Призраки больше не молчат

Я покачала головой. Терпеть не могла истории с плохим финалом. В Глуши и без того проблем хватало.

— Нет, капитан смог доплыть до острова. Помните, что в воде оказались бочки? Зацепившись за одну из них, он двигался к берегу, изредка отдыхая… Так что, читаем дальше?

— Да! — громко воскликнули дети, и я приложила палец к губам, чтобы они не разбудили близнецов.

Потихоньку рассказ подходил к концу. По ходу повествования малыши то дремали, привычно обнявшись, то, в особо напряжённые моменты, открывали глаза и сжимали сцепленные руки. Задремавшая на моих коленях Рая, наоборот, проснулась и переползла к старшей сестре, больше наблюдая за её работой, чем слушая историю.

От описания драматического финального сражения меня отвлёк тихий скрип. Краем глаза я увидела, как приоткрылась входная дверь, и миссис Флетчер проскользнула из коридора на кухню. В руках у неё был большой бумажный пакет из пекарни, и я уловила аромат свежего хлеба. Впрочем, возвращение миссис Флетчер заметила не только я.

— Мама пришла! — Близняшки разом проснулись и выскочили в коридор, пытаясь обогнать друг друга. Несмотря на крепкую дружбу, между ними всегда бытовало шутливое соперничество.

С кухни раздался добродушный смех миссис Флетчер, а вскоре появилась и она, ведя за собой малышей.

— Дети вели себя хорошо? — строго поинтересовалась женщина, но я знала, что за этим тоном скрываются любовь и беспокойство. Слишком опасно быть беспечным в Глуши.

— Они молодцы: с прогулки вернулись вовремя, всё съели. Даже Рая не капризничала.

Я отодвинула книгу, аккуратно поднялась с колен и переложила спящую девочку в кроватку. Поправила одеяльце, стараясь не обращать внимания на разыгравшееся воображение — что-то во взгляде миссис Флетчер меня насторожило. Через мгновение я поняла что — в нём появилась опаска. С того момента, как женщина зашла в комнату, она ни на секунду не выпускала меня из виду.

— Может, Мэгги дочитает историю в следующий раз? Уже поздно, не будем её задерживать, — ласково попросила детей миссис Флетчер, и те, недовольно ворча, согласились.

Моя тревога усилилась. Миссис Флетчер никогда не отпускала меня домой так рано, обычно я едва успевала справиться с работой до захода солнца. Странно.

Попрощавшись с детьми и пообещав зайти на следующей неделе, я забрала куртку и вышла вслед за миссис Флетчер на лестничную площадку.

— Твоя зарплата за сегодня. Спасибо за помощь. — Женщина протянула мне деньги и вместе с ней завёрнутый в бумагу тёплый батон. Аромат от него шёл одуряющий. Помолчав, миссис Флетчер добавила: — Больше не приходи.

— Почему?

— В городе ходят нехорошие слухи о Рое. Я не хочу, чтобы мои дети оказались связаны с духами, — она смотрела в сторону.

— Так вы про контракт, — я помрачнела. Не ожидала, что новости распространятся столь быстро. Казалось бы, безделушка на руке, а сколько проблем. — Поверьте, Рой никому не причинит вреда. Вы же его с детства знаете.

— Мэгги, я видела одержимых, — миссис Флетчер покачала головой, упрямо поджав губы. — Человек теряет себя и не ведает что творит. Мой брат, — она на секунду прервалась, но всё-таки продолжила, — он был одержимым, и его убил вырвавшийся из-под контроля дух. Он пустил себе пулю в голову на моих глазах! Прости, но я не могу подвергать детей такой опасности.

— Я понимаю, — эти слова дались мне с трудом. Я отцепилась от перил, последний раз посмотрев на все так же старательно отводившую взгляд женщину. — Надеюсь, у вас всё будет хорошо.

Как я спустилась по ступенькам, сама не заметила, а в себя пришла на улице, осознав, что бессмысленно смотрю на закрывшуюся дверь подъезда. Я провела с семьёй Флетчеров год, сидела с их детьми, когда те болели, гуляла и играла с ними, учила старших чтению и письму. Они были мне по-настоящему дороги! И до чего обидно и несправедливо потерять всё это в одночасье! От злости хотелось треснуть по стенке кулаком или по-глупому разреветься. Но я сдержалась и, развернувшись, направилась к дому.

Рой был прав. Эти чертовы браслеты принесут немало хлопот.

* * *

Неприятности на этом не закончились. Когда я возвращалась домой, соседка во дворе шустро просеменила мимо, даже не поздоровавшись, а детей, обычно снующих на улице, не было видно. Да и в целом Абендон был всполошён новыми правилами: то и дело встречались понуро бредущие по тротуару одиночки или, наоборот, целые группки бурно обсуждающих новость горожан.

На автомате открыв дверь, я на мгновение замерла на пороге: с кухни доносился кисло-сладкий запах печёных яблок. Куртка Роя висела на месте. Похоже, он вернулся пораньше и хозяйничал на кухне.

— Откуда это чудо? — Я заглянула на кухню и кивнула на пакет с яблоками, лежащий на столе. Часть яблок Рой запекал, а остальное оставил на сушку.

— От тётки. Забыл вчера показать, замотался с «обновкой», — хмыкнул он, вырезая сердцевину из очередного яблока.

Судя по аромату, первая порция была готова, и Рой сунул в печку вторую. Печёные яблоки мне нравились, особенно если положить в серединку немного сахара.

— А не рано ли яблоки созрели?

— Тётка теперь в теплицах работает, говорит, у них в этом году была проба каких-то новых удобрений. Урожай вышел хорошим, но яблоки кислее лимона. Вот и раздали работникам за полцены. А тетка мне немного скинула, как браслет увидела. — Рой помрачнел, потирая запястье. Да уж, если дошло до того, что тётя его пожалела из-за контракта, значит, дело совсем плохо.

Тетка не особо привечала племянников, но по возможности помогала деньгами. Не будь её, они в первые годы после потери родителей самостоятельно не выжили бы.

— Ты с работы отпросился? — Я примостилась у раковины, намывая оставшиеся яблоки и выкладывая их на полотенце. Как подсохнут, можно будет почистить, порезать и повесить сушиться над плитой.

— Попросили. — Рой дёрнул плечом и отложил нож, крышкой накрывая наполненную яблоками сковороду. — Сказали, чтобы искал новую работу. Завтра пойду узнавать, где требуются рабочие руки. — Он повернулся ко мне, растерянный и расстроенный. — Пока что будет туго с деньгами.

— Ну, у нас есть запасы, на продукты на первое время хватит, — скрепя сердце, предложила я, тем самым отложив покупку подарка Дину на неопределённый срок. Не до праздников, когда есть нечего.

— Но это не выход, а временная мера. Не найду работу в Глуши, подамся за Мост, в центр, — предупредил Рой, когда понял, что я опечалилась.

Я вздохнула. За Мостом его ждала самая неблагодарная и чёрная работа… А еще там жила Ведьма, которая вряд ли забыла решение моего опекуна.

Про миссис Флетчер я пока решила не рассказывать. Рой и так чувствовал себя не в своей тарелке, пусть и не был виноват в происходящем.

— Кстати, я батон принесла, — вспомнила я и, сбегав в коридор за сумкой, выложила на стол последний подарок от нанимательницы. — Миссис Флетчер угостила.

— Тогда у нас сегодня праздник, — улыбнулся Рой. — Заваришь какой-нибудь настой послаще? А то яблоки и впрямь вырви глаз.

— Конечно. Ты только оставь мне парочку яблок на утро. Добавлю в овсянку. Её вкус, а вернее, его отсутствие, уже бесит.

О поисках работы мы больше не говорили. Убрали хаос, оставленный после визита химеры, начистили до блеска посуду. Спустя пару часов разложили на подвешенных сетках порезанные яблоки сушиться и отправились встречать Дина со школы. Арчи остался в квартире, свернувшись клубком у остывающей плиты. Не знаю, чувствовал ли он идущее от неё тепло, но кухню призрачный котёнок любил больше других комнат.

Когда мы подошли к школе, Дин ждал нас на крылечке, потирая правой рукой наливающийся синевой кровоподтёк на скуле. Рубашка была разорвана, а левая рука висела плетью.

К дракам Дина я привыкла, но он редко выглядел настолько плохо. Первым делом я ощупала его левую руку, не сломана ли. К счастью, обошлось обычным вывихом. Рой вправил её за минуту, Дин даже не пискнул. Объяснять причину драки не требовалось. Аналогичный браслету Роя, на руке Дина красовался металлический ободок. Значит, детей клеймить решили в школе. Отсюда и внеплановая проверка, и очистка территории от призраков — ведь кто-то из учеников мог заключить контракт со школьным духом, а тот мог не на шутку разбушеваться после «подарка» ловцов.

— Много среди твоего класса оказалось контрактников? — не думая, спросила я, просто чтобы разбить неловкую тишину. Мы шли домой по пустынным улицам, и редкие знакомые, прослышавшие о контрактах братьев, обходили нас стороной.

— Двое. Второго, когда он возмутился из-за браслета, ловцы забрали, предварительно приласкав по рёбрам металлическими прутьями, — с холодной яростью ответил Дин.

— Что насчёт Эрнесто? Тоже злится?

— Не-а. Теперь я слышу его, будто через стену, но он доволен. Говорит, что рад новому опыту, — на лице парня впервые с моменты встречи появилась усмешка.

Эрнесто был своеобразным альтом, и хорошо, что Дин заключил контракт именно с ним. По крайней мере, плохого дух пока не советовал и требований особых не предъявлял, довольствуясь малым.

А вот с Охотником дела обстояли хуже. Установленные ограничения его бесили. За несколько лет вынужденного сотрудничества между ним и Роем установилось некое согласие: Рой позволял Охотнику управлять телом в моменты опасности, а тот взамен давал знания о встреченных нами тварях, оценивая шансы на победу. Но после того как ловцы надели браслет, связь значительно ослабла из-за неприятия духами металла.

Гнев альта Рой терпел до последнего. Непринужденно болтал с нами, шел по улице как ни в чем не бывало — а у самого дома рухнул на колени, схватившись за голову. В подъезд мы его затаскивали волоком и с трудом сумели поднять по лестнице.

— Отойдите. Он… успокоится, — выдохнул Рой, и тут же, стуча зубами о стакан, выпил таблетку.

На диван братьев мы завалились вместе: Рой поперёк, оказавшись между нами, Дин у самой стенки. Мы обнимали Роя и успокаивали как могли, отвлекая разговорами ни о чем. В конце концов, устав бороться со злостью Охотника, он уснул, свернувшись клубком и уткнувшись носом мне в живот. Да еще и одеяло подгрёб под себя так, что запутал в нём мои ноги: наверняка не специально, он не любил, когда я спала рядом.

— Будет ворчать с утра, — вздохнул Дин, проследив нашу позу.

— Угу, — согласилась я, распуская хвостик Роя, но даже не дернулась поменять положение.

Дин потянулся за лежащим на полке альбомом и, перевернувшись на живот, взялся рисовать встреченную недавно химеру: огромные распахнутые крылья, открытая в беззвучном крике пасть. Детали появлялись на рисунке с поразительной точностью. Закончив, Дин сунул рисунок мне под нос.

— Похоже?

— До жути, — призналась я, с отвращением глядя на оскаленную морду. Вышло невероятно реалистично. Бестиарий целый скоро соберёт.

Полюбовавшись на своё творение и добавив несколько завершающих штрихов, Дин захлопнул и отложил альбом.

— Как думаешь, что будет с Тедом? — неожиданно спросил он. Тедом звали второго контрактника, которого уволокли с собой ловцы. Не сказать, чтобы он дружил с Дином, но несколько раз они выбирались вместе в лес и на рыбалку.

— Думаю, ловцы попробуют усмирить альта, — ответила я. Жалеть Дина и врать, что его одноклассника попросту отпустят домой, я не хотела. — А дальше как повезёт.

Если альта приструнили вовремя, то обходилось без последствий. Пара забытых часов и общая истощённость организма не в счёт. Но если медиумы не успевали вмешаться, заканчивалось всё плачевно. У одного нашего знакомого крыша поехала окончательно, и он куда-то исчез, а другой хоть и адаптировался, но до сих пор вздрагивал от малейшего шума.

— Зачем Тед вообще контракт заключал?

— Хотел поговорить с сестрой. Она немая с детства, какая-то психологическая травма. А Тед решил, что дух сможет её вылечить.

— Дурак, — констатировала я, глубоко вздохнув. Ждать помощи от призрачных тварей — бесполезное и опасное занятие. Самое обидное, что помочь Теду мы ничем не могли.

— Мэгги, может, тебе пересидеть дома пару дней? Из-за наших контрактов ловцы и тебя стороной не обойдут, — осторожно предложил Дин.

— Если стану прятаться, добавлю подозрений, — отмахнулась я и устало откинулась на подушку. — Ладно, давай замнём пока тему, не хочу о них думать. Расскажи лучше кратко, что написал в эссе о причинах начала войны? А то ведь мистер Бартон спросит…

Дин на мгновение прикрыл глаза, о чем-то переговариваясь с Эрнесто, а потом неспешно принялся пересказывать основные точки зрения с упором на их недочёты. На третьей причине я почувствовала, что засыпаю, но честно боролась с дремотой причины до пятой. После чего все же уснула, привалившись к спинке дивана.

Будить меня Дин не стал. Укрыл своим одеялом, а сам ушёл спать на моё место. Всё-таки втроём на диване было тесновато.

* * *

Утро началось с негромкой ругани под ухом: это проснувшийся Рой попробовал вылезти с дивана и понял, в насколько неудобной позе спал. Повалившись обратно на одеяло, принялся растирать затёкшие руки и ноги.

— Как там Охотник? Всё бесится? — я сонно выпутывалась из одеяла. Голова с утра соображать отказывалась.

— Успокоился на время. Думает, как обойти ограничения, наложенные браслетом, — Рой наклонился и выдернул из-под меня футболку, сброшенную им ночью.

Я невольно проследила за движением, отметив про себя парочку новых, не до конца заживших царапин на его боку и предплечье. Видимо, тренировался в одиночку, неудачно приземлился и, как обычно, проигнорировал мелкие ссадины, рискуя получить заражение. Я сделала мысленную пометку помазать ранки йодом, а то покраснение вокруг одной из них мне не понравилось.

Заметив мой взгляд, Рой выпрямился и быстро оделся.

— Сколько раз я просил ложиться отдельно? — Он махнул рукой в сторону моей кровати и тут же скривился, заметив там Дина. Тот спал, повернувшись носом к окну и скинув подушку на пол. — Сговорились вы, что ли?

— Ага, вместе с Охотником, — обиделась я.

Между прочим, из-за него не ушла, да и спала не в самой удобной позе. Я встала, взяла из шкафа первую попавшуюся футболку и в полном молчании ушла в ванную, едва удержавшись от громкого хлопка дверью. Дина пожалела.

Рой постучался, когда я уже приняла душ и теперь расчёсывала влажные волосы, от злости дёргая их расчёской сильнее, чем нужно. Парня я впустила, не прекращая сердиться, хотя выражение лица в зеркале у него было виноватое. Его утренняя растерянность успела пройти, и злость сменилась сначала спокойствием, а затем и чувством вины.

— Извини, что нагрубил.

Я отложила расчёску и потянулась за зубной щёткой.

— Мэгги, ну серьёзно, послушай. — Рой развернул меня к себе, осторожно взяв за плечи. Я так и застыла с щёткой в руках. — Мы больше не дети и не должны спать вместе.

— Не дети? Это я-то? Посмотри внимательно! — обернувшись, я ткнула в зеркало. Короткие рыжие пряди, влажные после душа, смешно топорщились, несмотря на все старания привести их в порядок. — С момента нашей первой встречи я не расту. Почему раньше было можно, а теперь нет?

— Потому что теперь ты не маленькая. — Рой вновь притянул меня к себе, несмотря на сопротивление. — Неважно, как ты выглядишь. Ты девушка, а наше совместное проживание и без того дает повод для сплетен.

— Тогда заведи себе нормальную девушку, и слухи исчезнут, — дуясь, буркнула я, и он тут же выпустил меня из объятий.

— Ты опять за старое? Кто на этот раз хочет со мной познакомиться? — с такой обреченностью в голосе спросил Рой, что я с трудом сдержала улыбку.

— Не переживай, старые кандидатки остались в толпе обожающих фанаток, а новых не прибавилось, — успокоила его я, хотя угрызений совести за напоминание о неудачных свиданиях не испытывала.

На самом деле отношения с девушками у Роя совершенно не ладились из-за Охотника. Потенциальных подруг альт воспринимал как безмозглых кукол, у которых одни глупости в голове, и каждое свидание Роя сопровождалось массой ехидных замечаний. Естественно, романтичное настроение в такой обстановке сходило на нет. К счастью, меня Охотник как девушку не воспринимал, и в наше с Роем общение не вмешивался. А может, просто не хотел ругаться с медиумом.

— Так ты больше не сердишься? — Рой с просительной улыбкой наклонился и посмотрел мне в глаза.

— А ты? Я ведь продолжу нарушать правила.

Я быстро чмокнула Роя в нос и выскочила из ванной прежде, чем он успел отвесить мне подзатыльник.

ГЛАВА 3

Больше всего мы любили пятницы. Работа заканчивается на час раньше, на учебу идти не надо, зато можно сходить в лес или на рыбалку: пополнить запасы провизии и просто провести время вместе.

Сегодня мы отправились на набережную. Не сказать, чтобы нас ждал радушный приём — и без того раздражённые появлением ловцов, жители с подозрением косились на поблескивающие на солнце браслеты. Новости по Глуши разлетались мгновенно, поэтому прятать очевидное братья не собирались. Интересно — любуйтесь, и не говорите потом, что вас не предупреждали.

Рой ненадолго отстал. Встретил знакомого и попытался договориться о работе, а тот позвал его в администрацию: вроде там намечалось какое-то дело. Мы же с Дином, добравшись до реки, уселись на привычное место и закинули удочки. На косящихся соседей-рыбаков старались не обращать внимания. Привыкнут потихоньку.

Клевало не очень, солнце припекало, нещадно жаря голову через повязанный платок. Оставив удочку на присмотр Дину, я решила на время перебраться в тенёк — кожа и без того была усыпана веснушками. Но не успела я двинуться с места, как солнце закрыла длинная тень — надо мной навис Джон, один из местных заводил, считающий набережную своей собственностью. Долговязый парень смотрел пренебрежительно, но выглядел напряжённым. Роя он уважал и до сегодняшнего дня с нами не связывался, благосклонно не отбирая часть улова в качестве «налога».

— Шли бы вы отсюда. — Джон дождался, пока я подниму на него глаза, и с мрачной решимостью продолжил: — Здесь не место для одержимых.

Я мельком осмотрелась. Большинство ребят, сидящих неподалёку, забросили рыбалку и с интересом наблюдали за развитием событий. Некоторые поднялись, готовые вмешаться в драку, и что-то мне подсказывало, что помогать они будут не нам с Дином.

Стычки в Глуши устраивались часто: за территорию, за заброшенные дома, а то и просто за кусок хлеба — в голодное зимнее время это было отнюдь не мелочью. Правда, все эти потасовки не превращались в серьёзные драки, по крайней мере домой мы возвращались либо на своих двоих, либо сами зачинщики могли дотащить, спустив пар. Но до чего же не хотелось драться!

— Давай не будем горячиться. У Дина заключён контракт, но это не значит, что он одержим, — попыталась я урегулировать конфликт. Не тут-то было.

— И что? — Джон сплюнул на мостовую. — Любой контрактник — бомба замедленного действия. Никто не знает, в какой момент рванёт.

— Одержимыми так быстро не становятся. Пройдет немало времени, прежде чем альт подавит волю…