Застрянец

Неподалеку от Румянцева стояли трое наемников. Все одеты в кожаные куртки, вооружены топорами и кинжалами. Мой простоватый Архип выглядел нет так стильно и пафосно, зато мгновенно поднес спичку, когда оно понадобилось. Я вкусил дорогой табак и выпустил дым. Встреча местных боссов — это тебе не хухры-мухры. Тут всё серьёзно. Кареты, охранники, сигары.

— Дорога, между прочим, для нас обоих, — сказал Румянцев.

— Прими мою благодарность.

— Ха! — Румянцев похлопал меня по спине. — Денег, значит не дашь?

— Не-а.

— А мне и не надо. Я же для народа. Для людей своих преданных. Это ж самая малость из того, что я могу для них сделать. Пусть и твоим, и мои людям лучше будет. А деньги? Ну что деньги? Благодарность людей — вот главное наше богатство!

— Гы-гы! — вырвалось у меня.

— Гы-гы-гы! — подхватил Румянцев. — Ржака, да? Мещерский, собака сутулая, заставил эту хренову дорогу ремонтировать! Знает же, что денег в обрез, — Румянцев спрятал золотой браслет под рукав. — Каждый золотой на счету! Нет, бл*ть, дорогу ремонтируй! Тебе надо — ты ремонтируй!

— Во-во! — согласился я.

— По бабам? — вдруг предложил Румянцев.

— Ну-у-у, можно.

Румянцев усадил меня в свою карету. Та оказалась в разы роскошнее, будто я из Рено Логан в Мерседес пересел. Извозчик нажал на педаль, и мы поперли смотреть территорию Румянцева. Ничего интересного там не было. Выглядело всё плюс-минус также, как и у меня. Да и отношение людей к Румянцеву не сильно отличалось. Извозчик гнал карету, которую провожали озлобленные лица людей. Ничего не поделать. Такова участь элиты. Приходится переносить все тяготы свалившегося на нас бремени и мириться с тем, что люди никогда не попробуют черной икры с пятидесятилетним вином. Ну, ничего. Мы вытащим это на своих плечах. Для того они нас и выбрали.

Земли Румянцева были в два раза больше моих. Там было где разогнаться. Мы пронеслись по центральной улице, выскочили на площадь, а оттуда помчались под горку. На холме показался золочёный купол, вокруг него — каменная кладка, голубые ели, плиточные дорожки.

— Втюхал хренову кучу бабок в это фамильное место силы, — прокомментировал Румянцев. — Бесполезная шляпа. Зато людишки лишних вопросов не задают. Где деньги? Так вот они, — улыбнулся Румянцев и показал на купол храма.

С холма мы спустились к каменному поместью Румянцева. Рядом уже стояла карета с девчонками. Я их не видел, но слышал прекрасный задорный смех и тоненькие голоса. Румянцев оказался своим человеком. Сейчас закрепим наш союз, скрестив шпаги, так сказать, и дела пойдут в гору. Бабки у меня есть, а правила «правильного» поведения, я подсмотрю у нового друга. Живём!

Шлепками по мягким местам, Румянцев погнал девчонок в поместье, а я остановился, чтобы перекурить. Двери и окна близлежащих домов были заколочены. В начале и конце улицы стояли наемники. Вот она — депутатская неприкосновенность.

На фонарном столбе висело объявление о пропаже. Желтая бумага, на которой было нарисовано лицо от руки. Похожее я видел в своем квартале, но человек другой. Тут девчонка, а там — мужик какой-то. И кому вообще вздумалось похищать людей в Виктомске? На кой хер? Маньяки, что ли орудуют? Я подумал, что нужно спросить об этом у Румянцева.

Поднялся по ступенькам в поместье и напрочь забыл обо всём. Вокруг фонтана танцевали обнаженные девки, играла живая музыка, а Румянцев в халате ходил с бутылкой вина и менял пары.

— Присоединяйся, Максимилиан!

… … …

Храсанфу понравилось кличка, которую ему придумал господин Глинский, и теперь он просил, чтобы его так называли все. Даже ненавистный Пущик.

— Крис! — гордо сказал он.

— Да хоть Кристина! — крикнул Пущик. — Откуда у тебя столько денег?!

Крис сидел на пустой коробке за пекарней и ел посахаренные булки. В отвороте майки у него лежало ещё несколько пирожков с повидлом. Потом появился Пущик и началось.

— Заработал!

— Как?! На уродца Глинского ишачишь?!

— Не твоё дело!

— Сейчас будет моё!

Крис дёрнулся к дороге, Пущик наступил ему на ногу. Крис упал, выронил булку и несколько пирожков.

— Отпусти!

— В одиночку хомячишь, крыса!

— Не с тобой же делиться!

Пущик поднял один пирожок с повидлом, а второй раздавил ногой. Крис поднял камень и ударил Пущика в живот. Но бодаться с подростком на четыре года старше — не по шансам. Пущик разбил Крису губу, положил на землю и встал ногой на грудь. Загребущей лапой залез в карман и достал все деньги.

— Верни, а то я всё Глинскому расскажу!

— И что он мне сделает?! Глинский твой — трус, жмот и шестёрка Мещерского!

— А ты вор!

— И ничего не вор! — Пущик пересчитал деньги и положил в карман. — У Глинского все деньги ворованные, а воровать ворованное — это не воровство!

— Пошёл ты!

— Заткнись! Или сейчас так тебя разукрашу, что глаз заплывут! И хоть слово кому скажи!

Пущик замахнулся, Крис прикрылся рукой.

Закинув жопку от пирожка в рот, Пущик злобно посмотрел на Криса и пошёл переулками. Потемнело, домой идти перехотелось. А в бар нельзя. Рыбаки все деньги отберут, если увидят. Он свернул к рынку. Из продавцов остались только старушка с варёной кукурузой и дед с самогонкой. Пущик взял два початка и бутылку. Побежал к стене.

Забравшись в окно брошенного дома, Пущик прошел насквозь и вышел на поляну, среди которой валялись бревна. На одно сел, на другое закинул ноги. Выпил, закусил кукурузой.

Показалось, или кто-то шёл? Дрын с подельниками? Вряд ли. По вечерам они караулят рыбаков у бара и клянчат пиво. Рыбаки им дают. А потом ржут с них.

Пущик ещё откусил и снова повернулся. За полуразрушенной стенкой кто-то прошёл. Мелькнул тёмный плащ. Пущик поднялся и замер:

— Дрын?!

Кто-то обошёл заброшенное здание и вышел на поляну. Из-под черного плаща выглядывали иссохшие, но большие руки с окаменевшими когтями. Пущик проглотил слюну, подался назад:

— Я тут друга ждал… Но уже ухожу!

Капюшон был большим и широким. Им можно было укрыть целую бочку. А голова под ним — пупырчатая, точно гроздь кокосов.

Незнакомец повернулся. Лунный свет попал под капюшон. Пущик побелел и заорал всю глотку. Вот только голос его тут же оборвался. Неведомая сила вырвала из руки початок кукурузы, и тот пробкой залетел ему в рот. Пущик упал на спину и попробовал вырвать початок, но тот застрял намертво, точно вбитый гвоздь.

Демон вытянул руку ладонью вверх. Вместе с ладонью воздух взлетел Пущик. Затем демон подтянул Пущика к себе и полосонул когтями по горлу.

Последнее, что увидел Пущик — своё обезглавленное тело в метре от головы.

Глава 7

Всё «в порядке»

Кто-то усердно толкал меня в бок, а я отбивался и крыл матом. Чертовски хотелось спать.

— Вставайте, господин! Там толпа под окном!

— А?

— Толпа! — крикнул Дементий и показал на окно.

О, я был дома? Последнее, что помнил, вечеринка у Румянцева. Ну мы и дали там! Ха-ха! Как бы у меня между ног что-нибудь не отсохло после таких нагрузок. А Румянцев? Отсаженный на всю голову, конечно. Пил, ел и трахался, как заведённый. Есть на кого ровняться.

— Что там, говоришь? — спросил я, откидывая одеяло.

— Толпа!

Из окна я увидел сотню, а то и больше, голов. Вот чёрт!

— И чего они припёрлись?

— Не знаю. Я сразу вас побежал будить.

— Не хочется ещё один штрафной балл тебе давать Дементий, но как иначе?

— Помилуйте, господин.

— Может они соли пришли попросить, а ты сразу меня будить.

— Да, как же соли? Кричат, ведь.

Накинув халат, я перевязал его на поясе и спустился вниз. На первом этаже меня уже ждал Крис. Подал пистолет. Из кухни выглянула Раиса. Красивая, но недовольная. Нужно будет сказать ей, что в её зарплату входит хорошее настроение. За депресуху, панику и прочий гон отвечает Дементор. Этого дерьма и так с головой. Подхватив пистолет, я подошел к двери.

— Пристрелим парочку, а остальные сами разбегутся? — спросил Архип, держа наготове мушкет.

— Хоть одна здравая голова в доме, — я похлопал его по плечу. — Сначала спросим, чего хотят, а уж потом — твой план.

— Идёт! — Архип потянул затвор и открыл дверь.

Толпа с криками ломанулась на порог. Архип пальнул в воздух и отфутболил самых шустрых ногами. Слегка контуженная толпа отступила.

— Вы чего орете?! — спросил я.

— Пущик пропал!

— А? — я посмотрел на Архипа. — Что за Пущик?

— Я по чем знаю, — Архип взял у Криса перезаряженный мушкет. — Валим?!

— Да, погоди, ты, Архипушка.

— Сын мой вчера вечером пропал, — крикнула зареванная женщина, которую толпа вынесла вперед. — Домой не вернулся!

— Этого ищите? — я схватил Криса за шиворот и вытащил за дверь.

— Я — Крис! — отмахнулся пацан и злобно на меня посмотрел. — Пущик — это козёл, который всех достаёт!

Мысли в башке загустели, точно остывшая манка. Попробуешь размешать — ложку погнёшь. Я сморщил лоб и прикрыл глаза. Так. Пацан, значит, пропал. И ведь уже не первый. Объявление о пропаже я видел в своём квартале и у Румянцева тоже. Люди пропадают не просто так. Хорошая новость, что я это заметил. Плохая — Пущика мы, скорее всего, не найдем.

— Поисковые отряды работают?! — спросил я у матери.

— Но мы же….

— Вы же, вы же! Вместо того, чтобы тут глотки рвать и ответственность перекладывать, лучше бы разбились на группы и пошли искать!

Толпа притихла.

— Быстро! Быстро! Чем раньше начнём поиски, тем выше шанс, что найдем его живым!

— Ах! — вскрикнула мать и закрыла лицо руками.

— Давай, краснощекий, — я ткнул пальцем в мужика. — Бери с собой троих и идите вверх по главной улице. Ты, беззубый, чё ворон считаешь?! Хватай своего собутыльника и прите к площади!

Толпа загорланила, но уже сама на себя. Установку они получили и поняли, что делать. Я вошёл в дом и приказал всем собраться в зале на третьем этаже через двадцать минут.

… … …

Нас было семеро. Я, Дементий, Крис, Архип и ещё трое наёмников, которых набрал под свою ответственность Архип. Наёмники выглядели слегка распухшими и помятыми. Не прямо ли из-под забора Архип их набрал? Впрочем, начальник моей охраны мне нравился, и я ему доверял. В конце концов это ему с бомже-алкашами управляться, а не мне.

— Итак, господа, — я пригубил. Третий бокал возвращал меня к жизни. — Есть идеи, кто мог похитить Пущика? Крис?

— Не знаю, — ответил пацан, играя с мушкетом. — Так ему и надо!

— Почему?!

— Козлина он! К младшим пристаёт, — Крис опустил голову. — Деньги отбирает…

— И у тебя отбирал?!

— Ага.

— Так может это ты его?… — я посмотрел на оружие в руках ребёнка.

— Не успел, — злобно сказал Крис.

— Ну тогда помалкивай об этом. Дементий?

— Может в городе орудует какой-то маньяк? Люди часто пропадают.