Хэлвуд

Они затихли на какое-то время и глуповато улыбались, глядя в пол.

Взгляд Дарии Дарк улетел за панорамное остекление капитанского мостика. Она задумчиво изучала темные силуэты давно заброшенной научной платформы на фоне сиявшего ореола планеты в свете звезды, пылавшей по обратную сторону. Улыбка на ее лице постепенно таяла в мрачном напряжении. Огромная исследовательская станция. Поистине грандиозное сооружение. В нынешнее экономически нестабильное время такие больше не строили. Финансирование на поддержание фундаментальных наук значительно сократили. Помимо проблем с безработицей, и как следствие разросшимися, будто язвы, очагами преступного мира по всем участкам галактики, на борьбу с которыми теперь тратились основные ресурсы, значительных прорывов и открытий уже давно не наблюдалось. Потому с этой областью познания Вселенной решили притормозить.

С учетом всех гигантских антенн и телескопов, от края до края, станция, или даже научный орбитальный городок, раскинулся на пять с небольшим километров, большую часть из которых занимали переходы и длинные коридоры, но, тем не менее, Дарии, как и остальным членам команды, было чем восторгаться. С отдаленного расстояния сооружение было похоже на колоссальных размеров сложенный надвое велосипед, широкие колеса которого находились по центру металлической рамы. Одно колесо-кольцо вверху, диаметром около трех километров, и кольцо внизу, раза в три меньше. Собственно в этих кольцах и были сосредоточены все основные помещения, – лаборатории, каюты, галереи, парки, оранжереи, торговые центры… Некогда утопающие в зелени улицы для химиков, инженеров, физиков и их семей уже семьдесят четыре года как опустели, на веки окоченели, охваченные космической мерзлотой. Случилась авария, причины которой до сих пор остались сокрыты правительством. Официальная версия звучала как утечка некого нового вируса, вызывавшего у людей безумие и желание самоубиться. И никаких подробностей. Только цифры. Более четырех тысяч человек, в числе которых было не мало детей, остались навечно на борту окаменелыми изваяниями. Только горстке людей удалось выбраться. Их имена, личности, места проживания засекречены по сей день. Всю планетную систему “Кеплер-90” изолировали от посторонних глаз. Лишь около десяти лет назад патрульные беспилотные катера, контролировавшие периметр этой системы, внезапно дружно вышли из строя, хотя запас их работы без технического обслуживания обычно составлял минимум сто пятьдесят лет. Но никто не придал внимания этой странности. В виду серьезной проблемы нынешнего времени с нараставшей преступностью, властям уже не было никакого дела до брошенной станции на краю света. Да и людей, помнящих о происшествии, становилось все меньше.

Каким-то чудом эта история из архивов попалась на глаза Анте, тогда еще пребывавшему в должности офицера на службе. Он сразу приметил это загадочное и богатое на дорогие металлы и ценное оборудование местечко. Грин навел справки и понял, что времени на подготовку к операции у него более чем достаточно. Несмотря на давность событий, в свое время нашумевших на всю Галактическую Империю, слухи о станции долетали до ушей не так уж редко до сих пор. Учитывая количество жутких легенд, коими оброс научный городок-призрак, желающих полакомиться халявной добычей особо не находилось. В общем-то и официальная версия со смертельным вирусом была не сильно лучше. Как ни странно, с увеличением знаний, расширением технологий и покорением дальних рубежей галактики, влияние суеверий и ощущения присутствия среди материальной составляющей потусторонних сил все больше возрастало в умах общества. Быть может тому виной холодный, безжизненный, пугающий космический мрак, ставший нынче перманентной средой обитания человека, или другого разумного существа.

И вот момент настал, чтобы собрать бесстрашную команду и сорвать куш… По расчетам, если все пройдет удачно, полученных денег с продажи только одного металла хватит до конца жизни всем участникам авантюрной кампании.

– Так, а что там за история про отряд Мойшера? – отчужденно спросила Дарк, словно случайно озвучила какую-то потаенную свою мысль.

– Мойшер, – заговорил штурман, смахнув с лица зависшую лыбу, – так звали капитана грузовой платформы “Скиф”.

– Хочу уточнить, – перебил его Анте саркастическим тоном, – Что история эта не подтверждена фактами…

– Я знал двоих из его команды! – раздраженно буркнул Бишар.

Анте Грин, закатив глаза, махнул рукой.

– Так вот, – продолжил штурман и сделал паузу, скосившись сардоническим взором на капитана, – Года три назад это было. Мойшер собрал команду и отправился как и мы к станции за металлом на грузовой платформе “Скиф”… И все! Они просто пропали без вести! Никаких концов. Говорят, платформу его нашли дрейфующим камнем на окраине системы “Кеплер-90”. На борту не было ни одной живой души или тела…

Дария Дарк замерла, всматриваясь в станцию, в мрачном окрасе только что прозвучавшей истории рисовавшейся ей зловещим, мистическим, живым облаком.

– А раньше мне нельзя было об этом рассказать?

– Еще раз повторюсь, – снова вставил слово Грин, – Все эти сведения апокрифичны.

– Апокри… Что? – Бишар брезгливо сощурился. – Санкью и Дила я знал лично… И после происшествия уточнял у их родни. Они действительно отправились к “Кеплер 90” и после никаких вестей. Последнее их сообщение было о том, что они подлетают к системе. Брат Дила мне рассказывал, что при помощи каких-то спецов они удаленно хакнули его “лик” (так в обиходе называют микрочип, – интегрированное в голову устройство связи и дополненной реальности, способное хранить информацию и влиять на определенные участки мозга, улучшая тем самым процессы умственной деятельности, реакции, выносливости и силы, в зависимости от настроек), чтобы проверить состояние здоровья, и все показатели были на нуле… Он был абсолютно мертв, хотя тело так нигде и не обнаружили.

– А кто занимался поисками? – Грин недоверчиво изогнул бровь.

– Э-э… – Бишар замялся. – Вроде их близкие сами финансировали частный поисковый отряд.

– Значит, они были здесь и вернулись домой целехонькие. Верно?

– Ну, допустим. Но к самой станции то они не подлетали…

– Ты это наверняка знаешь? – Анте вернулся к язвительному, ироническому выражению. – Как и неизвестно подлетал ли к этой станции сам капитан Мойшер со своей командой. Могло случиться, что угодно в полете: авария, пираты, болезнь… А может и вовсе никакого Мойшера не было… Вся эта история вилами по воде.

Штурман собрал морщины на лбу. Повернулся к Дарии.

– Ну, вот, что за человек? В наличие стекла не поверит, пока сам лбом не воткнется…

Дарк потянула уголок пухлых губ.

– Ну, я все же надеюсь, что в этот раз наш капитан окажется прав.

– В любом случае мы уже здесь. Или вы хотите вернуться? – Анте отрезал их бессмысленные страхи риторическим вопросом. – Пока что я вижу лишь бесхозную кучу денег.

Три такие разные головы устремили взгляды в широкий иллюминатор, алчно и молчаливо созерцая угрюмые очертания металлического монстра.

– Зафиксирована сигнатура судна класса шлюп. Космический странник, – оповестил команду мужской голос искина. – Название определяется как “Бабун”. Быстро сокращает с нами дистанцию.

– Наконец-то! – воскликнул Бишар, глядя на капитана. – Клоуны твои таки нашлись…

– Почему не предупредили, что вошли в наш сектор? – задумчиво произнес Анте Грин и обратился к искину: – Тит, сделай запрос на видео связь.

– Уже трижды запросил. Все каналы не доступы.

– Не нравится мне все это, – тихо пробормотал Бишар Вейн себе под нос.

– А вдруг пираты их судно захватили? – предположила Дария Дарк.

– Что тут делать пиратам? Парсеков на двадцать вокруг ни одной колонии. Тит, подготовь шлюз к стыковке, – распорядился капитан. При всей твердости выражения лица, в голосе его слышались нервозные нотки. Немного поразмыслив, он добавил: – Вооружимся на всякий случай.

***

На черном покрывале космической ночи зависли неподалеку друг от друга два корабля. Позади тускло мерцали изгибы переходов и антенн научно-исследовательской станции, по-прежнему хранившей тайны кровавого прошлого в угрюмом безмолвии. Планета “Кеплер-90Д” неспешно заливалась светом звезды. Тонкий серебристый серп на ее поверхности вытягивался в полукруг, оголяя огромные кратеры и окостенелые, серо-оранжевые пустыни, посреди которых изредка возвышались рукотворные сооружения, – недостроенные башни, растянувшиеся ввысь на километры. Это были системы генерации атмосферы пригодной для человека. До аварии планету готовили к полномасштабной колонизации и хотели превратить ее каменную твердь в цветущие сады… Но ожить планете, видимо, суждено не было.

Паруса – солнечные батареи судна “Бабун”, каждый размером с футбольное поле, были собраны и убраны на борт. Они были сделаны из столь тонкого материала, что в сложенном виде умещались в небольшую метровую капсулу. Гермостворки на корме обоих кораблей раздвинулись в стороны, высвободив столпы приглушенного света. Из одного светового пятна выскользнул маленький, белый, сферической формы катер, быстро приближаясь к шлюзу другого судна.

– Говорит капитан корабля “Броский”, – уже в который раз вторил Анте в тишину. – Талас? Стифан? Прием.

Анте, Бишар и Дария укрылись за ящиками из прочного металлического сплава, облаченные в легкие, плотно прилегавшие к телу синие скафандры с тонкими броневыми пластинами на груди и животе. Их головы укрывали черные, глянцевые шлемы с широкими, непроницаемыми для света, тонированными визорами. Они держали на прицеле винтовок внутренние гермостворки шлюза.

– Тит, что показывают сканы? – озабоченно спросил капитан.

– На борту катера две человеческие особи. Просканировать их “лик” не представляется возможным, доступ закрыт.

– Ладно. Скоро увидим сами.

Лица команды под защитными визорами застыли в напряжении.

– Катер вошел в шлюз, – безразличным тоном сообщил искин.

Гермостворки снаружи захлопнулись и медленно открылись внутренние, явив взору экипажа “Броский” небольшой круглый катер. Дверцы откинулись в стороны и из транспортного средства ловко выскочил рослый человек в белом толстом скафандре старого образца, и таком же белом шлеме, скрывавшим черты лица. Следом за ним, споткнувшись о ступеньку, вывалился второй, приземистый, несуразный. Пухлый скафандр делал его и без того широкие формы тела буквально квадратными. Визитеры сразу приметили стволы винтовок, грозно нависавшие над грузовыми саркофагами. Они смело двинулись навстречу, прошли ворота и, дождавшись пока гермостворки сомкнуться, сняли шлемы.

– Какого чехта вы-ы творите? – завопил Стифан громко икая. Его раскрасневшееся, полнощекое лицо выражало неподдельную злость. – И-и тах вы встречаете друзе-ей?

– Вы что, пьяны? – Анте Грин вытянулся в рост и стянул шлем с головы. Поднятой ладонью призвал остальных убрать оружие.

– Ну, я может только самую малость. – Евген Талас сверкнул белозубой улыбкой и обернулся на своего друга. – А вот он в стельку… Но, в любом случае, это не повод стрелять, ребятки.

– М-да. Действительно профессионалы, – усмехнулся Бишар, осматривая прибывших гостей.

– Талас! – капитан укоризненно уставился на светловолосого парня, лицо которого расплылось в глумливой усмешке. – Вот нельзя было без этого? У нас куча дел!

– Ой, да брось. Как будто бы нам это хоть раз помешало… Стифану главное больше не наливайте, и все будет тип-топ. – договорив, он задорно моргнул правым глазом.

Грин обреченно впечатал ладонь себе в лоб.

– А на связь, почему не выходили? Ваши “лики” заблочены.

– Этот же вопрос я хотел задать тебе, – произнес Евген растерянно. – Мы многократно запрашивали сеанс, но вы нас игнорировали.

– Странно как… – прошептала Дарк.

– Тит! Были входящие запросы? – капитан поднял взор вверх, словно обращаясь к металлическим переборкам в корабле.

– Нет, конечно. Я бы определенно доложил о таком событии, – казалось, немного с обидой отрапортовал искин.

– Та тут кахая-то аномальная зона-а, – прошепелявил Стифан. Он облокотился на ящик и утирал ладонью капли пота со лба. – На подлете у нас двихло барахлило. А та-ам фсе новое стоит… Такого сро-оду не пывало.

– А я и говорю, что-то с этой станцией все нечисто, – протянул Бишар Вейн с таинственным придыханием.

– Так! Довольно твоего мистического бреда! – повысил голос Анте. – И без того все нескладно. – он указал пальцем на растекшегося по ящику Стифана. – Этого в мед-модуль, остальные на мостик, обсудим план действий.

– Упери руки-и! – Стифан из последних сил отбивал попытки Бишара ухватить его под плечо. – Тайте мне чашку хофейку и-ик сигаретку, и я буду в строю. Зу-уб даю. – Он, оттолкнув штурмана, выпрямился. С трудом удерживая равновесие, двинулся вперед. Обернулся, качнувшись. На лице светилась глуповатая улыбка. – А куды-и идти то?

***

Капитан Анте Грин не посвятил двух членов своей команды в то, насколько плохо обстояли его, и, как следствие – их дела, дабы не пробуждать ненужных панических настроений. По сути, эта кампания была игрой ва-банк. Сам корабль “Броский” имел небольшой грузовой отсек, способный уместить лишь столько металла, сколько позволило бы окупить расходы на все мероприятие, но не более. Чтобы сорвать большой куш, а именно за тем команда Анте и явилась сюда, нужны были буксировочные трапы и дополнительные роботы – “каракатицы”. Своих денег у капитана не осталось, а заемные средства в кредитных организациях выдавались либо под издевательски неподъемный процент, либо под залог имущества, и, так как кроме корабля у Грина имущества особо не завалялось, пришлось его заложить. В распоряжении Анте было шесть месяцев, чтобы вернуть деньги, и если дело со станцией провалится, он не видел другого выхода, кроме как примкнуть к пиратским поселениям, потому как отдать кредиторам корабль было для него равносильно смерти. При таком раскладе больше не увидеть ему и команде цивилизованное общество до конца дней. Придется жить на периферийных колониях, не признававших законы Империи, среди жуликоватого сброда из убийц и отъявленных рецидивистов… И не дай бог там всплывет его прошлое законника… Все это было перспективой, мягко говоря, не самой приятной. Потому капитан верил, в данный момент особенно рьяно, что все получится. Верил слепо, как ребенок верит в наличие чуда. Скептицизм в отношении любой мистической или религиозной темы, шедшей в разрез с научными теориями и эмпирическими исследованиями, был скорее маской, всплывавшей из-под сознания, как средство защиты перед неизвестным или невозможным к осмыслению. Когда он оказывался прижатым к стенке, эта вера всплывала на поверхность, становилась непробиваемой кожей, стальной броней. Он не понимал, откуда в нем берется эта сила. Это было что-то врожденное, генетическое; ценное наследие – подарок от позабытых предков… Порой, словно в толстые, вязкие сугробы, он проваливался в пугающие мысли, что это просто самообман, в котором ему проще переживать жизненные невзгоды, глупость или ребячество; порой, ловил себя в непоколебимой уверенности, что эта вера работает категорически беспрекословно, когда в очередной раз она помогала ему выбраться из ситуации, в которой, как показалось бы любому типовому обывателю сего Мира, – выхода однозначно не имеется. Конечно, вера всегда шла в совокупности с действием. Действие порождает веру, или наоборот, оставалось вопросом риторическим.

В данную минуту действие, пропитанное безоговорочной верой капитана, было в разгаре. “Каракатицы” раскатывали полозья грузовых трапов, напоминавших огромные гусеницы танка, каждая из которых была шириной в несколько метров. Сцепки из этих металлических звеньев вытянулись вдоль станции. На них планировалось уложить распиленные части станции: пригодное для продажи оборудование и детали из дорогих, редких сплавов. Далее, после погрузки, штурмовик должен был подцепить их, и, словно баржа, толкать к ближайшей точке сбыта находившейся в созвездии “Конга”, в сорока парсеках дальше к окраинам от центра галактики.

Этап первый. Тут одними “каракатицами” не обойтись. Нужно было высадиться на станцию, составить ее карту, выявить несущие балки для последующего управляемого взрыва; определить потенциально богатые на уникальное оборудование участки. Только оценочной и подготовительной работы на несколько дней.

Евген Талас и Стифан Гилев специализировались на подобных работах. Все, что касалось подрывов и распилов являлось их основным ремеслом и средством заработка. Несмотря на присутствующую в характерах безответственность и разгильдяйство, дело они свое знали на отлично. Познакомились они с Анте Грином не при лучших обстоятельствах, когда тот еще носил полицейскую форму. Они были задержаны капитаном за перевозку контрабандных грузов. Но в скором времени они были помилованы, в виду вдруг вспыхнувшей, взаимной дружеской симпатии, катализатором которой явилось согласие на предложение Грина работать с ним в команде. Анте знал, – где и что криво лежит, и делал наводку. Оставшуюся грязную часть вершили уже Евген и Стифан. Это не было полноценным воровством, как они твердо для себя решили, а скорее избавлением Империи от разношерстного ненужного хлама: оборудования из заброшенных колоний, опечатанного и позабытого, хранящегося десятки лет на штраф стоянке различного транспорта… Все, что можно было взять без лишнего шума и быстро продать. С тех пор их союз неоднократно приносил обеим сторонам хорошие деньги. И после ухода Анте со службы их микро-альянс стал только крепче. Сегодня же для Таласа и Гилева, как и для всех остальных, на кону рисовалось дело всей жизни.

– Ты точно в норме? – на глянцевом, черном визоре шлема Анте переливались блики звезды, выплывшей из-за массива планеты и демонстрировавшей свой пышущий жаром диск.

– Да! – нервно буркнул в эфире Стифан. Его скафандр был похож на белое бесформенное облако, парящее посреди космического мрака. – Сказал же, я уже отошел.

Все четверо, кроме Дарии Дарк, оставшейся на борту штурмовика координатором операции, болтались в невесомости. Каждый был пристегнут страховочным тросом к своей “каракатице”, – продолговатой, овальной формы машине, спереди которой находились длинные манипуляторы, напоминавшие щупальца, отчего они и получили свое прозвище.

– Все готовы? – капитан осмотрел коллег.

– Давай уже командуй на старт! – Евген, используя маневровые двигатели на джетпаке скафандра, запрыгнул в специальную нишу на “каракатице”, пальцы в белых перчатках обхватили рукоять на корпусе.

– Готов.

– Готов.

Лениво отчеканили остальные, последовав примеру Евгена.

– Дария, начинаем! – распорядился Анте.

Колыхнули слабым голубоватым свечением дюзы позади роботов. Четверо членов команды, оседлав “каракатиц”, двинулись к станции.

– Надо было выпить для храбрости, – произнес Бишар, настороженно рассматривая проявляющиеся детали научного городка, написавшего в обзоре глаз механической, угрюмой горой.

– Нам и так алкашей в команде хватает, – резко отозвался капитан.

– Интересно, о ком это он? – послышался удивленный возглас Стифана.

– О Дарии, естественно, – хохотнул Талас.

Четверо странных, космических всадников притормозили вблизи главного, верхнего кольца, толщиной этажей в десять. Их силуэты отражались тусклыми серебристыми огоньками в панорамном остеклении.

– Охренеть… – очарованно прошептал Бишар, взглянув вверх. – Вот же строили раньше с размахом.

– Зайдем там, – Анте указал на широкий, зиявший, рваный разлом в поблескивавшем, стекольном фасаде.

Команда ответила ему согласным молчанием. Заискрили дюзы и “каракатицы” скользнули в темный проем, образованный, судя по выгнутым наружу стальным балкам, взрывной волной, прорвавшейся в космос. Внутри их встретила абсолютная, непроглядная чернота. Звезда находилась по обратную сторону станции, потому ее свет сюда не проникал. Зажглись прожектора на каракатицах и наплечные фонари на скафандрах. Столпы света выхватывали серые балконы, расположенные по периметру. С одного из них свисала до самого пола какая-то черная ткань. Блики от фонарей зловеще маячили по остеклению за балконной оградой. Команда оказалась в просторном атриуме, объединявшем пять этажей. Мертвая тишина, разбавленная лишь тихой дрожью двигателей “каракатиц”. Члены команды крутили головы из стороны в сторону, затаив дыхание, будто боялись проявить признаки жизни в этом могильном безмолвии. Пол был устлан осколками стекла и пластика, искореженными металлическими деталями, которые не удавалось идентифицировать, и прочим всевозможным мусором. В центре атриума луч фонаря Вейна пробежал по чему-то странному, громоздкому. Ему показалось, что на него кто-то смотрел из темноты. Штурман словил секундный ужас и вздрогнул, вернув луч на место. То была высокая фигуристая статуя женщины.

– Зараза! – выругался в эфир Бишар.

– Что случилось? – послышался тревожный голос капитана.

– Да напугала меня эта красотка.

Еще три луча направились на грациозное изваяние, высветив большие глаза на застывшем лице девушки, обреченно раскинувшей в стороны руки. На сгибах всех конечностей виднелись зазоры. Это была динамическая статуя, некогда способная менять фигуру. Она осталась запечатленной в танце, но в этом мрачном окружении складывалось ощущение, что она молила о помощи.

– М-да, – протянул Талас. – Действительно выглядит жутковато.

– Хочу напомнить, что здесь погибло множество людей, и мы можем неоднократно наткнуться на их трупы. А вы статуи испугались… Соберитесь! – Анте подлетел к скульптуре и что-то щелкнул на наручном коммуникаторе. – Ставлю тут первую метку. Если что, здесь будет общий сбор.

Дождавшись, когда остальные соберутся кругом, он произнес:

– Стифан и Евген, с вас карта и метки на опорные балки. Бишар, нам с тобой нужно найти лаборатории.

Евген вытащил небольшую капсулу из кармана рюкзака, набрал комбинацию клавиш на высветившемся экране и из коробки выпорхнули маленькие, тускло фосфоресцирующие красным цветом шарики. Рой сканеров быстро рассеялся по разным направлениям, скрывшись в темноте. Стифан повторил операцию, высвободив устройства из своей капсулы.

– Эти малютки мигом построят нам карту.

– Да. – бодро поддакнул Гилев. – Через пару часов у нас будет план всей станции.

– Отлично. – закивал Анте. – Бишар, чтобы не терять время, предлагаю двинуться на разведку вон туда.

Капитан направился к широкому проему, ведущему в один из коридоров.

– Может, дождемся карту? Зачем блуждать наугад? – в голосе штурмана слышалось легкое замешательство.

– Вот ты трус! Лучше бы Дарью с собой взяли…

– Мне и здесь хорошо. – в эфире тут же разлился приятный женский голос. Дарк добавила с насмешкой: – Бишар ссыкунишка!

– Да я не боюсь! – воскликнул Вейн неуверенно. – Просто я за рациональный подход к делу…