Мама-фея для чертят

- Доброе утро, племянничек.

Дядя Лука ждал в бежевой гостиной, сидел в кресле, уткнувшись в свежую газету.

- Доброе, - ответил тот, явно не считая утро таковым.

Лука Морган приходился Джонасу дядей по материнской линии. Никакими титулами похвастаться не мог, зато обладал столь цепкой хваткой и способностью пролезть без мыла в любую дыру, что под его дудку плясали даже сильные мира сего. Не то, что племянник, который хоть и считался лордом, реальной властью не обладал даже в этом особняке. Он тут не настоящий хозяин, а всего лишь опекун маленьких наследников.

- Что ты задумал, дядя Лука? - решил Джонас не ходить вокруг да около.

Он смотрел на старика бесстрашно: на густые брови, суровые губы, ухоженную седую бородку, а сам знал, что едва встретится взглядом с ясными серыми глазами, уверенность исчезнет, как солнце перед грозой.

- Полагаю, Юстас уже поведал, чего я хочу, - дядя, наконец, посмотрел в синие глаза Джонаса, и того пробрало насквозь. - И ты исполнишь мое желание, дорогой племянник.

- Но...

- Не перебивай, - дядя Лука не повысил голос, но Джонас подчинился беспрекословно.

Проклятье! Почему он так боится старика? И всегда боялся? Он ведь вырос в доме отчима - лорда Конрада. Вот уж перед кем дрожали все на свете. Но отчего-то больший страх всегда вызывал именно дядя Лука. В юности Джонас грешным делом подозревал, что тот тайный маг, но потом отринул идею, как безумную. Невозможно скрывать способности десятилетиями, каким бы искусным и способным ты бы ни был.

- Я, между прочим, для тебя стараюсь, мальчишка неблагодарный. Тридцать пять лет, а всё холостяк. Да и девчонке необходимо женское влияние. Совсем одичала. Заведете с женушкой еще ребятни, чтоб Стивен и Одри не скучали. Ну-ну, не морщись, племянник. Ты знаешь, что случится, коли откажешься выполнить мое требование. Уж поверь лучше здесь с молодой женой, пусть и не лично выбранной, чем в бегах или на том свете.

- Кто она? - спросил Джонас, понимая, что битва проиграна.

- Старшая дочь лорда Бертона - Эсме. Прелестница двадцати трех лет.

Джонас чуть глаза не закатил. Нет, он никогда не встречался с Эсме Бертон. Зато не раз видел родителей - толстяка лорда и его супругу - даму с орлиным носом и выпученными глазами. За их спинами вечно шушукались. Мол, нарожали семь дочек, похожих на матушку, и теперь понятия не имеют, каким чудом пристроить всех замуж.

И вот одну, похоже, скоро пристроят. За него родимого...

- Кстати, дорогой племянник, ты похоже не видел сегодняшнюю газету.

Фразу прозвучала, как констатация, а не вопрос.

- Нет, - Джонас категорически не желал поддерживать светскую беседу. Но выбора явно не предлагали. - И что там пишут?

- В разделе объявлений напечатали чудесную новость. Через две недели состоится бал-маскарад. В этом самом особняке.

Джонас попятился.

- Как в этом самом? Я не давал такого объявления.

- Я давал, - не постеснялся признаться дядя Лука. - Бал отличная возможность объявить о вашей с Эсме помолвке. О приглашениях я сам позабочусь. Разошлю всем, кому надо. А ты займись организацией. И, главное, договорись с маленькой гарпией, чтоб сидела тихо, пока гости веселятся.

Джонас мрачно кивнул, понимая, что задача не из легких. Подобные сборища для Одри отличный повод победокурить с размахом.

- Но почему бал-маскарад? - спросил обреченно, понимая, что мероприятие состоится, хочет он того или нет.

Дядя Лука весело подмигнул.

- Люблю веселиться под маской. Это так раскрепощает...

Глава 1. Часть 3

Выпроводив дядюшку, Джонас отправился на поиски Одри. Навстречу то и дело попадались слуги, пострадавшие от ее дурного настроения. Девчонка-поломойка, обливаясь слезами, ощупывала скрученные бараньи рожки. Щеголь-лакей, обычно ходивший с выпяченной грудью, полз задом наперед и при этом отчаянно мычал. Степенная экономка носилась по коридору, размахивала руками, как крыльями, и ухала по совиному. Не дом, а зверинец. Может, Одри щенка завести? Нет, нельзя. Несладко придется. Не щенку. Его пакостница не обидит. Но запросто превратит в теленка, а тот мигом вымахает в быка, а им только разгуливающей по особняку туши не хватало.

- Стивен! - у неработающего фонтана в галерее Джонас обнаружил племянника. Такого же белокурого, как сестра. И как их покойный отец.

Мальчика сидел, скрестив ноги, и водил пальцем по пыльным плитам. Появления дяди не заметил. Вряд ли это была демонстрация плохого настроения. Иногда Стивен уходил глубоко в себя, и лекари понятия не имели, что с ним творится. Через несколько часов (а иногда дней) он становился обычным и с удовольствием помогал Одри в ее выходках. В основном братец караулил, чтобы никто не появился, пока маленькая нахалка устраивала что-нибудь этакое.

- Стивен, где твоя сестра?

Мальчишка не услышал вопрос. Продолжил что-то чертить. Ничего особенного. Просто кривые линии. Джонасу осталось только вздохнуть и оставить племянника наедине с собой. Сейчас ему никто не нужен.

- Одри, где ты? - позвал Джонас, надеясь, что племянница откликнется.

Ага, сейчас. Разбежалась. Мол, тебе надо, сам и ищи...

Вот Джонас и искал, бродя по особняку и размышляя о незавидном положении. И будущем. Точнее, его отсутствия в свете последних новостей.

Джонас давным-давно привык к жизни заядлого холостяка и свободе, которую та давала. Но не в этом заключалась истинная причина нежелания жениться. Брак означал появление не только жены, но и детей. А их Джонас отчаянно не хотел. Нет, это не Одри своими выходками отбила желание становиться отцом. К ней как раз Джонас привязался и неплохо справлялся с ролью опекуна. Он понимал, что его дети хоть и родятся в богатейшем доме города, будут нахлебниками, а вовсе не наследниками. Джонас не хотел им такого детства. Детства, через которое прошел сам.

Джонас попал в особняк Шантарель трёхлетним мальчишкой, когда овдовевшая мать вышла замуж за лорда Конрада. Через год на свет появился Мэтью - юный лорд и истинный наследник огромного состояния. А его старший брат по матушке Джонас Хартли был всего-навсего сыном нищеброда. Тот умер, оставив жене и сыну не то, что наследство, а множество карточных долгов. Им повезло, что матушка обладала неземной красотой, а дядя Лука смекалкой. Догадался познакомить оказавшуюся в бедственном положении сестрицу с лордом Конрадом, больше всего ценившем в женщинах внешность и покорность. Последним матушка точно обладала. Иначе стерпела бы сначала слабовольного картежника, а затем тирана?

Нельзя сказать, то Джонасу совсем уж плохо жилось в особняке ребенком. Отчим хоть и обижал, но не намного больше, чем родного сына Мэтью. Лорд Конрад считал, что истинного мужчину невозможно вырастить без строгости и розг. Мать любила обоих мальчиков одинаково. Зато слуги... Вот от кого Джонасу доставалось основательно. Нет, рукоприкладством никто не занимался, не смел. Но обидеть «приживалку» словом не упускал возможности каждый. Кроме Юстаса Бергмана. Тот относился к мальчишке строго, но справедливо. Неудивительно, что, оказавшись в особняке главным, из старой гвардии прислуги Джонас оставил только дворецкого. Остальных погнал в шею, а на их место нанял новых работников.

Да, Джонас не хотел, чтобы его дети росли в особняке Шантарель, зная, что это не их дом, а они здесь - никто. Потому и избегал отношений, способных привести к женитьбе и появлению потомства. Это с девками из борделя и прелестницей Иветтой можно использовать магический элексир, предупреждающий появление нежелательных последствий после любовных утех. С законными супругами сие запрещено. По крайней мере, до появления на свет первенца. Увы, скоро все старания пойдут насмарку. Дети или, как минимум, один ребенок появится и будет расти именно здесь. Покинуть особняк Шатарель Джонас не сможет еще девять лет. До момента, когда Стивену стукнет восемнадцать, и тот получит около половины огромного наследства. Столько же еще через два года достанется Одри. Кое-что получит и Джонас - небольшую часть состояния в награду за годы трудов.

Впрочем, Джонас застрял в особняке со Стивеном и Одри не ради денег. Его назначил опекуном мелкой пакостницы и ее вполне сносного братца сам лорд Конрад Шантарель в завещании. По закону, Джонас был обязан исполнить последнюю волю влиятельного отчима. А иначе... иначе его ждала темница до конца дней. Джонас не обрадовался решению лорда, но согласился, что жизнь с племянниками в особняке лучше, чем в крохотной камере без шанса увидеть небо. Постепенно он свыкся с присутствием под боком вздорных детишек. Устроился со всем возможным при данных обстоятельствах удобством. И вот теперь этому самому удобству грозила дядюшкина блажь.

Хотя почему блажь? Дядя Лука ничего в жизни не делал просто так. Раз собрался женить племянника на Эсме Бартон, значит тому есть веская причина. Причина, которую неплохо бы выяснить. Вряд ли получится избежать навязанного брака. Дядюшка - умелый кукловод, обладающий компроматом на племянника. Но уж лучше жениться, зная, в чем тут подвох, а не идти на «заклание», как безмозглый бычок...

Глава 1. Часть 4

- А вот и ты!

Джонас так задумался, что и забыл, с какой целью бродит по особняку, сворачивая в один коридор за другим. Считающие себя зверьем слуги перестали попадаться на пути, и мелкая гарпия совсем вылетела из головы. Но вот очередной поворот, и Джонас остановился, как вкопанный. Одри сидела на полу в ночной сорочке и с задумчивым видом наблюдала за висящей вниз головой гувернанткой. Девчонка успела нагуляться по особняку и вернулась на место первого преступления.

- Что это такое? - спросил Джонас, указывая на женщину, болтающуюся без чувств.

- Летучая мышь, - ответила Одри без тени смущения.

- Отпустишь ее?

- Угу. Когда выспится.

Джонас подавил тяжкий вздох. Опять придется искать новую гувернантку. Сколько их сменилось за последние годы? Он давно сбился со счета. Последнюю с трудом нашел, между прочим. Обещал платить втридорога. И вот, здравствуйте. Точнее, прощайте. Не останется она после спячки в образе летучей мыши. Ни за что не останется. А где брать новую? Все гувернантки города в курсе, какой подарок - Одри Шантарель!

Нет, сам Джонас не считал племянницу чудовищем. Понимал, что бесконечные выходки не совсем ее вина. Магическая энергия била через край, толкая девчонку расплескивать ее направо и налево. Одри ведь фея. Ладно-ладно, фея наполовину. Но силища такая, что любая чистокровка позавидует. А обуздать эту энергию некому. На это способны лишь другие феи, желательно родные матери. Но у Одри нет матери. Как и отца. Как и любой другой родственницы с даром. Только Джонас, а он - самый обычный человек.

Угораздило же братца Мэтью отправиться в путешествие по королевству, заблудиться в лесу и попасть раненным к феям. Те сжалились над странником. Приютили, поставили на ноги. А он неблагодарный не только умудрился влюбиться в младшую дочку их повелительницы, но еще и уговорить девчонку сбежать с ним в мир людей. Хотя чему удивляться? Мэтью унаследовал красоту матери и умение дяди Луки добиваться желаемого. Вот и добился! Увел юную фею из родного дома и женился. Джонас подозревал, что не только по любви, но и назло папеньке - лорду Конраду, который никогда бы не принял этот брак. Тот и не принял. Отрекся от отпрыска.

Увы, счастье Мэтью с феечкой продлилось недолго. Умерла она во время вторых родов. Не зря же говорят, что нельзя смешивать магическую кровь с людской. Мэтью, не придумав ничего лучше, отправился с маленькими детьми домой, каяться перед грозным родителем. Да не доехал. Стал жертвой разбойников. Спасся только молодой слуга, который не только унес ноги сам, но и прихватил малышей, дабы доставить деду.

Вот обрадовался лорд Конрад!

Впрочем, Джонас не знал подробностей. Слышал только разговоры слуг. Сам он в то время не жил в особняке Шантарель. Поговаривали, поначалу старик бесновался. Мол, сдалась ему эти полукровки! Но потом смягчился. Всё-таки кровиночки. Сын погиб, других детей нет. А Джонас... Джонас - всего лишь пасынок. Так и принял лорд Конрад маленьких внуков. Им и оставил всё состояние два года спустя, когда понял, что вот-вот отправится в мир иной. А Джонаса сделал опекуном, пообещав вознаграждение. Но лишь в том случае, если дети доживут до совершеннолетия. Подстраховался старый плут. Можно подумать, Джонас причинил бы вред племянникам! Да, недостатков у него на целый дилижанс хватит. Но он не детоубийца.

- Одри, нам нужно поговорить, - объявил Джонас строгим тоном.

Девочка посмотрела на него не по-детски серьезным взглядом. Знала, когда дядя Джонас произносит эти слова, дело серьезное.

- Скоро здесь состоится бал-маскарад, - продолжил Джонас. - Очень важно, чтобы всё прошло... хм...

- Без меня? - подсказала Одри.

Джонас кивнул, и она спросила:

- А что мне за это будет?

Он едва глаза не закатил. Ну что за вредина? По-хорошему никак! И ведь придется уступить по-крупному, если не хочет, чтобы все гости блеяли, мычали и лаяли.

- Чего ты хочешь, Одри? - спросил Джонас прямо.

Мелкая нахалка прищурила глаза, делая вид, что задумалась. Но дядя прекрасно понимал, это чистейшей воды притворство. Одри отлично знала, что попросить.

- Хочу познакомиться с феями, - заявила она, чем поставила Джонаса в непростое положение.

Особого труда это не составляло. Через месяц в соседнем городке состоится ежегодная ярмарка, на которую феи привезут свой товар.  Джонас мог поехать туда и взять племянницу. Всего-то час пути. Однако существовало огромное “но”. Феи не жаловали полукровок. Не случайно, когда мать Стивена и Одри выбрала Мэтью, от нее отреклись все сородичи. Виданное ли дело: фея и человек! Для них она перестала существовать. Судьба ее детей тоже никого не интересовала. Боги! Да эти феи на ярмарке скривятся при виде Одри. Еще и гадостей наговорят. Зачем это ребёнку?

- Хочешь зверинец вместо маскарада? - спросила мелкая заноза, не дождавшись ответа.

- Нет, не хочу, - признался Джонас честно. - Но феи... Чистокровные феи - они не очень-то добрые. А ты... Одри, ты же понимаешь, что твой отец был человеком?

Он решил, что лучше поговорить начистоту. Если отказать племяннице, на балу всех ждет катастрофа. Если дать обещание и не сдержать, отношения испортятся, а он единственный, кого девчонка хоть иногда слушается.

- Я - фея только на половину, - кивнула Одри и нахмурилась. - Думаешь, я им не понравлюсь?

- Не могу обещать, что понравишься, - Джонас развел руками. - Я могу свозить тебя на ярмарку и показать фей. Но скорее всего, это поездка тебя разочарует. Так что может, попросишь о чем-то другом в обмен на бал... без твоих магических штучек?

Но девочка замотала головой, и кудряшки забавно запрыгали.

- Хочу увидеть фей, - повторила она упрямо.

- Хорошо, - смирился Джонас с неизбежным. - Феи, так феи. Только потом не жалуйся.

 

Глава 2. Новая Джемма

- Джемма Кин. Меня зовут Джемма Кин. Очень рада с вами познакомиться.

Девушка, которую еще недавно называли Кларисс, рассматривала в зеркале новое отражение. Да, не писанная красавица, которой мужчины оборачиваются вслед. Но вполне мила. Густые каштановые волосы, серые глаза, мягкие черты лица, чуть пухлые губы. Такие, которые способны расплываться в обаятельной улыбке. Прежняя владелица тела (ныне покойная, увы) привыкла считать себя серой мышкой. Спасибо “дядюшке”, который заставлял ее жить отшельницей. Да такой, что в свои двадцать шесть лет почти не выходила за пределы его владений. Слыла старой девой, но даже не пыталась это изменить. Не смела.

Печальная жизнь. Но это уже никак не исправить, к сожалению.

Но теперь тело и его новую обладательницу ждали перемены. Уж Джемма (да-да, она мысленно называла себя именно так) намеревалась это исправить. В ближайшее же время. Ибо оно поджимало. И хоть за годы работы на хозяина “Небесного источника” она уяснила, что поспешность - плохой помощник, нынче откладывать перемены было никак нельзя. В замке Шантарель через пару дней бал, и попасть туда жизненно необходимо.

- Джемма Кин, - повторила девушка, глядя в глаза отражению.

Ей было немного жаль расставаться с Кларисс, внешность которой особенно нравилась. В том теле она чувствовала себя уютно. Почти, как дома, если так можно выразиться. Но Кларисс, в отличие от Джеммы, не умерла. Она просто “спала” какое-то время. Теперь тело вернулось настоящей хозяйке. Воспоминаний о последних месяцах у Кларисс не осталось. Она свято верила, что продолжала всё это время работать в книжной лавке. Теперь Кларисс отправилась в родной городок - устраивать собственное счастье. Временная обитательница тела оставила ей “подарок”. Магический. Да, она больше не владела магией в полной мере, но кое-какие искорки сохранились. Был проделан тот же фокус, что недавно с лордом Джеймсом. Кларисс предстояло влюбиться в того, кто искренне и преданно ее полюбит, а главное, будет идеально подходить в спутники жизни. Лорд Джеймс для этой цели не годился. Слишком уж они с настоящей Кларисс разные. Но оба непременно будут счастливы. Просто с разными супругами.

- Джемма Кин, - повторила девушка еще раз, настраиваясь на боевой лад.

Она “очнулась” несколько дней назад, но еще ни разу не встречалась с опекуном. Тот пока избегал попадаться “племяннице” на глаза. Но этому предстояло измениться. Новая Джемма уже слышала громкий топот в коридоре и точно знала, кто именно намерен распахнуть дверь ее спальни и перешагнуть порог.

- Что ВСЁ ЭТО значит?! - раздался грубый голос за спиной.

Джемма обернулась, посмотрела в лицо далеко немолодого бородатого мужчины абсолютно спокойно. И уж точно без намека на страх.

- Это мой маскарадный костюм. Полагаю, прибыл сегодня утром. Осторожно, не повредите маску. Вещь довольно хрупкая.

- Маскарадный?! Это еще что за новости?!

И платье, и маска полетели на пол. Хорошо еще, что по ним подошвами сапог не прошлись.

- Новости заключаются в том, что я намерена посетить бал-маскарад в особняке Шантарель, дядя Хьюго.

- И речи быть не может! Я запрещаю!

- На каком основании? - Джемма глянула насмешливо. - Мне двадцать шесть лет. А не шестнадцать. Имею права посещать любые мероприятия, которые сочту нужным. Даже без сопровождения.

Она слегка повысила голос, потому что по венам, правда, разливался гнев. Подопечной пора была давно быть замужем и воспитывать детишек, а ее прятали ото всех мужчин, способных изменить ситуацию.

- Нет, не имеешь, - процедил “дядюшка”. - Твой отец ясно дал понять, что я - и только я! - вправе решать твою судьбу!

- Именно поэтому я намерена сегодня ознакомиться с упомянутым завещанием лично, - парировала девушка. - Нотариус прибудет после обеда. С оригиналом документа.

- Нотариус? - Хьюго Роджерс хохотнул. - И как же ты с ним связалась, позволь узнать?

- Позвонила по телефону. Да-да, по тому жуткому агрегату, что стоит у вас в кабинете.

- Ты не умеешь им пользоваться. И вообще, тебе запрещено заходить в кабинет.

- Ну... - Джемма еще раз взглянула на себя в зеркало и поправила прядку, упавшую на лицо. - Я решила, что можно. После того, как вы едва меня не убили. Ну а телефон... Пришлось разбираться на ходу. Кстати, я предупредила нотариуса, что вы можете попытаться воспрепятствовать нашей встрече. Коли это случится, он должен вызвать стражей порядка. Ибо это будет означать, что меня удерживают силой. И еще... Я позвонила главному городовому. Сообщила, что буду на балу в замке Шантарель и непременно там с ним пообщаюсь. Однако если я к нему не подойду и не скажу заранее определенное слово, он должен отправить сюда своих людей и вызволить меня из плена зарвавшегося опекуна.

Пока Джемма всё это говорила, Хьюго Роджерс багровел всё сильнее. Но едва она закончила, мужчина не нашелся, что сказать. Девушка неплохо подстраховалась. Начни он препятствовать, проблем не избежать. Объясняй потом главе стражей порядка, почему взрослая женщина сидит взаперти. Да, можно приплатить кое-кому из лекарей и попытаться выдать подопечную за сумасшедшую, которую никак нельзя выпускать в люди. Но это позже. Пока же придется выждать, посмотреть, что девчонка будет делать. Не верилось “дядюшке” в ее прыть. Всё-таки всю жизнь подчинялась. Он свято верил, что надолго Джемму не хватит. - А теперь оставьте меня, дядя Хьюго, - велела Джемма. - Мне нужно примерить маскарадный наряд.

Он подчинился. Но закрывая дверь, криво усмехнулся. Мол, можешь чуток посвоевольничать, девочка. Всё равно победа будет за мной.