Помоги проекту - поделись книгой:
– Как думаешь, что произошло в саду?
– Не знаю, но безумно жаль, что я не была там, могла бы теперь попасть на личный допрос к архонту.
– А я рада, что хотя бы увидела его в полном обороте. Он такой… невероятный. Одно слово – архонт.
– Да, в полтора раза больше обычного дракона.
– А мне кажется, ещё больше.
– И тьма на его крыльях так эффектно развевалась. Сумрачные драконы самые красивые.
Захотелось стукнуться головой о что-нибудь: даже в читальном зале не было покоя от архонта Рэйдана Монтемора, пусть он лично и не присутствовал.
Он вообще был сейчас очень занят.
А в тот день Рэйдан посмотрел в окно и отступил, видимо, впечатлённый моим послушным отбыванием наказания, и только когда в комнату снова хлынул свет, а драконище взмыл в небо, паника начала отступать, и у меня заработал мозг.
Пульс Рэйдана я могла не прощупать от волнения. В оцепенение он мог впасть не из-за моего удара (хотя на обед, куда меня выпустили из-за необходимости взять показания, он явился с зачёсанными на ушибленную скулу волосами), а из-за Ведьмы.
И узор с запястий исчез потому, что консумации не произошло. Точнее, не исчез, а стал прозрачным и неопределимым. В тот момент я просто не вспомнила о таком нюансе брачного ритуала. Сейчас меток не видно, и если за год брак не подтвердить, они окончательно сотрутся с наших душ.
Отличный повод без всяких чешуйчатых помех сдать тест и потом обстоятельно всё обдумать! А то у меня стресс от внезапного появления мужа с высотой холки в три этажа, вон, даже кошмары снятся не об экзаменах, а о лопате, то есть, драконе.
Что до Рэйдана – он подрядил хранителей академии выяснить, кто находился в саду на момент происшествия. Не знаю, как это объяснил, но о Ведьме и брачном ритуале никто не упоминал, зато многие мечтали попасть к Рэйдану на допрос. Или досмотр с пристрастием (слышала, как две студентки шептались об этом за стеллажом с художественной литературой).
Возможно, Рэйдан не хотел пугать студентов Ведьмой, а о браке не упоминал из-за намерения тихо расторгнуть его через год, или просто этого не помнил.
Или совсем ничего не помнил. Но по опросам свидетелей список девушек составляли уже второй день, а я – я, с самым честным видом заявив хранителям академии, что ничего не видела из угла комнаты для наказаний, с тех пор ещё усерднее учила. Потому что брачная метка могла спасти меня от лишения магии (правда, не знаю, сработает неконсумированная или нет – клеймо всё равно останется до срока приговора), но не от наказания за провал задания.
Четыреста вопросов теста.
Проходной минимум – шестьдесят процентов. Итого – двести сорок вопросов.
Списать ответы я успела на сто два. На оставшиеся сто тридцать восемь не всегда понимала даже, в каком разделе ответы искать. Это хуже, чем пытаться пройти институтский тест по языку, который не учил: на Земле какие-нибудь «образования диахронного плана» можно поискать в сети, а здесь надо рыться в справочниках и учебниках.
Записи самой Леяны были не систематическими и с убойным количеством сокращений, а остальные студенты записями со злобной и беспринципной делиться отказывались. Поэтому я прописалась в библиотеке.
Какой Рэйдан? Какие мысли о браке? Какая Ведьма? Мозг трещал от впихиваемой информации. Это самая страшная сессия в моей жизни.
– А вы заметили, что архонт Рэйдан сейчас ищет именно девушек? – студентка даже не потрудилась снизойти до шёпота.
Послышались вздохи и смешки, встревоженное:
– Неужели влюбился в таинственную незнакомку?
Рэйдан не отпускал девичьи умы, и никто не обратил внимания, что два студента не вернулись из дикого Лабиринта, а остальные попали в больницу. Пусть на фоне сорока тысяч обитателей академии и такого завидного жениха ни двое, ни даже восемь студентов не кажутся большим числом, можно хотя бы ради приличия умерить любовный пыл.
Посмотрела на стопки книг: они окружали меня, грозя похоронить под собой. Посмотрела на шестьдесят два вопроса, смысл которых улавливала с трудом… почему все болтают о Рэйдане? Им что, учить не надо? Или они любят магические наказания?
«Вопрос 207. Перечислите влияние на заклинания смешанных стихий модально-экспрессивных оттенков в заключительной части формулы».
«А-а-а!» – мысленно закричала я.
«Ничего не знаю, отстань!» – заголосил мозг.
– Если бы архонт Рэйдан влюбился в незнакомую девушку в саду, она бы не убежала.
– Так кого и зачем ищет архонт Рэйдан? Давайте делать ставки.
– А я бы сделала ставки на то, сколько девушек на самом деле было в саду из тех, кто об этом заявил.
У меня дёрнулись губы: о да, едва Рэйдан объявил о поисках, вдруг оказалось, что в саду гуляло более тысячи девушек. Теперь их проверяли. В принципе, кто там был, сейчас гадали уже все, выспрашивали и сравнивали показания.
– Бэсси, Каре и Акель так повезло: им уже назначили встречу с архонтом Рэйданом. Вот бы оказаться на месте одной из них. Или всех по очереди.
Послышались хихиканья. И это – читальный зал, в теории тихое место.
– А что, если архонт Рэйдан присматривается к ним… ну, в этом плане?
Снова хихиканья.
– Тогда почему выбирает именно из тех, кто был тогда в саду?
– Думаю, – прозвучал неожиданно резкий девичий голос, – на архонта Рэйдана напали какие-то сумасшедшие, порвали его одежду на сувениры и сбежали, пользуясь его нежеланием обижать девушек. И он теперь ищет виновных.
В читальном зале вдруг стало блаженно тихо.
Я приподнялась посмотреть на здравомыслящую студентку с хорошим чувством юмора. На неё смотрели все, так что она нашлась сразу: бледная круглолицая девушка с пепельными волосами и задвинутыми на макушку очками. Я не видела, чтобы она болтала с остальными, но я в принципе мало кого замечала из-за подготовки к тесту.
«Ксанта Эльдари, заучка несчастная», – подбросила память Леяны.
Девушка окинула всех жёстким взглядом – мне показалось, что на мне она его задержала чуть дольше – и спокойно вернулась к учебникам. Кажется, пристальное внимание окружающих её не смущало.
После отповеди Ксанты в читальный зал вернулась тишина. Немного взбодрённая коротким сном, я зарылась в справочники и выписывала нужное. Всё шло хорошо.
Заполнив лист убористым почерком, отложила его и потянулась к книге, но взгляд зацепился за записку.
Она была под верхним листом и теперь оказалась на виду.
Корявые, будто специально искажённые буквы задрожали и стали испаряться.
Дольше всех держалась фраза:
Из-за упоминания зеркала сомнений в том, что послание адресовано Леяне, не оставалось.
А теперь на её месте я. И денег она мне не оставила.
Глава 6. Загадочный дракон
В круглых окнах вагончика на шесть сидячих мест мелькали здания академии, парки, аллеи. Солнечный свет мерцал на латунном сетчатом полу, подсвечивал цилиндры белых магических кристаллов на стенах. Я задыхалась. Лёгкие горели после забега к остановке, руки, которыми вцепилась в поручень, норовили затрястись, а ноги гудели, но сесть я не решалась. Академический экспресс нёс меня по среднему кольцевому маршруту – так было быстрее всего добраться от общежитий моей кафедры до корпуса теоретических дисциплин.
Я сделала всё от меня зависящее, чтобы сдать тест. Всё, кроме того, чтобы явиться на него вовремя. Ну кто бы мог подумать, что можно уснуть, стоя под ледяным душем, всего на секундочку прислонившись к стене? Я не могла, поэтому перед выходом решила освежиться.
От полного опоздания меня спасли посыпавшиеся с полки стеклянные небьющиеся флаконы с шампунями. Со своего места их задеть я не могла, и как они пролетели метр от полки до меня, чтобы постучать по спине, я тоже не понимала, но была им благодарна.
Хотя к началу экзамена всё равно не успевала: остановку средней кольцевой и нужный корпус разделяли парк и ещё два корпуса с прилегающими территориями. Вот если бы я могла выпустить крылья и поддержать стабильный полёт, я бы даже проигнорировала ограничения на полёты над учебными секторами.
Ах, если бы я могла летать… Голова плавно склонялась к поручню, глаза закрывались. Вздремнуть бы секундочку, ведь никто не увидит: в основном студенты уже в аудиториях или ещё дома. И движение экспресса такое сладостно укачивающее…
Вагончик замедлялся, я потрясла головой. Влажная коса качнулась по спине – просушить волосы я не успела и собрала их в косу, которая теперь мочила надетую на экзамен мантию. Зевнув, подошла вплотную к латунным дверям и стала считать заклёпки, чтобы не заснуть.
Экспресс останавливался без скрипа тормозов, плавно. Я была на низком старте. Двери распахнулись, я бросилась наружу – и врезалась в мужчину, выбивая листы из папки в его руках. Он был, как стена, меня отбросило назад, но сильная рука удержала за талию, не давая опрокинуться.
– Да что ж ты не смотришь? – раздражённый, знакомый голос.
Мускат и сладость фиалки, золотые узоры на дорогой коже жилета. Такой же вышивкой был украшен стоячий воротник плаща. А ещё был знакомый подбородок, губы, нос и раздражённо прищуренные глаза медового цвета. Белые волосы Рэйдан Монтемор привычно зачесал назад, так как на его красивом лице не осталось ни единого следа близкого общения с лопатой.
Захотелось стать раза так в два меньше и нырнуть в кусты, хотя я подумывала рассказать ему об угрозах – он же тут самый крутой дракон, хранителей простимулирует, а то они меня не послушали. Ну или хоть откажется от проблемной лаборантки.
Ветер шелестел упавшими документами. Экспресс закрыл двери вагончиков и потащил их дальше по каменному полотну с выемками рельсов и латунными контурами двигавших экспресс магических усилителей.
Рэйдан мрачно покосился на уносящуюся вереницу вагонов. Кажется, он собирался прокатиться.
Он снова уставился на меня. Его ладонь на моей талии была очень горячей. Я по-прежнему опиралась на неё всем весом. Рэйдан потянул меня в вертикальное положение, и я практически уткнулась ему в грудь.
Это было слишком близко. Он что, вспомнил о брачных метках?
– З-здр… – в лёгкой панике попыталась поздороваться.
Рэйдан с шумом захлопнул папку, листы из которой вылетели от моего толчка. И я выдохнула: вспомни он о браке – давно бы встретился и поговорил, сейчас он просто злился из-за столкновения. Нотации читать начнёт, наверное, об уважении к архонтам напомнит.
Ветер подул сильнее, Рэйдан наступил на несколько листов ногой, не позволяя им улететь:
– Нужно смотреть, куда идёшь. И не выскакивать, как…
– Извините! – у меня не было времени выслушивать замечания, я отступила и, присев, стала быстро собирать листы. – Я исправлюсь.
Там были имена. Женские. С приписками «могла присутствовать», «маловероятно», «нет», данными о семьях и сокращёнными обозначениями. Некоторые имена казались знакомыми: Бэсси, Кара, Элиан. Потянула и листы из-под сапога Рэйдана, он приподнял ногу, и я, игнорируя отпечаток подошвы, сложила все листы вместе, протянула Рэйдану, выпалив:
– Извините. Возьмите. Я вас очень сильно уважаю, просто тороплюсь. Опаздываю на тест!
Только бы он не решил устроить мне выволочку прямо сейчас. Рэйдан хмуро смотрел на меня. Я с усилием раздвинула края захлопнутой папки, воткнула туда листы и бросилась в обход него, но Рэйдан сцапал меня за запястье и притянул к себе.
– Простите! – чуть не взвыла я. – Я правда, правда, правда очень тороплюсь, я…
Тьма всколыхнулась за его спиной, формируя мощные перепончатые крылья. Они заслонили собой солнечный свет, раскрылись на весь четырёхметровый размах.
– …я очень… – не знала, как ещё извиниться, чтобы он отпустил меня на экзамен.
От мысли, что после стольких усилий я на него просто не попаду, становилось плохо.
– Свет небесный, преломись, сферой полной обернись, укрой меня от взоров следящих! – голос Рэйдана прозвучал невообразимо мощно.
Всё вокруг задрожало, словно в мареве на сильной жаре, только жары не было. Лишь через мгновение осознала, что полностью поняла произнесённую Рэйданом магическую формулу. Я начинала понимать божественный язык!
Радость внезапного успеха отодвинула на второй план вопрос: а зачем это он спрятал нас от свидетелей?
Рэйдан обхватил меня за талию. Пара взмахов крыльями – и он поднялся над платформой. Одинокий листок его записей отлетел к кустам, я хотела сказать об этом – чтобы он приземлился, а я попробовала убежать, но Рэйдан вдруг сорвался с места, поднимаясь ещё выше.
Пискнуть не успела, как мы миновали парк. Медленнее полетели над учебным корпусом, и я сообразила, что мы движемся в нужную мне сторону.
«Да ну не может быть!» – но чем дальше, тем очевиднее становилось, что Рэйдан летел в сторону корпуса, где я должна проходить тест.
Это что, помощь? Или он узнал о метке?.. Или он просто не хочет, чтобы я отмазывалась от работы необходимостью пересдать тест?
И что Рэйдан попросит за свою помощь?
Он приземлился не у крыльца четырёхэтажного здания, в которомв котором будут сдавать тест, а на его черепичной крыше возле двери на чердак. Торчащие из папки листы трепетали на ветру, ветер раздувал мою мантию и плащ Рэйдана.
Теперь на тест я успевала – впритык, но успевала, только… Какую плату потребует Рэйдан? Вряд ли архонт по доброте душевной подвозит опаздывающих студенток, даже если планирует взять их в лаборантки.
Надо спросить, что я теперь ему должна.
– Можешь не благодарить, – Рэйдан развернулся, почти задев меня тьмой своих крыльев. Черепица поскрипывала, когда он спускался к краю крыши.
Оказавшись за пределами действия его скрывающих чар, я перестала его видеть, но знала, где он находится благодаря скрипу черепицы. Рэйдан остановился на краю крыши. И мне показалось, что теперь он смотрел на меня. Черепица снова скрипнула – и я поняла, что он улетел.
И как это всё понимать?
Я задумчиво смотрела в пустое небо над огромной академией…
Тест! Он же вот-вот начнётся!
Поделиться книгой: