Мусорщик

— Ты уверен, Крис? — на лицо Толика легла тень. — Капрал очень не любит, когда товарищи его обманывают.

— Вот, у меня больше нет, — я выскользнул из-под руки Толика и открыл кухонный ящик, где лежали три отложенные бумажки.

— Давай сюда, рядовой, — толстяк сгреб купюры с моей ладони. — А теперь на кости стал. На счет раз!

Я не понял, что от меня хотят и рассвирепевший мужчина ткнул меня кулаком в грудь. Дыхание сразу вышибло и я заворочался на куче мусора.

— На кости быстро! — рыкнул Капрал.

— Да, успокойся ты, — Толик хлопнул мужчину по плечу. — Пошли возьмем…

— Да не лечи ты меня! Сам, бля, знаю, что мне делать! — огрызнулся раскрасневшийся мужчина. — Дай старое вспомнить, душу отвести. Толя, я ж тебя, чмо неблагодарное, на своем горбу вытащил.

— Хуй с тобой, Капрал, — мужчина закурил и пошел на выход. — Только давай побыстрее.

Толстяк встал надо мной, широко расставив ноги. Его нижняя губа подергивалась, а ноздри широко раздувались от каждого выдоха. Толстые пальцы мужчины задергали пуговицу на штанах, пока они не упали, оставив его в покрытом желтыми пятнами исподнем.

— Всему вас салаг учить надо, — мужчина плюнул себе на ладонь и полез рукой в трусы. — Упор лежа принять!

Так и не поняв, что от меня хотят, я просто лег на пол. Капрал зарычал и пнул меня носком ботинка в лицо:

— Ты че необучаемый? Из-за таких полудурков меня и поперли из армии. Вы же реально тупоголовые, только для одного и годитесь.

Дряблая вонючая туша нависла надо мной, а пальцы ухватились за штаны, стягивая их. Что он задумал? Руки Капрала впились в ягодицу, с силой оттягивая ее.

Хватит, надоело.

Я чуть приподнялся, чтобы скрыть выскользнувший из рукава нож. Мужчина щипал и тискали мою пятую точку, явно стараясь причинить, как можно больше боли. От внезапного шлепка я вскрикнул и чуть не выронил нож.

— Жопу отклячь, сученыш, — рыкнул толстяк. — Быстро давай!

Удар кулаком в печень снова бросил меня на пол, а Капрал засмеявшись, подхватил меня под ноги. Вывернувшись, я резким движением всадил нож под кадык мужчины. Находящийся там нерв при повреждении должен вызвать моментальную остановку сердца.

Стоящий на коленях Капрал качнулся и рухнул рожей в пол. Приподняв голову за редкие, жирные на ощупь волосы, я извлек оружие. Кровь начала бодро выплескиваться. Снова убирать…

— Помогите, помогите! — заорал я, привлекая другого алкаша. — У него что-то с сердцем!

Не могу же я дать уйти дружку убитого? В любом случае он зайдет в дом, когда Капрала не будет слишком долго. А так можно сыграть на своих правилах.

На корточках я прокрался в прихожу и затаился в угле возле входной двери. Ворвавшийся в дом Толик в последний момент что-то заподозрил. Нырнувший под нижнее ребро нож вырвало из рук, а противник вмазал мне по голове с разворота. В ушах зазвенело и я сполз по стенке.

— Тварь, блять, — Толик упал на одно колено.

Не могу пошевелиться, конечности словно чужие. Алкаш с надсадным хрипом пополз ко мне на четвереньках. Выпученные красные глаза сконцентрировались на моем лице — даже на последнем издыхании Толик собирался забрать врага с собой.

Его холодные пальцы сомкнулись на горле, но спустя десять секунд вялой борьбы, голова алкаша ткнулась мне в живот. Отпихнув мертвое тело, я встал и выглянул во двор. Никого.

Итак, у меня в доме два трупа и все залито кровью. Снова придется тратить время на тщательную уборку.

Я вышел за топором и заметил, как по дороге несется собака. За ней спешили двое раскрасневшихся мужчин с блестящими на солнце значками стражей. Пес остановился возле изгороди, смотря на меня умными глазами и громко тявкнул.

— Ох ты ж сука, — первым подошел держащийся за бок коротышка с огромными ушами. — Я щас сдохну.

Второй попытался сплюнуть, но густая, тягучая слюна легла на темно-синюю форму. Оба представителя закона закурили. Собака — крупное животное с короткой черной шерстью и вытянутой мордой — протиснулась между гнилыми штакетинами и направилась к дому. Приплыли.

— Джэй, смотри, след походу взяла, — удивился парень с прической горшком.

— Да больше недели прошло, какой там след, Михельсон, — отмахнулся его напарник.

Коротышка посмотрел на меня настороженным взглядом и его рука потянулась к кобуре. Пес свернул возле самого крыльца и принялся быстро рыть землю под окном. Стражи выбросили окурки и подошли ко мне.

— Крис, ты часом не видел Фила, он коллега наш, — Джэй буравил меня глазами. — Его жена сказала, что он собирался к тебе заглянуть по какому-то дельцу.

— Нашла что-то! — радостно взвизгнул Михельсон.

Я оглянулся и заметил, как по крыльцу тянется струйка крови, вытекшая через растрескавшийся порог. Рука сжала топор, но с таким тяжелым оружием мне нечего ловить. Пока замахнусь, мне самому голову сто раз успеют раскроить.

Мотающий хвостом пес подбежал к нам, неся почти черную от старости кость. Рожа Михельсона недовольно скривилась и он отвесил собаке хорошего пендаля.

— Я же говорил, — пожал плечами коротышка. — Так ты видел Фила?

— Ко мне заходил страж, — кивнул я, шагнув влево, чтобы хоть немного закрыть обзор на крыльцо. — Забрал пособие… Ударил по голове… сказал, что если буду трепаться, то мне кранты. Потом уехал куда-то на велосипеде.

— Точно Фил, — хмыкнул Михельсон, пытающийся вытащить из пасти собаки кость. — А ну выплюнь, выплюнь кому сказал!

— Пропал он без вести, — коротышка не мигая смотрел на меня. — Может ты его по затылку втихаря тюкнул?

— Нет, нет, вы что такое говорите? — я попытался сыграть удивление. — Я никогда никого не бил…

— Да ладно, расслабься, — хохотнул Джэй. — Не возражаешь, если дом осмотрим?

— Нет, — выдавил я. — Только там грязно.

— Миха, метнись, — Джэй снова закурил. — Как ты здесь живешь один, у меня прям мурашки от одного вида.

— А че там смотреть? — страж отобрал кость и зашвырнул ее в заросли. — Еще вшей или чесотку подцеплю, сам посмотри на него.

— Михельсон, твою мать, взял и пошел, пока я тебе пизды не вставил, — насупился коротышка.

— Ладно, ладно, — вздохнул парень. — Как в дерьмо лезть, так всегда Михельсон.

Долговязая фигура направилась к дому. Сейчас он увидит кровь, а затем трупы. Нужно действовать. Я отставил ногу, собираясь нанести рубящий удар чуть выше колена коротышки.

— Эй, я нашел Фила, — из пластмассового прямоугольника на поясах стражей послышался дребезжащий голос. — Валите к крайним домам.

— Понял, — ответил Джэй. — Крис ты с нами, нужно будет показания дать. Миха, че ты там!?

Я обреченно уставился на застывшую спину парня. Страж медленно повернулся и поднял ногу, показывая лакированный ботинок:

— В говно вступил.

— Ну ты лошара, конечно, — засмеялся Джэй, вслед за которым загавкала собака. — Будешь знать, как обижать братьев наших меньших. Все, погнали, а то Мышь нервничать начнет.

Я проследовал за мужчинами, полчаса петлявшими по заброшенной окраине, пока мы не вышли к нужному дому. Возле колодца, куда я сбросил тело стража, стоял высокий парень в черном пальто, с неестественно худым лицом и впалыми зелеными глазами. На тонких длинных пальцах поблескивали многочисленные кольца, а худые запястья обвили несколько серебряных цепочек.

Он опасен.

В нем чувствовалась хищная уверенность в своих силах, обычно исходящая от опытных убийц. Он слегка наклонил голову и в разрезе черных волос мелькнули витиеватые татуировки, идущие от уха и скрывающиеся за отворотом пальто.

— Лезьте, — без предисловий парень указал на черный зев колодца.

— Товарищ капитан, ну как мы туда залезем? — возмутился коротышка. — Тут метра четыре!

Парень подцепил ботинком моток веревки, лежащий у его ног, и кинул в Михельсона. Свободная часть ударила стража по лицу, оставив красный след. Тот захлопал глазами, словно собираясь расплакаться.

— Давай, я закреплю, — Джэй толкнул коллегу в плечо.

За час работы, черные от зловонной жижи стражи, достали все мешки, заполненные фрагментами тела. Капитан не обращал на меня никакого внимания. А я не хотел его привлекать. Затем подъехал разваливающийся грузовичок с эмблемой стражи, куда погрузили все останки.

— Ты со мной, — Капитан показал на меня пальцем.

— Питер, подкинь, будь человеком, — стражи ломанулись к водителю грузовика.

— Да вы сдурели что ли? Я потом салон в жизни не отмою! Пешком дойдете, проветритесь немного.

Я побежал за капитаном, не собиравшимся примеряться к темпу моих коротких ног. Выйдя из окраины, мы сели в матово-черный автомобиль, украшенный серебристой росписью. В салоне приятно пахло кожей.

— От тебя несет свежей кровью, — парень достал из портсигара тонкую сигарету. — Человеческой кровью. Кто ты такой?

— Меня зовут Крис, я инвалид, живу здесь, никому не делаю плохо, — я забубнил, как прежний хозяин тела.

Отточенный разум заметил резкое повышение магического фона, идущее от руки парня. Мана сплелась в короткое заклинание и навелась на меня. Почти инстинктивное движение головой. Над кольцом заплясал огонек, от которого капитан подкурил, а я застыл в нелепой позе.

— Обманул. Местный дурачок, который видит магию и завалил стража? — усмехнулся парень. — И еще двух человек, судя по запаху крови. Так… Двое мужчин, старше сорока, любили часто выпить, у одного лишний вес, все верно?

Я молчал. Не признаваться же мне в убийстве местному стражу. Убежать тоже не выйдет.

— Если бы я хотел, то арестовал тебя прямо сейчас или просто убил при попытке побега, — капитан насмешливо выпустил струйку дыма мне в лицо. — Ладно, я немного переиначу вопрос. Что ты собираешься делать?

— Жить, — коротко ответил я.

— Как банально, — резкие черты парня немного сгладились. — Такие, как ты, Крис, никогда просто не живут. Вместе с вами приходят катастрофы, стирающие целые страны и нации, перекраивающие облик континентов и втаптывающие в грязь сильных мира сего. Сколько ветвей? Пять? Шесть?

— Восемь, — я не собирался открывать карты. — А может девять? А может и две? Кто знает.

— Чудесно, просто чудесно, еще и шутник попался, — капитан смотрел на меня почти влюбленными глазами. — Но тебе стоит уяснить, что твоя прежняя магия в нашем мире не стоит ничего. Всегда помни об этом. Я замну это дело, мой друг, можешь не волноваться. Просто займись своими начинаниями. И помни, что за тобой должок.

— В чем твоя выгода? — в лоб спросил я. — Может я взаправду собрался прожить тихую, мирную жизнь.

— Не смеши меня, не будь, как мышь. Времена потрясений хороши тем, что напрочь ломают устоявшиеся вертикали власти, — промурлыкал парень. — Ты свободен, Крис.

Глава 5

Франс дэ Валье, тайный инспектор первого ранга, смотрел на оборванца, пока тот не скрылся в зарослях. Тонкие музыкальные пальцы парня нащупали секретный отсек под бардачком. Со щелчком выкинулась подставка, хранящая стеклянный шприц, резиновый жгут, пакетик с мелкими синими кристаллами, закопченную десертную ложечку и толстую жестяную банку, в которой хранились жуки-трупоеды с Семи остров.

Острая металлическая игла с трудом проткнула тонкую кожу парня и поршень шприца начал проталкивать густую темно-фиолетовую жидкость по вене. Глаза Франса закатились, а по телу пробежалась волна сокращений, мгновенно сжигая накопленный жир и мышцы.

— Сестра, я его нашел, — с трудом прошептали посиневшие губы. — Они ошиблись.

— Дорогой брат, я верила в тебя. Они думали, что смогут избавиться от нас, поручив тебе поиски и сослав на край света. Что предпримешь? Вернешься в столицу с победой?

— Нет, за эти шесть лет я многое переосмыслил, — Франс попытался улыбнуться. — К чему мне быть первым в стае шакалов, если я могу въехать в королевский дворец на слоне? Я ничем не рискую в любом случае.

— А если он слишком слаб? Как тот, что стал причиной краха нашей семьи?

— Восемь ветвей магии, сестра. Он почти так же силен, как… ты поняла меня, — Франс зашелся в сухом кашле. — Мне надо просто немного подтолкнуть его в нужном нам направлении. Все, больше не могу держать связь, прощай моя возлюбленная сестра.

— Прощай, брат. Не будь, как мышь.

***

Я резко встал с нагретой солнцем земли и сделал несколько пробных движений. Тело слушалось с небольшой заминкой, но в разы лучше, чем при вселении. Три недели тренировок дыхания принесли свои плоды.

Зайдя в дом, уставился в зеркало. На меня смотрел череп, обтянутый почти белой кожей, с черными провалами больших карих глаз и тонкими синими губами, скрывавшими немного заостренные, будто подпиленные зубы. Даже в бытности некромантом я выглядел более живым.

Фурункулы и раздражение удалось убрать, как и отладить все жизненно важные процессы в теле паренька. Кроме болезни. Я сумел загнать ее в глубокое подполье, но сильное потрясение, вроде обширной раны или переохлаждения, неминуемо приведет к рецидиву. На таблетки тратиться жутко не хотелось.

С поглощением сердец убитых мужчин не срослось. Когда я вскрыл грудную клетку первого, но всех внутренних органах обнаружились плотные пузырьки, а между кишок ползали мелкие желтые черви. У второго паразиты чувствовали себя еще вольготнее — печень превратились в раздутый водянистый шар, кишащий взрослыми нематодами. Я не рискнул есть зараженное мясо.

Занеся сомлевшего на улице Габса в подвал, я начал собираться в город. Две прошлые ходки можно назвать удачными. Меня не обокрали и не побили, что еще надо? Стражи тоже больше не заходили, значит, тот парень смог все уладить.

Из денег осталось сто ван и пришло время найти работу. Крис занимался сбором мусора в Старом городе, но ему приходилось тратить недели, чтобы добыть себе пропитание. Мне же нужны таблетки и книги с техниками заоблачной стоимости.

Всю Дэшку кормил мусор. Большая часть населения работала на перерабатывающих заводах, сортируя привезенный хлам. Другие обретались на незаконных свалках, после сбывая найденное перекупщикам или на те же заводы. Власти города были в курсе нелегально свозимого мусора, но закрывали глаза за хорошую мзду. В итоге десятилетиями скапливаемые отходы возвышались, будто настоящие горы.

Заводчане получали стабильный оклад, плюс найденные в хламе ништяки, если сумеют их незаметно вынести. Мусорщики целенаправленно искали ценные вещи, кормясь с их перепродажи. Были еще Ходоки, уходившие за Старую свалку и дальше, частично забираясь в Пустоши. Только ходоками становились не от легкой жизни, а от совсем крайней нужды.

— Ходок живет три года, — я повторил когда-то услышанную Крисом поговорку.

Самый выгодный путь — стать Ходоком. В пустошах можно найти старые драгоценные монеты, антиквариат и даже книги с техниками. Есть шанс озолотиться с одного рейда. Говорят, что Большой именно так получил начальный капитал, а уже позже стал успешным коммерсантом.

Но… Пустоши опасны. И никто точно не знает, чем именно. Вроде там нет диких зверей и чудовищ, нет бандитов и культистов, но люди слишком часто оттуда не возвращаются. И неизвестность пугала народ больше всего. Как и меня. Будучи в теле слабого, болезненного паренька, без магии и оружия, я не стану рисковать.

Тогда решено, подамся в мусорщики. Прежний Крис справедливо опасался находиться рядом с другими людьми, но хороший заработок всегда сопряжен с риском. Сейчас я достаточно ловок и быстр, чтобы убежать. А в крайнем случае… иногда и мусорщики не возвращались с промысла. Собаки задрали или дряни какой-то надышался и в яму провалился.

Ближе к вечеру, ко времени настоящего открытия рынка, я направился в город. Площадка размером больше пяти сотен метров была забита павильонами, палатками, фанерными прилавками или просто огромными брезентовыми покрывалами, где лежал товар. В самом центре рынок закрывала крыша из ржавых жестяных листов, приваренных к перекошенным столбам и перекладинам.

Победнее смотрелось пестрое одеяло из прорезиненных тканей, фанерных и пластмассовых козырьков. Самая окраина укрывалась под зонтиками или терпела зной и дождь.