Помоги проекту - поделись книгой:
Пятнадцатого августа 1939 года германский посол Вернер фон дер Шуленбург в устной форме довел до советских руководителей позицию Гитлера. В частности, в беседе с министром иностранных дел СССР В. М. Молотовым Шуленбург сказал: «В настоящее время они (Британия и Франция. –
Одновременно с действиями Шуленбурга в Москве в самом Берлине в глубочайшей тайне готовился визит Геринга в Великобританию для встречи с Чемберленом. Встреча была назначена на 22 августа и должна была состояться в загородной резиденции Чеккерс. На этой встрече предстояло согласовать детали будущего секретного германо-британского соглашения.
Игра политиков перешла в политический эндшпиль, и чаша весов, на которые была брошена судьба всего мира, на время застыла. Либо – либо. Либо миллионы людей будут ввергнуты в бездну немыслимых страданий, либо получат призрачную надежду на мирный исход глобальной драмы, разворачивавшейся в Европе. К сожалению, в очередной раз непомерные амбиции, склонность к интригам, цинизм британских политиков, а со стороны их французских коллег – откровенная трусость и нежелание осознать трагические факты действительности взяли верх над здравым смыслом и уважением к человеческой жизни.
Сталину так и не удалось получить от британской и французской делегаций вразумительных ответов на конкретные предложения советской стороны, и англо-французско-советские переговоры окончательно зашли в тупик, подтвердив нежелание правительств Британии и Франции идти на соглашения с СССР. В этой грязной политической игре англичанам и французам подыгрывала уже обреченная на убой, но все еще самодовольная Польша. Она категорически отказывалась допустить на свою территорию части Красной армии в случае агрессии против нее Германии.
Переговоры в Москве были отложены до 21 августа.
Возникшей паузой тут же воспользовались в Берлине. Двадцатого августа 1939 года Гитлер направил в адрес советских руководителей срочное секретное обращение, по своему содержанию оно больше напоминало ультиматум: «В отношениях Германии с Польшей может каждый день разразиться кризис, в который будет вовлечен Советский Союз, если он не согласится безотлагательно на подписание договора о ненападении. Поэтому я (Гитлер. –
Политическая схватка в Европе достигла кульминации. Счет шел уже даже не на дни, а на часы. В сложившейся ситуации Сталин из двух политических зол, как ему тогда казалось, выбрал наименьшее. В тот момент, когда Великобритания и Франция завели переговоры в тупик, а Красная армия вела ожесточенные бои с японскими войсками на реке Халхин-Гол, советскому руководителю ничего другого не оставалось, как продолжить свою игру, чтобы оттянуть неизбежную войну на западных границах СССР, а сами границы отодвинуть как можно дальше на запад от глубинных районов страны.
Двадцать третьего августа 1939 года в Москве Молотов и Риббентроп подписали советско-германский пакт о ненападении сроком на десять лет.
В большой политике прекрасно известно, что многие международные договоры заключаются только для того, чтобы затем их вероломно нарушать. Опытные дипломаты Молотов и Риббентроп, ставя свои подписи, это хорошо понимали и потому не питали иллюзий в отношении долговечности мира между Советским Союзом и Германией. Советской стороне в сложившейся ситуации договор с Германией был необходим как воздух. Вести войну на три фронта: против Японии, захватившей весь северо-восток Китая и грозовой тучей нависшей над Дальним Востоком, против Германии на западе и… против Франции с Великобританией на юге – было бы равносильно самоубийству.
Да, был еще и «третий фронт», о наличии которого большинство читателей практически ничего не знает. Начало боевых действий в Закавказье на фоне переговоров с британской и французской делегациями было бы верхом политического цинизма, но все же было возможно. В Москве внимательно относились к сообщениям разведки о подготовке Франции и Великобритании к нападению на СССР на южном направлении. Политические партнеры по переговорам вели классическую двойную игру и в очередной раз на протяжении многовековой истории планировали нанести удар по территории России через Закавказье и регионы Средней Азии, считая их зонами своих интересов и влияния.
Донесения нелегальных резидентов о том, что в тиши политических и армейских кабинетов разрабатываются планы военно-диверсионных действий против СССР в Закавказье, не могли не насторожить Сталина. Новые факты, поступавшие по разведывательным и дипломатическим каналам, стирали сомнения в том, что война в Закавказье может стать кровавой реальностью. Летом 1939 года в Турции, Иране и ряде других стран региона в спешном порядке создавалась сеть военных аэродромов, на которые в режиме строгой секретности проводилась переброска эскадрилий бомбардировщиков Франции и Великобритании. В странах Центрально-Азиатского региона появились новые разведшколы, учениками которых в основном становились местные граждане, а преподавателями были английские, реже французские специалисты разведывательных служб. Шла активная подготовка руководителей и агентуры военно-диверсионных и повстанческих групп для последующей заброски на советскую территорию; одновременно на сопредельной с СССР территории размещались секретные базы. Советской нелегальной разведке удалось внедрить в ряд таких секретных школ и объектов своих агентов, что позволило получать достоверную информацию из региональных центров принятия оперативных решений противника.
Таким образом, не было сомнений, что план военных действий в советском Закавказье не был игрой воображения наших разведчиков или ловко подготовленной и хитроумно подброшенной дезинформацией.
Во французском Генштабе план развертывания боевых действий против СССР получил кодовое название «Южный план». Его непосредственной разработкой занимались генерал М. Гамелен и адмирал Ж. Дарлан. Предусматривалось, в частности, нанесение массированных бомбовых ударов по нефтепромыслам Баку с территории Турции. План не был отменен даже после того, как пала Польша и в Европе заполыхала Вторая мировая война.
С приближением весны 1940 года война в Закавказье становилась все более реальной. «В первой половине апреля французское правительство трижды обсуждало доклад генерала М. Вейгана о подготовке нападения на Советский Союз, несмотря на то что Германия уже вторглась в Данию и Норвегию. Премьер-министр Франции П. Рейно, сменивший Даладье, требовал, чтобы все приготовления к нападению на Баку были завершены в двухнедельный срок» [27].
После доработки «Южного плана» Вейганом правительство Франции окончательно утвердило его и приняло к действию. Нападение на Советский Союз с юга намечалось на конец июня – начало июля 1940 года. Но Франция не успела осуществить задуманное, так как Германия, подобно почувствовавшему запах большой крови хищнику, больше не считала необходимым согласовывать с кем-либо свои агрессивные планы и набросилась на тех, кто ее когда-то вскормил.
Пятого – восьмого мая 1940 года в рамках операции «Утренняя заря» бойцы гитлеровского батальона «Бранденбург-800», действовавшие под прикрытием германского спортивно-туристического агентства «Сила через радость», провели разведку фортификационных сооружений на территории Люксембурга и Бельгии. Их «туристический вояж» радости люксембуржцам и бельгийцам не доставил. Спустя сутки хорошо подготовленные головорезы 3-й роты «Бранденбурга-800», усиленные боевиками спецподразделения «Нидерланды», приступили к захвату важнейших мостов и переправ. Задача облегчалась тем, что на них была форма голландских военнослужащих. В дальнейшем, смешавшись с беженцами, боевые группы просочились в Гаагу, блокировали резиденцию королевы и ключевые министерства. Фашистский военный каток, играючи раздавив Бельгию с Нидерландами, покатил дальше на юго-запад, на территорию Франции, в обход всех защитных рубежей оказавшейся малоэффективной линии Мажино.
Десятого мая диверсанты, облаченные во французскую форму, почти без выстрелов захватили, казалось бы, неприступный форт Эбен Эмаль, а затем мост через реку Шильда. Прошло еще несколько суток, и серии взрывов прозвучали в Абвиле, Реймсе, Дувре и в самом Париже; растерявшимся французам неуловимые гитлеровские диверсанты чудились повсюду. А потом в военную кампанию деловито и по-военному вступил вермахт.
В точном соответствии с планом «Рот» немецкие танковые колонны вторглись во Францию. Французская армия – на бумаге одна из крупнейших и лучших в Европе, – проигрывая одно сражение за другим, стремительно откатывалась вглубь страны. Помощь союзников с Британских островов не спасла положения. К 26 мая 1940 года основные силы британского экспедиционного корпуса вместе с остатками французских и бельгийских войск были заперты вермахтом на узкой прибрежной полосе у Дюнкерка, и тогда Черчилль, сменивший на посту премьер-министра Чемберлена, принял горькое решение: чтобы избежать полного разгрома собственного экспедиционного корпуса и сохранить остатки французских войск, он дал команду на проведение операции «Динамо» – срочную эвакуацию в Великобританию сохранившихся частей и подразделений с французского побережья.
Двадцать второго июня 1940 года французская армия капитулировала. Чтобы окончательно унизить руководителей Франции и ее граждан, нацисты разыграли издевательскую сцену: вручили условия капитуляции французской стороне в том самом вагоне, в котором 11 ноября 1918 года маршал Фердинанд Фош принимал капитуляцию кайзеровской Германии. Спустя 22 года Гитлер мстительно отыгрался за унижение Версальского договора. Вся северо-западная часть Франции была оккупирована, а юго-восточная часть превратилась в марионеточное государство со столицей в Виши. Маршал Петен, возглавивший правительство, из героя Первой мировой войны превратился в предателя Франции…
А в стане союзников не обошлось без болезненных, унизительных «укусов». Третьего июля 1940 года британская эскадра под командованием вице-адмирала Соммервилла в рамках секретной операции «Катапульта» блокировала в далеком Оране (порт в Алжире) французский военный флот с целью недопущения попадания кораблей в состав германского военного флота. На жесткие требования англичан сдать корабли или потопить их французы ответили отказом. Между англичанами и французами завязался бой, в ходе которого французы потеряли 1300 моряков и три линкора.
Британцам повезло больше: военная операция вермахта «Морской лев» не увенчалась успехом.
Как следует потрепав шкуры сэров и пэров, Гитлер обратил свой взор на восток – на Россию с ее несметными природными богатствами – и на юг Европы, поскольку через Грецию и Югославию открывался заманчивый путь к теплым морям и к вожделенной нефтяной кладовой на Ближнем Востоке.
Восемнадцатого декабря 1940 года Гитлер подписал печально знаменитую директиву № 21 (план «Барбаросса»), предписывавшую завершить подготовку к нападению на СССР к 15 мая 1941 года.
Война стояла на пороге, а Сталин все еще находился в плену политических иллюзий. Вождь полагал, что до решающей схватки с фашизмом ему удастся отыграть хотя бы несколько месяцев, а возможно, год или даже полтора. Это время было жизненно необходимо для завершения полномасштабного перевооружения Красной армии. Но выиграть его не удалось, и за политические иллюзии Сталина советский народ заплатил очень дорогую цену.
Именно советский народ – а не «западные демократии» – в ликующем мае 1945 года поставил точку в войне, обеспечив всему остальному человечеству пусть хрупкий, но все-таки мир, а мир в истории постоянно воюющего человечества бывает крайне редко. Со времен древнего Шумера, цивилизации, возникшей более 7500 лет назад, войн на Земле не было всего около 365 лет…
Прогноз Уинстона Черчилля в отношении грядущей Второй мировой, вынесенный нами в подзаголовок, сбылся с поразительной точностью. То же касается и нынешних войн: «холодных», гибридных, войн «чужими руками» или прокси-войн, которые ряд экспертов вполне обоснованно называют Третьей мировой.
Подготовительный период, когда «снова воспрянет несокрушимая мощь „всех германских племен“», затянулся более чем на пять десятилетий, и причин тому было несколько.
Первая состояла в том, что после поражения во Второй мировой войне Германия лишилась не только армии и флота, но и подверглась оккупации со стороны стран-победительниц: СССР, США, Франции, Великобритании.
Вторая причина заключалась в том, что на этот раз население обеих Германий подверглось относительно долгосрочной денацификации.
Третья причина была связана с тем, что «воинственная Пруссия» перестала существовать – ее территории отошли к СССР и, частично, к послевоенной социалистической Польше. Такое положение сохранялось вплоть до 1989 года.
Девятого ноября 1989 года Берлинская стена – символ «холодной войны» – пала. На пресс-конференции в 19 часов 45 минут представитель правительства ГДР Гюнтер Шабовски объявил новые правила въезда и выезда из страны. Но эти правила уже никого не интересовали. На улицы Восточного Берлина вышли сотни тысяч жителей. Людская река хлынула к Стене, и под ее напором пограничники просто открыли границу. Спустя 44 года после раздела Германии победителями, СССР, США, Великобританией и Францией, Германия воссоединилась пока еще на призрачной общности языка и крови.
Воссоединение потребовало от немцев значительных материальных средств и серьезного напряжения экономических сил. За четыре года, к концу 1994-го, в «новых землях», как стали называть территории бывшей ГДР, закрылось свыше 3500 предприятий, оказавшихся нерентабельными, подверглось приватизации в общей сложности более пятнадцати тысяч организаций.
Число рабочих мест на территории бывшей ГДР сократилось более чем на 40 %, безработица в ряде отраслей превысила 50 %, а в некогда процветавшем по советским меркам портовом Ростоке достигла рекордных 57 % от общего числа населения. Но эти потери не шли ни в какое сравнение с теми приобретениями, которые объединенная Германия получила после слияния.
Территория единой Германии увеличилась с 248 тысяч квадратных километров почти в полтора раза, до 357 тысяч квадратных километров, а численность населения выросла более чем на 25 %, с 63,5 до 80 миллионов человек. Объединенной Германии безвозмездно достались накопленные в восточных землях ценности: транспортные сети, промышленные предприятия, социально-бытовые объекты, дома на общую сумму в 1 триллион 400 миллиардов западногерманских марок. Оборонный потенциал существенно усилили военная инфраструктура и вооружения бывшей армии ГДР. Общая стоимость полученного единой Германией вооружения и военной инфраструктуры превышала 90 миллиардов марок.
При всех издержках (для «восточных» немцев в том числе и психологического плана) объединение дало существенный толчок развитию экономики единой Германии. Как пишет итальянский философ и экономист Владимир Джакке, «в 1997 году ВВП Западной Германии на 7 % превысил показатель, сложившийся при текущем учете тенденций 1979–1989 годов… А прибыль от объединения превышает сумму трансфертных платежей, направляемых Западной Германией в Восточную (порядка 150 миллиардов марок)» [28].
Объединение Германии привело не только к росту экономики и увеличению объема производства, оно позволило существенно расширить позиции на внешних рынках, в первую очередь в странах Центральной и Восточной Европы. Восточные земли (ГДР) стали своеобразным мостом, по которому Германия после развала Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) и ухода СССР из этого региона перешла, практически не встречая конкурентов, чтобы укрепиться в статусе ведущего торгового партнера для многих.
В. Джакке отмечает в своей книге: «Присоединение ГДР стало той самой отмычкой, что открыла западногерманским компаниям рынок с населением 101 миллион человек (то есть рынок Восточной Европы. –
Опираясь на результаты проведенных исследований, В. Джакке приходит к закономерному выводу: «Можно по-разному оценить эту ситуацию, но западногерманский капитал за счет объединения страны набрал такую силу, что сделал качественный скачок. С населением в 80 миллионов человек вместо 64 миллионов (25 %) страна в экономическом и политическом отношении стала главной силой на европейском континенте. Это и было для Западной Германии фактическим дивидендом от присоединения ГДР» [30].
Недавнее безусловное лидерство германской экономики в объединенной Европе подкреплялось впечатляющими цифрами. По данным МВФ, ВВП Германии в 1989 году составлял 1 триллион 252,6 миллиарда долларов США, а в 2018 году ВВП составил более четырех триллионов долларов. Такими же высокими темпами рос объем внешней торговли. В 2018 году он превысил показатели всех предыдущих лет, доля экспорта составила 1,3 триллиона евро, импорта – 1,1 триллиона евро. Все это позволило обеспечить один из самых высоких в мире уровней социального обеспечения населения. Золотой запас страны вырос с 2960,5 до 3373,6 тысяч тонн. (Но при этом не надо забывать, что на территории послевоенной Германии сохранилось чуть более 35 % золотого запаса, а основная его часть находится в банках США, Англии и Франции без малейшего права пусть даже формальной ревизии со стороны германского правительства, которое в рамках пресловутого «бундесканцлеракта» с 1949 по 2099 год обязано следовать в фарватере американской геополитики.)
Вместе с экономическим усилением Германии исподволь росла и ее военная мощь. В самом начале 1956 года, а точнее, во второй день января, началось формирование новой структуры германских Вооруженных сил. В будущий бундесвер 2 января добровольцами записалось сто человек. Но на самом деле подготовка к созданию послевоенных Вооруженных сил Федеративной Республики велась задолго до указанной даты. Специальная комиссия по этому вопросу работала в Западной Германии с 1950 года, а Министерство обороны ФРГ начало свою работу 7 июня 1955 года. Основу будущих офицерских кадров бундесвера с ведома и при покровительстве действующих германских и оккупационных англо-саксонских властей составили активизированные землячества и региональные союзы ветеранов вермахта. В этом не было ничего удивительного. В послевоенной Германии просто неоткуда было взять профессиональные военные кадры, поэтому бывшие генералы и полковники, старшие и младшие офицеры вермахта, прошедшие денацификацию, приглашались на командирские должности в бундесвер. Власти на словах, как могли, старались откреститься от наиболее одиозных нацистов, хотя по большей части только на словах.
Первыми генералами бундесвера стали бывшие генералы вермахта Адольф Хойзингер и Ганс Шпайдель, одногодки, начинавшие службу еще в 1914 году в рядах кайзеровской армии. Они же стали значимыми фигурами в НАТО и активно осуществляли «соподчиненное сотрудничество» с представителями американской армии и американской военной оккупационной администрации. Шпайдель имел имидж «мятежного генерала, причастного к покушению на жизнь Гитлера» 20 апреля 1944 года; семь месяцев он просидел в тюрьме и был освобожден англо-американскими войсками. А бывший генштабист Адольф Хойзингер, отделавшийся на Нюрнбергском процессе статусом свидетеля, имел самое прямое отношение к подготовке военных планов вторжения на территорию СССР, Англии, Дании, Норвегии, Франции, Польши и Нидерландов.
Одной из наиболее одиозных личностей в составе бундесвера был генерал Фридрих Фёрч. За свои военные преступления, совершенные на территории северо-западных районов СССР, в 1950 году решением военного трибунала он был приговорен к 25-летнему заключению, но по договоренности первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева и канцлера Германии Конрада Аденауэра вместе с другими генералами в октябре 1955 года был отпущен в Германию. Карьера бывшего нацистского преступника генерала Ферча в послевоенной германской армии вполне удалась. Он прошел все этапы армейского роста от командира дивизии до генерального инспектора бундесвера и официального представителя в SHAPE – Высшей штаб-квартире союзных держав НАТО в Европе, расположенной в Париже.
Нашлось место даже для бывшего соратника рейхсминистра пропаганды Геббельса – доктора Эберхарда Тауберта: он получил работу по специальности сначала в германской политической разведке BND, затем в бундесвере, а позднее в департаменте пропаганды и психологической войны НАТО.
Есть и другие примеры. В начале 1950-х годов отставной генерал вермахта Отто Эрнст Ремер активно занялся политикой и стал последовательно и аргументированно доказывать гражданам своей страны, что США и Великобритания являются многолетними политическими и экономическими врагами Германии, которые на протяжении ХХ века дважды втравили немцев в смертельную схватку с Россией, а при любом удобном случае постараются это сделать и в третий раз. Дальше начинается самое интересное. Как глава Социалистической имперской партии Германии, Ремер излагал свою политическую платформу о жизненной необходимости выхода ФРГ из состава НАТО, выдворения с территории страны всех американских солдат и необходимости, несмотря на все идеологические разногласия, заключения долгосрочного политического, военного и экономического союза с СССР. «Ни один немец не должен быть втянут в войну в угоду американским интересам! Германия должна выйти из НАТО, американцы должны убраться из Германии и вообще из Европы, а мы должны развивать тесное партнерское сотрудничество с Россией», – активно провозглашал он со всех политических трибун.
Бывший генерал вермахта стал неудобной, более того, раздражающей фигурой на германской политической арене. Попытки банально подкупить его, предложения занять место в правительстве ни к чему не привели. Тогда в ход были пущены иные механизмы давления. В 1953 году суд запретил Социалистическую имперскую партию, возглавляемую Ремером, обозначив ее как «неонацистскую и несущую угрозу государству».
Ремер был вынужден покинуть Германию и долгие годы зарабатывал на жизнь, будучи военным советником в Египте и Сирии. После падения Стены он вернулся в Германию и попытался публично изложить свою прежнюю политическую платформу. И мгновенно стал фигурантом очередного уголовного дела.
В 1992 году генерал Ремер окончательно покинул Германию и до конца своей жизни оставался в Испании.
Отто Эрнст Ремер многократно указывал, что США разместили в Германии непомерное количество ракет с ядерными зарядами, и эти ракеты направлены на крупные города и важные промышленные объекты СССР. С саркастической усмешкой он констатировал, что ФРГ «якобы» обладает ядерным оружием – «якобы», потому что это оружие находится в полном распоряжении американцев и «только они имеют право решать, когда ракеты будут запущены по городам и населению нашего могущественного соседа. Для немцев же это будет означать уничтожение, так как в случае войны русские, если им захочется выжить, будут вынуждены уничтожить эту угрозу у своих границ и превратить ФРГ в одну огромную Хиросиму».
Именно поэтому, по мнению Ремера, американские военные базы и все ядерное оружие США и НАТО следует убрать с территории Германии, ибо в случае любого политического кризиса на американское благородство рассчитывать никак не приходится. США без малейших колебаний в очередной раз подставят всех немцев под политический, экономический или военный удар, а сами будут наблюдать за трагедией со своего удаленного континента.
Ремер постоянно призывал своих соотечественников ни в коем случае не брать пример с «американской демократии», являющейся «самым скверным вариантом демократии» и существующей лишь для того, чтобы прикрывать жульничество финансовых олигархов и укреплять диктатуру американского доллара. В своих работах Ремер писал: «Американцы – это не нация, они никогда ею не были и, возможно, никогда не станут. Вот в наркотиках и преступности они действительно впереди всех на планете. Но в социальном плане Америка даже близко не может сравниться с Германией или другой развитой европейской страной. Там, в Америке, процветает не свобода, а страх. Страх перед тем, что завтра ты можешь оказаться в трущобах, а потом и на помойке и никто не поможет». Отставной генерал вермахта считал возмутительным тот факт, что американцы нагло диктуют Германии, что ей следует, а чего не следует делать на политической и военной арене. Самые точные его слова: «Американская демократия – это маска, скрывающая наглую харю мошенника».
К настоящему времени бундесвер из «потешной роты» на момент создания превратился в мощную современную армию.
В 2018 году высшим военно-политическим руководством Германии была утверждена новая «всеобъемлющая концепция модернизации бундесвера». Концепция изложена в так называемом профиле возможностей, подписанных Генеральным инспектором Вооруженных сил Германии генералом Э. Цорном. Этим документом предусмотрено, что в период до 2031 года в составе бундесвера будет сформировано 12 межвидовых системных объединений, которые гарантируют выполнение всего спектра основных военных задач. В частности, предусматривается создание трех основных системных объединений с условным наименование «Земля» (
«Земля» В это объединение войдут три новых штаба многонациональных корпусов. Они будут управлять восемью полностью укомплектованными специальными бригадами. Численность каждой бригады – около пяти тысяч человек. Таким образом, общий состав данных подразделений будет не менее сорока тысяч высокопрофессиональных военных. После 2032 года количество бригад планируется довести до десяти, с соответствующим увеличением количественного состава до более чем пятидесяти тысяч человек. Помимо сухопутных войск в объединение «Земля» войдут части ВВС со средними или тяжелыми транспортными вертолетами, подразделения центральной медико-санитарной службы, специальные силы для киберопераций и информационного обеспечения.
«Воздух» В составе системного объединения «Воздух» будут насчитываться четыре авиационные оперативно-тактические группы.
На них предполагается возложить задачи по обеспечению превосходства в воздухе над оперативной зоной даже в условиях активного противодействия противника и организации районов запрета доступа.
«Море» В системное объединение «Море» планируется ввести до 25 новых боевых кораблей, в том числе семь фрегатов, и восемь новых подводных лодок.
В результате реализации «всеобъемлющей концепции модернизации бундесвера» Германия получит современную армию, способную решать как оперативно-тактические, так и – при поддержке союзников по НАТО – серьезные стратегические задачи на европейском театре военных действий.
Надо понимать, что указанные нововведения являются только дополнением к уже имеющейся структуре Вооруженных сил современной Германии.
Наряду с бундесвером военный потенциал ФРГ существенно усиливают Федеральная разведывательная служба (BND), Федеральное бюро защиты Конституции (BFV), земельные ведомства по защите конституции, Военная служба безопасности (МАD), Центр радиомониторинга федеральных Вооруженных сил (AFMBw), Федеральное бюро информационно-технической безопасности (BSI).
Ключевое место в системе секретных служб Германии занимает политическая разведка – BND. В штат ведомства, по разным источникам, входит примерно 7000 сотрудников, из которых две тысячи непосредственно занимаются сбором информации и ведут активную вербовочную работу. Необходимо учесть, что значительная часть сотрудников германских секретных служб никогда не попадают в открытые статистические данные, являясь сексотами – секретными сотрудниками внутри собственной страны.
BND имеет около трехсот официальных представительств за рубежом. Число негласных структур, которые под различным прикрытием осуществляют разведывательную деятельность, постоянно меняется и с трудом поддается точному определению. Бюджет германской политической разведки засекречен. По некоторым данным, в предпандемийный период он мог составлять 966 482 миллиона евро.
На вооружении спецслужб находятся самые современные технические средства контроля за телефонными, электронными, банковскими и иными каналами связи, перехвата и дешифровки основных типов секретных сообщений. Разведывательная и контрразведывательная деятельность ведется как с территории самой Германии, так и с позиций ее дипломатических и иных представительств за рубежом, мест дислокации подразделений бундесвера в странах, где проводятся миротворческие и боевые операции блока НАТО.
Не стоит забывать о военно-специальных подразделениях (KSK) и групп специального назначения типа GSG-9, SEK, MEK. Все они имеют прекрасный и по большей части негласный боевой опыт практически во всех «открытых и скрытых» военных конфликтах второй половины прошедшего ХХ и текущего XXI века.
Двенадцатого июля 1994 года Конституционный суд Германии принял решение об отмене поправки Основного закона, запрещавшего участие бундесвера в военных операциях за рубежом.
Первая «открытая» проверка боем прошла в 1999 году. Впервые после Второй мировой войны боевые самолеты люфтваффе были подняты в воздух, чтобы совместно с армией США и стран НАТО без санкции Совбеза ООН бомбить мирные города Югославии. Для бундесвера операция прошла без потерь.
С декабря 2001 года Германия участвовала в военной операции США и стран НАТО «Несокрушимая свобода» в Афганистане. Через этот «полигон», по разным источникам, прошло свыше пятидесяти тысяч германских офицеров и солдат различной военной и специально-разведывательной специализации. Сражаясь в прокаленных солнцем горах и пустынях, они получили богатейший опыт планирования, подготовки и проведения войсковых и специальных операций в экстремальных условиях за пределами своей территории. Штабы и управленческие структуры не в кабинетах, набитых компьютерами, а на практике научились отрабатывать вопросы взаимодействия между различными видами и родами войск.
За участие в американской операции «Несокрушимая свобода» Германии пришлось расплатиться жизнями своих граждан. Но что значит человеческая жизнь на весах вашингтонских или берлинских политиков, большого германского бизнеса? Сильным мира сего опять становится тесно в старых геополитических границах. Почувствовав свою экономическую и политическую силу, они готовятся к борьбе за пресловутое жизненное пространство и новые рынки сбыта. Это, а также стремительно растущие в германском обществе праворадикальные и реваншистские настроения наводят на печальные размышления.
В сознании современных граждан Германии вновь возрождается идея о «несокрушимой мощи „всех германских племен“». То, с какой стремительностью набирают политический вес такие партии, как «Альтернатива для Германии», о которой несколько лет назад мало кто слышал и в которой тон задают крайне правые силы, приводит к мысли, что не за горами то время, когда могут «вновь запылать неугасимые огни воинственной Пруссии». Трагическая история ХХ столетия может по новым сценариям повториться в XXI веке, если сбудутся мрачные пророчества одного из самых цинично-прозорливых политиков – Уинстона Черчилля.
«Германию можно разорить, ее можно обложить неограниченной контрибуцией, она может стать жертвой внутренних распрей, но все это минует через десять – двадцать лет. И тогда снова воспрянет несокрушимая мощь „всех германских племен“, вновь запылают неугасимые огни воинственной Пруссии», – еще раз повторим эту цитату [31].
Среди нынешнего поколения немцев все меньше тех, кто считает себя виновным за преступления, совершенные германским фашизмом. Значительная часть этого нового поколения все громче заявляет о «несправедливости существующего в Европе миропорядка». Все большую тревогу вызывает то, что подобные провокационные заявления звучат и из уст политиков Германии, когда-то развязавшей Вторую мировую войну, и из уст политиков Польши – исторической «гиены Европы», как ее назвал тот же Черчилль. Агрессивные и провокационные политические декларации со стороны этих стран стали звучать с пугающей частотой.
Так, 4 июня 2013 года в ходе российско-германских Потсдамских встреч, на которых центральное место занимала тема «Влияние прошлого на будущее», а именно событий Второй мировой войны, тогдашний Федеральный президент Германии Йоахим Гаук, в прошлом протестантский пастор, не побоявшись Господа, призвал «российское посткоммунистическое общество проанализировать свою историческую вину и покаяться».
Дальше – больше. За переписывание истории взялись те, от кого уж никак нельзя было ожидать «политического гигантизма», – неверные нахлебники России, «болгарские братушки». Четвертого сентября 2019 года, накануне запланированной на 9 сентября выставки в Российском культурно-информационном центре в Софии, посвященной 75-летию освобождения Восточной Европы, МИД Болгарии выступил с официальным заявлением, в котором говорилось, что проведение этой выставки в Софии рассматривается как «вмешательство во внутренние дела страны… а борьба СССР с нацизмом не рассматривается как освобождение континента». Ни много ни мало, Болгария посчитала, что «в Европе не должны закрывать глаза на то, что штыки Советской армии принесли народам Центральной и Восточной Европы полвека репрессий, приглушения гражданской совести, деформированного экономического развития и отстраненности от динамики процессов в развитых европейских странах».
Восьмого мая 2020 года по случаю 75-летия победы над нацизмом в Европе президент США Дональд Трамп выступил с обращением.
Верхом политического бесстыдства в переписывании истории стали события 1 сентября 2019 года, имевшие место в Польше. Ровно восемьдесят лет назад на ее территории произошли трагические события, положившие начало Второй мировой войне. Организатором этого шабаша на крови своих же соотечественников, других слов не подобрать, стали «отмороженные» русофобы – власти нынешней Польши. В своих циничных и безнравственных оценках великой трагедии, развернувшейся в центре Европы, они перещеголяли даже рупор фашистской Германии – рейхсминистра пропаганды Геббельса. Выступая перед «западной демократической общественностью» на площади Пилсудского в Варшаве, президент Польши А. Дуда беспардонно заявил: «Адольф Гитлер и Иосиф Сталин в пакте Молотова – Риббентропа договорились об уничтожении Польши… Следы этого вторжения оказались особенно глубоки». Завершая свое выступление, Дуда призвал «противодействовать агрессии со стороны России».
Своим русофобским заявлением Дуда лишний раз подтвердил, что могут меняться времена, но не меняется антироссийская, антисоветская, русофобская позиция Польши – позиция извечного международного интригана и провокатора, способного на любые большие и малые политические и военные подлости. Об этой сути Польши точно и образно высказался Уинстон Черчилль, к которому очень часто любят апеллировать сами поляки: «Черты польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность. …Всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости» [32].
Заслуживает особого внимания представительство стран, осенивших своим присутствием этот антироссийский шабаш. В тот день из праха Второй мировой восстали зловещие призраки прошлого: в Польшу слетелись, подобно стае стервятников, потомки тех политиков, кто вместе с фашистами 22 июня 1941 года подло, без объявления войны, под покровом ночи напал на мирные города и поселки Советского Союза и вместе с фашисткой Германией принял участие в движении
Говоря «об исторической вине тоталитарного режима Сталина», нынешние власти Польши не хотят замечать бревна в собственном глазу. Если обратиться к фактам, то не Сталин, а Пилсудский 26 января 1934 года нанес официальный визит в Берлин, униженно засвидетельствовал почтение Гитлеру и практически первым из политиков подписал Декларацию о неприменении силы между Германией и Польшей. В ней черным по белому Польша подтверждала свою готовность вместе с фашистской Германией начать новый поход против СССР. В частности, в секретной части, в пункте пятом, было записано: «Польское правительство обязуется обеспечить свободное прохождение германских войск по своей территории в случае, если эти войска будут призваны отразить провокацию с востока или с северо-востока». Что это за провокация и от кого она якобы исходит, в Берлине и Варшаве ясно представляли: это Советский Союз.
При этом не посол СССР в Берлине Деканозов, а посол Польши Липский, захлебываясь от восторга, пел дифирамбы Гитлеру. В сентябре 1938 года, за год до нападения фашистской Германии на Польшу, после встречи с главарем нацистов он не мог сдержать своих антисемитских националистических эмоций и в отчете в Варшаву сообщал: «…его [Гитлера] осенила мысль о решении еврейской проблемы путем эмиграции евреев в колонии в согласии с Польшей, Венгрией, а может быть, и Румынией. Тут я ответил, что, если это найдет свое разрешение, мы поставим ему прекрасный памятник в Варшаве».
Спустя год в столице Польши гитлеровцы ставили другие «памятники» – виселицы настоящим польским патриотам. А «еврейская проблема» решалась через создание гетто и тотальное истребление евреев. Польских патриотов, включая польских католических священников, представители «нового германского порядка» сжигали в печах лагерей смерти. Это были те поляки, которые, в отличие от правительства Славой-Сладковского, на седьмой день войны сбежавшего из Варшавы в Румынию, сражались до последней возможности.
«Сволочь, свинья антисемитская, по-другому сказать нельзя», – определил президент России В. В. Путин сущность польского государственного мерзавца Липского. Выступая 24 декабря 2019 года на расширенной коллегии Минобороны, В. В. Путин подчеркнул: «…он (Липский. –
В защиту Липского тут же хором выступили президент Польши А. Дуда, премьер-министр М. Моравецкий и бывший премьер Польши, бывший глава Евросовета Д. Туск. Они всячески пытались дезавуировать слова Путина о «свинье антисемитской». Антисемитизм Липского – это не исключение, а лишь одно из многочисленных проявлений махрового польского исторического национализма. Еще летом 1926 года посол Польши граф Хлоповский проводил в Париже консультации на тему возможного выселения польских евреев на Мадагаскар во французскую колонию. В 1937 году его предложения получили практическое подкрепление. Специальная комиссия, в состав которой входили представители правительства Польши и два члена от еврейских организаций, 5 мая 1937 года отбыла из Марселя на Мадагаскар для изучения данного вопроса. Следует также сказать, что «еврейская проблема» в польском обществе возникла не в двадцатые и не в тридцатые годы прошлого века, а гораздо раньше. А ревнителям современной западной толерантности нелишне напомнить, что первый задокументированный крупный еврейский погром произошел не в Германии, а в Варшаве в 1865 году. Да, это верно, Польша в то время находилась в составе Российской империи (с 1815 по 1917 год), но в погроме, сопровождавшемся невиданной жестокостью, участвовали «добрые польские граждане» – они забивали евреев палками и сжигали на месте живьем.
Сегодня в Варшаве предпочитают не говорить ни об антисемитизме, ни о сговоре Пилсудского с Гитлером, ни об «антисемитской свинье» – польском после в Германии Липском, ни о том, как польские руководители при захвате Чехословакии фашистской Германией, подобно истинным гиенам, урвали себе Тешинскую область.
Даже самим себе польские политики не хотят признаваться в том, что не Великобритания или Франция, позорно предавшие Польшу в 1939 году, а СССР дважды: в 1917 году, после Великой Октябрьской социалистической революции, декретом В. И. Ленина, и в 1945 году, ценой немалых жертв (при освобождении польских земель погибли 477 тысяч советских солдат), предоставляли свободу Польше и ее народу. В наши дни польские власти взяли курс на открытую, махровую, оголтелую русофобию. Далеко уже не «ясновельможные паны», лелея давнюю мечту о «Великой Польше от моря и до моря», продолжают играть привычную роль международного провокатора. Раздувая антироссийскую истерию в Европе, предлагая «большому хозяину» – США разместить на своей территории ядерное оружие и военные базы, они рассчитывают, как это уже было при Гитлере, под шумок оттяпать себе земли на территории Украины, Прибалтики, Белоруссии.
И в этом антироссийском хоре все чаще звучат голоса некоторых американозависимых немецких политиков. Пока что в завуалированной форме, а порой и откровенно звучат призывы к попыткам нового «движения на Восток».
Так, 21 октября 2021 года, еще до начала специальной военной операции России на Украине, министр обороны ФРГ Аннегрет Крамп-Карренбауэр в своем скандальном интервью радиостанции
В Германии разразился громкий политический скандал. Ряд известных германских политиков пытались оправдать «воинствующую немецкую бабу», ссылаясь на то, что она до назначения на пост министра обороны руководила в федеральной земле Саар делами спорта, женщин и семьи, то есть некомпетентна в военных вопросах. Но в России прекрасно знают, «что у пьяного на языке, то у трезвого на уме». Заявление фрау Крамп-Карренбауэр, опьяненной столь высокой федеральной должностью и русофобской вседозволенностью, отражает милитаристские, реваншистские и неонацистские настроения, которые овладевают определенными кругами правящих элит современной Германии.
Подтверждением тому является и то, что сменившая ее на этом посту другая воинствующая фрау, Кристина Ламбрехт, в прошлом министр юстиции Германии, 19 декабря 2021 года в интервью журналу
Еще дальше этих распоясавшихся «министерш-кухарок» пошел внук эсэсовского генерала, убитого на Восточном фронте, Олаф Шольц, с 8 декабря 2021 года Федеральный канцлер Германии. Двадцать четвертого февраля 2022 года на экстренном заседании бундестага он выступил с программной речью, в которой утверждал: «Мы переживаем смену эпох, которая означает, что мир после нее не будет прежним. Ключевой вопрос: сможет ли сила победить право, позволим ли мы Путину повернуть стрелки часов вспять и вернуться в XIX век, к борьбе между державами, или сможем осадить разжигателей войны, подобных Путину? Значит, требуется, чтобы мы вернули себе силу…» И далее: «Принимая во внимание смену эпох, которую обозначила путинская агрессия, мы заявляем: все, что необходимо сделать для защиты мира в Европе, будет сделано. Германия продемонстрирует свою солидарность и внесет необходимый вклад. Однако недостаточно просто четко и недвусмысленно об этом заявить. Для этого бундесверу необходимы новые возможности…
Путин желает возродить Российскую империю. Он хочет по собственному усмотрению изменить баланс в Европе. И не боится применять военную силу. Сегодня мы наблюдаем это в Украине. Потому мы должны спросить себя: на что способна путинская Россия? И чем должны обладать мы, чтобы противостоять этой угрозе − сегодня или в будущем? Ясно, что мы должны куда больше инвестировать в безопасность нашей страны ради того, чтобы защитить нашу свободу и нашу демократию…
Мы единоразово выделим на эти цели 100 миллиардов евро из бюджета 2022 года. Эти средства мы используем для необходимых инвестиций и проектов в области вооружений».
После подобных заявлений нынешних германских политиков вольно или невольно возвращаешься к их предшественникам времен Первой и особенно Второй мировой войны, которая для России стала Великой Отечественной. Именно таким политическим декларациям и последовавшим за ними военным действиям противостояли поколения наших отцов и дедов. Преступления политических лидеров фашистской Германии получили на международном Нюрнбергском военном трибунале четкое определение: военные преступления против человечества, не имеющие срока давности.
Мы не имеем права забывать о прошедших трагедиях, затронувших жизнь нашей Родины, и обязаны внимательно анализировать все происходящие геополитические события, чтобы не допустить глобальных трагедий для будущих российских поколений.
И. Б. Линдер
Французский орден особиста
Предисловие к книге «Французский орден особиста»
Поделиться книгой: