Энтони: Дорога к дракону

– Стучите, – участливо посоветовал Герби.

Энтони последовал совету, но ничего не произошло. Он уже хотел постучать во второй раз, когда внутри послышался шорох и в окошке появилась физиономия еще одного гнома. У этого были только жиденькие усы и колпак, похожий на ночной, будто стук поднял беднягу из кровати. Энтони захотелось извиниться, но потом он вспомнил, что уже полдень, и это желание улетучилось.

– Доброго дня, – с вымученной улыбкой поприветствовал гостя гном. – Билетик желаете?

– Желаю, – честно сказал Энтони.

– С вас десять медяков.

– Увы, у меня нет ни одного, – печально признался Энтони.

Он по-прежнему не врал.

Гном-билетер окинул его взглядом сверху донизу, печально вздохнул и, найдя взглядом Герби, воскликнул:

– Пассажир-то – без гроша!

– Серьезно? – нахмурился Герби.

Он подошел к Энтони, посмотрел на него снизу вверх, сказал с нажимом:

– Вы же хотели билет на экспресс!

– Я и сейчас хочу. Просто у меня денег нет.

– Вообще?

– Вообще.

Герби вздохнул. Посмотрел на Билетера. Потом – снова на Энтони.

– Но ехать же вам надо?

– Надо, – неуверенно ответил Енот. – Хотя, может, и нет…

Одно Энтони знал наверняка: идти пешком он уже устал.

– А куда направляетесь-то? – уточнил Герби. – Вы не похожи на человека, который без причины слоняется по миру. Кажется, у вас есть цель, и очень важная.

– Я иду в Логово Дракона, – поколебавшись, сознался Энтони.

Заслышав это, Герби охнул, а Билетер даже высунул голову из окошка наружу. Видимо, чтобы получше рассмотреть юного безумца.

– Боюсь спрашивать, зачем вы туда идете, – буркнул Герби.

– За братом, – угрюмо ответил Энтони. – Брата забрали, я хочу отнести ему варежки.

Билетер покачал головой и снова скрылся внутри. Герби же не сводил с Энтони взгляда. Потом он тяжело вздохнул и, повернувшись к окошку, сказал:

– Джои, напомни, Анджи уже приготовил посылку для Толки?

– Судя по времени, уже должен был, – нехотя отозвался Билетер. – А что?

Герби пропустил вопрос мимо ушей и снова повернулся к Энтони.

– Мне ты кажешься славным парнем, – признался гном. – Затея у тебя, конечно, сумасбродная, но желание такое искреннее… и милое. В общем, хочется тебе помочь как-то. Поэтому предлагаю услугу за услугу: мы тебе дадим билетик на экспресс, а ты доставишь посылку нашему брату Толки, который живет в Вокзалбурге. Идет?

Герби протянул Энтони руку, и тот уставился на крохотную ладонь.

– А что в посылке? – осторожно осведомился Енот.

– Подарок, – нехотя сказал Герби. – Большего тебе знать не следует.

Энтони медленно кивнул и, подумав, задал еще один вопрос:

– А далеко ли от Вокзалбурга до Логова Дракона?

– Сложный вопрос, – со вздохом сказал Герби. – Но уж точно гораздо ближе, чем отсюда.

На том вопрос был решен. Энтони осторожно пожал руку Герби, получил билетик, посылку и строгий наказ («посылку не трясти и не переворачивать!»), после чего уселся на край перрона и стал ждать заката.

Енот терпеть не мог ждать подолгу, но гномы, к счастью, тоже маялись от скуки и потому охотно общались с одиноким маленьким пассажиром.

К вечеру Энтони перезнакомился со всеми – с Марти, Джои, Клиффи, Герби, Анджи и Терри. Оказалось, что прежде они работали садовыми гномами, там сдружились (вечерами резались в карты и нарды и вместе пыхтели трубками), но после всех шестерых списали на станцию – доживать свой век.

– А Толки – наш седьмой, – сказал Герби, когда солнце уже клонилось к вечеру.

Они с Энтони сидели на платформе и смотрели вдаль: экспресс должен был подъехать уже очень скоро.

– Почему же он не здесь? – спросил Енот.

– Он старший из нас, – пояснил Герби. – Совет Вокзалбурга решил, что его опыт там нужней, и назначил его старшим по вокзалу. Но ему там плохо без нас. Так, боюсь, и не увидимся больше.

Энтони тут же вспомнил брата. Свидятся ли они с Джейком еще когда-нибудь или путешествие Енота закончится ничем? Как знать…

Он хотел спросить что-то еще, когда Герби встрепенулся.

– Слышишь? – спросил он. – Шипит… И земля дрожит. Значит, уже близко.

Он поднялся сам и помог встать Энтони.

– А почему экспресс шипит? – осторожно спросил Енот.

На горизонте зажглись три желтых огонька. Теперь и Энтони слышал шипение, которое с каждой секундой становилось все громче.

– Как – почему? – хмыкнул Герби. – Потому что экспресс – змеиный. Раньше червями еще пробовали ездить, но как-то не пошло…

Энтони не успел удивиться, как к станции стремительно подползла огромная, размером с поезд, змея. Енот завороженно уставился на огромную голову с тремя глазами-фонарями. Миг – и чешуйчатая дверца в зеленом теле состава открылась, обнажая алое нутро. Наконец челюсти застыли, и язык выкатился наружу, будто приглашая внутрь.

– Ну что? – Герби подмигнул Энтони и хлопнул его по плечу. – Добро пожаловать на борт.

Изнутри змеи доносилась приглушенная музыка и обрывки фраз невидимых пассажиров.

Глава пятая,

в которой Энтони едет в змее и встречает трубадуров

В змеином экспрессе было нестерпимо жарко, но проводник, краснощекий весельчак с большими зелеными глазами, заверил, что вскорости они должны заползти на Тенистую Гряду Камней и тогда станет немного полегче.

– Брюхо, стало быть, в холодке остынет, – объяснил проводник. – И станет полегче. Не переживай, малец.

Он сжал плечо Энтони, сидевшего на боковушке неподалеку от входа в отсек, и устремился в глубь змеи. Енот уставился на широкую спину проводника.

Будь у него немного другая внешность – допустим, горб, черная повязка на правом глазу и стальные фиксы, – его панибратство воспринималось бы совершенно иначе. Но проводник чем-то неуловимо напоминал Дядюшку – присутствовала в его взгляде какая-то врожденная неистребимая доброта, а рука, которой он коснулся плеча Энтони, была очень теплой.

Казалось странным, что такой хороший человек работает в этой жутковатой змее. Хотя, подумал Енот, мало ли хороших людей работает в самых разных местах? Дядюшка называл подобное превратностями судьбы.

Вот проводник скрылся в дверях, и Энтони остался в пропахшем дорожной едой отсеке, в компании помятых и не очень пассажиров, сидящих на боковушках или в самих купе. Из большинства кубриков торчали наружу грязные ступни спящих пассажиров.

И только из одного купе выглядывал в проход гриф лютни. Прислушавшись, Энтони расслышал обрывки слов и аккордов. Заинтересованный, он поднялся и неуверенно побрел на звук.

Чем ближе подходил Енот, тем громче становилась музыка, тем четче – слова: