Научи меня танцевать (СИ)

- С удовольствием, - кивнула я и устроилась за столом. Когда с едой было покончено, я довольно откинулась на спинку стула и улыбнулась, - спасибо Вам.

- Вы быстро пришли в норму, - потер он подбородок, размышляя, - я, признаться, струхнул. Хотел уже было скорую вызывать.

Я пожала плечами и начала его разглядывать с веселым озорством в глазах. Сильные руки, кольцо на безымянном пальце отсутствует… положительно, он мне нравился.

- Как Вам удалось? – все-таки спросил он.

- Вы за этим пришли? – в ответ спросила я, глядя ему в глаза.

- Если честно, сам не знаю зачем пришел, – смутился он и отвел взгляд. - Но этот вопрос был скорее поводом, – помолчал, собираясь с мыслями и посмотрел в упор, сказав вкрадчиво: – Никогда не встречал таких девушек. Сколько Вам, двадцать?

- Двадцать шесть.

- Впрочем, это не важно. Никогда не встречал таких девушек, - повторил он твердо. - Можно пригласить Вас на кофе? - я окинула взглядом кухню и засмеялась. - Черт, я идиот, - покачал он головой, улыбаясь, - совершенно не знаю, как себя вести…  Наверное, мне лучше уйти. Рад, что с Вами все в порядке, и большое спасибо за помощь в поисках, если бы не Вы, я даже не знаю…

Он резко поднялся и пошел в прихожую, я прошла следом, привалилась плечом к стене и наблюдала, как он нарочито медленно переобувается, пытаясь найти предлог задержаться. Это все показалось мне ужасно забавным, я хихикнула и подошла почти вплотную, подняла голову, чтобы видеть его глаза и сказала просто:

- Мне бы не хотелось, чтобы Вы сейчас ушли.

Соображал он быстро и взгляды мои понял не двусмысленно.

- Можно Вас поцеловать? – спросил тихо.

Вместо ответа, я обняла его одной рукой за шею, а второй, едва касаясь пальцами, провела от ключицы до мочки уха, не отводя взгляд. Максим прикрыл глаза, слегка улыбнувшись, и осторожно меня поцеловал.

- Василиса, - шепотом позвал он, отстраняясь и проверяя реакцию, - если ты не думаешь продолжать, лучше остановись.

Останавливаться я и не думала, приподнялась на цыпочки и начала целовать его шею, расстегивая рубашку. Он резко подхватил меня на руки и понес в комнату, на ходу снимая обувь.

- Максим Игоревич, - со смешком сказала я часа через три, лежа на его плече, - Ваша благодарность за поиски выходит за рамки общепринятых.

- Прекрати… - досадливо поморщился он, - называть меня по имени отчеству! – добавил, смеясь, и навалился сверху и еще два часа пролетели незаметно. - Жрать-то как охота, - мечтательно сказал он, отдышавшись, - сварганишь что-нибудь?

- Вот еще, - фыркнула я, - ты знаешь где кухня. И вообще, я устала, ты совсем меня заездил.

- Кто кого еще заездил, - ухмыльнулся он, тяжело поднялся и побрел в кухню. Загремел посудой и захлопал холодильником, насвистывая. А я сладко потянулась и задремала, не испытывая ни малейших угрызений совести и проснулась уже когда все было готово.

Максим накрывал на стол и выглядел жутко самодовольным. Подмигнул мне, устроился с хозяйскими видом и принялся увлеченно жевать.

- Тебе не пора? – спросила я через некоторое время, чтобы сбить с его лица это выражение. Подействовало, он даже жевать перестал. Посмотрела исподлобья и уточнил:

- Куда пора?

- Ну, не знаю, куда ты там обычно ходишь? К семье или друзьям.

- Нет у меня никакой семьи, - начал злиться он.

- Ну, может еще чего надо сделать, - равнодушно пожала я плечами.

- Гонишь, значит? - спросил зло, я промолчала. - Чем не угодил, можно узнать? - я продолжила молча смотреть ему в глаза. - Ладно, - поднялся, отшвырнув вилку.

Обиделся, наверное. Но мне было плевать. Нечего сидеть на моей кухне, точно он делает мне величайшее одолжение одним своим присутствием.

Нервно походил по первому этажу, собирая свои вещи и попутно одеваясь, нашёл только один носок, чертыхнулся и пошел как есть в одном в прихожую. На этот раз быстро оделся и ушел, громко хлопнув дверью.

- Какие мы нежные, - сказала я Палычу, тот тявкнул в ответ и, по-моему, даже кивнул, а я принялась жевать.

Кушать и вправду очень хотелось.

Мухомор, изменивший все

На следующий день меня вызвали в участок. Точнее, часов в девять утра в дверь постучали, и я с удивлением обнаружила на пороге молоденького парня с огненно-рыжими волосами и веснушками по всему лицу. Он показал мне свое удостоверение, такое чистенькое и новенькое, что, казалось, он получил его только вчера. Впрочем, может так оно и было. Заискивающим голосом он попросил меня проехать с ним для дачи показаний. Мол, следствию важно знать, как и при каких обстоятельствах я начала искать и в итоге нашла ребенка.

Я попросила подождать и закрыла перед его носом-пуговкой дверь. Неспешно приняла душ, выпила кофе, с тоской поглядывая в окно, оделась и, наконец, вышла. Парень, а звали его, кажется, Шестаков Вениамин Павлович, переминался с ноги на ногу возле дома, не решаясь меня поторопить. Правильно делал, между прочим. Больше всего я ненавижу спешку.

Уже в участке, проводив меня до кабинета, он постучал и торопливо зашагал дальше по коридору, здорово напомнив шестилетку, пытающегося разыграть соседей по подъезду.

- Входите! – рявкнули из-за двери.

Я вошла и без удивления обнаружила за столом Максима. Он грозно на меня посмотрел, но не очень-то впечатлил.

- Проходите, Василиса Михайловна, - сказал язвительно, - присаживайтесь и рассказывайте, каким образом Вам удалось обнаружить маленького ребенка одной ночью в лесу.

Я села и принялась рассказывать в мельчайших подробностях начиная от визита самого Максима. Где-то на середине повествования, когда я только подходила к моменту, когда сидела на поваленном дереве, дверь без стука открылась и в комнату ввалился тучный коротышка лет сорока, в дорогом костюме и с огромным золотым перстнем на пальце-сосиске. Следом за ним вошла миловидная брюнетка в элегантном пальто, небрежно наброшенным на плечи, и уставшими глазами.

- Это она? – уточнил мужчина, Максим кивнул и досадливо поморщился, отворачиваясь. Такое хозяйские поведение нанесло еще один удар по его самолюбию, которое и так вчера изрядно пострадало.

Брюнетка обогнула спутника и кинулась мне на шею, причитая:

- Спасибо Вам, спасибо, Вы спасли моего ребенка, я не знаю, как Вас отблагодарить, спасибо!

«Уже отблагодарили» - хмыкнула я про себя и бросила насмешливый взгляд на Максима, который все прекрасно понял и начал злиться еще больше.

- Спасибо, ничего не нужно, – просто ответила я, отстраняясь и спрашивая из вежливости, – С ней все в порядке?

- Да, да, - закивала женщина, - испугалась очень, простыла и обезвоживание, конечно, но врачи говорят, что все будет хорошо, – и улыбнулась такой светлой улыбкой, что я мгновенно прониклась к ней симпатией. – Теперь Оленька все время рисует лесную фею, от которой исходит свечение. Всю зеленую и непременно с крыльями.

- Это свет от фонарика, - в ответ улыбнулась я.

- Присаживайтесь, уважаемые, - ехидно сказал Максим. – Василиса Михайловна как раз перешла в своем рассказе к той части, как она единолично, да ещё и ночью, смогла обнаружить вашу дочь, - и, не поворачивая ко мне головы, пояснил: - Это родители девочки, Потаповы Григорий Игнатьевич и Людмила Аркадьевна.

- Можно просто Людмила, - доброжелательно сказала женщина, не обращая внимания на тон следователя.

- Василиса, - кивнула я в ответ.

Не знаю, к чему относилась эта его повышенная язвительность. То ли обида за мою вчерашнюю нелюбезность взыграла, то ли он до конца не верил, что я смогла одна отыскать ребенка. А может и вовсе засомневался, что ребенок плутал по лесу, а не, скажем, я же его и спрятала, чтобы потом быть героиней.

Григорий Игнатьевич, кстати, тоже смотрел настороженно, из чего я сделала вывод, что и ему такие мысли в голову приходили. Что ж, не безосновательно, если разобраться. Для человека, который в лесу был от силы пару раз, в компании, с GPS и по грибы, история действительно кажется невероятной.

- Я не в первый раз занимаюсь поисками заблудившихся в лесу, - сочла нужным пояснить я, - правда, раньше мне не доводилось делать это в одиночку. Моей отец служит егерем в местных угодьях, может знаете, наш дом расположен в чаще, в пятнадцати километрах от трассы, - крепыш кивнул, подтверждая информацию. Я выждала момент и продолжила: -Так вот, потеряшки в наших лесах, увы, не такая уж и редкость, и с самого раннего детства я всегда выходила на поиски вместе с отцом и жителями деревни. Конечно, лет до десяти отец больше таскал меня на себе, - улыбнулась я своим воспоминаниям, как и Людмила, видимо, представляя себе эту картину, - но он у меня крупный и хлопот ему это не доставляло. Годам к четырнадцати я была уже полноправным членом добровольного поискового отряда, который собирался каждый раз, когда приходило известие о потерявшемся. Поиски по ночам проводились крайне редко, только в случае, когда на то была острая необходимость. Узнав, сколько времени прошло с начала поиска, я сочла ситуацию безотлагательной, - говорила я, глядя прямо на Максима, тот заерзал под мои взглядом, а отец семейства нахмурился, - и приняла решение не дожидаться утра. С собой у меня был фонарик и сменные батарейки, так что возвращаться в дом отца я не стала. Свои поиски я начала с места, куда, по словам людей из деревни, зашла девочка, - и тут же поправилась, мягко улыбаясь: - Оля. – Людмила посмотрела на меня с благодарностью: куда приятнее, когда о твоем ребенке не говорят, как о неодушевленном предмете. Это вселило надежду, что меня тот час не арестуют за подозрение в краже и я неторопливо продолжила: – Прочесывать лес в одиночку и ночью было невозможно, поиски можно было продолжать только осмысленные. Для этого требовалось понять или хотя бы предположить, что привлекло внимание Оли. То есть, установить причину, почему она побежала в лес без разрешения, не дожидаясь родителей или другого сопровождающего. И потом я нашла мухомор, – просто закончила я и замолчала.

- И чего? – подал голос Потапов и уставился на меня, а я посмотрела на Людмилу, которая прикрыла глаза и замолчала, покачивая головой и вытирая со щек слезы.

Мужчины перевели на нее взгляд, полный недоумения. Потапов на автомате погладил жену по плечу, призывая успокоиться.

- Господи, ну, конечно, - тихо сказала она и схватила меня за руки, не поднимаясь, - наверняка он был просто выдающихся размеров, да? – я кивнула, а она подняла взгляд на мужа, – Гриша, дорогой, Оленька просто помешена на этих грибах, тащит в дом все, что только сможет найти, с гордостью демонстрируя свои находки, – и ухмыльнулась, снова качая головой. – Я пыталась ей объяснить, что не все грибы можно брать, и только на участке, но разве маленькому ребенку можно рассказать обо всех опасностях? – она тяжело вздохнула и обратилась ко мне: – Но как Вы догадались?

- Больше ничего не было, - пожала я плечами, - а мне очень хотелось хоть за что-то зацепиться. И тут этот гриб, разрушенный, с огромной красной шляпкой, его и с дороги наверняка было видно. Я решила, что любознательному ребенку (а другой бы в лес не пошел), просто необходимо было проверить, что же там такое мелькает. Оля попыталась его сорвать, но он был гнилой внутри и рассыпался у нее в руках. Подозреваю, что в нем успело поселится много разной живности, которая начала расползаться и разлетаться в разные стороны. Она испугалась и кинулась куда глаза глядят.

- Но как Вы узнали, куда она побежала? – нахмурился Потапов.

- Знаете, я довольно долго ползала по лесу, выискивая следы, - резко ответила я, уже понимая, куда он клонит, - около четырех часов, если быть точной. Убежать далеко она не могла, ребенок все-таки, я нашла её всего в паре километров от дороги. Могу продемонстрировать Вам свои синие колени, если считаете нужным.

- Не нужно, – сурово сказал Макс, мои колени он помнил еще очень хорошо. И что они действительно похожи на один сплошной синяк, тоже. – Григорий Игнатьевич, рассказ Вас удовлетворил?

- Пожалуй, да, – поднялся он и протянул мне руку, – Василиса Михайловна, премного Вам благодарен. С Вашего позволения, я хотел бы отблагодарить Вас материально, я пришлю своего человека.

Я поморщилась и начала протестовать, но Людмила меня остановила, ласково взяв за руки:

- Пожалуйста, не отказывайтесь. Нам хочется сделать для Вас хоть что-нибудь, может быть, Вы приобретёте что-то действительно ценное для себя.

Вот бы она удивилась, узнав, что я приобрела на эти деньги. Да я сама бы удивилась, скажи мне кто об этом в тот момент.

Сцена затягивалась, и я кивнула, желая поскорее от них отделаться.

Потаповы вышли, а я вопросительно взглянула на Максима.

- Не смею задерживать, - сухо сказал он, глядя в стол и перебирая какие-то бумажки.

И снова было так забавно наблюдать за ним, что я не стала отказывать себе в удовольствии в сомнительной( для порядочной девушки) выходке. Подошла к двери и закрыла ее на ключ, торчавший в замке. Максим удивленно вскинул брови и сложил руки замком, наблюдая, как я, распустив волосы (а они у меня роскошные, до пояса), медленно начала раздеваться. Юбка уже была на полу, а он все сидел, сцепив зубы, но, когда я закончила с бельем, не выдержал и пошел ко мне.

- Что ж ты делаешь со мной, сучка ты наглая, - прошипел он, на ходу стаскивая с себя одежду. Я ухмыльнулась, ничуть не обидевшись, и повисла у него на шее.

В дверь уже несколько раз стучали, а мы все лежали на полу, на ворохе одежды, пока Максим наконец не поднялся, быстро одеваясь.

- Брысь отсюда, - кивнул он на дверь, - мне еще работать как-то надо.

- Чем не угодила? – спросила я, притворно надув губы и потягиваясь.

- Ух, бесстыжая, - замахнулся он в шутку. - Да понял я, понял, иди уже, смотреть на тебя спокойно не могу.

Я неторопливо оделась и расчесалась. Подошла к Максиму, шумно поцеловала его в губы, притянув за уши, и взяла со стола визитку. Под насмешливым взглядом пошла к двери, слегка покачивая бедрами, и, открыв ее, столкнулась нос к носу с Венечкой (называть его по имени-отчеству язык не поворачивался), который растерянно замер с занесенным кулаком.

- Отвезете меня обратно? – с утвердительной интонацией задала я вопрос и, не дожидаясь ответа, обернулась, подмигнула Максу, и пошла на выход из здания.

На следующий день я в задумчивости сидела в кресле перед камином, пила вино и рассматривала открытый тонкий дамский кейс, обтянутый красной лаковой кожей. Буквально час назад его доставил мне молодой человек в прикиде служащего похоронного бюро. Пачки денег лежали ровными рядами и радовали взор. И вот тогда в мою голову пришла отчаянная мысль. Руки зачесались, глаза полыхнули, я в нетерпении кинулась за сумкой, отыскивая прихваченную визитку.

- Привет, - ответил Максим после первого же гудка. – А я ждал, позвонишь ты или нет.

- Дождался, - весело сказала я, - приезжай, поговорить надо.

- Поговорить? – удивился он.

- Ну, и не только.

- Приеду как освобожусь, – ответил сухо и отключился.

Выпендривался он напрасно, приехал минут через сорок, примерно столько времени нужно, чтобы добраться из участка до дома отца, начисто наплевав на правила дорожного движения. Зашел без стука, быстро разулся и опустился на соседнее кресло, уставившись на кейс.

- Не хило. Благодарность?

- Ага.

- Что думаешь с ними делать?

- Ты только не смейся, - начала я, - идея бредовая, но мне страшно нравится, и, если ты будешь ехидничать, я расстроюсь и прогоню тебя.

- Спасибо, что предупредила, - хмыкнул он и стал внимательно меня слушать. К его чести, он не только не острил, он полностью погрузился в процесс, внося в план свои корректировки. – Думаю, выгорит, – утвердительно кивнул он после часового мозгового штурма. – А теперь иди уже сюда.

Вечером мы лежали у камина, потягивая вино и обсуждая детали.

- Денег хватит на год аренды помещения, где-нибудь на окраине, - размышляла я, - включая мелкие затраты. А так же двоих сотрудников. Твой капитан в отставке будет пока на окладе, а там посмотрим. Работа не пыльная, нужно только выслушивать потенциальных клиентов и кивать в такт. В офисе тоже сидеть не требуется постоянно, я вызову, если будет нужда.

- Он мужик толковый, хоть и на пенсии, - кивнул Максим, - связи остались и весьма обширные, может и пригодится. Да я бы и сам пошел на эту должность, вот только глаза мозолить тебе лишний раз не хочется.

- Да брось, вам просто нельзя открывать частные детективные агентства, находясь на службе, - фыркнула я.

- И это тоже, - хохотнул он в ответ. – А сама, значит, будешь в секретаршах? Разумно, в общем-то… Я когда тебя в первый раз увидел, тоже ни в жизнь бы не подумал, что ты можешь найти что-то, что лежит ближе, чем на расстоянии вытянутой руки, - я огрела его диванной подушкой и засмеялась. - Что отец на это скажет?

- Завтра узнаю, - пожала я плечами и немного напряглась. Сложно было предугадать реакцию отца, он всегда считал, что помогать в поисках надо безвозмездно.

- Черт, уже завтра? – пригорюнился оперуполномоченный.

- Максим, я уже большая девочка и вообще-то живу отдельно, у меня квартира в городе, – фыркнула я.

- А нафига я тогда мотался в эту глушь? – возмутился он в ответ.

- Я живу тут, пока папа и Солнце не вернутся. К тому же у меня Палыч.

- А что за Солнце? Она не твоя мама?

- Нет, моя мама умерла родами, я её не знала, а Леночка - вторая жена отца.

- А почему Солнце, а не по имени? – продолжал он допытываться.

- Вот что ты за человек такой, все тебе нужно выяснить, – возмутилась я.

- Профессия накладывает свой отпечаток, - пожал он плечами, - расскажешь?