Продольные основы разума, поперечные оковы слов

[один-господин-блондин (рог – полицейский – голубоглазый)]

Место, в которое меня привезли, мне очень понравилось. Эта была поляна с разведенным посередине костром. По краям поляны располагались деревянные разноцветные статуи, изображавшие людей в масках, находящихся в разнообразных позах. Рядом с костром располагалось нечто похожее на трон, на котором восседал хозяин замка. Лицо его было обезображено какой-то боевой окраской. Хозяин начал что-то говорить на непонятном мне языке. В это время слуги поместили меня в большой сосуд с водой и куда-то понесли. Когда же вода в сосуде начала нагреваться, я понял, что он (вместе со мной) расположен над костром.

[рожь-ложь-нож (колосится – расцветает – заработок)]

Слуги начали танцевать вокруг костра ритуальный танец, видимо, желая вызвать дождь, а хозяин в это время уже забрасывал в воду макароны и различные специи с приятным запахом. И тут я вспомнил, что очень давно не кушал, и начал стараться вылавливать полусырые макаронины ртом. После того, как я съел всё, что было добавлено в котел, хозяин подошел и сказал: «Слышь, краснокожий, [а кожа моя к тому момента действительно была красного цвета] харэ жрать, оставь чё-нить пацанчикам на закуску». На что я ответил: «Если ты, сучий потрох, мне другие варианты продолжения нашего знакомства не предложишь, то я ещё и всю воду из этого сосуда выпью, а потом себя поедать начну, и не остановлюсь, пока всего себя до последней косточки не сожру».

– Вижу, что ты действительно на это способен, дружище. Тогда так, дорогой. Тело твоё, красавчик, всё равно останется у нас, а я могу предложить тебе, спортсмен, три других варианта продолжения нашего знакомства:

4) 

ты начинаешь жизнь сначала, с самого рождения;

5) 

ты превращаешься в бестелесный дух;

6) 

ты становишься домашним питомцем в очень хорошей семье.

На секунду я задумался…

и, конечно же, я выбрал вариант номер пять… и не сразу понял, что произошло. Жизнь моя, казавшаяся такой долгой, пронеслась в моем мозгу за несколько секунд. Но я не умер. Это я отчетливо осознавал. Я ощущал себя как целостный организм, мог логично размышлять и передвигаться в выбранном направлении. Первые подозрения появились у меня, когда я понял, что перемещаюсь несколько на другой высоте, чем остальные существа. Точнее сказать, я летел над ними. При этом все они стояли без движения и на меня не обращали никакого внимания. Только спустя достаточно долгое время я догадался, что это не жители планеты стоят на месте, а я перемещаюсь и думаю с очень большой скоростью. Когда моя попытка пройти сквозь стены оказалась удачной, я начал искать подходящие слова для своей новой формы существования. В зеркалах я не отражался (проверено!), плоти у меня не было, а поток сознания был. Следовательно, ближе всего я был к некоему сгустку энергии, движущемуся в определенном направлении. И должен сказать, что движение моё было действительно направленным и, скорее всего, не мной. Я делал несколько попыток надолго остановиться или свернуть со своего пути, но каждый раз у меня возникало непреодолимое желание двигаться дальше. И я двигался, параллельно рассуждая о плюсах моего нового состояния. Во-первых, я чувствовал, что с пропажей тела у меня пропали и все желания, жившие в нем. Я не ощущал чувство голода и жажды, мне не нужно было спать и размножаться, во всяком случае единственным известным мне до этого времени способом. И никакого сожаления по поводу потери этих ощущений я не испытывал. Зато испытывал я неповторимое удовлетворение от осознания того, что разум мой, оставшись наедине с самим собой, начал резко развиваться и на данный момент превосходил все мыслимые до этого пределы. Продолжая двигаться в кем-то или чем-то выбранном направлении, я пытался найти хоть что-то похожее на меня. Я видел огромное количество бессознательных радио и магнитных волн, но ко мне они явно не имели никакого отношения. Наблюдал я также сгустки очень похожие на меня, но от них отдавало какой-то мертвичиной, и направлялись они, в отличие от меня, перпендикулярно вверх, устремляясь вдаль от земли, и довольно быстро исчезали из поля моей способности их ощущать. И в этот момент я почувствовал, что всё это скоро закончится и меня затягивает в тело, которое я неожиданно увидел перед собой. Мне этого очень сильно не хотелось, и я сопротивлялся изо всех сил, но все мои попытки были безуспешны, и меня практически засосало в эту плоть. В следующее мгновение я уже осознавал, что управляю этим телом, как своим…

– Ну что же, хозяюшка, я вас поздравляю! Ваш питомец войдет в историю, как первое существо, удачно прошедшее телепортацию! Да и вы, я думаю, останетесь в истории, благодаря ему.

– Да, да. Всё это очень интересно, – говорю я. – Только вы мне обещали порядочную сумму за этот эксперимент.

Профессор, или как его там, выписывает мне какой-то чек и говорит: «Деньги получите в кассе. А завтра приведите мне Ганнибала на осмотр».

«Хрен тебе! За это же ты мне не заплатишь», – думаю я, а сама говорю: «Конечно, профессор. А не маловато ли вы мне платите за исследование, которое могло стоить жизни моему любимцу?»

– Думаю, что за эксперимент, длительность которого составила менее секунды, этого вполне достаточно.

Я видел, что хозяйка была недовольно этим ответом, но спорить и скандалить она не стала, хотя умела и любила. Она молча взяла поводок, надела его на меня, и мы вышли на улицу. Первые шаги мне давались с каким-то непонятным трудом. Меня не покидало ощущение ненужности моей плотской оболочки, мне хотелось вырваться из своего тела и парить, и лететь… А в следующий момент я очень сильно захотел есть. Но я знал, что, пока мы не придем домой, надеяться на еду бесполезно. В этот момент у хозяйки зазвонил телефон.

– Алло… Привет, дорогой… Веду Ганнибала домой… Да, всё прошло успешно… Деньги заплатили, так что с кредитами за этот месяц рассчитаемся… Ганнибал жив и, судя по всему, здоров… Ну, не расстраивайся ты так… Ну всё. Пока. Дома поговорим.

То, что хозяин меня недолюбливает, я знал и раньше: он это открыто показывал. А вот то, что хозяйка, которая была всегда мила со мной, потащит меня на опасный эксперимент ради денег, я не ожидал. Но как ни странно, я был ей благодарен, потому что состояние, пережитое мной за секунду отсутствия в собственном теле, нельзя было сравнить ни с чем, что я испытывал раньше. Кроме того, я ясно начал понимать, что говорит моя хозяйка и другие особи её вида, тогда как до эксперимента я различал только отдельные звуки, многие из которых я мог отличить от других, но понять сказанное целиком у меня раньше не получалось. Так, может быть, и хозяйка меня поймет, если я попытаюсь объяснить, что хочу обратно!

– Тихо, тихо, Ганнибал! Да что с тобой случилось! Ну чего ты разорался на всю улицу! похоже, эксперимент всё-таки не прошел даром. Надо побыстрее отвести тебя домой, а завтра отвезу тебя к этому профессору, пусть осматривает тебя и лечит, если понадобится.

Бесполезно! Она абсолютно ничего не понимала из того, что я говорю! Зато я отлично понимал, что даже если завтра меня снова отведут к профессору, то я всё равно не дождусь желаемого и на эксперимент меня не пустят. Тем более что желающих было достаточно. Деньги-то за это платили неплохие. О, а вот и мой любимый пруд! Было бы неплохо сейчас в нем поплавать! О, а вот и любимая подруга хозяйки… Было бы неплохо её сейчас сожрать…

– Привет, дорогая! Ты какими судьбами здесь?

– Привет-привет! Да вот решила прогуляться с Ганнибалом. А ты куда направляешься?

– Иду дочь из школы забирать.

– С каких это пор ты за дочкой в школу ходишь? Она же у тебя взрослая уже.

– С тех пор как она домой пьяная пришла и сигаретой в руках. Боюсь, как бы она наркотиками баловаться не начала.

– Ну, если она в маму, то точно начнет.

– Не смешно!

Как же тяжело всё это слушать! Настоящий наркотик один, и я его сегодня попробовал. И если в моих силах вернуть это состояние, то я просто обязан это сделать. Вот и дерево мне подмигивает, намекая, что всё в моих силах. Да и асфальт какого-то неестественного цвета моря, уступившего наглым приставаниям суши. Когда глаза срастаются с красотой окружающего мира, начинаешь понимать, что ты тут абсолютно не нужен, ты только портишь общую картину. А тем более мне для достижения цели нужно разделить свою духовную и плотскую составляющую на две независимые половины. И пруд мне должен в этом помочь. Вот ещё бы избавиться от поводка.

– Ты купила новые духи?

– А я всё думаю, неужели ты не почувствовала. Нравится?

– Конечно! В чём-чём, а в этом ты разбираешься.

– Можно подумать, что я в чём-то другом не разбираюсь!

– Если надо будет, то ты во всём разберешься!

– Вот-вот! Разберусь и соберусь, если надо будет.

Проблема всех живых существ в инстинктивном стремлении сохранить жизнь. Все боятся смерти, хотя жизни нужно бояться гораздо больше. Плоть никогда не позволит окунуться в счастье настолько глубоко, насколько это возможно. Смерть – единственная радость, смерть – любовь моя, смерть – жизнь моя! Закрою глаза, чтобы привыкнуть, а чтобы отвыкнуть – открою. Прополощу мозг последними мыслями и побегу к своей благоверной и родной. Она ждёт меня с момента моего рождения, а я всё делал вид, что не замечаю её, думал о ней только тогда, когда она к другим приходила. Нежная моя, как же это я так с тобой некрасиво поступал! Бегу к тебе, терпеливая моя!

– Что такое, Ганнибал? Что случилось?

– Может, он побегать хочет. Целый день на цепи его держишь. Отпустила бы ты его.

– Ну, беги, мой маленький, развлекайся, а мы пока ещё немного поболтаем.

– И на чем я остановилась?

– Ты говорила, как тебе какой-то нахал место в автобусе уступил.

– Ну да. Так вот…

Наконец-то, поводок отпущен! Теперь быстрее бежать к вечности, пока хозяйка не передумала. Какая приятная свежая мокрость воды! И как много страшных мучительных секундоминут блаженства ждет меня впереди! Для начала надо нырнуть и постараться не выныривать, а ведь это не так-то и просто сделать. Голова так и просится на воздух, но нужно терпеть! Один раз научишься не дышать, и это умение на всю жизнь пригодится.

– Слушай, а что случилось с Ганнибалом?

– А что с ним?

– По-моему, он тонет.

– Не может быть. Он очень хорошо плавает.

Вода в ушах, глазах, голове, серд-це, тук, звонк, э-то-ког-да-ни-будь-за-кон-чит-ся…вспыш-ка-там-а-ран-о-ещё-плеск-песок-а-я-боялс-я-боялс-я-боли-я-бо…ни-ког-да-боль-ше-боли-не-бу-дет-не-буди-её…ни-ког-нет-её-е-ё-ж-з-и-й-кто-то-кри-чит-ме-ня-по-име-ни-зо-вут-но-поз-дно-дно-ря-дом…но-дно-дом-мне-от-ны-не-и-на-всег-ды-ши-жи-пиши-че-рез-и-ды-ши-ртом-вод…во-да-да-да-ад…

…Алло, дорогой! Ганнибал утонул!

–Это шутка?

– Нет! Я абсолютно серьезно! Только что! На моих глазах!

– Так..стоп! Не плачь и не устраивай истерик! Я тебе другого такого же куплю!

– Мне не нужен другой! Мне нужен Ганнибал!

– Тогда не куплю! Всё равно я никак не мог понять, что тебе нравится в этих животных: ходят на двух ногах, кожа гладкая без чешуи, хвоста нет, зато есть какая-то растительность на голове… Фу, просто мерзость какая-то… И зачем их нам вообще привезли? Свою планету они успешно разрушили, теперь не хватало, чтобы за нашу принялись!

– Хватит, дорогой! Я это всё уже не один раз слышала! Не ворчи хоть сейчас… Он же умер!..

– Прости, родная. Я уже лечу!

И я уже летел. Только высоко в небе и в столь понравившейся мне бестелесной оболочке. Но на этот раз я направлялся не параллельно земле, а перпендикулярно вверх, и рядом со мной поднималось неимоверно большое количество сгустков до боли похожих на меня. Цель моя была достигнута, но всё оказалось не так-то просто. Состояние безтелестности я снова испытывал недолго…

… в одной из палат обычного российского роддома раздался крик новорожденного мальчика. Это был долгожданный ребенок с давно выбранным для него именем: Владимир. Первые несколько лет родители считали, что у них растёт вполне нормальный и здоровый мальчик, но потом они начали замечать, что ребёнок частенько о чём-то надолго задумывается. Он мог остановиться посреди проезжей части и уйти в собственные мысли, а вернуться из них только тогда, когда раздосадованные автолюбители начинали усиленно сигналить. Частенько Вова просыпался ночью, что-то шептал или молча выходил на середину комнаты, взирая на родителей совершенно недетскими глазами.

[здесь мы пропустим знакомый внимательному читателю кусочек повествования и сразу окажемся:]

Большой Вова быстро подошел к машине, залез в бардачок и вернулся к маленькому Вове с пистолетом. Через секунду пистолет был направлен в лоб мальчику со словами: "Прощайся с жизнью!". И Вова попрощался, но перед этим мозг его вытворил ещё одну штуку и позволил ему увидеть то, что никто из нас видеть не должен и это была явно не его семилетняя жизнь, хотя стереотипы – это не всегда плохо...... но в этот момент большой Вова одумался, убрал пистолет и сказал: "Беги отсюда, мальчик, только быстро беги!"

И Вова побежал. Когда он пробегал мимо Варфоломея, тот произнес: "Изошел дьявол моими молитвами…"

После этого случая Вова больше никогда не ходил по ночам, никогда не возвращался в эту деревню и вырос вполне себе нормальным человеком, если считать одно но, но об этом "но" поговорим в следующий раз…

…главное, что родители были безмерно счастливы, что поездка в деревню помогла их сыну стать здоровым и быть как все, а что думал по этому поводу их сын совершенно не важно, а поэтому…

…всё остальное в рабочем порядке.

Иллюстрация Дарьи Грековой: