Помоги проекту - поделись книгой:
Если начать до морозов и действовать с умом, то вполне реально за месяц преодолеть линию Маннергейма, а после этого финны, как и в моём времени сразу пойдут на попятную. Для штурмовых СУ-152 вполне по силам подавить финские доты. Их толстая шкура позволит им выходить на дистанцию прямого выстрела, после чего своими фугасными снарядами они свободно смогут подавить их. Достаточно просто повредить вражеское орудие или пулемёт и пехота сможет подойти вплотную, а после этого считай дело сделано.
Спор о моём предложении вышел жарким, но в итоге Сталин решил принять мои предложения. Начать решили как можно раньше, но в любом случае не раньше, чем Германия нападёт на Польшу. Я же приказал начать на Кировском заводе и заводе имени Ворошилова бросить все дела и заняться срочной модернизацией танков Т-28. В первую очередь усилить экранами бортовую броню. Сам танк весил 25 с половиной тонн, то есть как минимум 2 — 3 тонны навесной брони можно было установить без значительного ухудшения его проходимости и манёвренности. В итоге за счёт установки экранов, броня была доведена до 40 миллиметров, правда вес увеличился до 30 тонн, но это было не смертельно, зато его защита значительно выросла.
Меньше чем за два месяца были экранированы 119 танков Т-28, все они были включены войска Ленинградского военного округа, также с Украины были переброшены 10 танков Т-35. В итоге 23 октября 1939 года СССР объявил Финляндии войну. Хоть немцы уже и закончили с Польшей, не успели мы раньше начать с финнами, но всё равно на открытое вмешательство они не пошли, хотя исподволь всячески помогали финнам, вопреки заключённого с СССР договора, но особой роли это не сыграло. Осенние дожди закончились, температура упала до лёгкого морозца, но снега пока почти не выпало, хотя леса уже стояли голыми. Наши войска перешли в наступление, наступать по подмерзшей земле было легко, и финнам приходилось не сладко. Снега, который замедлял бы продвижение Красной Армии и помогал бы маскироваться финнам, ещё практически не было, зато листва с деревьев и кустов уже облетела. Достаточно легко прорвав приграничные силы финнов, механизированная колонна наших войск продвигалась по лесной дороге. Первым шел исполин Т-35, как ни как, а танк прорыва, вот его и пустили первым. Выстрел финской противотанковой пушки за шумом многочисленных моторов ни кто не услышал и даже не увидел отсверк выстрела, но шедший первым Т-35 внезапно замедлился и проехав с десяток другой метров остановился. С его кормы сначала потянулась тоненькая струйка дыма, которая сначала быстро превратилось в толстую, а потом показались и языки пламени. Экипаж быстро покинул танк, вот только не всем удалось покинуть его живым и невредимым. Как только танкисты полезли из люков бронированной машины, как из леса раздались выстрелы и несколько танкистов упали, а потом снова сверкнул выстрел, который уже увидели многие, и шедший за Т-35 БТ-7 взорвался, когда от попадания бронебойного снаряда детонировала полная боеукладка танка. Следовавший следом Т-28 шустро повернул сначала свою левую пулемётную башню и открыл пулемётный огонь по засечённой цели. В этот момент снова выстрелила финская пушка и Т-28 сотряс удар, правда танкистам повезло. Пробив экран, снаряд тем не менее слегка изменил свою траекторию и потому срикошетировал от основной брони танка. В этот момент и орудийная башня наконец повернулась в нужную сторону, и грянул выстрел КТ-28. В то же время по расположению финского бофорса открыли огонь и другие танки, которые были в колоне, а также бронетранспортёры и место нахождения финского орудия скрылось в огненных разрывах. Однако с финской стороны стреляло не одно только противотанковое орудие, также вели огонь несколько пулемётов и многочисленные винтовки. Бойцы с начала боя мгновенно покинули бронетранспортёры и залегли вдоль дороги, только штатные пулемётчики из экипажа остались на месте, они открыли огонь на подавление противника и десант стал медленно двигаться в сторону противника. В течение буквально пары минут были задавлены, как противотанковая пушка, так и пулемёты. Финны отступили оставив на месте засады уничтоженное орудие и четыре разбитых Максима, но главное они сделали. Т-35 стоял и горел как раз перед большим оврагом. По бокам были здоровенные камни, один чуть ли не с небольшой домик, вот танк и заткнул своим корпусом проход между ними, а переехать через овраг можно было только тут. В этот момент от пожара рванул боезапас Т-35 и две башни, основную и переднюю орудийную сорвало с места и отбросило в сторону. Быстро оттащить громадину тяжёлого танка было невозможно.
В течении месяца боёв были потеряны все десять Т-35, причём особой роли в ходе боевых действий они не сыграли, зато экранированные Т-28 показали себя с самой лучшей стороны. Конечно были и среди них потери, но не очень большие, зато они очень хорошо подходили для борьбы с финской пехотой. Опасность для них представляли только противотанковые пушки, ружья, как финские, так и шведские оказались почти бессильны против них, а учитывая небольшое количество противотанковых орудий, то и общие потери оказались не такими большими. Вот для Т-26 и БТ противотанковые ружья несли большую опасность, так как достаточно легко пробивали их броню.
Глава 6
5 ноября 1939 года, Карельский перешеек.
Комбриг Пётр Степанович Пшенников, командир 142-ой стрелковой дивизии, только вчера получивший новое звание, рассматривал в стереотрубу укрепления Линии Маннергейма, к которым его дивизия вышла вчера. Настроение комбрига было ни к чёрту и его можно было понять. Сегодня он получил приказ от командующего 50-м стрелковым корпусом комдива Гореленко завтра штурмом занять финские доты. Пшенников не был дураком и отлично понимал, что в сложившейся обстановке он просто потеряет всю свою дивизию в бесплодной попытке захватить вражеские позиции, без всякого толка. Правда в своём приказе Гореленко упоминал сначала дождаться каких-то «Костоломов» и только потом идти на штурм. Что ещё за «Костоломы», ломал себе голову Пшенников. Стемнело, здесь, ближе к северу в это время темнее рано, и комбриг отправился к себе в палатку, которую для него поставили бойцы комендантской роты. Только он поужинал, как со стороны тыла послышался звук моторов приближающейся техники. На работу двигателей грузовиков этот шум походил не очень, был громче, плюс слышался лязг железа, и удивлённый комбриг вышел из своей палатки. По дороге приближалась какая то громада, правда перед ней двигалось несколько бронетранспортёров, гусеничных, в том числе комбриг разглядел и зенитный, со спаркой 20-ти миллиметровых шваков. Наконец техника остановилась, и Пшенников с удивлением увидел настоящую громаду. Такой техники он в своей жизни ещё не видел. Это было нечто, раза в два больше обычного Т-26, ОНО не имело башни, вместо неё была рубка, причём не просто прямоугольная, а плиты брони были под разными углами наклона, но главное, это было орудие, поистине корабельного калибра, оно минимум на пару метров, если не больше выпирало вперёд. Это нечто заглушило свой двигатель, сверху откинулась крышка люка, и вылезший танкист, ловко спрыгнув со своей исполинской машины, приложив руку к шлемофону, доложил.
-Товарищ комбриг, третья батарея первого дивизиона штурмовых самоходок, второго механизированного корпуса прибыла в ваше распоряжение. Командир батареи капитан Санаев.
А комбриг лишь с удивлением смотрел на шесть здоровенных самоходок, которые, судя по всему, и оказались «Костоломами». Теперь было понятно, почему Гореленко был уверен в успехе завтрашней атаки. Ночь прошла спокойно, а утром, когда рассвело и все позавтракали, все шесть самоходок, выстроившись в ряд, порыкивая двигателями, неспешно двинулись вперёд. Комбриг с самого начала прильнул к стереотрубе и старался не пропустить ничего из разворачивающегося перед его глазами боя. Вот забеспокоившиеся финны открыли огонь из своих орудий, то тут, тот там виднелись вспышки выстрелов из бетонных амбразур дотов, но самоходки казалось даже не замечая этого, всё также неторопливо и несокрушимо двигались вперёд, и лишь иногда, когда стрельба велась из дальних дотов, было видно отсверки рикошетов от бортов самоходок. Наконец примерно метров за 700 — 800 от финских дотов самоходки остановились. Чуть — чуть поведя стволами своих огромных орудий, они наконец открыли ответный огонь и амбразуры финских дотов скрылись в облаке огненных разрывов. Самоходки сделали по 4 — 5 выстрелов каждая и замерли. Комбриг понял, что сейчас настало его время, и приказал поднять бойцов в атаку, но как только пехота приблизилась метров на 400 к дотам, так сразу ожили пулемётные колпаки и замаскированные амбразуры дотов. Пехота тут же залегла, а самоходки, обнаружив новую цель, незамедлительно открыли по ней огонь. Финские пулемёты замолкали один, за другим, пехота снова поднялась, но несколько уцелевших огневых точек снова открыли огонь и бойцы опять рухнули в выпавший снег. Наведение на новые цели и вот СУ-152 басовито рявкают, посылая свои тяжёлые, полусотенные фугасные снаряды по новым целям. Вздымаются султаны разрывов, после чего наша пехота неумолимо двигаются дальше и в этот раз им противостоит всего три пулемёта, которые моментально подавляют тяжёлые фугасы самоходок. Правда еще стреляют финские пехотинцы, но это уже не шквальный пулемётный огонь, а потому бойцы продолжают продвигаться вперёд и скоро достигают финские позиции.
Мгновенно расползшись среди вражеских дотов, бойцы сначала окончательно подавляют сопротивление финской пехоты, которая прикрывала доты, а затем принялись выкуривать гарнизоны замолчавших дотов, при этом приходилось опасаться боковых и тыловых амбразур, которые были у многих дотов. Не мудруствая лукаво, бойцы просто забрасывали в амбразуры дымовые шашки, которые случайно оказались в обозе и которые им выдали перед атакой. Примерно через час зачистка дотов закончилась, дивизия Пшенникова захватила участок примерно в километр шириной и теперь, выставив заслон, стала медленно продвигаться в стороны, расширяя прорыв. Самоходчики тоже не остались без дела, они задним ходом отошли назад, что бы не подставлять боковым дотам свои борта и корму, и только уже за пределами действия финской артиллерии повернули вбок. Три машины двинулись направо, а оставшиеся три налево, после чего всё повторили. Снова выдвинувшись на дистанцию прямого выстрела, они принялись подавлять новые доты. Закончив тут, самоходки отошли назад и встали для пополнения боекомплекта, так как расстреляли практически всё. Потратив новый боекомплект, снова отошли в тыл и после пополнения боекомплекта, сделали получасовой перерыв на обед, который им принесли в термосах бойцы хозроты с кухни. К вечеру был захвачен шести километровый участок линии Маннергейма.
Комбриг Пшенников был доволен, приказ выполнен, первая линия финских укреплений захвачена на участке длиной в шесть километров, а потери дивизии минимальны. Вот уж действительно «Костоломы», думал он о танкистах.
С такой поддержкой вполне можно захватить укрепрайон, а то дали бы артподдержку и что? Пускай даже артиллерия долбила по финнам целый час, а толку, если доты они всё равно взломать не смогут, а тут били прямой наводкой по амбразурам и заставили финнов заткнутся, чем и обеспечили успех пехоте, которая почти без потерь захватила вражеские укрепления.
-Ну что, Пётр Степанович, как успехи?
-Вашими молитвами Филипп Данилович, спасибо за «Костоломы», действительно, полностью своё название оправдали, кости финнам только так ломали. Мы за сегодня шесть километров укреплений захватили, если будет подкрепление, то завтра ещё больше освободим.
-Хорошо, будет тебе подкрепление, жди, завтра к тебе 90-я дивизия комбрига Зайцева подойдёт.
-Спасибо Филипп Данилович.
На следующий день, после того, как к Комбригу Пшенникову подошла в помощь 90-я дивизия, наступление продолжилось. Кроме того, что он расширил прорыв ещё примерно на 4 — 5 километров в сторону, его бойцы двинулись вперёд, вглубь финских позиций.
До конца ноября линия Маннергейма была сначала взломана во многих местах, а затем полностью зачищена и после пары дней отдыха, когда спешно подвозили топливо, боеприпасы и продовольствие, а также пополняли личный состав, 7-я армия двинулась дальше.
Та относительная легкость, с которой Красная Армия прорвала линию Маннергейма впечатлила финское командование. Полностью уверенные в том, что укрепрайон надолго задержит советские войска, финское командование впало в ступор. Кроме того относительно успешное наступление советских войск шло практически по всей линии противостояния. Просто запредельная насыщенность советских войск бронетехникой, пускай и лёгкой, позволяло им постоянно давить на финские войска. Катастрофическая нехватка противотанковых средств сказала своё веское слово, а кроме того, советские войска успели до начала больших снегопадов, которые значительно затруднили передвижение, далеко продвинутся на финскую территорию. Лишь обильные снегопады замедлили продвижение советских войск. Осознав, что они проигрывают войну, и еще немного, и русские войдут в Хельсинки, финское правительство, скрепя сердце запросило перемирие, и 22 декабря оно было заключено. Прибывшая в Москву финская делегация 8 января 1940 года подписало в Москве мирный договор, согласно которого СССР отходили значительные земли, включая и Выборг.
Я сидел в своём кабинете и просматривал данные статистики о наших потерях в этой войне, разумеется, я не помнил данные из моего мира, но явно было видно, что сейчас потерь значительно меньше. Всего погибло и пропало без вести 14867 человек, а еще 59075 были ранены.
Эти потери тоже были значительными, но гораздо меньше, чем могли бы быть, а кроме того, из-за того, что войну начали раньше, практически отсутствовали обмороженные. По технике получилось следующее, мы безвозвратно потеряли в общей сложности 213 танков и 415 бронемашин и бронетранспортёров, в том числе и все 10 принявших участие в этой войне Т-35. В тоже время ни один новый Т-50 или экранированный Т-28 не был уничтожен. Были подбитые танки, но все они после ремонта или уже были возвращены в строй или будут отремонтированы в ближайшее время. Скажу честно, меня эта статистика обрадовала, мало того, что потери в живой силе в несколько раз меньше, так и в технике тоже.
Кроме того, можно сказать официально Т-35 прошёл тест на профпригодность, вернее сказать не прошёл, так как с треском его провалил, все танки были потеряны в течении первых двух недель войны, причём 6 из них в безвозвратных потерях. Вот новые Т-50 и экранированные Т-28 показали себя с самой лучшей стороны, особенно Т-28, которые очень хорошо глушили финскую пехоту своими пулемётами. Правда надо отдать должное, с противотанковыми средствами у финнов было не очень, но экраны, хоть и утяжелили танк, зато добавили ему защиты и в целом он очень хорошо выступил в этом конфликте, хотя честно говоря уже устарел. Представляю себе, если бы Т-28 и Т-35 появились в царской армии во время Первой Мировой войны, хотя с теми царскими генералами просрали бы их только так. Новые бронетранспортёры тоже показали себя очень хорошо, и хотя среди них и были достаточно большие потери, но ведь и броня у них, не противоснарядная, а противопульная и уже крупнокалиберный пулемёт или обычные бронебойные патроны она не держит, особенно вблизи.
19 января 1940 года, Кубинка.
К 10 часам утра на полигоне в Кубинке стали собираться высокопоставленные начальники. Приехали Ворошилов, Шапошников, Тимошенко, Будённый, Конев, Кулик, Жуков и разумеется я, а кроме того приехал и Сталин. Все разместились в бункере для начальства, а в километре от него развернулась батарея «Смерчей» из 6 установок на колесном шасси, в качестве которого выступили американские шеститонные грузовики. Машины имели бронированные кабины с опускаемыми защитными щитами для стёкол. С другой стороны бункера на поле разместили три десятка списанных старых танков, бронемашин, грузовиков и деревянных щитов имитирующих солдат потенциального противника. Кроме того тут присутствовало и несколько бригад кинооператоров, которые снимали всё происходящее на киноплёнку. Три бригады снимали установки залпового огня, спереди, сбоку и сзади, а еще три, правда на безопасном для себя расстоянии и на всякий случай в вырытых блиндажах, поле полигона, по которому должен был быть нанесён удар и тоже с трёх сторон.
После приезда Сталина, машины вышли на боевую позицию и спустя пять минут нанесли удар. Зрелище было просто фантастическое, на грузовиках стояли короба с пусковыми трубами, блок направляющих 5 на 8, всего 40 ракет в пусковой установке, а учитывая, что в батарее было 6 машин, то и залп составил 240 ракет, которые все вылетели за 40 секунд. Расстояние приглушило звук запуска, но вид стартующих ракет был фееричен, а затем все смотрели на мишени, которые все мгновенно скрылись в пелене разрывов. Конечно летом это было бы зрелищней, но и так, когда опала снежная пыль, поднятая разрывами ракет, то все увидели горящую и местами перевёрнутую технику и разнесённые щиты, имитировавшие пехоту противника.
Все ошарашено смотрели на то, что осталось от мишеней, а я предложил переехать в соседний бункер наблюдения, для показа уже гусеничных установок. Все без возражения переехали в соседний бункер, в двух километрах от этого. Кинооператоры тоже перебрались на новые места съёмки. Заработали кинокамеры и по отмашке на боевую позицию выехали гусеничные установки на базе лёгкого Т-50. Вместо башни, на нём стоял блок направляющих, управление было выведено в боевой отсек машины. Находившаяся до этого в транспортном положении направляющая, сначала развернулась на 90 градусов, а потом приподнялась на нужную высоту, после чего сразу произошел залп ракет. Как только машины отстрелялась, так тут же рванули с места, уже на ходу возвращая пусковые установки в транспортное положение. А на месте мишеней снова расцвели огненные султаны разрывов.
Выйдя из бункера, все отправились осматривать мишени. Всё поле было просто перепахано взрывами, кругом горела перевёрнутая техника, а на месте деревянных щитов остались лишь обломки.
-Товарищ Павлов, что это было?
-Рад представить вам товарищ Сталин перспективный вид новейшего вооружения, которого пока нет ни в одной армии мира. Это реактивные системы залпового огня «Смерчь», стреляют реактивными снарядами РС-82 разработанными для нашей авиации, дальность стрельбы 6 километров, радиус сплошного осколочного поражения одного снаряда 6 — 7 метров. Устанавливаются на автомобильное и гусеничное шасси. При установке на гусеничное шасси, имеет полное управление из боевого отсека, что вы и видели. На мой взгляд это идеальное оружие против прорвавшегося, или атакующего противника. Рассчитана на работу по площадям, всего лишь один дивизион РСЗО из 18 установок способен заменить 5 — 6 полков ствольной артиллерии, в то время, как стоит значительно дешевле, ну и манёвренность установок вы видели сами. Приедет, даст залп и уедет на перезарядку, а ответный огонь противника придётся уже на пустое место. Плюс, сюда надо добавить ещё и психологический фактор, когда внезапно на тебя с неба падает огненный дождь, то не каждый сможет сохранить боеготовность и волю к бою.
Единственное, на мой взгляд, надо немного доработать ракеты, добавить туда взрывчатого вещества, довести его вес хотя бы до килограмма, а то сейчас там находится всего 360 грамм взрывчатки, что на мой взгляд слишком мало.
-Даже так товарищ Павлов это оказывается достаточно эффективное оружие. Вы правы, такое оружие нашей армии крайне необходимо, начинайте его выпуск побыстрей.
Вернувшись с полигона в Кубинке, Сталин стал просматривать бумаги, аналогичные тем, что незадолго до него просмотрел комкор Павлов и результат его одновременно и радовал и огорчал. Радовало относительно небольшие потери в живой силе и технике, а также достаточно успешные действия своих войск, а вот огорчало то, что его гордость, тяжёлые танки прорыва Т-35, как и говорил Павлов, оказались крайне неэффективны, все они были выведены из строя в ходе этой войны, причём даже не оказав ни какого влияния на неё, даже наоборот, как оказалось, в паре случаев они закупорили своими корпусами проходы, и пришлось основательно повозиться, что бы освободить его. Думал он и о самом Павлове, за последние пару лет он очень многое сделал для повышения мощи армии, в частности бронетехники, да и его прогнозы потихоньку сбываются. Напряжение в мире нарастает, всё отчётливей пахнет новой войной в Европе, вон и Павлов, как старается побыстрей внедрить в войска новую технику и новые части, в частности мехкорпуса, правда он их немного переработал от того, что предлагал Тухачевский.
Также Павлов категорически отказался от идеи Тухачевского сделать ставку на скоростные лёгкие танки, он сделал ставку на средние и тяжёлые танки, оставив лёгкие только для разведки и сопровождения колонн. До самого вечера Сталин обдумывал идеи Павлова, а потом, после ужина, ему доложили, что отснятую днём на полигоне плёнку проявили и смонтировали из неё фильм. В одиночестве пройдя в кинозал, он стал смотреть отснятый материал. Ну что сказать, фильм получился зрелищным, кинооператоры оказались профессионалами своего дела, всё было заснято с самых лучших ракурсов. Там, на полигоне, хоть и смотрели в бинокли, но всё же это было не совсем то, а тут он видел установки крупным планом, а также стрельбу из них и результаты обстрела. Фильм был со звуком, и он смотрел, как со скрежещущим звуком, в небо взлетают сотни огненных стрел, что бы спустя совсем короткое время обрушится вниз, сейчас на мишени, а в будущем, на головы ни чего не подозревающего противника. Вот вид сзади, видно как вылетают реактивные снаряды, а вот спереди и затем сбоку, а затем как снаряды падают на мишени и снова с трёх ракурсов по очереди. Первый фильм закончился, здесь стрельбы велась с колёсной техники, а затем снова застрекотал киноаппарат и на экране пошел второй фильм, уже с установками на гусеничном ходу. Здесь было почти тоже самое, различие, кроме разумеется самой техники было ещё в том, что в первом случае расчёты вручную наводили установку на цель, а во втором всё делалось дистанционно из боевого отсека установки. Фильм закончился, а Сталин думал, что и это оружие предложил Павлов. По его приказу сначала Ежов, а затем и Берия в тихую провели тщательную проверку Павлова и не нашли ничего порочащего его. Ни в каких группах Павлов не состоял, ни каких разговоров кроме, как о технике и тактике боевых действий не вёл. Да и при личных встречах предупреждал его о неминуемости большой войны в Европе, причём говорил это только ему, ну возможно ещё очень ограниченному кругу лиц. Действительно грамотный, и похоже достаточно преданный ему человек, так что похоже можно занести его в свою команду.
В феврале, на очередном совещании в Генштабе, поднялся вопрос о создании следующих мехкорпусов. Первые четыре к этому времени не только были полностью сформированы и укомплектованы, но даже успели получить и боевую практику на Дальнем Востоке и во время финской войны. Пускай не все части мехкорпусов, но очень многие, и теперь можно было приступать к началу формирование ещё четырёх мехкорпусов. Я думал о этом, так как это было очевидно, и на этом совещании предложил места для формирования мехкорпусов. Пятый мехкорпус разместить в Луге, поближе к Ленинграду, в случае чего он быстро сможет выдвинутся к финской границе. Шестой разместить в Пскове, он сможет прикрыть и Ленинград и западный военный округ со стороны Прибалтики, конечно вслух я это не озвучил, просто указал, что это выгодно тем. что мехкорпус может выдвинутся в любую сторону. Оставшиеся два мехкорпуса разумеется размещались на Украине, 7 в Николаеве и 8 в Харькове. Разумеется размещались они не в самих городах, а неподалёку от них, рядом с железной дорогой, что бы в случае необходимости могли мгновенно погрузится в эшелоны и выдвинуться в нужную сторону.
Было и ещё одно очень важное совещание, в котором принял участие и Сталин, и касалось оно укрепрайонов. После того, как нам присоединилась Западная Украина и Белоруссия, то поднялся вопрос и о укрепрайонах. Тогда, в моей истории погнались за двумя зайцами и проиграли, сейчас я намертво отстаивал свою точку зрения на это.
-Товарищи, вы ведь все знаете притчу о охотнике и двух зайцах, так вот, сейчас вы мне как раз и напоминаете того самого охотника. Сейчас укрепрайоны старой границы почти достроены, остались мелочи, а что предлагаете вы? Демонтировать там всё вооружение для новых укрепрайонов, но с моей точки зрения, это как минимум дурость, а как максимум прямое вредительство. Укрепрайоны фактически уже готовы, так зачем их ликвидировать, если для строительства новых требуется как минимум несколько лет, а кто из вас может гарантировать нам, что у нас будут эти несколько лет? Обстановка в Европе накаляется, что будет, если почти готовую линию укреплений по старой границе мы разоружим, а новую линию построить не успеем? Что мешает нам сначала полностью закончить старую линию, тем более, что для этого нужно не больше года, после чего начать строить следующую линию уже по новой границе. Ведь две линии лучше чем одна, а может так случится, что и не одной, если война застигнет нас до окончания строительства новой линии.
-Товарищ Павлов, почему вы так уверены в предстоящей войне и почему вы думаете, что рабочий класс европейских стран пойдёт на нас войной?
-Лев Захарович, извините, при всём моём уважении к вам, но солидарность европейских рабочих с нами это миф. Не отрицаю, есть среди них такие. про кого вы говорите, но их очень мало. Давайте не прятать голову в песок, как страус. Я не отрицаю вклад основоположника коммунизма Карла Маркса в его развитии, но и он не делал ошибок. Давайте вспомним его слова, не помню сейчас в какой именно работе он писал, но вот его слова — он пишет, что построение коммунизма возможно только в европейской стране и полностью отрицает возможность коммунизма в России. А что мы видим сейчас? Почему коммунизм строим только мы, почему его сейчас не строят в Европе? Я конечно не истина в последней инстанции, но на мой взгляд тут важно мышление людей. Коммунизм подразумевает коллективный труд и тут Россия как раз и имеет общинную историю, когда как при коммунизме люди объединялись вместе и помогали друг другу и работали вместе, в то время, как в Европе процветал махровый индивидуализм. Именно по этой причине построение коммунизма в Европе, по крайней мере сейчас, не возможно. Товарищ Сталин это понял, и именно поэтому он не стал, как Троцкий стараться сразу построить коммунизм во всём мире. Он строит его в отдельно взятой стране, которая наиболее для этого подходит, и только тогда, когда мы его построим у себя, вот тогда, показав всему миру на собственном примере, можно будет говорить о построении коммунизма в других странах. А сейчас западные рабочие думают только о себе и если им пообещать земли и рабов на Востоке, то есть у нас, то они без колебаний пойдут их завоёвывать. Повторю, не все, но большинство, а про рабочую солидарность они будут вспоминать, только попав в наш плен. Именно поэтому нам и необходимо всемерно укреплять нашу армию и готовится к тому, что капиталисты не оставят нас в покое, так как сам пример нашей страны несёт им смерть. Даже не говоря о том, что им нужны наши ресурсы, сам наглядный пример, что в нашей стране люди живут хорошо, и нет эксплуатации народа, будет для них явной угрозой их власти.
Мехлис и хотел бы возразить на это, но не смог. Конечно то, что я сказал, в контексте можно было выдать за троцкизм, но всё вместе наоборот говорило о правильности курса выбранного Сталиным. Не отрицаю, прошёл я тут можно сказать по грани, но своего добился, смог повернуть мнение большинства на необходимость сохранения уже практически построенной линии обороны. Ведь в той истории даже в разоружённых дотах успевших занять их наши войска оборонялись дольше, чем на открытых участках. А тут немецкий вермахт встретят полностью укомплектованные укрепления, и я постараюсь укрепить их ещё больше полевыми укреплениями, по крайней мере у себя в Белоруссии точно.
9 марта 1940 года.
Сегодня неожиданно для меня пришел приказ, в котором я назначался командующим Западным особым военным округом. Неожиданность была не в том, что меня назначили туда командующим, а время назначения. Я в своё время очень хорошо изучил историю своего полного тёзки и потому знал, что в Реальной Истории он должен был получить это назначение только 7 июня этого года. Главное, что на должности руководителя главного автобронетанкового управления я сделал всё что мог и по праву мог гордиться проделанной работой. Вся та техника, которая должна была поступить на вооружение нашей армии в тяжёлые годы войны начала поступать значительно раньше, причём зачастую с уже исправленными детскими болезнями. Теперь немецкий вермахт встретят не устаревшие Т-26 и БТ, а новейшие лёгкие Т-50, средние Т-34, по сути являющиеся Т-44 и тяжёлые КВ, а кроме них ещё целый ряд различной бронетехники, от лёгкой, до тяжёлой. Да и с мехкорпусами тоже получилось очень хорошо, пускай их будет только восемь, зато они полностью сформированы и вооружены, вернее последние четыре только будут, но до начала войны вполне успеют. Это не то, что было в реальной Истории, когда мехкорпусов было много, вот только полностью укомплектованных мало.
А дома меня ждала ещё одна тяжёлая битва, жена, когда узнала о моём новом назначении, и что я хочу оставить её с детьми в Москве, включила режим Пилорамы и начала выносить мне мозг требованием взять её с собой.
-Сашенька, да пойми ты, я забочусь исключительно о вас.
-Знаю я вас мужиков, небось хочешь меня здесь с детьми оставить, а сам покуралесить в Минске!
-Ладно, слушай внимательно, только что бы ни кому ни-ни, а то за такое и арестовать могут.
Жена сразу, при этих словах притихла.
-Обстановка в мире, как я и предполагал накаляется, по моим прикидкам в этом году Германия нападёт на Францию что бы обезопасить свой тыл, а в следующем уже на нас. Как ты думаешь, как мне будет воеватся, когда я буду беспокоиться о вас, о тебе я детьми если вы будете в Минске, тем более что сдержать немцев будет нелегко и на начальном этапе войны нам придётся отступить, и только немного позже, когда перемелем основные силы немцев пойдём вперёд, а кроме этого, ты о детях думала? Как им менять школу, а их друзья, для них это будет большим стрессом.
-Дима, может стоит предупредить товарища Сталина?
-Не беспокойся Сашенька, товарища Сталина я уже давно предупредил, рассказал ему о возможном развитии дел и он в курсе, но сама понимаешь, это не для всеобщего обсуждения. Скажешь кому и тут же донос настрочат, так что ни с кем об этом не говори и не обсуждай.
-Хорошо Дима, останусь с детьми в Москве.
-Вот и хорошо.
Слава богу, смог уговорить жену остаться здесь, а сам, сдав дела комдиву Федоренко, убыл в Минск.
По прибытию в Минск сначала знакомился со штабом военного округа, затем отбыл с инспекцией укрепрайонов, необходимо было своими глазами всё осмотреть, а не довольствоваться чужими отчётами. Только ознакомившись со всем лично и всё проконтролировав, можно было приступать к финальной части своих планов по организации обороны. Когда занят, то время летит быстро, порой даже не успеваешь за его ходом и тут оно пролетит быстро, а сделать надо еще прилично, за то потом немцев будет ждать большой сюрприз, смертельный сюрприз и хотя я не надеялся их удержать на границе, но по крайней мере на линии укреплений старой границы, той самой линии Сталина, до осени надеялся продержать, а заодно значительно проредить состав немецкого вермахта, выбив в нём самые обученные и подготовленные войска. Вот чего точно не будет, так это того катастрофического разгрома, что понесла Красная Армия в моей истории. И как говорят джедаи в одной дальней, предальней галактике — и да пребудет с нами сила.
Глава 7
Через пару недель, после того, как я вник в дела округа, настало наконец время и для разговора с руководством республики. В конце концов нам тут предстоит вместе оборону держать и вместе готовится к началу войны, а по моим планам мне много, что требовалось от руководства республики. Первым на очереди был первый секретарь Белоруссии Пономаренко, вот такой каламбур получился. К нему на приём я попал без труда, стоило только позвонить к нему в секретариат и попросить о встрече, как уже на следующий день я был у него.
-Добрый день товарищ Павлов или можно по имени отчеству?
-Здравствуйте Пантелеймон Кондратьевич, конечно по имени отчеству лучше, нам тут вместе предстоит руководить, хоть и каждому своим, но всё равно думаю нам будет лучше дружить и вместе делать общее дело, чем интриговать друг против друга.
-Рад такое слышать, я только за, так с чем вы ко мне пожаловали, по делам или просто представится?
-Знаете, пожалуй и по тому и по другому.
-И чем я могу вам помочь?
-Многим Пантелеймон Кондратьевич, многим. То, что я вам сейчас скажу, в руководстве страны знают, это не секрет, я сам лично об этом говорил товарищу Сталину, просто это не для всех. Незачем понапрасну нагнетать обстановку и давать поводы для паники.
-Право слово, заинтриговали вы меня Дмитрий Григорьевич.
-Уж как есть. По моим прогнозам у нас на носу война, всё, что я прикидывал, уже сбылось, поэтому я более чем уверен, что Германия в этом году начнёт войну с Францией и разгромит её, после чего уже в следующем году нападёт на нас.
-Почему вы так уверены в этом? Я могу допустить войну с Францией, тем более, что технически Германия и так находится с ней в состоянии войны, ведь после того, как в прошлом году французы объявили войну немцам, официального мира они так и не заключили, но почему по вашему немцы выиграют, ведь в Империалистической войне они проиграли французам?
-Тут Пантелеймон Кондратьевич не всё так просто, как кажется. Да, в прошлой войне немцы проиграли, но не одним французам, а целой коалиции стран и более того, на момент подписания капитуляции на территории Германии не было ни одного вражеского солдата, наоборот, это Германия оккупировала вражеские территории. Воевать немцы умеют, а потому они быстро разгромят французов, думаю им понадобится для этого не больше трёх месяцев. А вот затем уже примутся за нас, считаю, что они нападут на нас весной — летом следующего года.
-Вы уверены в этом?
-Более чем, впрочем долго ждать не придётся, не позднее середины лета, а то и раньше, Гитлер нападёт на Францию и вы сами убедитесь в правоте моих выкладок.
-Хорошо, возможно вы и правы, но что вы хотели от меня, вы ведь не просто так пришли, я прав?
-Да, вы правы, а хочу я от вас помощи в создании укрепрайонов.
-Простите, Дмитрий Григорьевич, но это не относится к моей компетенции, чем же я смогу вам помочь?
-Многим, Пантелеймон Кондратьевич, очень многим, в Минске расположены различные предприятия, в том числе и металлургические. Сейчас вы можете просто обдумать мою просьбу и прикинуть, как её выполнить, когда убедитесь, что я прав. Ничего сверхъестественного от вас я не прошу. Вот посмотрите, я специально набросал рисунки необходимого, это бронекапсулы для полевой обороны. Их сделать можно на любом металлургическом производстве, вот это пулемётная капсула, это стрелковая потерна, это противотанковый капонир для пушки, а это наблюдательный пункт для командования. Если эти бронекапсулы есть в наличии, то отрыть окопы и установить их на позициях можно в считанные дни, особенно если будет инженерная техника, а её выпуск уже начали на Кировском заводе в Ленинграде. Также необходимы будут и пиломатериалы для окопов. Даже если вы начнёте производство бронекапсул осенью, то до следующей весны их можно будет сделать достаточное количество, а установить можно будет быстро при нужде.
-Хорошо Дмитрий Григорьевич, я подумаю.
-И еще, сейчас, по мере поступления новой техники, мы будем выводить из строя старые танки, но полностью списывать их не будем, есть задумка переделать их в неподвижные огневые точки и здесь тоже нужна помощь ваших предприятий. Необходимо будет сначала демонтировать с них всю ходовую часть и двигатель, а затем сделать в корме и стенке моторного отсека проход, а также навесить дополнительную броню на башню. После чего этими танками будут укреплена оборона мостов, бродов и стратегических узлов. Будем закапывать их в землю и превращать таким образом в эрзац доты. Как говорится — дёшево и сердито, зато можно быстро значительно усилить полевую оборону.
-Это мы сделать сможем, и вообще, сделаем всё, что будет в наших силах.
Попрощавшись с Пономаренко я ушел, а Пантелеймон Кондратьевич задумался. Просьба Павлова была необычной, да и по слухам, которые бродили в верхах, Сталин прислушивался к его мнению. По любому сначала надо посмотреть, нападёт Гитлер на Францию или нет, а уже потом решать, что делать. Хотя в просьбе Павлова нет ничего невыполнимого, просто придётся скорректировать кое какие планы да и запросить добро наверху, всё же это расходы не только денег, но и материалов и в одиночку он такой вопрос решить не сможет.
В целом встреча с Пономаренко мне понравилась, понятно, что в одиночку он такой вопрос решать не будет, проконсультируется в Москве, но поскольку это должно пойти на усиление обороноспособности, то думаю одобрят, и я оказался прав, месяц спустя, 21 мая, мне позвонил Пономаренко и сказал, что получил в Москве разрешение на производство для армии бронекапсул.
Но это были, так скажем, дела хозяйственные, а были и военные. Зная о той деятельности, что устроят здесь агенты Абвера, я решил с самого начала максимально затруднить им тут жизнь. Во-первых, издал приказ запрещающий бойцам в одиночку передвигаться вне расположения своих частей, минимум втроём, тут уже труднее одновременно убить или захватить всех троих. Во-вторых, в армейские патрули вне населённых пунктов отправлять не меньше отделения и только с бронетехникой. Тут немцам будет трудно закосить под патруль, по крайней мере армейский, бронетехники нашей у них нет, а её пропажа сразу станет известна, это вам не просто грузовик угнать. А в населённых пунктах патрули всё из того же отделения, а это десяток — полтора бойцов при командире. В-третьих, озаботился созданием нормальной службы охраны тыла. Слишком хорошо я знал, что могут натворить в тылу противника хорошо обученные и снаряжённые диверсанты, а немцы в этом толк знали. Всеми правдами и неправдами постарался привлечь для этого бывших пограничников, кто недавно демобилизовался из армии, к сожалению, таким образом мне удалось получить лишь с полсотни бойцов, а это в условиях округа капля в море. Остальных пришлось добирать из частей, причём не кого попало, а то неповоротливые пентюхи мне в ней не нужны. По мере возможностей сюда отбирали охотников, тут как говорится два в одном, даже три, меткий стрелок, лесовик, знающий лес и наконец неплохой следопыт. Но на этом я не ограничился и значительно расширил кинологическую службу, которая до этого была считай никакая. Конечно моментально результата не получить, собачкам сначала вырасти нужно, но за полгода точно все потребности закроем. По штату в каждом взводе необходимо было иметь пару собак с проводниками, а желательно и больше. Забегая немного в перёд скажу, что уже к осени служба охраны тыла была полностью сформирована и укомплектована всем, включая и служебных собак, которые как раз за эти месяцы подросли и были выдрессированы. Здесь мне неоценимую помощь с подготовкой собак оказали пограничники, вернее их инструктора по дрессировке служебных собак. И разумеется служба охраны тыла получила автотранспорт, учитывая, что в основном они будут действовать в лесах и на своих двоих, то и снабдили их в основном открытыми колесными бронетранспортёрами, в основном именно для транспортировки личного состава. В отличии от армейских машин, имевших камуфляжную расцветку, эти машины просто красили в зелёный цвет, а на борту шла надпись «Военная комендатура», так как она как раз к ней и относилась.
Кроме того, все разведбаты в частях не сидели на месте, а прочёсывали леса, да и так по дорогам мотались мангрупы из пары бронетранспортеров с двумя десятками бойцов при оружии. Результаты не замедлили сказаться, было захвачено и уничтожено много бандитов и националистов, в том числе и агентов Абвера. Правда были конфликты с госбезопасностью, накрученные мной командиры проверяли чекистов, не делая скидок, и под прицелом автоматов и самозарядных винтовок. Всё это послужило поводом для визита в республиканское управление НКВД к её начальнику, комиссару государственной безопасности 3-го ранга Цанаве.
19 мая 1940 года, республиканское управление НКВД, Минск.
-Добрый день Лаврентий Фомич, вот решил заглянуть к вам для решения небольших недоразумений, которые случаются у наших людей.
-Здравствуйте Дмитрий Григорьевич, хороши недоразумения, ваши бойцы вообще обнаглели сверх всякой меры, моих людей под прицелом автоматов проверяют, даже не смотря на то, что они сотрудники органов госбезопасности.
-Так они действуют по моему приказу, к тому же откуда им знать, настоящие это сотрудники НКВД или фальшивые.
-Как это фальшивые?!
-А вот так, взгляните.
С этими словами я достал из планшета, который взял с собой, с десяток удостоверений сотрудников НКВД и высыпал их на стол перед собой. Цанава придвинул их к себе и стал их изучать.
Поделиться книгой: