Помоги проекту - поделись книгой:
– Бабушка Линта – младшая сестра владыки Светоча, – объяснил Метта. – Они в старые времена вместе в Бьярму из столицы приехали…
– А ты откуда знаешь?!
– Я ж не слепой. Мы с ней и с Аюром целую осень прожили. Когда Аюр и Светоч к вурсам за Замаровым кладом отправились, мы с отцом с ней остались. Линта на рассвете и закате молилась господу Исвархе… Как я понял, наш государь Аюр им обоим чуть ли не внучек…
Хаста покачал головой. Вот это новости! Тут намешано куда больше, чем он даже подозревал!
Конечно, таинственные поиски Аюра от него не ускользнули. Но Хаста не был особенно склонен к мистике. Ученый жрец верил лишь тому, что видел своими глазами. Все эти вещие сны, видения, путешествие к гробнице колдуна за… А кстати, что они искали?
Метта, оказывается, и это подслушал. Хаста подумал, что из мальчишки вышел бы отличный соглядатай. А вот в своем доме держать бы его поостерегся.
– Значит, они искали Лук Исвархи! Но Аюр ведь вернулся без него…
– Там не было лука, – объяснил Метта. – В Замаровой гробнице Аюр со Светочем нашли гусли – поющий кораблик.
– Все это очень странно…
Легенды о Луке Исвархи Хаста, конечно, слышал. И кольцо лучника на пальце Аюра видел – только не знал, что оно от легендарного лука, способного убить Мирового Змея… Так вот, значит, чем тут был занят Светоч!
О накшатрах – лунных стойбищах – Хаста тоже знал, хоть ему и не полагалось.
«Все эти арийские чары меня не касаются, – думал он недовольно. – Их магия – для своих, она завязана на крови золотоглазых. Тайные храмы, убивающие незваных гостей; волшебное оружие из древних сказок… Значит, Аюр со Светочем искали такой храм!»
И Линта что-то знает…
– Есть у меня мысль, – сказал Хаста, поднимая голову. – Мы не будем искать Зарни – это слишком опасно. Пойдем лучше в Замарову падь, к старухе Линте.
– Я знаю туда дорогу, – ввернул Метта.
– Вот-вот. Расспросим ее…
– А я бы на твоем месте занялся своими прямыми обязанностями, – возразил Анил.
– Это чем же? – удивился Хаста. – Помолиться за вас Исвархе?
– Попытался бы выяснить, куда улетела башня! Это же ваше жреческое колдовство!
– Ха-ха! Ты сильно преувеличиваешь…
Анил вдруг поднял руку, призывая к тишине:
– Слышите? Лошадь заржала!
Он вскочил, скользнул к узкому, прорубленному в бревне окошку, приоткрыл ставень…
– На улице люди и кони, – еле слышно прошептал он. – Много людей!
– Там они, внутри! – раздался голос, в котором нетрудно было опознать хозяина избы.
Ему отозвалось множество возбужденных голосов:
– Братцы, окружай дом! Змеелюды на стрелы не полезут, задами побегут, там их и схватим!
– Близко не подпускать, бросайте сети!
– Да тут, похоже, вся деревня собралась, – хмыкнул Метта, надевая тетиву на охотничий лук. – И не только…
– А ну заткнулись все! – раздался начальственный голос. – Не лезьте под ноги, мужичье! Отошли за тын!
– О, храмовая стража подтянулась…
– Помните о награде! – снова раздался крик хозяина избы.
– Вот так бьярское гостеприимство, – с досадой произнес Хаста. – Хорошо хоть не отравил…
Мучившая тревога его внезапно исчезла. Ожидание беды закончилось – теперь надо было быстро решать, как из этой беды выпутаться.
Анил чуть приоткрыл дверь и замер, вглядываясь в мелькание теней и огненных пятен во дворе.
– Змеелюд, я тебя вижу, – раздался еще один очень знакомый суровый голос. – Хватит прятаться, как ящерица под камнем! Сдавайся!
– Эх, дядя Туган… – упавшим голосом проговорил Метта.
Анил выглянул наружу, выпустил стрелу и тут же отпрянул назад. Раздался вскрик, и через миг в дверь впились несколько ответных стрел.
– Один готов, – сказал арий. – Остальные отступили и укрылись за воротами. Этих я не подпущу, пока есть стрелы. Метта, здесь где-то есть черный ход – через него хозяин сбежал…
– Я его уже нашел и заложил изнутри, – отозвался Хаста, возвращаясь с хозяйской половины. – Но если начнут ломать – дверь хлипкая, долго не выдержит… Надо думать, что делать. Сколько там стражников?
– Я заметил только пятерых. Видно, остальных не взяли, чтобы не делиться…
– Да еще бьяров десятка два…
– Эй, змеелюд, выходи! – снова послышался зычный голос Тугана.
– С чего бы? – удивился Анил.
– Деваться тебе все равно некуда – затравят, как зайца! Вас, оборотней, в Бьярме осталось раз-два и обчелся. Выходи, все равно тебе погибать!
– Ты, Туган, видно, совсем богов не боишься? – крикнул Хаста. – Предать человека, который тебе доверился…
– А кто тут человек? Ящер-оборотень, что ли? Зря ты, тетка, с ним связалась! Да еще мальчишку втравили! Намекал же – оставьте его в городе…
– За голову ящера нынче дают серебра по весу… – доносились разговоры со стороны задней двери. – Даже если стражники нам только десятину отдадут – разбогатеем…
– Уже делят нас, – усмехнулся Анил.
Наложил новую стрелу на тетиву и крикнул:
– Ну давайте, дикари, выковыривайте нас отсюда!
Снаружи возникла заминка – никто не хотел идти первым. Стражники вполголоса советовались за воротами.
– Не выйдете добром, – послышался наконец грозный голос одного из них, – подожжем избу!
– Эй, мы так не договаривались! – взвыл хозяин откуда-то со стороны черного выхода.
– Молчи, тебя не спросили!
– Не подожгут, – сказал Метта. – Им нужна голова ария целенькая. Волосы, кожа обгорят – ловцы серебра не получат.
– Похоже, змеелюд им нужен живым, – добавил Хаста.
– Если им нужен только я, – начал Анил, – то могу потянуть время, а вы уходите.
– Нет, – сказал Метта. – Я тебя не брошу.
– Да всех прибьют, – отмахнулся Хаста. – Сперва еще и помучают. Вдруг вас, змеелюдов, где-то тут целое гнездо? Если за каждого кошель серебра дают… Так! Я придумал!
Анил выпустил в дверную щель еще стрелу, отступил за косяк и обернулся к жрецу.
– Метта, держись позади, – принялся распоряжаться Хаста, опускаясь на колени у очага. – Анил, прикрывай меня стрелами. Когда начнется, будь готов стрелять в стражников, бьяры сами разбегутся…
– Почему? Что начнется?
Хаста, не отвечая, сгребал в корзину с растопкой еще пылающие угли. Корзина тут же затлела, и жрец, не тратя времени, высыпал содержимое у двери. Скрученные полоски березовой коры, попав на угли, мгновенно полыхнули, пламя взвилось чуть не до потолка, повалил дым. Анил шарахнулся в сторону, прикрывая лицо локтем:
– Что ты творишь?!
Хаста распахнул дверь и гневно закричал сквозь рвущийся наружу дым:
– Зачем вы избу подожгли, злодеи? Как мы теперь выйдем?!
– Мы так не договаривались! – раздался отчаянный вопль хозяина.
– Да, зачем жечь-то? – поддержали соседи.
Снаружи началась перебранка.
– Ищи потом костей на пожарище! Кто тут арий, кто нет, Хул его разбери!
– Сам сказал – змеелюда брать живьем!
– Это не мы! – заорал Туган. – Они сами дом подожгли!
В ответ раздалась площадная брань.
– Ящеры сами себя сжечь решили? – съязвил кто-то.
– Они сейчас побегут! – надрывался десятник. – Парни, к воротам! Двое, к черному ходу!
Дым валил все сильнее. Внутри становилось тяжело дышать.
– Крыша горит!
Анил указал наверх. Вспыхнули сушившиеся под стрехами пучки трав. Кажется, теперь пожар разгорался по-настоящему.
– Чтоб тебя, – кашляя, пробормотал Хаста. – Анил, Метта, за мной на выход! Когда призову богов – зажмурьтесь покрепче!
Он огляделся, схватил с жертвенника бронзового Сола, а другую руку сунул в поясную сумку с лекарствами. Поднял пластинку повыше и в клубах дыма вышел во двор.
– Остановитесь, нечестивцы! – закричал он. – Страшитесь гнева Исвархи!
Стражники и выглядывающие из-за углов бьяры в изумлении уставились на рыжеволосую женщину с золотистым солнечным ликом в руке.
– Уберите тетку! – крикнул Туган. – Парни, стреляйте в ария, он прячется за ней! Только не в голов…
Увидев направленные на него стрелы и ринувшихся с двух сторон бьяров, Хаста понял, что ждать уже нечего. Выхватил из сумы маленькую запечатанную тыкву-горлянку, выдернул вощеный шнур и швырнул ее под ноги набегающим стражникам.
Грохнуло так, что окрестный лес отозвался многократным эхом. В воздухе заметались разбуженные птицы. Двор окутался вихрем слепящих, обжигающих розовых звезд. От вспышки на миг лишились зрения все, кто смотрел в сторону взрыва. Бьяры со стонами повалились в снег, зажимая ладонями глаза и уши. Однако хуже всего пришлось стражникам: они корчились на земле, их лица покрывались язвами в тех местах, куда попали жгучие искры. Кто-то пытался подняться, нашаривая выпавшее копье или меч на поясе… Анил добивал их из лука – одного за другим.
Не прошло и нескольких мгновений, как двор опустел. Стражники замертво лежали в снегу, бьяры сбежали. Хаста стоял и моргал, ожидая, когда погаснут плавающие перед глазами огненные пятна.
– Ты бы хоть предупредил, – раздался у него за спиной голос Анила.
– Всякий раз думаю, надо взять в дорогу что-то новое, – довольно сказал Хаста. – Но зачем, если и Гнев Исвархи прекрасно срабатывает!
– Ох уж эти ваши храмовые штучки…
Анил подошел к лежащему ничком Тугану и перевернул его. Тот пострадал от взрыва сильнее прочих стражей, однако был еще жив.
– Погоди, не надо, – остановил приятеля Хаста, видя, что тот вытащил нож.
Он склонился над оглушенным, обожженным десятником:
– Вам было велено взять ария живым. Кем велено? Скажи правду, и я помогу тебе.
– Провалитесь, колдуны проклятые, оборотни… – хрипел Туган, силясь приподняться.
– Ах, я оборотень? – оскалился Анил. – А ведь это ты пытался меня убить, не я тебя! Говори! Кто тебя послал?
– Кто-кто? Конечно, Зарни, – отозвался Хаста. – Где сейчас гусляр? Где его логово? Ну? Ты ведь знаешь?
Туган не отвечал. Он смотрел на Анила в таком ужасе, будто над ним и впрямь нависла распахнутая пасть ящера. Несколько раз судорожно глотнув воздух, десятник вдруг уронил голову и затих с остановившимся взглядом.
– Притворяется, что сомлел, – фыркнул Анил. – Видали мы таких…
Поделиться книгой: