Помоги проекту - поделись книгой:
От неприятных воспоминаний отвлекает радостный голос Натальи Петровны. Она как раз заводит меня в гостиную, где стоит большой стол, точно так же обильно уставленный разносолами, как и у ее сестры. Обе женщины явно очень хлебосольные.
— А где Илюха? — тут же уточняет Ромка. Он уже пристроился рядом со столом и что-то жует. Тетя сразу пеняет ему:
— Ромочка, ты зачем кусочничаешь? Сейчас придет твой брат, и все вместе сядем за стол. Он на пару минут в магазин вышел.
Дальше женщина начинает расспрашивать племянника о жизни. Ольга Петровна присоединяется к ней, и они втроем заводят оживленный разговор. Чувствуя себя лишней, тихо покидаю гостиную и сворачиваю в ближайшую открытую дверь. Оказываюсь в просторной комнате, по виду похожей на гостевую. Прохожу к окну и разглядываю ухоженный двор с многочисленными клумбами и даже небольшим кусочком газона, на котором установлены садовые качели. Несколько минут так и стою, опираясь о подоконник. Как вдруг слышу за спиной хриплый голос, вздрагиваю и резко поворачиваюсь.
— Это моя комната. В смысле, раньше была, до ремонта, — Илья стоит в дверях, привалившись плечом к косяку. Поза вроде бы расслабленная, но исходящее от него напряжение все равно ощущается.
Глава 7 Яна
Рассматриваю его. Они с братом мало похожи. Все же Илья очень мощный. Выше Ромки примерно на полголовы и гораздо шире в плечах. Джинсы хорошо подчеркивают сильные ноги, а футболка облегает подкачанный торс. Надо и Рому наконец уговорить ходить в спортзал. Абонемент я ему давно подарила, а вот времени он никак не найдет. Чаще всего одна там зависаю. Ромка предпочитает отрываться за компьютерными играми. Нет, он много работает и отлично зарабатывает. И по дому всю мужскую работу с удовольствием делает. Мы совсем недавно начали жить вместе, и мне не в чем его упрекнуть. Только отдых предпочитает неактивный. Но это такие мелочи. Главное — мой жених заботливый и внимательный. Ценит меня и всячески балует.
Илья вдруг отталкивается от косяка и подходит ближе, чем вырывает из размышлений о брате. Я все еще молчу, не понимая, как с ним общаться. Полезнее было бы установить контакт, но мешает внутреннее сопротивление и обида из-за его вчерашнего поведения. Тем временем Илья останавливается напротив, с минуту хмуро разглядывает меня и спрашивает:
— Давно знаешь Ромку?
Фактически, это наш первый разговор, а он сразу переходит на "ты". И тон такой требовательный, словно имеет на это право. Рома вчера упоминал, что Илья заменил ему отца. Сейчас я как раз чувствую себя перед суровым отцом парня, которому нужно знать все подробности. Вот только Илья на самом деле не отец. А мы с Ромой уже давно не дети, чтобы отчитывать нас или что-нибудь требовать. Живем отдельно, финансово самостоятельны. И все в нашей жизни будем решать сами. Видимо, эти мысли как-то отражаются на моем лице. Карие глаза недобро прищуриваются и впиваются в меня, словно пытаясь заглянуть глубже, куда не собираюсь их пускать.
Ради Ромы сдерживаю желание послать мужчину подальше. Надо попытаться хотя бы создать видимость нормальных отношений. Отвечаю чуть хрипло, но вполне нейтрально, без вызова:
— Почти год.
Почему-то эти простые слова вызывают огненный всплеск в мужских глазах. Их словно заволакивает темная дымка. Странное зрелище и очень затягивающее. Или это Илья не на слова так отреагировал? А на что тогда? На мой голос? Не понимаю. Я бы сделала шаг назад, чтобы увеличить дистанцию. Между нами вроде бы нормальное расстояние, но ощущается, как будто он вторгается в мое личное пространство. Только бедрами уже и так упираюсь в подоконник, отступать некуда. Невольно подбираюсь и задираю выше подбородок. Мне приходится смотреть вверх, иначе уткнусь носом ему в грудь. И меня вдруг мгновенно прошибает очень ярким желанием действительно уткнуться в мужскую грудь лицом и втянуть носом его будоражащий запах. Тот, что еще не успела забыть. И что так хорошо ощущается сейчас.
Не понимаю как, но Илья будто считывает это мое неожиданно возникшее желание. Дергается вперед, но все же остается на месте. Его тело напрягается, словно он еле удерживает себя. Только от чего? Недоуменно всматриваюсь в карие глаза и пугаюсь того, что вижу. Нет там сейчас никаких янтарных крапинок. Только темная бездна, в которой бурлит так много всего. Но отчетливо различаю всю ту же злость. Остальное, что мне чудится, слишком странно и невозможно. Скорее, поверю, что это какая-то изощренная проверка. Илья на секунду прикрывает глаза. Делает глубокий вдох и выдох. Я лишь завороженно наблюдаю, как приподнимается и опускается мощная грудная клетка. А потом спрашивает неожиданно глухим голосом:
— Сколько из этого встречаетесь?
На мой взгляд, вообще не его дело. Но помедлив, все-таки отвечаю:
— Шесть месяцев.
— Живете вместе? — на мой кивок он морщится и хрипло уточняет: — Как долго?
— Чуть больше месяца, — говорю раздраженно и не выдерживаю: — Может, уже хватит допросов?
— Не хватит, — нагло заявляет этот тип. — Всего месяц вместе и уже решили пожениться? Не слишком быстро?
— Думаю, нам решать, быстро или нет, — отрезаю холодно. Больше не стараюсь изображать дружелюбие.
— Конечно, вам, — усмехается мужчина. — Только если разбежитесь, переживать будет его мать.
— Мы еще даже не поженились. И разбегаться точно не собираемся, — произношу с вызовом, показывая, что разговор мне надоел.
— Вижу, у тебя серьезные планы, — издевательски продолжает Илья, отчего мое раздражение перерастает в тихое бешенство. — Только планами они могут и остаться, — по-моему, это уже почти угроза. Да что ж ему так неймется?
— В любом случае, это наши планы, — чеканю ледяным тоном, глядя ему прямо в глаза. — Мы с ними и разберемся! А вас они не касаются, — посчитав, что с меня достаточно, шагаю к двери. Но когда прохожу мимо, Илья вдруг протягивает руку и крепко хватает за запястье. Кожу снова обжигает огнем, будто через нее пропустили электрический разряд. Прямо там, где его пальцы касаются моей руки. По телу мгновенно распространяются мурашки. Не хочу, чтобы он это почувствовал, и резко выдергиваю руку.
— Не надо меня трогать, — выдавливаю с угрозой. — Роме это не понравится.
Несколько секунд Илья напряженно вглядывается в моё лицо. Хмурится и отвечает:
— Ромке может многое не понравиться.
Не собираюсь уточнять, что он имеет в виду, и быстро выхожу из комнаты.______________Приглашаю еще в одну мою историю, где также сильно кипят страсти)) И тоже есть главы от мужского лица: "Для тебя моё сердце"
Глава 8 Яна
За столом меня сажают между двумя братьями. Видимо, хозяйка решает, что так будет лучше. Но для меня это точно не лучшее решение. После нашего разговора я не то что за столом, в одной комнате с братом жениха оставаться не хочу. К тому же слишком хорошо чувствую тяжелую энергетику с той стороны, с которой сидит Илья. И это сильно утомляет. Уже успела устать от того, что так четко ловлю его эмоции, и пытаюсь не обращать на них внимание. Но почему-то ничего не получается. Мы будто настроены друг на друга. Или это только я настроена? Нет, кажется, мое раздражение он тоже чувствует. Просто ему плевать.
Надеясь справиться с эмоциями, поворачиваюсь к Ромке. Лучше переключиться на него и полностью игнорировать его брата. Тяну ладонь к его руке и переплетаю наши пальцы. Рома подтягивает меня ближе к себе, обнимает за плечи и легко скользит губами по скуле. Справа опять полыхает огнем. Прямо ощущаю, как волны злости докатываются до меня, вызывая дрожь. Напрягаюсь, и Ромка сразу меня отпускает. Бомбардирующий справа поток недовольства тут же отключается. Вздыхаю с облегчением. Мои попытки отвлечься, к сожалению, привели к обратным результатам.
Глядя прямо перед собой, сосредотачиваюсь на неторопливом разговоре Ольги Петровны и ее сестры. Из-за всех этих волнений и неприятного соседства кусок не лезет в горло. Хозяйка дома замечает это и огорчается:
— Яночка, что ж ты ничего не ешь? Я так старалась!
— Спасибо большое, — выдавливаю улыбку. — Все очень вкусно! Вот этот пирог, особенно. С удовольствием съем еще.
Женщина не скрывает радости от похвалы, подкладывая огромный кусок мне на тарелку. И снова возвращается к прерванному разговору. Зато ее сын отчетливо хмыкает прямо у меня над ухом, от неожиданности я опять дергаюсь. Это уже переходит все границы. Окончательно разозлившись, быстро расправляюсь с пирогом, встаю из-за стола и сообщаю, что хочу немного проветриться. На этот раз отправляюсь на кухню, чтобы снова случайно не попасть в какое-нибудь помещение, связанное с Ильей. Но оказывается, от него так просто не избавиться.
Через несколько минут он собственной персоной заходит на кухню. Включает чайник и останавливается напротив. Нас разделяет лишь кухонный стол. Не могу понять, почему он не оставит меня в покое. Губы Ильи кривятся в усмешке, но в глазах стоит уже привычная мне злость.
— Давай, хотя бы попробуем общаться, как родственники, — говорит глухо.
— Мы пока еще не родственники, — не скрывая раздражения, отвечаю я.
— Может, и не станем, — задумчиво произносит Илья. Наверное, прикидывает, как нас с Ромой развести. Молчу в ответ, отказываясь снова развивать эту тему. Не хочу доставлять ему удовольствия. Просто с вызовом рассматриваю его лицо. Немного резковатые черты, но по-мужски привлекательные. Ямочка на подбородке, украшенном отросшей щетиной. Четкий контур губ. Осознав, куда пялюсь, поднимаю глаза выше и встречаюсь с темным взглядом. Мерцающие в карих глазах крапинки янтаря снова завораживают меня. Внимательно рассматривая их, на минуту забываю обо всем. Илья вдруг резко выдыхает и отводит взгляд. Вижу, как нервно поднимается и опадает его грудь. После недолгой паузы он кривится и говорит с невеселой усмешкой:
— Кажется, я должен тебе бутылку пива.
— Ничего ты мне не должен. Пиво было Ромкино, а не мое. Я его не пью.
— А что ты пьешь? Вино? — уточняет он, снова уставившись мне в глаза.
— Очень редко. Обычно просто воду. Но я люблю хорошую, родниковую.
— Я знаю, где можно достать такую. Завтра привезу, — Илья не отрывает от меня взгляда. И опять не понимаю, что он задумал. Какое ему дело до того, что я люблю, если он всем своим поведением дает мне понять, что я тут нежеланная гостья.
— Нет, — резко качаю головой. — Не надо. Ничего не надо, — и быстро выхожу из комнаты.
Все оставшееся время, пока мы находимся в этом доме, держусь рядом с Ромкой. Не хочу больше оставаться с его братом наедине. А когда снова садимся за стол, уже перенакрытый к чаю, замечаю, что Илья пересел на другое место, прямо напротив меня. Теперь мне с трудом удается избегать его мрачного взгляда. Приходится почти все время держать голову повернутой в сторону, что совсем неудобно. Особенно, когда ко мне обращается Ольга Петровна, сидящая справа от меня. Отвечая ей и отводя глаза, сразу натыкаюсь взглядом на ее племянника и еле заметно вздрагиваю.
Наконец утомительный вечер подходит к концу, мы с Ромкой и его мамой отправляемся в прихожую. Уже у двери Наталья Петровна вручает нам целый пакет пирогов, посетовав, что мы так мало съели. Ее сын торчит здесь же, опираясь о стену. Ромка обращается к нему:
— Ну что, завтра мы с Яной начнем экскурсию. Присоединишься?
— Уверен, что не помешаю? — уточняет Илья после некоторых раздумий.
— Конечно, уверен! Яна тоже не будет возражать, — решает за меня жених. А у меня внутри загорается красная лампочка. Он должен был сначала спросить! Илья переводит вопросительно-насмешливый взгляд на меня. Ждет, что при всех начну возражать? Не дождется! Отправляю в ответ многозначительное молчание и иронично задранную бровь. Они оба не оставили мне выбора. Отказываться от предложения при Ольге Петровне и ее сестре было бы слишком грубо. В карих глазах загорается вызов.
— Хорошо, — решается Илья. — На чем поедем? Ты же не вокруг дома собрался экскурсию водить?
— Ну, я думал о такси, — тянет Рома.
— Это неудобно, — отрезает его брат. — Ладно, завтра возьму в прокат машину. С утра подъеду к вам. В девять будет нормально?
— Может, позже? Яна не любит рано вставать, — замечает мой жених. И хотя это правда, мне хочется заткнуть ему рот. Даже если он думает, что заботится обо мне, вот так запросто сообщать личные подробности чужим людям неправильно. И конечно же Илья, услышав эти слова, снова обжигает меня мрачным взглядом.
— Ничего, как-нибудь справлюсь, — заявляю с вызовом. — В девять подойдет.
— Ну и отлично, — глухо произносит мужчина и скрывается в коридоре.
Глава 9 Илья
Остаток дня и ночь проходят под девизом «усмири свой гнев». Вот только ничего у меня не получается. Я злюсь на мать за дурацкую легенду, которая теперь гвоздем торчит в мозгу. На себя, за то что впервые так реагирую на женщину, как идиот или сопливый юнец. Никогда раньше не бегал ни за кем. На брата тоже злюсь, что опередил меня. Познакомился с Яной и почти окольцевал эту строптивую птичку. Мы действительно в свое время были очень близки. По крайней мере, я так думал. А Ромка даже не рассказал, что у него появилась невеста. Наверное хотел сделать сюрприз. И сделал! Такой, что теперь не знаешь, что предпринять. И на главную причину всего этого бардака я тоже злюсь. Свалилась мне на голову вся такая красивая, неприступная и несвободная и перевернула мою жизнь с ног на голову.
Вчера, когда застал Яну в своей бывшей комнате, меня едва не перемкнуло. Только вдвоем, с глазу на глаз, да еще и на моей территории. По отношению к ней из меня просто прут собственнические инстинкты, даже не ожидал от себя такого. Не то, чтобы раньше я приветствовал свободные отношения. Если женщина со мной, значит, только со мной. Но от ревности как-то отводило. Было однажды, что застал с другим, порвал без всякого сожаления и второго шанса. А с моим зеленоглазым видением все сразу пошло наперекосяк. Проблема только в том, что видение мне не принадлежит.
Ум это понимает, но душа и инстинкты требуют другого. В той комнате, наедине, меня ломало, настолько хотелось прикоснуться к ней. Вжать в свое тело так, чтобы между нами не осталось ни миллиметра. Попробовать на вкус сладость губ, от которых уже заранее сносит крышу. Усилием воли удержал себя, чтобы не наделать глупостей. Вместо этого устроил ей допрос про отношения с братом. Нехотя, с вызовом в зеленых глазах, она отвечала. А я не вслушивался в слова, зато наслаждался чуть хриплым голосом, который забирался прямо в душу. Переворачивал там все, проходясь наждачкой по взбудораженным нервам. А еще следил за движением соблазнительных губ. Понимал, что говорю с ней резко, настраиваю против себя, но ничего не мог поделать. Слишком сильно корёжило меня внутри.
Когда Яна попыталась сбежать, не выдержал и схватил ее за руку. Знаю, что испугал — почувствовал ответную дрожь. Это хоть немного остудило. Представил, каким монстром ей кажусь со своими непонятными претензиями. Ну да, она ведь не понимает, что со мной происходит. Еще бы и я сам понимал. После попытался смягчить впечатление. Все же Яна станет частью нашей семьи. Нам придётся общаться, хотя бы ради Ромки. Но все мои попытки летели к чертям, когда я видел, как брат по-собственнически прижимает ее к себе. Целует, касается так, как я не имею права. Хотелось рычать и убивать. И повыдергать Ромке руки. Самому стало стремно от бушевавших эмоций.
На дурацкую поездку я согласился, чтобы самому себе доказать, что не совсем слетел с катушек. Еще не полностью растерял мозги и братские чувства. Мне нужно привыкать, что Яна не моя. Видеть их вместе и учиться справляться с демонами, что бьются внутри. А еще заметил вызов в зеленых глазах и не смог не ответить. Эта женщина одним взглядом способна вить из меня веревки. Хорошо, что она пока не подозревает об этом. Возможно, моя вынужденная тактика наглого хама не так уж плоха. Позволяет нам обоим держаться на расстоянии друг от друга.
Ночью меня преследуют настолько реальные картинки восемнадцать плюс, что моим стояком можно гвозди забивать. После одной самой яркой почти рычу и вскакиваю с кровати. Шагаю в душ и снимаю напряжение, напоследок окатывая тело ледяной водой, чтобы привести себя в чувство. Ну а завтрак вообще превращается в пытку. Слушать, как мать шумно радуется за сестру и племянника, как нахваливает «милую» Яночку, и так тошно. А когда она переключается на меня и начинает выспрашивать о моих планах в личной жизни, едва не взрываюсь. Бросаю недоеденный завтрак и сбегаю из дома от греха подальше.
На улице изучаю местный рынок каршеринга, придирчиво просматривая отзывы. Еще не хватало возить Яну на каком-нибудь ведре. Сразу решаю, что для нее все самое лучшее. И очень жалею, что не взял свой внедорожник. Впрочем, тогда мы бы с моим видением не пересеклись на станции. Наверное, так было бы правильно: познакомиться с ней сразу как с невестой брата. Сработало бы табу и не дало отреагировать на нее так сильно. Но все это лишь в теории. Почти уверен, что никакое табу мне бы не помогло. Может, лишь, удержало от неадеквата. А сейчас меня закономерно воспринимают как исчадие ада. Любая бы нервничала, если бы ее ни с того ни с сего так встретили.
Машину я все-таки выбираю, перед поездкой тщательно осматривая. И подъезжаю к нужному дому за полчаса до назначенного времени. Звонить Ромке не хочу, мало ли от чего отвлеку. И от внезапно ярких мыслей о том, чем они могут заниматься рано утром в постели, жгучей ревностью сворачивает кишки. Нет у меня никакого права ревновать! Права нет, а ревность — вот она, грызет изнутри, не давая ни на чем сосредоточиться. Выскакиваю на улицу и раненным зверем наматываю круги вокруг машины. Хочется лишь одного: подняться наверх и убедиться, что мои мучения беспочвенны. Хотя бы в этот раз. И словно в ответ на мои немые просьбы из подъезда появляется брат.
Глава 10 Илья
Садимся с Ромкой в охлажденный салон, на улице слишком жарко. Брат сообщает, что Яна еще собирается, а он пока решил пообщаться со мной. Активно расспрашивает меня о работе и личной жизни. Почему-то она вдруг всем стала так интересна. Впрочем, меня теперь тоже интересует чужая личная жизнь. На эту тему и переключаюсь сразу после нескольких туманных ответов о себе. Пользуясь отсутствием Яны выясняю, как они познакомились, как сошлись. И внимательно наблюдаю за лицом Ромки, пока он рассказывает о невесте. Вот только для меня эти наблюдения нифига не радостные. Мечтательная улыбка и нежность в глазах говорят сами за себя. Никогда не видел его таким увлеченным. Наконец решаюсь на главный вопрос:
— Любишь ее? — уточняю хрипло.
— Люблю, — отвечает он, не задумываясь. И своими словами напрочь лишает меня выбора. С братом я соперничать не буду! Завяжу себя в узел, скручу в бараний рог, но отойду в сторону. Понимаю, что будет нелегко. Недоумеваю, как всего за день успел так глубоко провалиться, завязнуть в другом человеке? Нет у меня ответа. И выхода нет. Пока я мрачно копаюсь в своих мыслях, Ромка выходит из машины. Говорит, что Яна любит кофе по утрам, и пытается вспомнить, где тут поблизости кофейня. Уточняет, какой взять мне. Отвечаю и машинально спрашиваю, не успев прикусить язык:
— А Яна какой любит? — сразу же злюсь на себя и замолкаю, ожидая вопросов. Но Ромка их не задает, произносит спокойно:
— Латте с карамелью, — не видит ничего необычного в моем интересе, кроме банальной заботы о новом члене семьи. От такого доверия на мгновение обдает жаром стыда. Редкая эмоция для меня. А здесь накрывает. Представляю, что он скажет, если узнает хотя бы часть моих мыслей по поводу его невесты. А его мать? И моя? Какого черта все против нас? Впрочем, никаких нас тоже нет. И теперь уже не будет. Нет, нельзя разрешать себе думать о том, как все могло сложиться, если бы я встретил Яну первым.
Буквально через пять минут после ухода Ромки из подъезда показывается она. Выхожу на улицу, встречая девушку, и непроизвольно сглатываю. Идеальная фигура со всеми нужными округлостями упакована в узкие джинсы, обтягивающие шикарные ноги. Укороченный топ открывает небольшую полоску обнаженной кожи живота. Во рту сразу скапливается слюна. Вот как тут удержаться, когда руки сами тянутся к стройному девичьему телу? Когда невыносимо хочется прижаться губами к гладкой коже, ласкать ее языком. Попробовать на вкус. Сдавленно выдыхаю и поднимаю глаза выше. Прохожусь жадным взглядом по обтянутой топом высокой груди, шее, сжатым губам. Шоколадные волосы стянуты в высокий хвост, открывая точеные скулы, покрытые легким румянцем, и маленькие ушки, которые я мечтаю облизать. Наконец цепляемся взглядами и оба зависаем.
У меня не хватает сил прервать этот поединок. Яна тоже не отступает, бросая мне молчаливый вызов. Зеленые глаза вспыхивают, когда девушка в ответ пробегается взглядом по мне. В них мелькает что-то странное, что-то, что мне просто необходимо разгадать. Тайну, скрытую в ее мыслях. Что она обо мне думает? Какими словами про себя обзывает? Догадывается ли о причине моих метаний? Но Яна не оставляет мне времени и надевает солнечные очки, что до сих пор вертела в руках. Вполне демонстративно отгораживается от меня, вызывая слишком острое сожаление для того, кто собирается отойти в сторону. Мы оба молчим, не получается у нас даже изображать родственное общение.
— Доброе утро, — наконец словно через силу выдавливает она. — Где Рома?
— Ушел за кофе, — отвечаю лаконично, наслаждаясь хриплыми нотками в мелодичном голосе. Хочу, чтобы этот голос произносил мое имя, а не брата. Выкрикивал его на пике наслаждения. От одной мысли горячая волна кипятком ошпаривает внутренности. А я еще много другого хочу, связанного с зеленоглазым видением. Да только не обломится мне. Осознание кислотой разъедает душу, выводя меня на эмоции.
— Садись в машину, там прохладно, — говорю грубее, чем собирался. И открываю перед ней заднюю дверь. Яна игнорирует мой жест и качает головой:
— Не хочу. Куда Рома пошел? Схожу за ним.
— Не дури, потеряешься еще, — раздражаюсь я. — Ищи тебя потом.
— Так и не ищите, кто вас просит? — отбивает язвительно.
— Меня не надо просить. Я сам догадливый, — дразню ее еще сильнее. Жаль, что она надела очки. Наверняка в зеленых глазах сейчас целая буря эмоций. А я не могу их увидеть и сожрать. Делаю к ней шаг, поднимаю руку и стягиваю солнечные очки. Чувствую себя мальчишкой, который дергает понравившуюся девчонку за косички, вместо того, чтобы признаться ей.
— Что вы… себе позволяете… — шипит Яна возмущённо. — Отдайте!
Ярость в ее глазах пьянит почище вина. Впитываю в себя все эмоции, которые она мне дает. Не разрешаю вырвать из моей руки очки, перехватывая тонкое запястье. Не сжимаю сильно, чтобы не сделать больно. Но все равно считываю, как бешено бьется ее пульс. От ощущения нежной кожи под пальцами мой пульс тоже частит. А еще от того, что мы совсем близко друг к другу. Мне лишь немного дернуть ее на себя, и наши тела столкнутся. И я сейчас очень близок к этому безумию. В голове бахает адреналин, пока пялюсь на ее губы. На них нет ни помады, ни другой гадости, которую так обожают девушки. Я смогу почувствовать ее настоящий вкус.
С дороги доносится громкий звук автомобильного сигнала. И я вдруг в один момент осознаю, что творю. И где? Прямо под окнами Ромкиного дома. Куда в любой момент может выглянуть тебя Оля. Да и брат вернется с минуты на минуту. Резко разжимаю руку и протягиваю Яне очки. Пару секунд она тормозит, наверное, ожидая от меня еще какого-нибудь неадеквата. Потом выхватывает аксессуар и быстро надевает, пряча глаза. В этот момент из-за угла выныривает Ромка, держа в руках подставку с картонными стаканчиками. Протягивает один Яне. Она берет кофе, и только я замечаю, что ее рука слегка дрожит. А потом Яна демонстративно тянется и легко чмокает жениха в губы.
Отворачиваюсь от этой гребаной идиллии и сажусь за руль. Кажется, я зря согласился на эту поездку. Весь день смотреть, как они милуются, у меня не хватит терпения. Но уже не соскочить. К моему удивлению, Ромка садится вперед, рядом со мной. Объясняет, что хочет посмотреть на город, а Яна будет его отвлекать. Рядом с ней ему не нужно никаких других красот. Против воли втыкаюсь глазами в зеркало заднего вида, ловя в нем лицо девушки. И замечаю, что комплимент ее не радует. Она с досадой прикусывает губу и хмурится. За очками трудно понять, куда она смотрит. Но кажется, мой взгляд замечает и резко отворачивается к окну. А потом отодвигается по сиденью так, что мне больше ее не видно. Ромка с усмешкой напоминает, что пора отчаливать. Я и правда опять завис. Если так будет продолжаться, рано или поздно он поймет, как меня кроет от его невесты. И даже не хочу думать, что тогда произойдет.
Глава 11 Яна
Ничего хорошего от обещанной прогулки не жду. И пока собираюсь, обращаюсь к Ромке:
— Понимаю, ты соскучился по брату. Но я все-таки надеялась, что мы будем гулять вдвоем. Мне достаточно твоего общества. А тебе?
Он растерянно и немного виновато пожимает плечами:
— Да? Я думал, Илюха как раз расскажет тебе обо мне. Я ведь рос на его глазах. Он все мои проделки помнит. Самому о себе как-то некрасиво хвастаться, — Ромка широко улыбается, но я не поддерживаю шутку. Мой жених вздыхает и предлагает: — Давай, сегодня, раз уж договорились, поедем вместе. А завтра я что-нибудь придумаю. Хорошо?
Киваю и выглядываю в окно. Уж один день как-нибудь перетерплю. И сразу же замечаю высокую темноволосую фигуру. Илья энергично прохаживается рядом с машиной. Отшатываюсь назад и сообщаю Ромке о приезде брата. Он решает подождать меня на улице. Перед уходом обнимает со спины, крепко обхватывая руками, и чмокает в голое плечо. Собираюсь я неторопливо, оттягивая всеми способами встречу с моим личным кошмаром. Солнце вовсю светит в окно, небо сияет чистой голубизной. День точно будет жарким. Прикинув, что одеть, останавливаюсь на узких, укороченных до середины голени джинсах и топе. На ноги обуваю легкие кроссовки. В них явно будет удобно бродить по холмам, если они, конечно, входят в нашу программу. Захватив солнечные очки и сумочку, наконец спускаюсь вниз.
Встречает меня Илья. Ромка, как оказалось, ушел за кофе. Злит, что он все время оставляет меня с братом наедине. Понимаю, что не специально, но моего раздражения это не уменьшает. Чувствую скользящий по телу взгляд, почти физически его ощущаю. Встречаюсь с карими глазами, в которых опять горит непонятный мне огонь. Мужские губы сурово сжаты в линию. Чем он снова недоволен? Моим внешним видом? Так он обычный. По крайней мере для столицы. Может, у них тут так не принято? Впрочем, мимо по тротуару прогуливается компания молодежи. И девушки там одеты гораздо откровеннее меня. Перебрасываемся несколькими фразами в уже привычном нам язвительно-насмешливом тоне. А потом Илья неожиданно срывает с меня очки.
Его поступок выбешивает. Но когда Илья хватает меня за руку, злость отходит в сторону, оставляя растерянность. Не могу понять, почему так странно реагирую на его прикосновения. Откуда эта жаркая волна в теле? Что за морок такой, и как с ним справиться? Илья все-таки отпускает меня, и почти сразу возвращается Ромка. Мы наконец садимся в машину. Жених устраивается рядом с братом. Это неожиданно вызывает облегчение. Уверена, Ромка не удержался бы от объятий и поцелуев. А на виду у Ильи я просто сгорю со стыда. Поднимаю голову и ловлю испытывающий взгляд в зеркале. Опять он за мной наблюдает! Хорошо, что очки скрывают глаза. Но все равно отодвигаюсь ближе к двери, чтобы лишить мужчину обзора. После насмешливого напоминания Ромки выезжаем на дорогу. Стараясь отвлечься, сосредотачиваюсь на изучении пейзажа за окном.
Родной городок моего жениха кажется очень симпатичным. В нем много милых, не слишком помпезных церквушек и удачно отреставрированных старых строений. Современные дома отлично вписываются в местную архитектуру и не режут глаз. Илья провозит нас по центру, по очереди объезжая все главные улицы, а после они с Ромой решают показать мне пригород. Отвлечься, и правда, удается. Природа в этих местах очень живописная. Невысокие, словно покрытые зеленым ковром холмы создают прекрасный ландшафт. Яркая зелень деревьев искрится в лучах солнца. То там, то здесь попадаются маленькие домики с красными шиферными крышами и белыми стенами. Как будто мы случайно оказались в Средиземноморье. Разглядывая местные виды, невольно улыбаюсь.
Проехав еще с десяток километров, Илья паркуется на небольшой стоянке. Ромка поворачивается ко мне.
— Ну что! Пункт первый: озеро. Вылезай, прогуляемся немного. Ближе не подъехать, но тропинка очень милая. Тебе понравится, — выбирается на улицу и открывает мне дверь. Протягивает руку, ухватив мои пальцы, практически вытаскивает из салона. Обняв за талию, ведет вперед. За спиной пищит сигнализация, Илья догоняет нас. Почти сразу я аккуратно высвобождаюсь из Ромкиных рук под предлогом узкой дорожки. И дальше иду сама, с любопытством разглядывая окружающую природу. Через несколько минут буйная растительность отступает, открывая перед нами гладь воды. Озеро кажется совсем небольшим, но очень красивым. Особенно поражает цвет — насыщенно-голубой. Замираю у начала песчаной полосы, вглядываясь в легкие волны.
— Нравится? — вдруг раздается рядом, от неожиданности вздрагиваю. Илья останавливается в паре шагов от меня.
— Очень! — отвечаю честно, не поворачивая головы. — Оно глубокое?
— Достаточно. Ромка однажды тут едва не утонул.
— Точно! Было дело, — усмехается мой жених, пройдя несколько шагов вперед, к самой воде. Мы с Ильей остаемся на месте. Он делает шаг ко мне, становясь совсем близко. Его рука едва не касается моей руки. Ощущаю, как по коже проходит озноб, и отстраняюсь.
Поделиться книгой: