Помоги проекту - поделись книгой:
У главы связистов в последний момент задёргался глаз, его зам вытирал ладони о брюки. Валентин тихо заговорил:
– Есть проблема: мы потеряли связь с Глизе 1061 с и Тау Кита е. С субботы они не ответили ни на один запрос.
– Как так? В пятницу же всё работало, я лично общалась с Алесей и Давидом. – Марина поймала себя на активном перебирании костяшек большим пальцем. – Что с Тигарденом?
– С ним всё в норме.
Она прикусила язык и, контролируя голос и паузы, поинтересовалась:
– Почему мне сообщают в последнюю очередь? Неужели ни один из вас не мог позвонить?
– Мы, – потупил взор Валентин, – решили всё перепроверить сами. Мы уточнили у других команд, и…
– Я заметила, чем сегодня занимались тестеры. Они все взмыленные.
Словно в подтверждение её слов, члены названной группы сгорбились сильнее обычного, некоторых из них скрыли из вида мониторы. Марина перевела взгляд на нависающий над всеми «бублик»: его лампочки, как и прежде, светились. Согласно тестам, он получал и отправлял сигналы, правда, в одностороннем порядке в случае с Глизе и Тау Кита. Разбиравший его инженер спустился с подъёмника, но каску не снимал.
Связисты стояли перед руководительницей, смотря в пол. Марина смягчилась: приди она вовремя, им не пришлось бы действовать на свой страх и риск. Стоило единственный раз опоздать, как сработал закон подлости в виде внештатной ситуации.
– Ладно, – сказала она, – попробуем ещё раз. Отдохните немного. Я повешу новые таски.
Марина вернулась к своему столу и приостановила все имеющиеся задачи. Она начала создавать новые и поочередно отправлять их руководителям команд. Свой персональный таск
Она пристально следила за тем, как таски исчезали из списка и распределялись между коллегами. Периодически ей приходили уведомления о том или ином выполненном задании. Вопреки своему обыкновению Марина проверяла результаты всех тестов без исключения, отложив прочие задачи на потом.
– Да что же такое-то? – Она в очередной раз увидела, что проблема не выявлена, и почесала лоб.
В сознании всё ещё теплилась надежда на самые очевидные и легко устранимые проблемы, но раз за разом одно и то же – “Блок исправен”.
С Тигардена продолжали поступать запросы о Земле, с недавних пор военно-политические. Гражданские специалисты мониторили их через накапливающий информационный хаб Земли и архивировали все ответные данные.
Марина прошлась по полупрозрачному висящему в воздухе меню и вызвала демонстрацию сети. Скучающие фотоны расплескались в пространстве, ограниченном узкой перламутровой лентой на полу и потолке, и выстроились в голограмму Земли, от которой трезубцем вырастали линии до трёх удалённых колоний с маленьким ответвлением на Проксиму Центавру.
Нажав на иконку голосового ввода, Марина сказала:
– Схематичный режим.
Трезубец сжался, рядом с каждой планетой появился шарообразный хаб, собранный из десятков бубликов, аналогичных лабораторному. Соединительные линии пронизала зелёная неоновая стрела. Марина вошла в центр голограммы и смахнула ответвление на Проксиму Центавру и приказала:
– Приблизить хаб Тигардена b.
На неё налетело расширяющееся изображение планеты, чьи полюса срезала высота проекционной зоны. Фасеточный мяч размером с голову завис перед лицом Марины. Она ткнула в его центр, отчего на руках заплясали мириады безобидных лучистых игл, и изучила статистику информационных накоплений. Стандартный спад активности на выходных был привычным делом, больше запросов традиционно приходило по понедельникам.
– Сравнить наполняемость этого хаба с Глизе 1061 с и Тау Кита е за последние пять дней.
Беспроблемная колония была активной. В то же время две другие не подавали признаков жизни пару дней. Сигнальные диоды их хабов походили на скопление звёзд, в котором земляне силились отыскать свидетельства чужого разума, но так и не нашли. История освоения Млечного пути повторилась в камерных масштабах, только в этот раз люди там точно должны были находиться. Двухмерная сводка показывала одинаковый прирост в ноль байт.
Марина отправила короткую запись с единственным предложением: “Приоритетный тест: Яворская” на Глизе и Тау Кита и увидела свой промаркированный флажком сигнал на голограмме. Он проскочил через последний ретранслятор и исчез.
– Оповестить об ответе.
Она вернулась к однообразному потоку тасков. Виртуальные стикеры заполонили сознание как одновременно высыпанные на стол пазлы из пятитысячного набора. Полчаса спустя разноцветные мушки то и дело окрашивали воздух после моргания, Марина потёрла веки, а открыв глаза, увидела особенно крупное фиолетово-жёлтое пятно и вздрогнула: на её столе материализовался букет ирисов.
– Попалась, – сказал из-за спины Алексей.
Марина поцеловала его в щёку, а затем уткнулась в плечо любимого.
– Лучше прийти поздно, чем заблудиться, да? – Прищурилась она.
– Не вредничай, я старался. – Он кивнул на цветы.
– Спасибо, они прекрасны. Я просто… – Она не успела договорить.
На экране запульсировала анимация золотой крылатой, колонки заиграли переливами из трёх нот в повторяющейся последовательности. Марина сказала:
– Ответить.
Логотип “СИМАРГЛа” сменился бюстом мужчины с бейджем на груди и собранными в хвост волосами. На его щеке рдела свежая гематома.
– ЗАСЛОН, как слышно? Подтвердите… – Взмолился он. – Да где вы есть?
– Дима, я тебя слышу.
Он огляделся по сторонам и заговорил на полтона тише:
– У нас мало времени. Сейчас пересменка, с прошлой бригадой мы не сошлись во мнениях, на новых не надеюсь.
Марина вскинула брови: обычно “мало времени” было у Дмитрия, она решила лишний раз его не нервировать и задала свой главный вопрос:
– Ты можешь связаться с Алесей и Давидом?
– Какая связь? Нет у нас больше связи.
Он оглянулся за плечо, выдохнул и продолжил:
– Тигарден опустошил Тау Кита и Глизе за сутки. Там теперь ничего нет. Отвечать некому.
– Что ты имеешь ввиду? – Марина наклонилась ближе.
Вскинув голову и закатив глаза, Дмитрий беззвучно что-то прошептал и ответил:
– А сама как думаешь? Одни колонисты захватили других. Нет, не так: одни колонисты истребили других, угрохали их инфраструктуру и радостно смакуют это в новостях. Вам ведь новости не приходят, нет? Наши из горячих точек не отвечают. Мы в… Ладно. Боюсь, я и правда тут застрял с концами. Ждите чего-то, не знаю, может ультиматума.
– Можешь рассказать подробнее? – Голос Марины сорвался, губы еле двигались, напряжённый язык упирался в нёбо.
Дмитрий снова обернулся, прислушался и опустился на корточки.
– Сюда идут, мне пора стереть историю.
Картинка застыла, звук пропал. Марина обмякла в кресле и схватилась за сердце, пробивающее себе путь через плоть и рёбра. Кислый привкус во рту скривил её лицо.
Алексей протянул ей бумажный стаканчик с водой. Она приняла его и чуть не уронила, переминая краешек пальцами. От падения его спасла лишь близость к столешнице. Несколько капель всё же выплеснулись на рукав пиджака, Марина потрясла локтем в попытке высушить ткань и задела стакан. Алексей смахнул его и расползающееся пятно на пол. Она стала дышать, считая про себя: “Раз – вдох, два – пауза, три – выдох”.
Марина выпрямилась, вернула изображение тигарденского хаба, повертела его, отмахнула полупрозрачное марево планеты за очерченную границу радиуса, а после перепроверила путь последней операции: зелёная линия сквозила через все ретрансляторы и останавливалась на хабе.
– Дима ещё там, – пробормотала она, растирая виски.
Пока Алексей что-то делал с голограммой, она молчала. Марина надеялась, что он заметит ту решающую деталь, которая от неё ускользала.
– Лёш, пока никому не говори, ладно? – Поросила она. – Я сделаю официальный запрос на Тигарден, а ты разузнай всё о военных конфликтах колонистов за последние годы, что-то должно было сохраниться.
Он нахмурился.
– Ты, как и я, слышала про вторжение. Чего нам ещё ждать?
– Мы не будем обгонять паровоз и сеять панику. Если Дима ошибся или это глупая провокация, кто, по твоему мнению, будет отвечать за галактический скандал? Ты хочешь, чтобы мы туда корабли отправили? Всего три года, и они долетят.
– Горлову хоть сообщи. – Бросил Алексей, уходя.
– Пытаюсь. Я пытаюсь…
Марина вернулась к компьютеру и стала выискивать шаблон для инопланетного обращения.
Повторная ревизия вскоре завершилась. Вердикт повторился: никаких сбоев.
Тигарденцы ответили после обеда. Дрожащими руками Марина открыла их послание.
6.
– Что-что они хотят? – Гаркнул Андрей Юрьевич. Его голограмма дрогнула, шум транспорта и предупреждающая сирена резанули слух сквозь колонки.
Он сделал резкий поворот руля и икнул, уперевшись в натянутый ремень безопасности. По его лбу стекала капля пота.
– Им нужны наши учёные и технологии. Либо мы передаём их добровольно, либо они прилетают и берут всё силой. – Марина говорила ровным голосом, будто они обсуждали, кому первым давать слово на школьной конференции. Час назад она увидела своё имя в присланном с Тигардена списке.
Горлов обдумывал её слова. Она продолжила говорить:
– Можно подготовиться к удару, но… Дмитрий переслал сводку об их военной отрасли – это нечто: всё завязано на местном ИИ, который контролирует истребители, бомбардировщики, вездеходы, электросети, наземную инфраструктуру, создаёт госзаказы, решает вопросы вроде оптимальной численности людей, я боюсь представить, чего ещё. Технократы во всём на него полагаются. Мы, – она обвела рукой пространство вокруг себя, – видели фото с Тау Кита и Глизе – там дотлевают пепелища.
Марина замолкла, вспоминая результат своих недавних изысканий: меньше двухсот лет назад первый человек ступил на Тигарден – и с тех пор колонисты безустанно трудились над вооружением, но не экспортировали его, в конечном итоге перенасытив отрасль. Реализация разработок на вражеском плацдарме была лишь вопросом времени. Час нужды в ней совпал с запуском СИМАРГЛа, благодаря которому противники стали заманчивой ювелирной мишенью на вращающемся бархатном столике. По её предположению, они могли бы раскрошить оборону Земли за месяц или два.
– Что ещё он сказал? – Спросил Андрей Юрьевич. – Я хочу знать всё.
– Дмитрий работает на них, иначе его бы убили. – Ответила Марина. – Он может выходить на связь в обход хаба, только когда технократы делают пересменку. Они, – Марина поперхнулась и прокашлялась, – сделали это с помощью СИМАРГЛа, выведав всё о нас и соседях. Их ИИ проанализировал данные и вынес вердикт.
Горлов барабанил пальцами по рулю, а динамик извращал его до почти осязаемого боя в ушах. Гендир припарковал аэромобиль и продолжал сидеть с застывшим лицом.
– Что делать с прессой? – Спросил Алексей. – Народ интересуется, что да как.
– Ничего, – сказал Горлов, – я разберусь. У нас «временные неполадки», если вдруг прижмут… Шумиху не поднимаем, я скоро буду. Пробейте мне личный канал с их правителем или кто там есть? Просто найдите мне человека, с которым можно поговорить.
Когда он отключился, за спиной Марины зашелестели перешёптывания.
– Что нам делать? – Спросили из толпы.
Марина повернулась к коллегам и сказала:
– Вы слышали Андрея Юрьевича. Для всего мира у нас «временные неполадки», ничего не говорите даже родным. Связисты, – обратилась она к группе людей во главе с Валентином, – запросите телемост с их лидером, если он существует.
Заместитель Валентина сделал пометку в планшете.
– Так или иначе всё просочится в сеть и вызовет резонанс. – Добавил Алексей. – Коллеги, мы встряли не по-детски, но наша задача максимально отсрочить общественную истерию. Все поняли?
Несколько угрюмых «угу» стали откликом на его вопрос. Сотрудники разошлись по местам. Некоторые невидящим взором смотрели на мониторы, другие тихо переговаривались. Вдалеке Марина слышала отголоски беседы на повышенных тонах, но не находила в себе сил подойти к ним и разобраться, утешить взволнованных людей. Её виски пульсировали, ладони потели, по коже пробежал мороз – ей бы и самой не помешала поддержка.
Она вспоминала, как Андрей Юрьевич всегда находил слова, чтобы подбодрить её, вытащить из ямы самобичевания. Марина так не умела, ей всегда хотелось лишь спокойно заниматься исследованиями, копошиться в статьях и формулах, предлагать нечто полезное всему человеческому сообществу с помощью своих знаний, которые, увы не могли облегчить страдания тех, за кого она несла ответственность. Она решила делать то, что у неё получается лучше всего – выдвигать и проверять гипотезы.
Только сейчас до неё дошло, что Алексей что-то говорил. Она, не вдаваясь в детали, взяла его за руку и попросила:
– Лёш, пожалуйста, проведи мозговой штурм со всеми командами: нам нужно предложить какие-то варианты Горлову. Я подумаю над своей идеей.
На ватных ногах она вернулась к своему компьютеру, вызвала схему СИМАРГЛа и запустила алгоритм в личной песочнице.
– Посмотрим. – Сказала она, воскрешая из архива сотни неудачных опытов, в которых ответы опережали запросы, а средний разрыв между ними составлял несколько минут. В логах отсутствовали скоростные настройки, это сводило поиски к методу перебора.
Марина осторожно убавляла плотность туннелей, отчего не стеснённые средой сверхбрадионы всё быстрее проносились по модели и дальше заглядывали в прошлое. Дождь из частиц охватил картинку мерцающей туманностью – Марина бы не удивилась, если бы там и сейчас ковались звёзды. Предшествующий эффект даже при минимальном уровне плотности давал лишь окно в минус полгода. Нужно было чуть больше, ей хотелось добраться до момента присоединения инфохаба к Тигардену, той самой точке, что запустила череду событий.
Алексей и другие коллеги время от времени подходили к ней с предложениями, но каждый раз Яворская просила подождать. Закрывая глаза, она видела пульсирующие пятна и линии, но уже в негативных оттенках, что вознесло забытые капли от покраснения на пьедестал недостижимой роскоши.
Марина до утра билась с ретроспективой, пока не оставила в ретрансляторах единственную функцию – направление сигнала без какого-либо воздействия на скорость. Сверхбрадионы больше ничто не сдерживало. Она запустила симуляцию, боясь опередить строительство последнего зонда и отправить передачу в никуда, тогда единственным, что останется, будет окно в полгода.
Выжатая как лимон, Марина отвлеклась на коллегиальный перечень идей, пока программа симулировала полёт частиц в их естественной среде обитания. Она осознала себя лежащей на диване и накрытой собственным пуховиком. Покинув свою обитель, она заметила столпившихся у переговорной коллег.
– Что происходит? – Спросила она одного из тестировщиков.
– Горлов говорит с технократами.
Она закусила губу, подсчитывая, сколько времени потратила на сон.
– Как долго?
Ей не ответили. Глухой удар за стеной заставил всех подтянуться ближе, увлекая за собой Марину. Выдвижная дверь медленно отъехала в сторону. Побледневший, с ослабленным галстуком, Андрей Юрьевич вышел навстречу коллективу, бегло всматриваясь в лица.
– Их требования не изменились. – Подытожил он. – Спасибо вам всем за предложения, но боюсь, они не помогут.
Марина протиснулась вперёд и, размахивая рукой над головами, пискнула:
Поделиться книгой: