Коллекционер душ. Книга 1

Детской она называется просто потому, что тут спим мы с сестрой. И только поэтому. Я всегда с завистью смотрел на комнаты своих сверстников. С веселыми обоями, детской кроватью, компьютером и конструктором «LEGO». В моей комнате отсутствовало все это. Здесь две односпальные кровати. Письменный советский стол. Советский шкаф и тюль на окне. О игрушках, компьютерах и всем остальном, и речи не идет.

Я лег на кровать, но прежде, чем заснуть, долго ворочался. Мысль о втором шансе и возможности все исправить будоражила и заставляла адреналин бежать по венам. В прошлой жизни я выкурил бы уже сигарет десять, но здесь даже не тянуло. Привычка, вместе с зависимостью пропали. А точнее сказать, здесь их никогда не было. Так, под мечты о том, как я богатею и делаю счастливыми своих близких, я уснул.

Проснулся среди ночи от приглушенных хихикающих голосов.

— Тише, Вадим, мелкого разбудишь, — шептала моя старшая сестра.

— Я хочу тебя, детка, — отвечал голос незнакомца. — Давай сделаем это по-тихому. Я буду очень нежным.

О, нет. В первую ночь и попасть в один из самых дерьмовых моментов моего детства. И как этот урод оказался у нас? Со скольки и до скольки действует этот комендантский час? Когда эти странные тени прекращают бродить по улицам и кошмарить народ?

Я бесшумно накрылся одеялом с головой, как делал это всегда. Скрип старого матраца дал понять, что этот Вадим слишком настойчив.

— Тебе понравилось платье, которое я тебе сегодня принес? — спросил хахаль моей сестры.

— Оно красивое, — возбужденно выдохнув, ответила она.

— Я принесу завтра тебе еще туфли к нему, хочешь? — шептал Вадим и, по-видимому, мацал Машу за все ее прелести. — У матери куча этого добра, которое она готова отдать будущей невестке.

Короткий стон. Ублюдок вошел в нее. Кровать начала скрипеть и биться о стену. Я закрыл глаза, пытаясь сдержать злость. Ведь всем похер, что на соседней кровати вовсе может не спать, а бодрствовать десятилетний мальчик! Если у одной нет мозгов, чтобы подумать об этом, то у второго должна быть хотя бы гребанная честь!

— Тише…Тише… Костю разбудишь, — срываясь с шёпота, стонала она. Но Вадима это только сильнее возбуждало.

Пора прекращать это представление. Если я захочу посмотреть порнуху, я дождусь субботы и включу Рен ТВ. А с сегодняшнего дня наша жизнь меняется, мать вашу.

— Кхм, кхм, — я кашлянул и движения прекратились.

Пауза. Вадим решил, что я снова сплю и опять осторожно принялся за дело.

— Маш, — сказал я вслух негромко. Но в тишине, которую они пытались с симулировать, как она свой оргазм, мой голос звучал как раскат грома.

— Да, Кость? — ответила сестра настороженно, не в силах скрыть одышку.

— Сегодня я нашел направление на анализы. Валялось на полу. Положил его на стол, если что, — произнес я сонным голосом.

— На какие анализы? — растерянно спросил Вадим.

— Твой друг вообще знает, что ты сдавала кровь на ВИЧ? — как бы невзначай спросил я.

В комнате стало настолько тихо, что я, кажется, расслышал даже то, как желание Вадима собирает свои манатки и покидает сперва его трусы, в затем нашу комнату.

— Ты что такое говоришь? — недоумевая произнесла Машка.

— Я… — нарочно растерялся я. — Я случайно вспомнил об этом именно сейчас. Эта мысль даже…разбудила меня.

— Мне пора, — начал собираться ухажёр моей прекрасной сестры. — Я позвоню тебе.

— Постой, Вадим. Не уходи…

Она выбежала за ним в коридор и выяснение отношений еще какое-то время продолжалось. Но я уже не слушал. Я вскоре заснул, а проснулся только на следующее утро от того, что солнце било прямо в глаза.

— Сколько я проспал? — я спросил вслух и, по привычке, попытался нащупать свой айфон под подушкой.

Однако постепенно вспомнил все, что произошло вчера и перестал предпринимать попытки найти то, чего еще не изобрели.

Никто не ответил на мой вопрос. Я повернул голову налево. Траходром был пуст. Тогда я поднялся с кровати, подошел к письменному столу и посмотрел на настольные часы. Десять. Любовь ко сну никуда не пропала. Никогда не умел вставать в семь утра.

Вытащил дневник из портфеля. Открыл текущую неделю. День. И как я мог не заметить? Кроме обычных предметов тут есть очень странные названия. Сегодня, например, будет урок под названием «Власть стихий». Это ОБЖ что ли? История — понятно, ИЗО — понятно, а вот это что? Артифакторика. Что еще за херня? То, что с этим миром не все в порядке, это я понял. Но я теперь что, русский гребанный Гарри Поттер?

Разбираться самому бессмысленно. Нужно просто успеть на урок истории к двум часам.

Согласно указанным в дневнике предметам, я собрал учебники с тетрадями в портфель и вышел из комнаты. Посмотрел на кухню и не поверил своим глазам. На стуле сидела моя мать. Спиной ко мне, но я все равно узнал ее. По кудрявым каштановым волосам и по сутулой сломленной судьбой спине. Она смотрела телевизор и не двигалась. Вернее, она неподвижно пялилась в ящик. Если у людей есть хоть какой-то интерес к происходящему на экране, они ведут себя по-другому.

Мое сердце заколотилось с бешенной скоростью. Наши отношения не сложились в прошлой жизни. Она пила, и я стал игнорировать ее. Мы могли не общаться месяцами, а когда я решил поздравить маму с очередным днем рождения, выяснилось, что никто из родственников и знакомых несколько месяцев не видел ее. Дальнейшие попытки отыскать ее ни к чему не привели. Тогда я понял, что мы больше никогда не увидимся.

Я жалел. Сильно жалел о том, каким мудаком оказался и о том, что посмел дать почувствовать матери, что родной сын не хочет иметь с ней дело. И вот сейчас она сидит на кухне, в паре метров от меня, и ждет, когда я все исправлю. По крайней мере, я хочу так думать.

— Мам, — произнес я тихим детским голосом. За ночь совсем отвык от него.

— Да, сынок, — она обернулась и украдкой вытерла слезы.

Взрослые всегда думают, что делают это незаметно, но, на самом деле, дети все видят.

— Почему ты плачешь? — спросил я, полностью вжившись в роль сына и замер, держа в руке портфель.

Мой взгляд упал на бутылку водки на столе. Вот сегодня зарплату дали.

— Я не плачу, — начала оправдываться она. — Ты будешь кушать?

Мать встала из-за стола и принялась разбирать пакеты с продуктами. Уже сходила в магазин и прикупила еды. А вот разбирать не торопилось. Видимо, случилось что-то действительно из ряда вон выходящее.

Почувствовать вновь материнскую заботу было невероятно. Жаль правда, что завтракать с утра я научился, только когда мне исполнилось семнадцать. Когда врач запретил курить натощак.

— Нет, спасибо, — отказался я от предложения поесть. — Что случилось?

Мать вздохнула, ее рука потянулась к рюмке, но она вовремя остановилась. Пить при сыне ей было всегда стыдно.

— Сегодня Александр Николаевич уволил меня, — она сделала паузу, чтобы сдержать слезы.

Затем отвернулась, чтобы я не видел их и продолжила выкладывать кошачью еду из пакета.

— Почему? — нахмурил брови я.

— Причины не объяснил, — пожала она плечами, стоя спиной ко мне. — Ладно хоть последнюю зарплату выплатил.

Я посмотрел на небольшую пачку банкнот, разбросанных на столе. И одновременно с этим логическая цепочка из вчерашних событий привела меня к выводу. Я не был уверен в нем, но похоже Александр Николаевич в этом мире гораздо более крупная рыба, чем в истинном. И вот чего на самом деле боялась Машка. Удар Кипятку по морде, стоил работы моей матери. Я уж не знаю какие сюрпризы теперь ждут меня в школе. В общем, как говорится, яблоко от яблони недалеко падает. Оказывается среди Парфеновых не один мудак. Там целая семейка таких.

— Вот, держи. Это тебе на обед, — мать взяла со стола сто рублей и протянула мне.

Я не отказался. Всяко лучше, чем она просто пропьет их. А так, это уже почти семь долларов. Еще немного и я новый Абрамович. Кстати, на чем он разбогател? Знать бы, что попаду в прошлое, я бы сутками изучал биографию богатых личностей.

— Спасибо, — я убрал деньги в носок. Типы, которые забирали эти деньги раньше, никогда не догадывались там поискать. — Не переживай так. Ты обязательно найдешь другую работу. Самое темное время суток всегда перед рассветом.

Мать удивленно и с любовью посмотрела на меня. Кивнула. Не могу видеть, как они мучаются. Руки чешутся все исправить.

— Ладно, мне пора, — обнял я ее.

— Уже? — удивилась мать. — У тебя же первый урок в два?

Теперь удивился я. Не припомню, чтобы кто-то из моих родственников когда-то был в курсе моих школьных дел.

— Приду пораньше. Еще домашку сделаю, — махнул я рукой и пошел в коридор.

— Костя! — мать окликнула меня.

— Да, — я повернулся.

— Тебе Женя звонил утром. Сказал, что срочно хочет поговорить. И просил передать, что будет в игровом.

— Угу, — кивнул я. — Спасибо.

— Подожди, я тебе хоть рюкзак зашью.

— Вечером, мам! — крикнул я, уже закрывая за собой дверь.

Я хорошо помню, где находился игровой зал. Там мы с парнями собирались, если были свободные деньги. Несколько раундов в Мортал Комбат, или пару заездов в Крэш Бандикут. Сейчас деньги на компьютерные игры я тратить, конечно, не собираюсь. Но вот, что хотел от меня Жендос, узнать надо.

Жендос, кстати, второй из моих друзей. Сейчас учится в шестом классе и тоже во вторую смену. Узнать его можно по торчащим ушам и высокому росту среди всех завсегдатаев игрового зала. А вот, кажется и он.

— Мамка сказала, что ты мне звонил, — я ухватил Жендоса за плечо и заставил того вздрогнуть.

— Костян? — он на мгновение оторвал глаза от экрана, убедился в том, что это я и принялся дальше вертеть джойстиком из стороны в сторону, как будто это помогало его герою лучше поворачивать. — Серый сказал, что ты вчера вмазал Кипятку. Это правда?

— Правда, — ответил я уже менее радостно. — Только мою мать сегодня уволили. Подозреваю, что эти события как-то связаны…

— Подозреваешь? — усмехнулся Жендос. — Наверное, предки каждого десятого школьника работают на этого мужика. Ты оказался очередным простофилей, который решил, что, дав сдачи, гнев аристократа его обойдет. Хотя не слышал, чтобы кто-то вообще осмеливался на это…

Аристократы? Это что-то интересное. То, что Российская Федерация вдруг стала Российской Империей не так меня смутило, как это. Ха! Теперь ясно, почему я все детство провел в нищете. Просто были аристократы, а были простолюдины. Такие как мы с Жендосом.

— А ты о чем поговорить хотел? — напомнил я цель своего визита. — Мать сказала, что очень срочно.

— Да-а-а… — ответил он и сделал паузу, потому что на экране был напряженный момент. — Серый сказал, что ты его вчера гулять после девяти звал.

— Ну… — я замялся. — Но он как обычно зассал.

— Вот черт! — Жендос психанул и ударил джойстиком о столешницу.

— Эй, шкет! — послышалось из-за стола администратора. — Еще раз попытаешься испортить казенное имущество и больше не зайдешь сюда, ясно?

Жендос обиженно посмотрел на администратора и вытер рукавом нос.

— Ты че, Мортал Комбат не можешь с первого раза пройти? — подколол я друга.

— Ты сам-то можешь? Тут любой об Мотаро или Шао Кана спотыкается. Еще никто с первого раза не проходил.

— Ха, — пожал я плечами. — Испытание для лохов.

— Для лохов?! — взъерепенился Жендос. — Я дам тебе полтинник, если с первого раза пройдешь.

— По рукам! — я протянул ладонь за джойстиком.

— А если, умрешь, то ты мне полтос, — повременил с передачей главного оружия Жендос.

— Согласен.

Перспектива срубить легких денег меня обрадовала. Но вместо того, чтобы отдать мне джойстик, Жендос вдруг закричал на весь игровой.

— Пацаны! Фунтик сказал, что большой столбец в мортале пройдет ни разу не проиграв!

Задроты, облепившие приставки обратили на меня внимание.

— Гонит! — сказал Петросян. Рыжий парень по имени Стас. — Редко кто и с десятого раза проходил.

— Я ему полтос дам, если получится, — добавил Жендос.

— Тогда я тоже, — ответил рыжий. — Но если обосрешься, тогда полтинник уже с тебя!

— Тогда я с вами, — присоединился к пари Толстый. Еще один парень из школы, понятно, чем выделяющийся из толпы.

Буквально минута и любителей поставить собралось столько, что мне не хватит ста рублей, чтобы рассчитаться, если Шао Кан зажмет меня в углу и сделает фаталити.

Глава 4

Фаталити для аристократа

Я держу черный джойстик в руках. От «Sega Mega Drive». Гладкие полукруглые формы. Когда-то я считал его гораздо привлекательнее женщин. Слегка вдавленные кнопки из-за большого количества любителей заплатить поменьше, чем те, что играют в первую плейстейшн. Мое главное оружие слегка намокло от потных рук Жендоса и поэтому ладони о кофту теперь приходится протирать мне.

— Ну давай, Костян! Я уже хочу свои денежки! — рыжий нагнетает обстановку.

Я абсолютно не боюсь. Когда мы зависали в этом зале, было лишь несколько человек, которые могли сделать больше одного фаталити. И то самого простого. А я еще несколько лет практиковался в искусстве добивания, прежде чем бросил это дело. Мои пальцы научились ловко управляться с разными комбинациями кнопок. Но сейчас до этих времен еще далеко и все задроты знают меня с худшей стороны. Как жопорукого Костяна. Именно поэтому так легко поставили на кон свои кровные.

Сажусь на стул, учтиво освобожденный Жендосом. Выбираю уровень сложности.

— Можете сами выбрать персонажа, — говорю я, подтягиваясь и испытываю легкую приятную дрожь во всем теле от волнения.

Не играл давно. Но мышечная память все должна помнить.

— Бери рептилию и пофиг, — говорит Толстый.

Остальные соглашаются. Я выбираю бойца и захожу в первый бой.