Гайка

– Расскажи им о себе. Откуда ты прилетел? Какой он – твой мир?

– Разве это важно? – вопросом на вопрос отвечал собеседник. – Он умирает. Мы ищем для себя новый дом.

Вдруг внутреннее помещение корабля осветилось красноватым светом и мальчик оказался внутри голограммы. Обречённая планета: красный песок, обрывки проводов, разбитые части механизмов, умирающая звезда, не дающая достаточно света.

– И вы хотите захватить Землю, – закончил Антон за ним фразу.

– Я просто разведчик. И всего лишь хочу вернуться на базу.

– А где она? На Луне? – мальчик не переставал любопытствовать.

– Нет, гораздо ближе. Я успел спуститься на планету, как включились эти кольца. Наш межзвёздник находится за ними и не может проникнуть сквозь этот барьер.

– Знаешь, – сказал нахмуренный Антон, – папа учил меня всегда помогать попавшим в беду, но ты обманул меня. Я больше не хочу тебе помогать, – он скрестил руки на груди.

– Я не смогу покинуть вашу планету, включится режим самоуничтожения, ты погибнешь вместе со мной. И твои мама и папа будут горевать о тебе, – завораживал голос в голове. – Пусть твой папа отключит заслон и ты вернёшься домой.

– Но тогда погибнут другие…

– Но не ты, – последовал ответ.

– На орбите Земли появился корабль инопланетян, возможно, это пока только разведчик чужеродного флота, – голос президента объединённого правительства Земли звенел от напряжения. – Вы уверены, что ваш заслон удержит его?

– Я уверен в заслоне, – устало ответил Любимов. – Он не пропустит даже антиматерию, под которой они были скрыты, не говоря уже о материальном.

– А как на счёт выстрелов из их орудий? – не унимался президент.

– Любые выстрелы, будь то плазма, чистая энергия или даже, к примеру, солнечный протуберанец – всё растворится в заслоне, он поглотит их энергию, без вреда для Земли.

– И единственный, кто может его отключить, это – вы? И у них ваш сын – правильно?

Любимов поднял глаза на президента и с горечью сказал:

– Вы думаете, передо мной стоит дилемма – человечество или мой сын? И поэтому хотите лишить меня возможности управлять заслоном?

– Да, – президент был краток.

– Я прошу лишь один шанс. Мне нужно попасть туда и переговорить с сыном с глазу на глаз. И если у меня ничего не получится, у вас останется целая и невредимая планета и моя доля в "Заслоне". Взрыв произойдёт высоко, глобальных последствий не будет. А если всё получится, и я, и мой сын останемся живы, то "Заслон" получит заказ от правительства на строительство базы на Луне, идею которой я вам уже озвучивал. Мы построим мощный флот для защиты в космосе, но я останусь единственным, кто будет иметь право управлять заслоном. Вы ничего не теряете.

Президент прищурившись смотрел на Любимова.

– Хорошо. Ведь это и в ваших интересах. Что вам для этого нужно?

– Два скафандра, корабль и немного времени.

Через час отец уже летел на встречу сыну.

"Твой отец, он здесь", – голос в голове разбудил мальчика, сидящего на полу и обнявшего коленки. – "Попроси его отключить заслон и я отдам тебя ему."

Антон хмуро оглядел аквариум с кибер-рыбой. Вот к чему привела его беспечность и любознательность. Мама, наверняка, плачет, и папа расстроен. А теперь ещё и всё человечество в опасности, получается, папа зря строил заслон?! И получается, он, Антон, обесценил важную работу отца, которую он сделал для всех? Ну, знаешь, кибер-рыба, так не пойдёт!

Антон вскочил на ноги, сжав кулаки.

"Что ты задумал?" – тут-же зашелестело в голове.

Антон не успел ответить, как внутри шара-корабля раздался голос отца:

– Я прошу аудиенции. И требую отдать мне сына.

"Скажи ему, пусть отключит заслон, я покину планету."

Стены, сотканные словно из узоров подвижного пара, разошлись, и Антон, как сквозь стекло, увидел корабль, и отца перед пультом управления.

"Скажи ему, он услышит тебя"…

– Папа, он просит, чтобы ты отключил заслон, ему нужно покинуть атмосферу, он не может в ней дышать.

– Антон, как я рад, что с тобой всё в порядке! – голос отца выдавал его волнение. – Я предлагаю следующее:

Я перехожу к вам, отключаю заслон на две минуты, мы отправляемся для переговоров на их главный корабль.

– Он свяжется с базой и ответит.

– Антошка, ты не переживай, всё будет хорошо, – Игорь Андреевич пытался подбодрить сына. – Вот вернёмся, возьмём старую дедову машину и раскрутим её по винтикам, да, сын? Все гаечки разложим в баночки по размерам, как дед делал. Хочешь?

– Хочу, пап! – обрадовался сын.

Игорь Андреевич натянул лёгкий скафандр из усиленного углепластика, взял второй для сына и шагнул прямо из открытого люка на шаткий мостик из подвижного пара.

Сквозь затягивающуюся прореху в стене Игорь Андреевич видел, как корабль на автопилоте ушёл обратно.

– Пап! – Антон бросился к отцу.

Тот обнял сына одной рукой и больше не отпускал от себя, рассматривая пришельца.

– Я могу отправить сына на Землю? – спросил он.

"Нет" – раздался голос в голове.

– Я отключу кольца ровно на время прохождения, и только тогда, когда мы будем у самого заслона. И предупреждаю: если ваш корабль решит воспользоваться моментом, его перемелет в труху.

"Никто не двинется с места. Пока" – было ответом.

Шар быстро поплыл из стратосферы выше. Когда до вращающихся колец оставалось несколько метров, Любимов достал обычный пульт и нажал кнопку "Стоп". Кольца резко остановились, не издав ни звука, и как только шар покинул зону пересечения, Любимов нажал "Старт".

Пока пришелец впал в некий транс, возможно занимался стыковкой или получал ментальные команды, Любимов протянул сыну скафандр, что так и держал в другой руке и молча кивнул. Антошка быстро влез в комбинезон, отец нажал на сжиматель и скафандр стал сыну по размеру.

Огромный межзвёздник, который отец и сын рассматривали сквозь ставший прозрачным бок кораблика, что вёз их в неизвестность, поражал воображение. В одном месте обшивка, вблизи напоминающая движение струй чёрного дыма, расступилась, и шар вплыл внутрь. Остановившись, он опал хлопьями и шар-аквариум с кибер-рыбой поплыл к другим таким же шарам, что застыли в форме пчелиных сот на расстоянии от землян.

– Я могу снять скафандр? – спросил Игорь Андреевич, держа сына за руку и автоматически задвигая его за себя.

Ответом ему была тишина. Лишь все кибер-рыбы в своих шарах-аквариумах повернулись к находящемуся в центре сот шару.

Любимов решил снять шлем из углепластика, не отключая подачу кислорода в маску на лице. Как только шлем был снят, в его голову ворвался разрозненный хор звуков чужеродного языка. Пришельцы были напуганы.

– Со мной может кто-то поговорить? Эй, пришельцы, перестаньте орать в моей голове! Я вам этого не разрешал! – окликнул их он.

Все дружно повернулись к землянам. Любимов отметил для себя их непохожесть. Стальные тела из разноцветных пластинок, механические линзы-глаза и открывающиеся зубастые рты.

– Мы пришли с миром. Мы всего лишь поисковики, что ищут жизнь во вселенной. И мы были рады найти вас.

– Конечно рады! – воскликнул Антошка, тоже снявший шлем. – Пап, они ищут планету для жизни своего народа, их мир умирает. Им нужна наша Земля! На ней для них прекрасные условия, кроме воздуха, они просто переделают атмосферу под себя, добавив больше примесей, уменьшив количество кислорода! И тем самым сделав жизнь на Земле непригодной для человечества! Не верь им, отец!

– Господа, я не знаю, что вы задумали, но скажу вам так, – Любимов ткнул пальцем в перчатке в сторону шаров, – мы, жители Земли, вам не позволим. Это – наша планета, это наш дом! Так что, давайте, до свидания!

– Вы неправильно нас поняли, – прошелестело в голове Игоря Андреевича, – мы сможем сосуществовать.

– Это вы неправильно поняли, как вас там, господа? – уточнил Любимов.

– Энурианцы, – последовал ответ.

– Господа энурианцы, – мы не пустим вас на свою планету. У нас прекрасное разнообразие флоры и фауны, нас и так достаточно на этом корабле жизни.

– Что мешает нам завладеть пусковым устройством вашего заслона, пока вы в нашей власти, и отключить его? – голос сменился на угрожающий.

Игорь Андреевич достал из кармана пульт и швырнул его в сторону шаров, тот разлетелся на мелкие кусочки пластика и микросхемы. Глаза-линзы всех кибер-рыб были прикованы к кучке мусора.

– Вы думаете, что это всего лишь силовое поле? – сказал, усмехнувшись, землянин, – каждое кольцо – это тысячи орудий. Земля изжарит вас в одно мгновение, один лишь ваш неверный шаг. Вас не тронули лишь по причине наших переговоров.

– Вы – наш проходной билет.

– Не обольщайтесь, как я и говорил, нас на Земле слишком много, незаменимых нет, есть незамененные. Главное – не допустить новых жильцов.

– А где мальчик? – спросил ещё один голос.

Антон рванул в боковой коридор в тот момент, когда отец кинул пульт в шары. "И никакой это не пульт от заслона, – подумал он тогда, – это пульт от старинного телевизора, что стоит среди хлама на чердаке дедова дома". Антон бежал по чёрным разводам, что, словно живые, перемещались под ногами, а в голове выстраивалась чёткая схема корабля. Только бы успеть!

– И если вы не отпустите нас, то одновременный залп из орбитальных пушек, установленных на всех трёх кольцах, не оставит мокрого места от вашего корабля, – услышал Антон, когда два робота вывели его под руки обратно в круглый зал, откуда он бежал несколько минут назад.

– Выбирайте, – продолжал Любимов, – вы отпускаете нас и мы отпускаем вас, либо мы погибнем все вместе здесь и сейчас.

– Наденьте шлем, он не пропускает наши мысли, – послышалось в ответ, – нам нужно посовещаться.

Игорь Андреевич хмыкнул и надел шлем, Антошка за его спиной – нет. И он прекрасно слышал, о чём шепчутся чужие.

Через несколько минут кибер-рыба из центрального шара кивнула Любимову, он снял шлем.

– Мы уважаем ваше решение. Мы смиримся и уйдём. Вселенная большая, – услышал Игорь Андреевич у себя в голове её голос. Вы можете уйти.

Вокруг отца и сына поднялся густой туман, что стал круглым шаром, в каком они попали сюда. Шар поплыл прочь от корабля, по направлению к кольцам.

Они стояли вдвоём – отец и сын, на самом верху наружного кольца и смотрели вслед отлетающему кораблю чужеродной расы.

– Ты успел? – спросил отец.

– Угу, – кивнул сын.

– И что теперь? – не отрываясь от захватывающего зрелища пустоты космоса с мигающими глазами звёзд, спросил отец.

– Развалятся, – просто ответил сын. – При переходе в гиперпространство их размотает на молекулы, – добавил он. – Теперь ты возьмёшь меня к себе на работу?

Приобняв сына в ожидании сторожевого корабля, Игорь Андреевич усмехнулся, и попросил:

– Покажи.

Антошка разжал руку в перчатке, на его ладони лежала, переливаясь боками, одна единственная инопланетная гайка…