Помоги проекту - поделись книгой:
В современной ситуации часто возникает потребность в том, чтобы педагогические работники вместе с организованными группами детей посещали музеи, кинотеатры, другие заведения, особенно в контексте предусмотренной образовательными программами внеурочной деятельности. Поэтому вопрос безопасности во время пребывания организованных групп детей вне школы крайне актуален.
В настоящее время вопросы противопожарной и иной безопасности зданий школ в основном урегулированы. Однако пребывание организованных групп школьников в рамках каких-либо дополнительных занятий, внеурочной деятельности в различных организациях требует системного подхода в части правового регулирования.
Все общественные здания, в том числе здания торговых центров, безусловно, должны соответствовать требованиям противопожарной безопасности.
Наряду с этим критически важным условием следует задаться вопросом наличия у школьников, а также у сопровождающих их лиц, навыков поведения в чрезвычайной ситуации, связанной с пожаром и другими техногенными катастрофами.
Важно совершенствовать нормы основополагающих законов в сфере безопасности детей. В частности, Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации».
Целесообразным будет распространение режима, предусмотренного указанным законом для часто посещаемых организованными группами детей кинотеатров и других заведений, предоставляющих услуги, которые условно можно назвать услугами по организации отдыха для детей. Эта мера позволит установить дополнительные гарантии для безопасности детей.
Надо сделать так, чтобы нововведения в сфере безопасности не вызывали неподъемные административные обременения, что обычно приводит не к повышению безопасности, а наоборот – к ее резкому понижению, вызываемому за счет использования более дешевых коррупционных механизмов решения вопросов безопасности.
Как показывает практика, положительный эффект дает добровольное сертифицирование объектов, не относящихся к зданиям образовательных организаций, но тем не менее использующихся для отдыха и обучения детей.
Это обеспечивает более или менее безопасные условия для пребывания детей, подтвержденные внешним экспертным сертифицированием.
Школы и другие образовательные организации, конечно, будут заинтересованы в том, чтобы организованные группы детей с педагогическими работниками пользовались услугами как раз именно этих организаций. Наличие соответствующего сертификата будет выступать механизмом увеличения спроса на услуги организации – владельца здания.
Также необходимо обратить внимание на правовое регулирование содержания ФГОСов в части предметов и направлений, обеспечивающих обучение безопасному поведению учащихся, в том числе в нештатных ситуациях.
Федеральный государственный образовательный стандарт среднего общего образования, утвержденный Приказом Министерства образования и науки РФ от 17 мая 2012 г. № 413, в пункте 3 предусматривает положение о создании условий для формирования здорового, безопасного образа жизни обучающихся.
Термин «безопасный образ жизни» также используется при характеристике личностных результатов освоения основной образовательной программы и в других разделах стандарта. Аналогичные положения есть в федеральных государственных образовательных стандартах основного общего и начального общего образования.
Изучение предмета «Основы безопасности жизнедеятельности» должно обеспечить знание правил и овладение навыками поведения при чрезвычайных ситуациях природного, социального и техногенного характера.
Детей следует учить, как сохранять эмоциональную устойчивость в опасных ситуациях, как действовать индивидуально и в группе, как оказать первую помощь пострадавшим.
Таким образом, ФГОСы в принципе содержат необходимые положения, выступающие правовой основой для обеспечения формирования навыков безопасного поведения.
Другой элемент обеспечения безопасности при посещении организованными группами обучающихся школ каких-либо заведений связан с подготовкой сопровождающих педагогических работников.
Навыки поведения в чрезвычайных ситуациях с организованными группами обучающихся, находящихся вне школ, необходимо «упаковывать» в программы повышения квалификации для педагогических работников.
Важно обратить внимание на квалификационные требования к работникам образования, утвержденные Приказом Минздравсоцразвития РФ от 26.08.2010 № 761н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел «Квалификационные характеристики должностей работников образования».
Согласно данному приказу, за руководящими и педагогическими работниками в части должностных обязанностей закреплена позиция: «Выполняет правила по охране труда и пожарной безопасности». Однако квалификационные требования к педагогическим работникам не содержат соответствующих положений.
Следует внести в квалификационные характеристики педагогических работников положения об обязательности наличия навыков поведения в чрезвычайных ситуациях, в том числе вне школы.
Такого рода положения могут содержаться в разделах «Должен знать» и имплантироваться в трудовые договоры с работниками школ.
Школа без оценок – брешь учителей
В одном из субъектов Российской Федерации прокуратура обратилась в суд с заявлением о привлечении к административной ответственности педагогических работников по причине отсутствия выставления ими текущих оценок обучающимся.
Необходимость наложения административной ответственности мотивируется законом субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, содержащим такого рода состав, как: «Нарушение порядка предоставления муниципальной услуги, повлекшее непредоставление услуги заявителю либо предоставление ее заявителю с нарушением установленных сроков предоставления государственной или муниципальной услуги».
При рассмотрении данного вопроса основой для принятия решений должно выступать федеральное законодательство, однако большое значение имеют также нормативные правовые акты органов местного самоуправления и локальные акты образовательной организации.
Ключевой вопрос в данном случае – является ли выставление оценок обязательным элементом процесса, который в сообщении СМИ назван «текущей аттестацией обучающихся»?
Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» не содержит понятия «текущая аттестация» в применении к обучающимся.
Статья 28 указанного закона относит к компетенции образовательной организации «осуществление текущего контроля успеваемости и промежуточной аттестации обучающихся, установление их форм, периодичности и порядка проведения». Таким образом, в данном случае речь идет даже не о промежуточной аттестации, урегулированной статьей 58 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации».
Согласно части 1 данной статьи, освоение образовательной программы (за исключением образовательной программы дошкольного образования), в том числе отдельной части или всего объема учебного предмета, курса, дисциплины (модуля) образовательной программы, сопровождается промежуточной аттестацией обучающихся, проводимой в формах, определенных учебным планом, и в порядке, установленном образовательной организацией.
Для характеристики нашей ситуации необходимо использовать понятие «текущий контроль успеваемости обучающихся».
Часть 1 статьи 30 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» предусматривает, что образовательная организация принимает локальные нормативные акты по основным вопросам организации и осуществления образовательной деятельности, в том числе регламентирующие периодичность и порядок текущего контроля успеваемости обучающихся.
Порядок организации и осуществления образовательной деятельности по основным общеобразовательным программам – образовательным программам начального общего, основного общего и среднего общего образования, утвержденный Приказом Минобрнауки России от 30.08.2013 № 1015, в пункте 19 предусматривает норму о том, что освоение общеобразовательной программы, в том числе отдельной части или всего объема учебного предмета, курса, дисциплины (модуля) общеобразовательной программы, сопровождается текущим контролем успеваемости и промежуточной аттестацией учащихся. Формы, периодичность и порядок проведения текущего контроля успеваемости и промежуточной аттестации учащихся определяются образовательной организацией самостоятельно.
Выводы:
Вышеизложенное свидетельствует о следующем:
– текущий контроль успеваемости является необходимым элементом образовательного процесса, а, следовательно, отсутствие текущего контроля успеваемости при реализации образовательной программы может свидетельствовать о нарушении порядка предоставления соответствующей муниципальной услуги;
– формы и периодичность текущего контроля успеваемости определяются самой образовательной организацией и закрепляются в локальном акте школы. При этом текущий контроль успеваемости совершенно необязательно должен предполагать выставление отметок по пятибалльной системе. Может быть предусмотрена, например, фиксация удовлетворительной либо неудовлетворительной оценки результатов освоения образовательных программ.
Таким образом, отсутствуют основания для предъявления школе претензий по причине отсутствия оценок в ходе текущего контроля успеваемости.
Однако, как следует из сообщений СМИ, претензии прокуратуры основываются на том, что школа приняла локальный акт, в котором как раз предусмотрена обязанность учителя выставлять оценки в ходе текущего контроля успеваемости.
Если все написанное верно, то школа реализовала свое право на установление форм и периодичности текущего контроля успеваемости таким способом, который предполагает необходимость ежедневного выставления оценок учителем.
Подчеркну, что школа и учитель имеют на это право. Хотя речь в законе идет именно о правомочии самой образовательной организации, а не о навязанной органом местного самоуправления – учредителем методике.
Тем не менее считаем, что в данной ситуации не вполне правильно ставить вопрос об административном наказании именно учителя. Если принимать во внимание сообщения в СМИ, учитель нарушил локальный акт школы, регламентирующий порядок текущего контроля успеваемости.
Однако муниципальную услугу предоставляет не конкретный учитель, а школа.
Именно между школой и обучающимся возникает образовательное отношение по поводу предоставления услуги. Учитель выступает на стороне школы в этом образовательном отношении.
В применении к учителю целесообразно ставить вопрос о возможной дисциплинарной ответственности за нарушение локального акта школы, а не об ответственности за неполное предоставление муниципальной услуги, за которую отвечает школа в целом.
Учитывая изложенное, считаю, что судья должен отказать прокуратуре в удовлетворении требования о применении мер административной ответственности по отношению именно к учителю.
Инновации на личном опыте
Наши изобретатели генерируют массу идей. У них золотые руки. Только одного не знают или не могут: как вывести продукт на рынок. Особенно если он образовательный. Шустрые зарубежные инвесторы перехватывают проекты. Как быть?
14 апреля 2018 года в Высшей школе экономики (ВШЭ) состоялось очередное представление проектов для конкурса инноваций в образовании – «Ясли КИвО».
Мое появление там было связано с тем, что в составе команды молодых программистов – Сулейманова Руслана и Куприянова Романа – я принимал участие в конкурсе инноваций в образовании в 2014 году. При этом сам я имею крайне слабое отношение к программированию (в определенном смысле «чайник» в этой сфере), но тогда я обладал статусом проректора МПГУ, а указанные перспективные молодые люди работали в сфере ИКТ в данном вузе. Выражаю им признательность, если они меня читают, за их терпение к моим компетенциям в сфере ИКТ и совместную работу.
Наш тогдашний проект совмещал в себе элементы, относящиеся к ИКТ и юриспруденции, и именовался как «Конструктор образовательных программ и локальных нормативных актов», представляя собой облачный веб-сервис для легкого и быстрого создания юридически грамотных документов. Команда проекта впоследствии распалась, однако сама по себе представленная нами технология имеет перспективы спроса.
Безусловно, по сравнению с 2014 годом, сегодня чувствуется размах. Организаторам – по сути, команде из «Вышки» – удалось создать атмосферу творчества, привлекающую, прежде всего, молодых людей в процесс. Были представлены интересные идеи. В частности, я как эксперт отдал предпочтение проекту, предусматривающему особые технологии обучения русскому языку среди иностранных граждан.
Для рынка инноваций в образовании характерно наличие нескольких крупных проблем.
Во-первых, к ним относятся проблемы, связанные с отсутствием у инноваторов компетенций в области презентации, оформления и предъявления инноваций (эти требования я отношу и к себе).
Предлагаемые продукты сами по себе, как правило, качественные и могли бы найти рыночный спрос, как в России, так и за рубежом.
Основной упор делается на самом продукте, а не на его потенциальных потребительских свойствах. Это традиционная болезнь многих отечественных Кулибиных.
То, из-за чего российские открытия (например, видеомагнитофон, мобильный телефон, вертолет) реализуются не в России, а на Западе.
Важно также отметить неразвитость навыков самопрезентации и правильного представления продукта для потенциальных инвесторов, в качестве которых зачастую выступают лица, не имеющие отношения к образованию.
Во-вторых, следует отметить проблемы, связанные с общей экономической ситуацией.
При разработке и представлении инноваций в сфере образования в эпоху глобализации необходимо учитывать такой компонент, как спрос.
Рынок для внедрения инноваций в России объективно намного меньше, чем в Китае, США, ЕЭС, поэтому затраты потенциально трудно окупить только лишь за свой счет. Это обстоятельство создает опасность втягивания российского рынка инноваций в орбиту более сильного и перспективного игрока.
Важно, чтобы такого рода взаимодействие с мировыми игроками не породило колониальную смычку, когда российский рынок инноваций становится поставщиком необработанного сырья – идей, проектов, открытий в сфере образования, которые будут оформляться, использоваться и продаваться уже не российскими, а зарубежными обладателями интеллектуальных прав на инновации в сфере образования.
Если уж процесс взаимодействия неизбежен, то российская составляющая должна генерировать повышенную добавленную стоимость, обеспечивать получение разработчиком интеллектуальной ренты от последующей продажи продукта за рубежом.
Основная часть образовательных организаций в России – это бюджетные и казенные учреждения, финансирование которых осуществляется бюджетами различных уровней. Соответственно, любое расходование бюджетных средств подчиняется установленным требованиям в части организации конкурсов на закупку, отчетности, проверок и прочего. В таких условиях крайне трудно выступать в роли «свободного агента» на рынке инноваций в образовании.
В сухом остатке:
Самым эффективным и проверенным веками способом повышения экономической активности и экономического роста любого рынка является институционализация.
В настоящее время достаточно много сделано для построения институтов, оказывающих содействие инновациям в образовании. Разработаны формы грантовой поддержки образовательных организаций. Осуществляются поставки передового учебного оборудования. Это инновационные площадки и инновационная инфраструктура в целом, президентские и иные крупные денежные премии и другие меры.
Государственная система поддержки инновационной инфраструктуры, замкнутая на Минобрнауки России, ориентирована на поддержку образовательных организаций, а не коллективов и индивидуальных инноваторов, и достаточно забюрокрачена. Хотя, несмотря на недостатки, она все-таки как-то работает.
Качество государственного регулирования рынка всегда может вызвать нарекания в применении к любому его сегменту – начиная от продажи апельсинов и заканчивая коммерческими запусками спутников.
Тем не менее никто не говорит о том, что государственное регулирование не нужно рынку вообще. То же касается и рынка инноваций в образовании.
Хорошо, что есть отдельные энтузиасты в «Вышке» и других образовательных организациях. Однако дальнейшее развитие рынка инноваций в образовании предполагает необходимость организации системной работы по формированию институтов поддержки. К направлениям деятельности указанных институтов поддержки может относиться:
– защита авторских прав педагогических работников;
– снижение затрат и неоправданных барьеров на патентование перспективных изобретений в сфере образования;
– поощрение потенциального спроса на инновации через снижение налогов;
– целевые кредиты на покупку инновационных продуктов;
– льготное кредитование для инновационных предпринимателей-педагогов;
– формирование малозатратных экспертных систем для оценки потенциала того или иного инновационного продукта;
– поддержка экспорта «высокотехнологичных» образовательных услуг.
Кто прав, кто виноват
В последнее время все чаще и чаще можно услышать о распространении государственно-частного партнерства в сфере образования. Обычно государственно-частное партнерство ассоциируется со строительством заводов, электростанций, других технически сложных объектов. Тем не менее в сфере образования также возникает потребность в такого рода инструменте.
Особое значение государственно-частное партнерство имеет, как ни странно, для дошкольного образования в свете нехватки мест в дошкольных образовательных организациях и возникающей в связи с этим необходимости привлечения частных образовательных организаций и других негосударственных организаций для решения указанной проблемы.
В настоящее время в России действует Федеральный закон от 13.07.2015 № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».
Согласно статье 3 указанного закона государственно-частное партнерство, муниципально-частное партнерство – юридически оформленное на определенный срок и основанное на объединении ресурсов, распределении рисков сотрудничество публичного партнера, с одной стороны, и частного партнера, с другой стороны.
Такое сотрудничество осуществляется на основании соглашения о государственно-частном партнерстве, соглашения о муниципально-частном партнерстве.
Происходит это в целях привлечения в экономику частных инвестиций, обеспечения органами государственной власти и органами местного самоуправления доступности товаров, работ, услуг и повышения их качества.
В свою очередь соглашение о государственно-частном партнерстве, о муниципально-частном партнерстве представляет собой гражданско-правовой договор между публичным партнером и частным партнером, заключенный на срок не менее чем три года.
Подчеркнем еще раз, что государственно-частное партнерство (в рассматриваемом случае – муниципально-частное партнерство) – это в первую очередь гражданско-правовой договор.
Ключевым признаком любого гражданско-правового по своей правовой природе договора является юридическое равенство сторон.
Это правомерно, даже если одной из сторон выступает администрация крупного города со сверхмощным служилым аппаратом, включающим разнообразное начальство, юристов и орговиков, а другой стороной скромный индивидуальный предприниматель.
Поделиться книгой: