду говорить на пропускных пунктах, что иду к тётке за капустной рассадой.
— Верно! А в обратный путь — выпроси там на самом деле рассады немного. Опять же патрулям скажешь и покажешь, что вот — капусту несёшь. Молодец, отлично придумала!
Хитрость сработала. Уже через день Котляров поджидал на берегу озера разведчицу. Она тут же начертила веткой на песке план деревни: где скотину отобранную держат. Толково рассказала, сколько там часовых и когда они сменяются.
Орехово атаковали без потерь и угнали в лес весь скот.
Когда партизаны планировали нападение на гарнизон в деревне Чернецово, Лара и туда ушла в разведку, а потом должна была встретиться со связным Иваном Сморыгой в соседней деревушке Сельцы.
Подойдя к распахнутым окнам его дома, она попросила:
— Подайте сироте, добрые люди! Хлебушка или молока!
— Не кричи, сейчас вынесу! — зло ответил из окна пьяный хозяин. — Не шуми! Видишь, гости у меня!
Девочка привстала на цыпочки и увидела за столом — с бутылкой самогона и закуской — пару немецких солдат и полицая. Но она не испугалась: знала, что дядя Ваня специально поддерживает дружбу с властями и местной полицией, чтобы быть в курсе всех дел.
Он вынес ей кусок хлеба с салом и громко сказал:
Поделиться книгой: