Кодекс Охотника. Книга XI

Хан принимал ванну в большом золотом котле, под которым был разведен небольшой огонь, что поддерживал комфортную температуру. Это был персональный чан на одного. И нет, не из-за того, что золота не хватило. Просто должен же хоть на секунду Хан остаться без своих наложниц. Они стояли рядом, но им не разрешено было залезать в чан. Да и места бы там не хватило, если точнее.

Они кормили его клубникой и дольками фруктов со своих рук. Хан причмокивал, и блаженно щурился.

В дверь постучали, и командир личной стражи выглянул за дверь.

— Главный военачальник! — доложил он.

— Пусть заходит.

Военачальник зашёл. Ну, как зашёл... заполз на карачках, как обычно.

— Говори, — разрешил ему Хан и, на всякий случай, кинул в него клубникой. Он понял — клубника была спелой и сочной, и точно попала в лоб.

Но министр не осмелился вытереть раздавленный фрукт.

— Как вы и предсказывали, Ваше Великолепие, наши войска разбиты. Опозорившие ханство семьи, практически, полностью уничтожены.

— Летучие отряды принесли много добычи? — осведомился Хан.

— Простите! — яростно застучал головой об пол военачальник.

— Что такое? — всполошился Хан.

— Ни один летучий отряд не вернулся.

— Как не вернулся? — Хан удивленно приоткрыл рот, и кусочек недожеванной дыни вывалился в чан.

Наложница тут же засуетилась, вылавливая фрукт из священных вод, в которых покоилось жирное тело Хана.

— Не могу знать, никто не вернулся.

— Вонючие шакалы! — выругался Хан. — Как так-то?! Они же должны были отвлечься на армию, а летучие отряды привести мне новых наложниц и хорошую добычу.

Он недовольно покосился на присутствующих девушек, и те в ужасе задрожали, зная его мерзкий характер.

— Ладно, живите пока, — сказал он. — Новых всё равно нет. До следующего набега я не буду отрубать вам головы.

Девушки продолжили трястись, но на этот раз от радости.

— Это плохие новости, очень плохие!

— Не вели казнить, о Светлоликий!!! — снова забился в истерике военачальник, продолжая биться головой о каменный пол.

Теперь лоб у него был красный не от клубники, а от рассечённой брови.

— Прекрати, — сказал Хан. — В чём причина такого провала?

— Не могу знать, Ваше Великолепие! Никто не вернулся.

— Мой сынок, опозоривший Род, погиб?

— Не вели казнить!!! — снова заорал военачальник и, походу, решил самоубиться ударами головой об пол.

— Да трахни тебя лошадь! — заорал Хан, — Ну-ка, поднялся на ноги и ответил!

— Ваш сын попал в плен...

— Что-о-о?! — Хан приподнял свои жирные телеса из железного чана. — Отрубить ему голову!

Вжик!

— А, нет, стой! Шайтан... — разочарованно сказал Хан. — Ну, вот куда ты так торопишься?

Он укоризненно посмотрел на своего славного телохранителя.

— Не вели казнить!!! — здоровенный воин упал на пол.

— Да что с вами не так... — сказал Хан. — Ты-то тут причём? Кто там за дверью? Скажи, что этот поломался. Нам нужен новый докладчик.

Новый докладчик повторил всё тот же нелепый спектакль, что и предыдущий. Он вкратце рассказал, что его сын попал в плен к местному барону.

— Хм-м-м... — сказал Хан. — И что, поступало какое-то требование выкупа или чего другого?

— Молчат! Неделю, как молчат, — сказал испуганный новый исполняющий обязанности военачальника.

— Странно... Ладно, с этим разберемся позже. Доложи этим китайским драконолюбам, что мы сделали всё, как они просили. Но сил оказалось недостаточно. Потребуй то, что они обещали в двойном размере.

— О, Великий Хан! А если они узнают, что мы послали провинившиеся семьи без тех артефактов и оружия, что передали нам китайцы?

— А как они узнают? — широко улыбнулся Хан. — Я им не расскажу. А ты?

— Не вели казнить!!! — снова бухнулся незадачливый подчиненный.

— Как же вы меня задолбали! — уже в сердцах воскликнул Хан. — Я вот тебе просто сейчас отрублю голову ради принципа. Я что — дурак, использовать лучшие артефакты и техники, зная, что это провальное наступление. Как бы я иначе утилизировал всех неугодных? Нет, на этот раз мы сформируем Великую Армию Великой Степи, и я поведу её лично! — Хан на секунду задумался, мечтательно задрав свой взор. — Нет, наверное, не я. Мой старший сын! А я тут посижу. Здесь у нас будет штаб, — глубокомысленно заметил он.

— Как мудро, о Светлоликий! — тут же прокомментировал это новый военачальник.

— Да, спасибо, я знаю. В общем, китайцам скажи, что мы мудро сражались, но все наши войска пали под превосходящими и значительно лучше укомплектованными частями имперцев. Но! — он многозначительно поднял толстый, как сарделька, палец, — Мы их знатно потрепали! А если китайцы дадут нам еще оружие и артефакты, то следующей волной мы сметем их окончательно. Всё запомнил?

— Так точно, Ваше Великолепие!

— Ну всё, иди, исполняй.

Хан снова опустился в чан, лениво оглядел своих наложниц и тяжело вздохнул.

— Ну вот, дожился... Второй раз одних и тех же трахать. Эй, ты! — кивнул он стройной блондинке. — Подготовь моё любовное зелье. Я не дам вам сегодня уснуть всю ночь. Мой план скоро свершится. Сначала мы отберём Сибирь у имперцев, а потом дойдёт черёд и до этих жёлтых драконолюбов. Какой же я всё-таки гений!

Глава 2

Всего три дня... Именно столько времени у меня должно было быть, как я думал. Должен был состояться рейд в степь, и это было серьезное событие, на которое уже готовились вся моя гвардия. Волчара не то, что рвал и метал. Нет... Он вообще слетел с катушек, и без передышки гонял своих людей. Мне даже кажется, лучше я сам отправлюсь в этот рейд, если он так дальше продолжит издеваться над людьми. И это только в первый день. Меня он тоже достал здорово достал. Здесь нужно новое оружие... Там вышла новая модель винтовки, её можно быстро заказать вот здесь… Она нам очень пригодится... А сколько речей я выслушал об износе нашей техники… Ему кажется, мол, что в одном из «Буревестников» стучит правая сторона. Даже Шнырька не нашел там проблем, а ему стучит... Все должно быть идеально у него в этом рейде.

А мне плевать на эту «идеальность». Хотя я и любил свою элитную транспортную группу, состоящую из трех «Буревестников», но честно говоря, это просто транспорт, и он ничем не отличается в бою от меча или крепкой брони. Защищает твою жизнь, это да, но если меч ломается, ты должен научиться убивать голыми руками. Я умел... На крайняк, мог ездовое животное призвать. Ну, как ездовое... Каманийский ящер вполне может удержать меня на своей спине, а если не захочет слушаться, то получит по своей спине от меня кулаком, и если не помрет после этого, то точно станет послушным.

В общем, все шло, как шло, и я уже подумал, что утону в рутине, но снова был не прав. Ко мне прилетел крик о помощи, а затем сигнал тревоги. Вот от кого-кого, но от Красивой я такого не ожидал. Это было настолько неожиданно, что я рванул туда посреди ночи, и даже взял с собой Бурбулиса. А все мои питомцы были подняты по боевой тревоге. Вдруг это нападение или специальная акция, чтобы выманить меня из дому? Анна мирно спала и даже не подозревала о текущих событиях. Возле ее двери дежурили Дегенерат с Затупком. Кроме того, все поместье, помимо моей гвардии, охранял сам Один.

Прибыв на место, я первым делом отправил Шнырьку, чтобы подбить потери. К счастью, мои самые страшные опасения не подтвердились.

— Я не чувствую крови... — сказал мне Бурбулис, сидя возле меня в «Буревестнике».

Не знаю, как он ее ощущает, но часто так говорит. Может это его родовой Дар, или еще что-то из его мира, но я не вижу в этом магии.

— Крови нет... Но потери есть...

— Раз ты так говоришь, значит они небольшие, — хладнокровно подытожил Бурбулис.

Вот тут, с какой стороны посмотреть.

— Три сотни павших…

— Три? Рабочие пострадали? Есть выжившие? Кто это сделал? Почему я не чувствую крови? — забросал он меня вопросами.

Вот тут я не знал, как ему все рассказать.

— Дело в том, что пострадали... — взял я паузу. — Детишки Красивой... Она в печали…

Кровавая аура убийства заволокла весь Буревестник, и я едва успел выставить свою ауру, чтобы накрыть ею Москаленко, который сегодня был нашим водителем.

— ОНИ... ПОСМЕЛИ... ТРОНУТЬ МОЮ МУРАВУШКУ?! — на моей памяти это в первый раз, когда он потерял контроль над собой.

Глаза горят, и легендарный боец хочет убить того, кто это сделал.

Пришлось привести его в чувство старым способом, а то он уже не реагирует на мои слова. Способ древний и очень надежный, им еще первые люди пользовались. Удар в челюсть.

— Полегчало? — потирая ушибленную руку, спрашиваю я у него.

— Угум... — он проверил подбитую губу на наличие крови, и ответил он мне. — Шпашибо…

Хм... Неужели я превратил его в Шнырьку?

— Ты не шути так, я же вроде не сильно бил.

Тут я лукавил. Удар был таким, что надо, ведь Бурбулис стал очень сильным. С тех пор, как ему больше не нужно постоянно находиться в картине, он стал расти в силе, и немного в животе. Сказалась сытая и спокойная жизнь, в которой больше нет ежедневных сражений.

То, что он так разозлился, было неудивительно. За время, проведенное в подвале, он крепко подружился с Красивой. Он был тем, кто заточен в картине на долгие века, а она той, которая всегда была изгоем. Вот и спелись они...

— Пошли проверим, что там, — пока он снова не закипел, решил занять его, как минимум, ходьбой.

Мы шли медленно, опоздать я не боялся, там все было уже под контролем. Пока шли к горе, я набрал Волка, который остался дома, и сообщил, что все в порядке, и они могут расслабиться. Идти нам было далековато, и Бурбулис предлагал перейти на бег, но я его постоянно успокаивал. Я уже знал, что там произошло, и не видел смысла спешить. Когда мы подошли к нужному месту, он увидел побоище и Красивую, то снова психанул, и помчался к ней.

Красивая сидел у стены, с гордой поднятой головой, но очень грустная... Бурбулис воспринял это, как переживание за потерянное потомство, но это было далеко не так. Она сейчас больше переживает за свою слабость. Ей не понравилось, что не смогла справиться сама, и пришлось меня побеспокоить.

Правда, я ее совсем не виню. Сам пока еще не понимаю, что это они там такое пробудили. А все дело в том, что в глубине горы часто встречаются пустоты и пещеры. Но чтобы в этой пещере жило странное одинокое создание, наверное, нет...

Существо было похоже на помесь носорога и гиппопотама. Это по структуре тела. Его тупая морда имела два рога возле глаз, отчего напоминали вилку для мяса. Затем было еще интереснее. Зачем природа придумала дать этому существу броню? Все его тело было усеяно бронированными костяными пластинами и, судя по всему, невероятно прочными. Ни одной царапины там не было, при том, что в бой вступила сама Красивая. А она далеко не слаба. Пластины были расположены таким образом, чтобы не оставлять незащищенных мест, и двигались гармонично по всему телу при малейшем движении. Да что говорить о крепости тела, если прямо сейчас это чудище настиг Бурбулис, и ничего ему сделать не может. Он, как ветряная мельница, сейчас размахивает своей шпагой, нанося удары со скоростью ветра.

Я подошел к Красивой и погладил ее, даруя спокойствие и уверенность в себе.

— Ты молодец! — похвалил ее. — Все сделала, как надо.

Она, и вправду, молодец. Когда поняла, что сама не справится, и существо может выйти наружу, с помощью своего выводка отвела его в сторону, противоположную от выхода, и все это ценой их жизни. Красивая жалобно подняла на меня свою голову, словно спрашивая «Точно?» Сомневается девочка, вероятно думает, что подвела меня.

— Бывают в жизни противники, которые нам не по зубам. Тогда мы отступаем, а затем возвращаемся с неприятным сюрпризом. Для врага, конечно!

Красивая повеселела, и я оставил ее здесь управлять своим выводком, который уже в шесть рядов выстроился, и готов принять бой. Правда, думаю, что это не пригодится, там уже беснуется Бурбулис, пытаясь порубить тварь в салат.

Удачно я его взял с собой, однако. Зайдя в пещеру, я принялся все вокруг внимательно рассматривать. Странное место. Здесь не было слишком много места, и завалов не было. А значит, пещера всегда была закрытой. Откуда это чудо здесь взялось? Из Разлома? Но почему оно тогда не ломало стены? С другой стороны, без помощи Красивой и ее выводка до свободы было бы ему далеко. Так можно голову разбить, и ничего не добиться.

— Сандр, мне срочно нужна новая шпага или меч! Это позор!!! Я не могу пробить ее броню!!!

Понимаю его волнение, но фиг ему, а не шпага. У него и так она есть, возможно, даже получше, чем у некоторых Императоров. Дело здесь совсем не в шпаге!

— Ты бы еще против «Буревестника» вышел с голой пипиркой, — закричал ему с безопасного места на выступе, куда уселся и наблюдал.

Он мне ничего не ответил, и поменял тактику боя, все еще не оставляя своих попыток завалить тварь.

Глядя на эту битву, я глубоко набрал в легкие воздух, и выдохнул. Ностальгия... Вот раньше я также поступал, когда был слаб, а тварь была неизведанной. Бурбулис два часа сражался с ней, но затем сдался, и оказался рядом со мной в безопасном месте. А под нами тварь молотила своей башкой о своды пещеры, пытаясь спустить нас на землю.

— Вот никогда этого не говорил, но я сдаюсь... — выдохнул Бурбулис. — Эта тварь неуязвима.

— Думаешь? — безмятежно спросил я у него.

Бурбулис сразу просек, что здесь что-то не так.

— Ты уже раньше встречал таких?

— Не-а... — спокойно покачал я головой. — Подобных — да, но конкретный этот вид — нет.

— Значит, как ее убить, не знаешь... Плохо, нужно подумать, как не дать ей выбраться отсюда.

Какой он наивный.

— Сиди и смотри! — махнул на него рукой. — Тоже мне мечник... — лицо исказилось в иронической улыбке.

Расставляю руки в стороны, и прыгаю вниз, прямиком на тварь. Она видит меня, и уже радостно раскрывает свою пасть, которая достаточно большая, чтобы одним укусом перекусить меня пополам.

В полете начинаю использовать самую простую магию и техники. Первой была «Вспышка». Дальше «Шальной Огонь» — это тоже самое, только со множественным повторением. Затем техника «Светляка», что кроме света, давала еще и жар, и в конце концов, я стал призывать души светляков, давая им тела.

Тварь, как будто током ударили, и она отскочила назад, замотав головой, а затем ее начала бить мелкая дрожь, перерастающая в судороги. Пока она стояла на одном месте, я медленно, но уверенно подошел к ней, и вонзил свой клинок в ее сердце.