Помоги проекту - поделись книгой:
— Вы сказали, что, по вашему мнению, вашей матери не понравилась бы любая девушка. Что она не хочет, чтобы вы женились, а хочет, чтобы вы заботились о ней до конца её жизни. Что вы чувствуете, говоря об этом?
— Ничего особенного, — неуверенно произнёс он.
Затем улыбнулся и признался:
— Это пугающе. Но я не хотел бы обидеть маму.
— Вы её не обижаете. Вы просто разговариваете со мной.
— У неё ведь никого нет, кроме меня.
— Вам вовсе не обязательно бежать к ней по первому требованию. Она не немощная и не должна зависеть от вас так, как зависит сейчас.
— Мама так просто меня не отпустит.
— Вы, вероятно, будете шокированы, Сонни, но вам не требуется её разрешение. Это называется «расставить личные границы». Она смирится с тем, что вас станет меньше в её жизни. Разве у неё будет выбор?
— Она разозлится.
— Вполне возможно, — согласился я.
— Она будет дуться несколько месяцев. Перестанет со мной разговаривать.
— Это казалось катастрофой, когда вы были ребёнком. Но сейчас всё иначе. Напротив, благодаря этому у вас будет больше времени для Анны.
Он задумался и улыбнулся, но улыбка вышла обеспокоенной.
— Знаете что, Сонни? Хотите верьте, хотите нет, но ваша мать способна позаботиться о себе, если в этом возникнет необходимость.
Он рассеянно кивнул. Я надеялся, что он ещё поразмыслит над тем, что я сказал.
Вскоре после этого Сонни сообщил мне о телефонном разговоре с его матерью, который на многое открыл ему глаза.
— Мама хотела, чтобы я приехал к ней и помог сделать что-то в подвале, а я ответил, что смогу заехать в субботу. Мне ужасно хотелось ответить: «Сейчас буду», — но я справился с собой. И знаете что? Она тут же начала плакать и говорить, что она мне безразлична теперь, когда у меня есть девушка. Я был поражён. «Ну ничего себе!» — подумал я. Она и правда хочет контролировать мою жизнь. А ведь я никогда раньше этого не замечал. Вы пытались донести это до меня. Она считает, что я не должен ей ни в чём отказывать, даже если у меня есть свои дела.
— Что вы чувствуете в связи с этим разговором? — спросил я.
— Не знаю. Разумеется, я всё ещё люблю маму. Но я разозлился на неё. Пожалуй, я до сих пор немного зол.
— Почему вы злитесь?
— Из-за неё я почувствовал себя пустым местом. Как будто мои желания не имеют значения.
— Значит, это вас злит?
— Злит и огорчает, — признался он. — Я почувствовал себя одиноким.
— Может быть, вы почувствовали себя лишним или отвергнутым?
— Да. Лишним. Отвергнутым. Именно так.
Однажды Сонни пришёл ко мне на консультацию и заговорил, едва переступив порог.
— Помните вечеринку в честь Дня труда, которую мой дядя устраивает каждый год?
— Кажется, вы упоминали прошлогоднюю вечеринку, — ответил я.
— Точно, — сказал он. — Ну так вот, на прошлой неделе мы были на такой же вечеринке, и это было просто поразительно. Папа подошёл ко мне и сказал: «Может, пойдёшь и поговоришь со своей матерью?» Прямо вот так. В точности так же, как в прошлом году.
— Может быть, он делал так всю вашу жизнь? — предположил я.
— Пожалуй, так и есть, — согласился он. — Но я никогда этого не замечал. Я удивился и ответил отцу: «Нет, я не буду этого делать. Со мной Анна, с ней я и буду разговаривать». Отец молча смотрел на меня целую минуту, затем развернулся и ушёл. Ему не понравился мой ответ! В тот день он со мной больше не разговаривал.
— И как вы себя чувствовали при этом?
— Нормально. Я подошёл к Анне, обнял её, и всё было просто замечательно. Позже я поздоровался с мамой, но не позволил ей заарканить себя и заставить выслушивать её бесконечные жалобы. Я хотел расслабиться и хорошо провести время.
— Я впечатлён, — сказал я. И это была чистая правда.
В конце концов Сонни пришлось расставить личные границы со своей матерью. Разумеется, после длительной терапии эта неприятная задача показалась ему довольно лёгкой. Никакой катастрофы не случилось. Конечно, его мать ворчала и дулась. Как он и предсказывал, она не разговаривала с ним несколько месяцев, но в итоге ей пришлось смириться. Она разочаровалась в Сонни, и для него это было потерей. В её глазах он больше не был идеальным сыном. Однако теперь он мог планировать совместную жизнь с Анной. Они обручились.
Мать Сонни так и не простила Анну за то, что та отняла у неё сына. Они видятся раз в месяц, и эти встречи всегда проходят в напряжённой атмосфере. Сонни звонит матери раз в неделю. Во время телефонных разговоров он не позволяет ей критиковать Анну, и теперь их длительность не превышает пятнадцати минут. В остальное время она оставляет ему сообщения на голосовой почте. Устав от одиночества, она стала активно участвовать в жизни местной церкви и нашла отдушину в новых знакомствах.
В последующих главах мы узнаем о том, как ещё созависимые отношения с матерью могут повлиять на мужчину. К примеру, Дуг стал бабником; Тони избегает любой ответственности, хотя, в отличие от Сонни, не боится серьёзных отношений; Сэм пристрастился к киберсексу; отец Марк испытывал тягу к магазинным кражам и страдает пищевой зависимостью, а также у него была привычка заводить интрижки с прихожанками. Все эти мужчины были рабами призраков собственного подсознания, и только терапия помогла им стать свободными.
Глава 2. Первое свидание Дуга. Сердцеед
На полу в комнате Дуга тут и там валялась скомканная одежда. Вот уже полчаса он безуспешно пытался подобрать подходящий образ. Ему хотелось выглядеть крутым, но так, чтобы никто не заподозрил, что он приложил к этому усилия.
В тот день он получил водительские права, и отец разрешил ему взять машину, чтобы сводить Кэти на свидание. Он ждал этого дня всю жизнь. Машина. Девушка. И никаких взрослых.
— Мам, я нормально выгляжу? — спросил он у матери, которая смотрела телевизор.
— Ты выглядишь прекрасно, дорогой, — ответила та, не отрывая глаз от экрана. — Тебя что-то тревожит? — добавила она, заметив, что он никуда не уходит.
— Это ведь моё первое настоящее свидание!
Она наконец посмотрела на него.
— Я говорила тебе, что мне не нравится эта девушка. Не думаю, что тебе стоит проводить с ней так много времени.
— Мы просто съездим на Кони-Айленд.
Она повернулась к отцу Дуга:
— Фрэнк, помоги мне. Скажи ему, что ты не разрешаешь встречаться с этой девушкой.
— Милая, но это хорошая девушка. Пусть мальчик съездит на свидание. Он только что получил права. Сегодня особенный день.
— Прекрасно, Фрэнк, — сказала она, закатив глаза. — Тебе просто нравится её короткая юбка. Эта девчонка — потаскуха. Мой сын заслуживает лучшего.
— Мам, это не твоё дело. Ну, я поехал.
Дуг повернулся, чтобы уйти, но его мать вскочила с места и преградила ему путь.
— Ты никуда не поедешь.
— Папа разрешил мне, — Дуг повернулся к отцу. — Пап? Я ведь прав?
Но отец посмотрел на разъярённую жену, виновато пожал плечами и опустился в кресло, не желая участвовать в дискуссии.
— Ты никуда не поедешь! — повторила мать.
Дуг молча смотрел на неё. Он покачивался вперёд-назад, будто едва сдерживался, чтобы не оттолкнуть мать.
— Ты не посмеешь взять машину без нашего разрешения, — предупредила она.
Дуг понял, что мать права. Он и правда не посмеет взять машину, тем более без поддержки отца. Дуг поднялся на второй этаж. Он позвонил Кэти и сказал ей, что у него возникли неприятности с машиной. Потом он вернулся к себе в комнату и запер дверь.
Не может определиться
Дуг пришёл ко мне на консультацию, когда понял, что вот-вот заведёт интрижку с женой своего начальника. Он и раньше делал подобное, но в этот раз у него возникли сомнения.
— Она говорит мне: «Мне так одиноко. Муж всё время задерживается на работе. Уверена, ты меня понимаешь». Мне осталось сделать всего один шаг.
— Кажется, вы не хотите, чтобы это произошло.
— Я устал от отношений, которые ни к чему не приводят, — сказал он. — Мне уже сорок пять. Все мои друзья уже обзавелись семьями. У меня были отношения с хорошими женщинами, но в итоге все они ушли от меня. Наверное, я что-то упустил тогда, спасая от одиночества чужих жён. И что я получил за это?
— Что вы сами об этом думаете?
— Что это не даёт мне ровным счётом ничего. Но я всё равно не могу устоять. Вы поможете мне покончить с этим?
— Я не знаю вас, но верю, что ваше беспокойство вполне обосновано. Вы можете пообещать не вступать в интимную связь с женой вашего начальника, пока мы с вами пытаемся разобраться в вашей истории?
— Думаю, да, — сказал он. — Но как это сделать?
— Установите личные границы в общении с ней. Скажите ей: «Ты хороший человек, но мне неприятно слушать то, что ты говоришь о своём муже — моём друге и начальнике. Ради нас обоих я прошу тебя оставить это при себе». Что-то вроде того.
— Звучит неплохо, — согласился он, а затем добавил: — Эти «отчаянные домохозяйки» приходят и уходят, но они совсем не то, что мне нужно. Мне нужна собственная жена, — он пожал плечами. — Спустя некоторое время все женщины, с которыми я встречаюсь, кажутся мне неподходящими.
— Вы когда-нибудь были женаты?
— Один раз, женился сразу после медицинского института. Это была катастрофа. Пока мы не поженились, она была ангелом, но потом только и делала, что брюзжала. Мне удалось выйти из этих отношений без особого ущерба.
— Какие отношения были у ваших родителей?
— Думаю, у них не было особенно близкой связи.
— Как вы ладили со своей матерью?
— Прекрасно. Она была так же одинока, как и я. Мы спасали друг друга от этого одиночества. Но это было очень давно. Теперь я почти не вижусь с ней. Мои проблемы не из-за мамы, а из-за всех этих женщин.
Я сразу понял, что отношения Дуга с его матерью вероятно напрямую связаны с его теперешними трудностями. Но он этого не осознавал. Он хотел сменить тему беседы, и я не стал препятствовать.
— Вы сказали, что часто ходите на свидания, — начал я. — Не хотите рассказать об этом?
— Я уже много лет периодически встречаюсь со Сьюзан. Мы просто нравимся друг другу, но у нас с ней ничего серьёзного.
— А могло бы быть?
— Могло бы, но это не так.
— Вы были бы не против отказаться от свиданий с разными женщинами?
— Конечно я был бы против, — сказал он. — Мне нравится ходить на свидания. Проблема вовсе не в этом — она в детях, семье и других подобных вещах.
Дуг был умён, но это не уберегло его от самообмана. Он хотел, чтобы я помог ему вступить в серьёзные отношения и завести семью, но «любовные встречи» были его стратегией избегания. Если бы я сумел помочь ему построить серьёзные отношения и при этом сохранить стратегию избегания… он остался бы доволен.
Несколько сессий ушло на то, чтобы помочь ему увидеть, что его «свидания» на самом деле были проявлением ловеласничества. Убеждая себя в том, что он ищет себе жену, Дуг встречался с женщинами вдвое моложе себя, со случайными знакомыми, которых он впоследствии бросал без раздумий.
Сьюзан была другой. Она нравилась ему, и их связь длилась довольно долго. Но он продолжал «бросать» её ради других женщин. О характере их отношений он говорил весьма расплывчато.
— Что Сьюзан думает об этом? — спросил я его, когда он начал мне доверять. — Она считает, что у вас близкие отношения? Она знает, что вы встречаетесь с другими женщинами?
— Я не лгу ей об этом, — сказал он.
— Если бы сейчас она была с нами, — я указал на пустой стул, — и я спросил бы её: «У вас с Дугом серьёзные отношения?» — что бы она ответила?
Он пожал плечами.
— Другие люди считают вас со Сьюзан парой? — настаивал я.
— Вы напомнили мне об одном случае, — сказал он. — На прошлой неделе я пригласил на свидание симпатичную девушку из больничного кафетерия. Ноги у неё просто восхитительные… Ну так вот, вдруг заходит мой начальник отдела со своей женой, здоровается с нами и называет её Сьюзан. Я смутился, и он смутился тоже. Я хотел исправить его, но сам ошибся в её имени, и ей пришлось исправлять меня. Ужасно неловкая ситуация…
Дуг перевёл дыхание. Я ждал продолжения.
— Знаете, я больше так не хочу, — признался он. — Раньше мне нравилось, когда меня видят в обществе красивых девушек. А что теперь? И куда это ведёт?
— Это главный вопрос, — подтвердил я.
— Я уже рассказывал вам, что женился сразу после окончания медицинского института. Я думал, если я женюсь, то смогу остепениться, перестану волочиться за каждой юбкой. Но это не сработало. Жена постоянно была недовольна мной. Она ждала, что я буду о ней заботиться, но у меня никогда не получалось ей угодить. Я не мог оставаться верным ей. Наш брак не продлился и года.
Поделиться книгой: