Ошибка Заклинателя

Наместник Ли зарычал, и наложница, тяжело вздохнув, постаралась подняться с пола. Фанг прижал ее к себе и с легкостью поставил на ноги.

— Этот слуга будет послушен и полезен! — быстро прошептал он. — Сделает все, что попросит госпожа. Ничего не надо говорить, этот слуга на все согласен.

Ведьма прикрыла глаза, словно попробовала нечто кислое.

Про себя Фанг подумал, что остальные мужья ничего не стоят, раз ведьму сегодня отдают в жены ничтожному отбросу, но он не будет протестовать. Он примет этот дар и отплатит сторицей.

Наместник Ли скрестил руки на груди и, словно услышав мысли Фанга, едко спросил:

— Тебе и правда все равно, Эмма, с кем быть, наместником или рабом? Не могла выбрать кого-нибудь более достойного?

— А есть ли разница? — равнодушно сказала она, прильнув к Фангу.

Он почувствовал, каким слабым стало ее тело, пронизанное едва заметными потоками чи.

Оба, и слуга, и наместник, уставились на ведьму в безмолвном удивлении.

Черный плащ Фанга заменили алыми одеждами. Ведьму закутали в красный газовый покров. Молодому слуге так и не удалось увидеть ее лица, плотная вуаль скрывала все, что ниже переносицы.

В начале ритуала личный слуга зачитал указ, что отныне наложница Эмма неугодна наместнику Ли. Она изгоняется из его имения, и c этого момента их ничто не связывает. Наместник безмолвно выслушал стандартные слова развода, скрестив руки на груди и прислонившись к одному из столбов, поддерживающих свод храма. Он безотрывно смотрел на наложницу, словно надеясь, что та бросит на него хоть один взгляд, но ведьма так и не подняла голову.

Монах помог зажечь благовония, вложил в руки Эммы и Фанга по три палочки. Они одновременно опустились на колени, затем совершили поклон небу и земле.

— Моих родителей нет в этом мире, поэтому я посвящаю второй поклон императору и императрице, родителям всех жителей империи, — произнесла Эмма.

Фанг тоже поклонился табличкам с именами императорской фамилии вместе с Эммой. Третий поклон был направлен друг другу, затем их объявили мужем и женой.

2

У молодого слуги не было ничего, чтобы одарить невесту. Даже одежда на его плечах была чужой собственностью. Что он мог предложить невесте? Прохудившийся матрас в общих бараках?

— Вот и покончили с этим, — сквозь зубы прошипел наместник.

Он вышел наружу, одной рукой сдернул с себя черное с золотым одеяние и тут же обернулся в огромного алого дракона.

— Вас богато одарят, — сказал Фангу личный слуга наместника. — Сможете жить в достатке до конца дней. Наместник проводит вас к удаленному домику в горах. Строителям завязали глаза по дороге, поэтому никому, кроме наместника, не известно, где находится это жилище.

— Как же Эрик и Адам узнают, где я? — забеспокоилась ведьма.

— Этот слуга не может говорить о сих уважаемых особах.

Снаружи храма раздался громоподобный рык. Наместник и вправду не отличался терпением.

— Пойдем, муж мой, — произнесла ведьма. — Нам и правда лучше здесь не задерживаться. Кстати, как тебя зовут?

Фанг скромно опустил глаза и ответил:

— Жена предпочитает давать мужьям придуманные ею имена. Каково же будет мое?

Ведьма вздрогнула, и он мог поклясться, что она улыбнулась.

— А ты не прост, мне это нравится. Что еще ты успел подметить?

Храм наполнился паром из ноздрей алого дракона. Фанг помог ведьме выйти наружу, где дракон уже подставил крыло, чтобы им легче было забраться на спину.

Наместника Ли можно было легко назвать одним из самых крупных драконов нового поколения. Он уступал лишь черному дракону-императору. Темный силуэт закрывал половину ночного неба, золотые глаза зловеще мерцали.

— Я заметил, — шепотом сказал Фанг на ухо жене. — Что наместник вовсе не желает с вами расставаться.

— Как все-таки тебя зовут? — спросила ведьма. — И почему на твои глаза наложена печать, скрывающая драконью сущность?

— Не только на глаза, — честно ответил Фанг. — Если жена искала дракона, выбрать этого слугу было ошибкой. Я неполноценен.

— Разберемся, — отмахнулась ведьма и попыталась вскарабкаться на загривок наместника.

Ее попытка не увенчалась успехом. Несмотря на браваду, тело ведьмы было слабым, как у ребенка. Фангу пришлось взять ее на руки и таким образом взобраться на шею дракона. Ведьма, тяжело дыша, прижималась к груди Фанга.

— Почему ты не хочешь сказать свое имя? — спросила она.

— Этот слуга все же надеется получить имя из уст жены.

— Ты флиртуешь со мной! — ахнула ведьма и повернулась назад, чтобы всмотреться невозможно черными глазами в лицо Фанга. — Как неожиданно.

Дракон под ними выпустил струю огня, оставившую гаревую отметину в прекрасном садике матери-императрицы. Спружинил и воспарил прямо в воздух. Ведьму и Фанга основательно встряхнуло, но слуга загодя вцепился одной рукой в роговую пластину, другой обнял ведьму за талию.

— Цветочки жаль, — отметила ведьма.

— Ничего страшного, наместник Ли ходит в любимчиках у матери-императрицы. Посадят новые.

Фанг немного помолчал, потом застенчиво шепнул ведьме на ухо:

— Меня зовут Фанг Мейли.

Он никому не говорил своего девчачьего имени, довольствуясь фамилией матери.

— Мэй, — протянула ведьма и обернулась к Фангу. — Красивое имя. Теперь ты доволен?

Молодой слуга не мог скрыть счастливой улыбки. Он прижал ведьму крепче и сдавил ногами шею дракона. Возможность позлить наместника доставляла несказанное удовольствие.

2.1

Они прибыли к спрятанной среди сосен хижине в горах глубокой ночью. Строение было добротно сбито из толстых бревен, с черепичной крышей, резными ставнями и ухоженным огородом за высоким плетнем.

Наместник обернулся в человека и, нисколько не стесняясь наготы, прошествовал внутрь. Вскоре в очаге загорелся огонь, осветивший уютное убранство хижины, более подходящее состоятельному дому в столице. Бамбуковые циновки на полу, поверх них изысканные ковры, мебель из драгоценного черного дерева, картины работы известных мастеров, изображающие горы в дымке. Даже привычный к дворцовой роскоши Фанг в удивлении остановился перед гобеленом, где золотой нитью с удивительной утонченностью были вышиты изречения мудрецов.

Алый дракон закутался в черные шелковые одежды, заранее подготовленные в сундуке.

Ведьма задумчиво пробормотала:

— Тут хорошо… Похоже на лесной домик Адама.

— Ничуть не похоже, — сказали одновременно Фанг и наместник и тут же осеклись, недобро глядя друг на друга.

Наместник Ли долго ходил по домику, не говоря ни слова. Проверил пыль на полках, заглянул и обследовал кладовку, пересчитал комплекты одежд и одеял. Ушел в ночь удостовериться, в порядке ли дровяник и сарай. Ведьма в изнеможении опустилась на диванчик. Фанг привычно поставил кипятиться чайник и осмотрел отлично обустроенную кухню. Все было продумано для долгой жизни вдали от населенных мест.

Скрипнула входная дверь, наместник бледной тенью в обрамлении алых волос стал напротив ведьмы.

— Я отправляюсь на поиски Адама и Эрика, вернусь через три дня, привезу свежее мясо, овощи и фрукты, — холодно сказал дракон. — Эмма, составь список всего, чего не хватает. Твои вещи сложены в спальне. Вот и все…

Он помедлил немного, потом рывком кинулся к ведьме, опустился на пол в глубоком поклоне, касаясь лбом маленькой ступни. Фанг замер, боясь дышать.

— Эмма, я виноват перед тобой.

Комнату заполнил пар из ноздрей дракона. Среди белых завихрений неподвижная фигура ведьмы выглядела спустившейся с облаков небожительницей.

— Дэн, все уже в прошлом, — покачала головой она. — Вина за произошедшее и на мне тоже. Вспомни, как ты противился, а я бегала за тобою преданной шавкой, не желая слушать никаких предупреждений. Жалкое зрелище… Они были правы, говоря, что мне нет места рядом с тобой.

— Я поступил как глупец и трус, — не разгибая спины, сказал наместник. — Эмма… Я люблю тебя.

— Я тоже… Люблю тебя, Дэн. Увы, словами ничего не исправить.

— Я найду способ. Только продержись немного, обещай мне…

Наместник вцепился в тканевую туфельку, алые волосы рассыпались шелковым ковром.

— Нет, Дэн, хватит, — резко прервала его ведьма. — Между нами все кончено, никаких просьб, никаких обещаний. Мы оба ничего друг другу не должны.

— Не должны? — с болью переспросил наместник. — Ты спасла мне жизнь, ты мне подарила… А я… А я…

Грозный алый дракон горько заплакал, стоя на коленях перед ведьмой. Той пришлось вновь протянуть руку и похлопать его по плечу, только этот жест привел наместника в чувство. Он тут же отстранился, вытер слезы, хмуро посмотрел в сторону Фанга и прошипел:

— Не думай, что станешь четвертым и последним. Если не уследишь за нею, клянусь, я притащу на твое место любого дракона, даже Чан Шухэнга.

Затем он развернулся, резко направился к выходу из хижины и взлетел в небо, оставив за собой кипу черных одеяний.

2.2

После ухода наместника ведьма сразу осунулась, словно ушла необходимость держать лицо. По щекам покатились уже не сдерживаемые слезы, увлажняя ткань вуали, до сих пор закрывающей нижнюю часть лица.

Фанг разлил чай высшего качества с изысканным ароматом камфора, достал из коробки печенье с лепестками розы. Сложил все на поднос и привычным жестом изящно подал жене.

Руки в перчатках дрожали, принимая напиток. Ведьма долго не могла отпить, все всхлипывая и шмыгая носом. Она не выглядела ни утонченно, ни скромно, как подобает невесте, но Фанг все равно не мог ею налюбоваться.

— Ты же умный мальчик, — наконец сказала она. — Ты понимаешь значение произошедшего сегодня.

— Догадываюсь, — признался Фанг. — Случилось нечто, повредившее ваши меридианы. Скорее всего… по вине наместника. Вам нужна моя энергия ян. Только… Боюсь…

— Что ж, твое объяснение недалеко от истины. Ничего не бойся, я не причиню тебе вреда, — ведьма допила чай и отставила пустую чашу.

— Вы не так поняли, госпожа. Простите, оговорился — жена.

Фанг помнил странную просьбу ведьмы и очень не хотел вызвать ее недовольство. А еще больше он не желал сравнений с тем, кого она звала Адамом.

Он услужливо долил чая в чашку.

— Этот слуга готов отдать всю энергию ян до капли, вот только она запечатана с самого детства.

Фанг опустился на колени у ног ведьмы. Она незнакома с понятием долга чести — не беда. Достаточно его собственного сознания, что обязан ей жизнью.

— Я сейчас в таком состоянии, что печать разлетится вдребезги, как только мы проведем вместе ночь, — устало потерла лоб ведьма. — Что ж, раз ты не против, приступим, только прошу, надень повязку на глаза.

Он чуть не спросил — «зачем?» Чуть не выказал неповиновения. Затем послушно отыскал лоскут непрозрачной ткани. Завязал вокруг верхней части лица и головы, застыл, ожидая дальнейших указаний.

— Твои волосы совсем не похожи на волосы других драконов. Курчавые, густые, очень красивые.

Она коснулась его щеки подушечками пальцев без перчаток. Послышался шелест снимаемой одежды. У Фанга бешено колотилось сердце от мысли о женской наготе. Затем наступил его черед обнажиться. Руки ведьмы потянули в стороны полы верхнего халата. Фанг поднял ладонь соединить их обратно.

— Ты против? — в замешательстве спросила ведьма. — Я не хочу заставлять тебя.

Она совсем неправильно поняла его намерения. Просто Фанг стыдился собственного тела, на котором цвели следы побоев. Ведьма знала о низком положении мужа, но знать и удостовериться собственными глазами — две разные вещи.

Ведьма в смущении отступила. Послышался расстроенный вздох.

— Наверное, мой разум помутился, если я позволила втянуть тебя в это. Иди спать, мне нужно посидеть в тишине и подумать.

— Жена! — воскликнул Фанг.

Он с железной решимостью содрал верхний халат, затем рывком стянул штаны, переступил через них, поднял нательную рубаху, стараясь не задевать повязку на глазах.

— Не понимаю, все же хочешь? — в замешательстве переспросила ведьма. — Тогда почему остановил меня?

Фанг нерешительно молчал.

— Мэй… Какой зверь тебя терзал? Смотреть больно, как ты еще держишься? Ужасные раны, подожди, я принесу повязки. Мне нельзя пользоваться Хуа, уж прости, но лечебных мазей должно быть запасено достаточно.

Послышались быстрые шаги, но молодой слуга не дал ей отойти. Перехватил тонкое запястье и прижал к груди.

— Не надо, — хрипло попросил Фанг. — На мне все быстро заживает. Я привык. Пожалуйста, жена, продолжим… Я хочу…

2.3

Во дворце прекрасно знали, что от любой болячки Фанг оправится быстрее остальных, поэтому там, где другим влетало по пятнадцать палок, ему отсыпали сотню. Вместо пятерых ударов плетью ему доставалось тридцать. Любой мог выместить на Фанге свой гнев и знать, что наказания не последует, потому что жизнь Фанга ничего не стоила. Он и сам уже решил, что подобную жизнь не пристало влачить, но ведьма отчего-то из полного зала драконов выбрала самого недостойного. Фанг проснулся от долгого и муторного кошмара. Будто время повернулось вспять на десять лет, когда…