Кок

Если коротко о содержании, то по большей части Руис описывал все заказы, заказчика, цели, сроки, план действия, и как всё прошло. Язык написания был своеобразен, но читать было чертовски интересно. Жаль только, ни разу не упомянул о своем прошлом, и кто такие эти ловцы. Вот так читая и заснул, организму требовался отдых. Так что я не слышал, как помощницы готовили еду, как раздавали, как шумели пираты повсюду, я просто спал без задних ног.

Проснулся вновь ранним утром, темнота только отступала, давая очередь новому дню. Неимоверно хотелось пить, так что недолго думая резко встал, при этом уронив дневник на пол. Обложка кожаная от времени поистрепалась, и падение стало причиной появившейся трещине на ней. Поднял, хотел бросить на кровать, но тут заметил, что под кожей также была бумага, и на ней точно было что-то написано. Любопытство оказалось сильнее жажды. Разорвал всю обложку, чтобы увидеть непонятное. Там был не текст, который я мог бы прочитать, а множество различных знаков да символов. Наверняка они что-то означали, но мечника уже не спросить, а к кому еще обратиться — без понятия. К тому же на самом деле доверия сейчас ни к кому не было, может, конечно, Бронто мог бы помочь, но пока попридержу свой порыв. И лучше спрячу дневник подальше от чужих глаз.

Выйдя на палубу, огляделся, главное, чтобы Аристо не найти тут, ведь не сдержусь, пойду выяснять причины его странного поведения. Капитана благородство не было, но рука другого человека легла мне на плечо.

— Я поговорила с Аристо, успокоила его. В отношении меня он слишком уж нервный, считает, что, кроме него, никто не имеет права видеть мое тело по ночам в его каюте. И да, прости его за то, что дал так спокойно случиться дуэли.

— О да, я спокоен. А то, что ты сейчас со мной разговариваешь, нормально? Не станет вновь злиться, проявлять глупую ревность и опять не устроит мне какую-нибудь ерунду, грозящую смертью?

— Он знает, что я сейчас здесь. И знает почему, плюс к этому хотела поговорить о той девушке, которая сбежала вместе со мной. Аристо с остальными решили навестить место торговли рабами, хватит уже терпеть, и случай, как видишь, удачный подвернулся. Два корабля торговцев рабами, чем не идеальный вариант подобраться вплотную. Только одно надо будет сделать, поменять название кораблей, а так в большинстве своем у торговцев живым товаром однотипные суда.

— Вам лучше знать, как обстоят дела. Но ведь гарантии никакой нет, что Кару решили продать именно туда.

— Ну тут тебе никто не даст гарантии, Черная Лента еще тот урод, но если есть шанс заработать, он не откажется. А вообще, многие пиратские капитаны отвозят добытых пленных на продажу именно в то место. Огромный остров, где большая часть суши пустынна, но на северной стороне стоит большой город, который и специализируется именно на продаже рабов. Надейся, что она там, тебе другого не остается. Ладно, я пошла, примерно к обеду достигнем небольшого пустого острова, где и поменяют названия у кораблей.

Так что до обеда я был занят готовкой, отдых закончился, а еды требовалось много. Зато, когда наконец заплыли в небольшую бухточку безымянного островка, никто не возражал, что я и несколько еще желающих на шлюпке отплыли к берегу — размять ноги. Я, вообще, пока не мог никак привыкнуть к качке, ну нет во мне морской жилки, или она просто еще себя никак не проявила, спрятавшись где-то глубоко во мне.

— Кок, ты слишком далеко не уходи. Капитан сказал, через часа три отплываем, опоздавших ждать не будут, — просветил меня один из решивших прогуляться.

— Понял, — и ушел в другую сторону, большинство решило вообще просто поваляться на песочке.

Этот остров отличался от предыдущего в лучшую сторону. Тут хотя бы зелень, нормальные деревья, родниковая вода, и слышен был птичий гомон. Три часа есть у меня? Как раз хватит исследовать.

Честно признаюсь, в один момент возникла мысль опоздать и остаться здесь. Глупо? Наверняка. Не выживу? Скорее всего. Но тишина, благолепие вокруг навевало именно такие мысли. Зато никто убить или подставить не захочет. Вот так неспеша добрался до другой оконечности островка. Тут не было бухты, да и вообще, даже на шлюпке добраться до берега не было бы возможности. Подводные скалы изобиловали повсюду в воде, а волны, доходя до них, преображались в опаснейшие буруны. Еще тут присутствовал большой утес, покрытый полностью зеленью, и всё бы ничего, так бы и ушел обратно, если случайно вдруг не споткнулся, и чуть лбом не въехал в кусок камня. И только когда пригляделся — дошло, это ведь ступень лестницы, почти полностью скрытой высокой проросшей сквозь камень травой. Мне стало так интересно, что моментально забыл, что время-то ограничено. Вот тебе пустой остров, вряд ли лестницу соорудил ветер с дождем, рукотворно некто это соорудил.

Подниматься, не сказать, что было легко. Трава постоянно пыталась опутать ноги, и приходилось продвигаться аккуратно, желания сверзнуться вниз — не было никакого. Около получаса мне понадобилось, чтобы, наконец, взобраться на последнюю ступень. Густой кустарник скрывал дальнейший путь, тут-то и пригодилась взятая с собой абордажная сабля. Кустарник пал в неравном бою, открывая перед моим взором… двухстворчатую дверь, когда-то красивую, ныне блеклую и прогнившую. Справа от нее висела надломленная табличка, на которой было написано El habita… окончание слов отсутствовало. Жаль, я не знал этого языка, тогда, возможно, была бы подсказка, что за дверью могло находиться. А раз так, то единственный способ узнать, зайти внутрь самому.

Толкнул рукой одну створку, так та от старости просто развалилась, давая пройти. Правда, первой внутрь прошла сабля, мало ли что. По идее тут никого быть не должно, но что-то внутри не давало мне покоя.

Освещения никакого не было, и только свет от дверного проема давал хоть какой-то обзор. И я смог понять, что здесь было ранее. Скорее всего, гостиница, во всяком случае, стойка из черного дерева и крючки на стене, на которых висели ключи с бирками, давали это понять. Подойдя к стойке и заглянув за нее, увидел скелет почти в истлевшей одежде. Возможно, это был сам хозяин гостиницы или работник, но неважно, ведь он давно уже мертв в любом случае. Странно другое, что на островке, вообще, могла делать гостиница. Ведь это место не располагало к посещению туристами, да и пристани не было для кораблей. Загадка.

Отвернувшись от стойки, огляделся, справа лестница наверх, слева еще одна дверь. Шорох за спиной мгновенно впрыснул порцию адреналина в кровь. Рука с саблей раньше остального тела взмахнула назад, и только через секунду мои глаза увидели результат. Скелет стоял, а не лежал, но недолго, правда, без черепа, который сабля снесла одним ударом, и он развалился на отдельные кости.

— И что это было?

Логично, что мне никто не ответил. Смущало другое, почему я не был ошеломлен или, хотя бы немного удивлен. Такое впечатление, что когда-то встречал такие сюжеты.

— Ладно, пойдем, проверим, что за той дверью.

Почему решился на это, так увидел кое-что интересное, дающее возможность сказать:

— Да будет свет!

До этого висевший и погасший факел вспыхнул яркой вспышкой, после чего сине-желтое пламя весело играло пред моим взором. Еще одна странность, подтверждающая, что я откуда-то многое знаю. А за дверью обнаружился небольшой и, когда-то даже симпатичный, ресторанчик. Шесть скелетов за разными столиками так и не успели в последний раз в своей жизни потрапезничать. Ну а то, что они почти дружно, скрипя костями, встали меня поприветствовать, было уже ожидаемо. Проблем они мне не предоставили, медлительные, к тому же сплоченностью они не отличались. По одному перебить их не составило никакого труда.

Зато выяснил, снеси прочь череп, и вуаля, костяк рассыпался. Так что вскоре уже смог лицезреть свое самое любимое место, кухню, а также местного шеф-повара, колоритного такого скелета, плюс ко всему вооруженного неплохим тесаком. Вот тут пришлось немного дольше провозиться, прыткий он оказался, никак не давал мне подобраться поближе. Пришлось показать немного чудеса ловкости и эквилибристики.

— Уф, заставил немного вспотеть ты меня, коллега. А что тут у нас?

Я обратил внимание на книгу, обложка которой была покрыта не только слоем пыли, но и старыми жирными пятнами. На первой странице был текст на непонятном вновь языке, но я всё же попытался хотя бы прочитать. То, что случилось в следующую секунду, повергло меня в легкий шок. На глазах буквально, незнакомые становились понятными, нечитаемые предложения вполне стали читаемыми. Мне кажется, скоро уже просто перестану всему тут удивляться.

Boquerones en vinagre превратились в анчоусы в уксусе, azafrán — в шафран, albóndigas — в тефтельки-фрикадельки и множество других — новых и незнакомых рецептов. Решение прогуляться по острову было уже нелишним. К тому же нашел мешочки с пряностями, неиспорченными и также незнакомыми.

Забираю.

Мой путь лежал теперь к лестнице, не знаю, сколько еще постояльцев здесь было при жизни, но ключи от номеров я взял с собой. Желание найти еще что-либо интересное было превыше мысли — покинуть побыстрее гостиницу. Как я понял, осветив лестничный пролет, всего гостиница насчитывала три этажа, без учета того, где кухня. В первом номере никого не было, как и во втором. А вот в третьем, в ванной комнате обнаружился скелет, именно в самой ванне. Получается, смерть застала бедолагу во время процедуры очищения тела от грязи с помощью воды. Да что ж такое тут могло случиться. Ответ, конечно же, не мог получить, пришлось опять сносить череп с позвоночника. Зато нашел флаконы с шампунем и с жидким мылом, подарю Роске, может, добрее станет. Так и шел по этажу, проверяя все подряд номера. Например, в одном, обнаружил скелет, лежавший на кровати, рядом была книга, не дочитал бедолага.

— Прости, — череп в сторону отлетел. — Обещаю, я ее дочитаю вместо тебя.

Тут же возле кровати нашел хорошо сохранившийся мешок, который можно была повесить на спину, будет куда складывать найденное добро. В последнем номере этого этажа увидел картину, как смерть настигла двоих в момент их близкого счастья. Конечно, как только вошел, они сразу же зашевелились и попытались встать. Но у них это не получалось, кости двух бывших любовников, а может даже мужа и жены, так тесно спелись, что шанса выбраться из кровати не было. К тому же их неловкие движения напоминали скорее… хотя не буду описывать, что именно, некрасиво получится. Поэтому я их даже не тронул, молча вышел и запер дверь на ключ. Мой путь лежал на следующий этаж, может, там поменьше будет скелетов.

Я ошибся. Не успел зайти на этаж, как в трех метрах меня уже ждали. Точнее сказать, ждала и не совсем скелет. Отличия были, присутствие иссохшей плоти, потрепанная временем форма горничной, и явное желание напасть на меня. Правда, из оружия у нее в руке была лишь штука, которой вроде пыль вытирают, но это не делало ее менее опасной. Длиннющие ногти могли неплохо располосовать мне лицо, чем она и хотела заняться, бросившись шустро в мою сторону. Если бы не был готов и расслабился, то шанс у нее был — исполнить свою заветную мечту. Ну а так успел в последний момент избежать острых ногтей, поднырнув под взмахнувшую руку, чтобы сразу же очутиться за ее спиной. Сабля и на этот раз не подвела, чему я был несказанно рад.

Дальше уже шел проверять номера с большей осторожностью. Эти мумии более быстрые, а значит, могут атаковать из любого места и положения. Поэтому теперь, провернув ключ в дверях, я их открывал быстро, а сам в этот момента отскакивал обратно в коридор. Такие действия оказались правильным решением. Из первого же номера выскочил бывший мужчина, а ныне голодный не пойми кто. Когда уже знаешь, кто твой противник, то противостоять легче, и всё же в номер входил с опаской, вдруг не один он здесь обитал. Повезло, никого более не обнаружил, зато нашел на кровати небольшой кусок старой карты. Правда, толку от нее мне сейчас никакого, без понятия, что за места были на ней изображены. Но факт был один, большая часть карты была занята водным пространством. Наверное, живший здесь постоялец был путешественником. Последующие номера были или пусты, или также меня пытался атаковать один противник. Наконец добрался до последней двери этого этажа. Не успел полностью вставить ключ, как дверное полотно было насквозь пробито… шпагой? Это хорошо, что по неизвестной мне привычке я, постоянно открывая двери, сам старался не стоять за ними, что и спасло мне жизнь.

Несколько раз глубоко вздохнул, успокаивая нервы, и только собрался рывком открыть дверь, как она резво отворилась, чуть не задела меня. На этот раз мумия со шпагой выглядела не в пример получше предыдущих, у нее даже мышцы просматривались под кожей, а в глазах, как ни странно, искрился разум. Не сказать, что прям оттуда несло полноценным интеллектом, но на примитивные движения вполне хватало. Так что противник не стал со мной здороваться или, как-нибудь иначе проявлять свое гостеприимство, нет, он сразу бросился атаковать.

К чему такая ненависть?

Надо отдать должное, шпагой он владел прекрасно. Несколько раз моя сабля соприкоснулась с ней, но вреда не нанесла, а я уже было надеялся, что смогу повредить. Хорошо, что дрались мы в коридоре, в комнате было бы сложнее, а тут мог отходить, благо место позволяло. Но когда противник обманным движением заставил раскрыться меня и стремительно атаковал, только чудеса ловкости помогли избежать ранения в живот (хотя в таком случае это, скорее, была бы моя смерть). Хотя бок всё равно смог повредить, теплая струйка крови устремилась к ногам. В ответ пробил его плоть, иссушенную, в районе печени. Правда, от этого ему было ни холодно, ни жарко.

Сука, свободной рукой врезал мне в скулу, заставив невольно сделать три шага назад. Злость затмила мой разум, сабля брошена ему навстречу, он невольно попытался ее отбить и на мгновенье оставил меня без присмотра. Рванул со всех ног, мумия-шпажист своим оружием попытался меня пронзить в шею, но этого и ждал, мгновенно наклонившись вниз. И на всём ходу, двумя руками схватив противника за тело, а уж следом вся моя биологическая масса подхватила того, не тормозя. Приземление вышло разным, я цел почти, иссушенный с переломанными конечностями. Шпага валялась в стороне, но глаза сверкали его, не желая гаснуть навечно. Что ж, пришел момент ему с этим помочь. Один из моих метательных ножей пробил и глазницу, и остатки былого мозга.

— Gracias por la muerte, — прошептал он напоследок, чем сильно удивил.

Вот не думал, что мумия была способна на речь. Так почему тогда до этого молчал, странно. А вот что касается языка, где-то в глубине разума чувствовал, что я должен знать перевод. Но сколько ни старался, ни напрягал голову, понимание так и не пришло, но фразу всё равно запомнил.

Прежде чем подняться на последний этаж, решил проверить номер шпажиста. Было такое чувство, что так надо поступить. На первый взгляд ничего необычного не видно. Правда, открыв платяной шкаф, невольно присвистнул.

— А ты неплохо одевался мой мертвый друг!

Идея срочно переодеться сразу же пришла в голову. Так что через пятнадцать минут я был в обновках, очень удобных и, как ни странно, подошедших по размеру. Кожаные штаны с внутренней стороны были покрыты специальным материалом. Если не ошибаюсь, то взопреть в определенных местах мне не грозит. Специальная нательная рубашка с потайными карманами, поверх нее надел что-то вроде легкой кольчуги, правда сделана она была не из металла, но конкретно из чего — понять не смог. В конце еще и куртку прихватил, удобную, с кучей карманов, как для просто положить, так и для ножей. Но перевязь не выбросил, а напялил также. Что делать со шпагой долго не мог определиться, но, в конце концов, решил забрать, к тому же ножны для нее имелись. А вот кое с чем долго разбирался, никак не мог понять, как использовать, пока не вернулся к трупу шпажиста. И чего раньше не заметил у него на левой руке вариацию интересных наручей. Теперь понимание пришло в голову для чего это, так что вскоре у меня еще и наличествовал скрытый клинок.

Некоторое количество найденных монет я спрятал в потайной карман. А вот небольшая статуэтка танцовщицы меня заинтересовала еще больше, вот только почему — понять никак не мог. Напоследок еще забрал плащ, висевший на стуле, и наконец, мои ноги вступили на последний лестничный пролет.

Первая странность сразу же бросилась мне в глаза на этаже. Здесь был длинный коридор и единственная дверь в конце его. Вторая странность заключалось вот в чём. Из-за двери раздался ужасающий по своему накалу крик.

Глава 7.

Шаг за шагом я медленно приближался к двери. Оттуда уже не только крик доходил до моих ушей, но и почти рычанье какое-то. То ли зверь, то ли умалишенный там находился. Честно говоря, желание узнать, кто же издает весь этот ужас, постепенно отступало. Я бы и сбежал, чтобы не рисковать шкурой, но именно в этот момент старый Морте решил выбраться наружу. И что самое странное, теперь эти звуки из-за двери перестали меня пугать, скорее, даже заинтересовали.

Уже, будучи возле самой двери, остановился, так как теперь я слышал не только рык, но и смог разобрать слова, правда, язык всё равно был незнаком, но хотя там был человек внутри.

— libérame y me servirás! — вот что это могло значить, но сам тон неизвестного не настраивал на позитивный исход нашей встречи. — Освободи меня и ты получишь то, о чём только мечтаешь!

А теперь я всё прекрасно разобрал, но легче не стало, зато понял, кто мог находиться за дверью, и гнев воспылал в душе, что, вообще-то, было удивительно, учитывая трусость старого Морте.

Дальше больше, я сам, не знаю зачем, но врезал по двери ногой изо всех сил, та не оказала должного сопротивления и открыла мне вид на комнату. Кровать немалых размеров, почти наглухо задернуты шторы, так что свет едва пробивался. Но его хватило, чтобы глаза смогли увидеть всю картину полностью.

На кровати лежала женщина — в самом худшем понимании этого слова. Руки и ноги были связаны, к тому же дополнительно к рукам были прикованы цепи, уходившие к изголовью. Может, она и была когда-то даже симпатичной, но сейчас сплошной ужас. Чёрные вены, чёрные же глаза и острые чёрные зубы. Самое интересное было в другом — я точно знал, что она одержима дьяволом, и тот, кто ее тут привязал, был прав, но свое дело до конца не довел.

Раз так, то почему бы мне не попробовать?

— Изыди вон, дух греха, вселившийся в эту женщину. Возвращайся обратно к своим легионам демонов, пусть дорога, ведущая к плоти и душе, закроется на веки вечные. Повелеваю тебе, демоново отродье, именем Круга в Круге изыди из тела, покинь сосуд, Арле бон Суидод Рагнес!

Тело женщины изогнулось немыслимо, кости трещали на руках и ногах, но это не мешало ей дергаться всё сильнее и сильнее.

— Пойди вон, забудь путь сюда, Арле бон… — цепь в этот момент разорвалась, и одно звено прилетело мне прямо в лоб.

Вот чёрт, что за тварь лежит на кровати, упаси меня, и избавьте от нее. И вообще, почему я стою так близко к ней. Но времени паниковать мне никто давать не собирался, после того как лежащая избавилась от цепей, освободиться полностью было делом одной минуты, сломанные конечности ей совершенно не мешали.

— Ты зря не освободил меня сам, за это ты будешь страдать долго и мучительно, человечишка!

А голосок-то у нее совсем не женский и, как ни странно, эти ее слова меня сильно разозлили, страх на время отступил, и грешно было таким подарком не воспользоваться.

— Отродье преисподней, тебе не место в этом мире. Братство Чёрного солнца приговаривает тебя к смерти окончательной! — такое впечатление, что после этих моих слов у меня появились дополнительные силы, и они мне помогли в мгновенье ока оказаться на кровати, сверху этой твари.

Вместо сабли в руке почему-то оказалась недавно приобретенная шпага, но этот факт не остановил меня ни на секунду. Оружие вонзилось в плоть, там, где по идее должно было находиться сердце, если у этого, вообще, оно было. Визг, раздавшийся, лишил слуха, я даже дрожь почувствовал в своих руках, но не отпустил шпагу, правда, стоило мне это больших сил. Не знаю точно, сколько орала тварь, по ощущениям очень долго, но в какой-то момент тон визга стал уменьшаться. Сопротивления также стало меньше, и это позволило шпагу вогнать еще глубже.

— Прими эту жертву, Чёрное солнце, — и это было последнее, что я успел сказать.

Мгновенно вспыхнувший яркий чёрный свет не только ослепил меня, но также заставил потерять последние силы. Только и успел заметить, как скатываюсь с кровати на пол, после чего вырубился.

Пробуждение вышло болезненным. Как будто после обильного пьяного загула, но тем сильнее было мое удивление, когда я поднялся на ноги. То ли женщина, то ли исчадье так и лежало на кровати до сих пор. Одно хорошо, больше не дергалось и не визжало. Но не это было самым главным, а то, что стоило на нее взглянуть, как вдруг тело ужасное стало истаивать на моих глазах. В конце же этого представления случилось еще кое-что.

С кровати подлетел призрак, именно призрак в облике женщины, которая мне улыбалась доброй улыбкой с ноткой печали. И я смог услышать слабое спасибо, хотя ее белые губы даже не раскрылись. В следующий момент она взлетела еще выше и ушла сквозь потолок. Одинокое белое пятнышко осталось на потолке, которое вдруг отделилось, подлетело ко мне, облетело вокруг несколько раз, будто примеривалось. Стоял я как завороженный и смотрел на него, а оно внезапно остановилось напротив моей груди, чуть ярче вспыхнуло на секунду, чтобы в следующее мгновенье рвануть в меня.

Испугаться не успел, как и отбежать в сторону. Постоял минуту-другую, ожидая не пойми чего, но изменений никаких не ощутил. И было сделал шаг, как всё тело скрутило дикой болью. Глаза не видели, уши не слышали, так как шла кровь. Мышцы будто кто-то скручивал, пытаясь выжать, кости трещали, намереваясь сломаться. И самое противное, я сознание не терял, всё это ощущал, а лучше бы сама смерть забрала прямо сейчас, чтобы не мучился.

Сколько времени длилась эта экзекуция, не имел ни малейшего понятия. Но всё когда-нибудь заканчивается, и мой случай не исключение. Правда, я не умер, но и встать сразу не мог, слабость долгое время не хотела отпускать. Тут еще кое-что случилось необычное, невообразимое, и первой мыслью было, что у меня проявились галлюцинации.

Одна из стен комнаты вдруг стала прозрачной. Будто бы большое окно, через которое я сейчас видел странные картины. Они менялись быстро, но глаза успевали зацепить увиденное, и оно не очень мне нравилось. Ничего прекрасного там не было. Если обозначить всё увиденное несколькими словами, то пожалуйста: Смерть, казни, убийства, поражающие особой жестокостью.

Одна из картин сильно запала в душу. Несколько десятков детей, плывущих на небольшом корабле, были помещены неизвестными в малый трюм, после чего мужчина в чёрной тунике с капюшоном поджег корабль. Детские крики вонзились мне в уши, порождая весь ужас происходящего. Но это не помешало мне заметить, как этот мужчина, разворачиваясь, дал возможность на мгновенье увидеть чёрные полностью глаза и шрам на правой щеке в виде перевернутого креста. После он и остальные убийцы детей в быстром темпе перешли на другой корабль, и я смог увидеть, как он назывался «Cordero de Dios».

Одно могу добавить, все увиденные картины сильно врезались в мою память. Но что они могли значить — я не знал, именно в тот момент. Ответ пришел через минуту, после того как вернулась на свое место стена, и я попытался, наконец, подняться на ноги. Сначала правое предплечье воспылало жаром, плюс было такое ощущение, что там мне иглой рвали кожу. Невольно стал снимать с себя одежду, мечтая добраться до плоти и срезать побыстрее место боли.

Каково же было мое удивление, когда оголился по пояс. Боль как пришла, так и ушла внезапно, зато теперь на предплечье красовался странный рисунок. Два треугольника, один внутри другого, их ровно по центру пронзала стрела. Что это может значить, без понятия. Но это еще не всё, сверху шла еще надпись: «el que ve y salva», и на этот раз я почему-то прекрасно знал, что это значит. Но причём здесь я и тот — кто видит и спасет?

— Морте, ты здесь? — вдруг услышал крик Бронте, кажется, с первого этажа.

И пока было время, на всякий случай обыскал эту странную комнату.

Кроме книги и монет, ничего не обнаружил, пока не споткнулся об одну из досок пола. Она почему-то была приподнята, будто кто-то до этого ее отдирал, а обратно нормально не прибил. Пока Бронте не приперся, поднатужился и вырвал ее обратно. Самое смешное, кроме камня цвета вороньего крыла в форме яйца, ничего другого там не было. Вот только, какого лешего я решил его взять в руку, разве буквально недавно мне не было очень больно, неужто мне было мало той боли. А всё потому, что новая волна жара пронеслась по телу, следом волна льда, жар, лед, жар, лед, жар…

— Эй, Морте, да очнись ты уже!

Глаза мои открылись, когда Бронте собирался влепить мне очередную пощёчину, вот только рука моя успела раньше остановить его попытку.

— Раз резвый, то всё в порядке. Ты мне лучше скажи, откуда здесь это место?

— Извини, Бронте, с этим я тебе не помощник. Стоп! Ты хочешь сказать, что этой гостиницы здесь никогда не было.

— Молодец, догадался. Нет, я, конечно, слышал о таких случаях, но чтобы увидеть самому, никогда. Тут кто-нибудь был? А то везде слой пыли, следов никаких, даже твоих. Хотя, смотрю, приоделся ты неплохо, вон даже шпагу где-то нашел.

— Да побродил здесь по комнатам, кое-что нашел.

— Ладно, искатель, идем, время поджимает.

Я был не против. Но когда шли назад, честно говоря, был удивлен. Никаких следов моей деятельности здесь теперь и в помине не было, но ведь не приснилось мне всё это. К тому же, всё что нашел, действительно сейчас было со мной, никуда не исчезло. Странно, однако.

Додумать Бронте не дал, заорав в испуге. И я его прекрасно понимал, всё вокруг стало мелькать, будто еще чуток и исчезнет. Мы буквально в последнюю секунду успели выбежать наружу, когда гостиница просто-напросто исчезла, оставив после себя одинокую, но обыкновенную скалу, даже каменных лестниц не было и в помине, лишь тропа, заросшая короткой травой.

Когда вернулись в бухту, только нас и ждали. Вон капитан зыркал недовольным взглядом, но спасибо, хотя бы промолчал. Правда, Бронте что-то там ему нашептал на ухо, но я постарался не смотреть на них, объясняться желания никакого не было, тут бы, скорее, мне кто объяснил, что всё это могло значить.

— Иди на камбуз, и чтоб еда была вовремя.

Да я и сам собирался побыстрее скрыться от всех взоров. Еда так еда, к тому же помощницы без дела не сидели всё это время. Мне лишь оставалось смешать нужное, выбрать правильную силу огня и наблюдать за готовкой. Потом сами разнесут и накормят команду.

Наконец я смог уединиться, корабль плыл, никто не доставал, так что спокойно снял плащ, на пол спланировал конверт. Странно, что раньше его не заметил, но любопытство заставило меня вскрыть конверт, внутри лежал непонятный круглый предмет с дыркой в центре, и нечаянно я сломал кругляш, вытаскивая наружу. Меня будто молнией ударило в тот же миг, плюс к этому шарахнулся в сторону и неплохо приложился головой об стену. Так и сполз на пол, постепенно теряя сознание…

— Твой выбор, ты должен сделать выбор, от которого многое зависит, в том числе и для тебя.

Голос раздавался повсюду, самое непонятное — я ощущал, что это я слышу, как бы это странно не звучало. Одно знал точно, не на корабле нахожусь, а в каком-то невесомом пространстве, так как тела своего не чувствовал вот совсем.

— Твой выбор!

— Да какой еще выбор…

О как, спасибо, что хоть говорить могу.

— Что, вообще, происходит? Где я? О чём речь? Объясните.

— Извини нас, мы забыли, что ты не в курсе и не совсем местный временами. Но проблема вот в чём, ты нашел то, что лучше бы не находил, если хотел жить обычной жизнью дальше. Теперь же ситуация иная, тебе в любом случае придется делать выбор.

— Я пока так и не понял — о чём речь идет?

— Не перебивай, в противном случае, за тебя сделаем выбор.

Я и замолчал, надеюсь не навеки.

— В той гостинице ты встретил капитана Жюста Баста, который являлся также Спасителем. И именно в гостинице он не успел выполнить вовремя важное дело, изгнать дьявола из тела бедной Амелии. Вот поэтому мы были вынуждены запечатать гостиницу и время от времени открывали ее, надеясь отыскать замену капитану. Чтобы тебе стало понятнее. Ты же видел картины ужасов в той комнате, так вот, всё это произойдет когда-то в будущем. Дело Спасителя — успеть вовремя и по возможности предотвратить. Да, это не всегда возможно исполнить, но и наказания нет, главное — стремиться. А вот, если выбранный на роль Спасителя забудет о своем предназначении, то в таком случае он будет уничтожен.

— Я всё же перебью. Если правильно понял, то получается следующее. Каким-то образом я увижу что-то, предположим во сне. Например, надо кого-то успеть спасти от смерти. Логичный вопрос, откуда я буду знать, где это произойдет, как туда добраться, и сколько времени у меня?

— Правильный вопрос.

Хм-м, даже не отругали.