Маргарита

Тогда вопрос: вообще, я человек?

Хочу я чувствовать опять

Тот бархат женской кожи,

Ее касания на лице,

Держать ее в своей руке

И чувствовать ее тепло,

Что дарит она мне.

Прошу, пожалуйста,

Дай мне любить!

Я так хочу все заново прожить.

Устал я быть, как птица, вольным на свободе.

Хочу те чувства обрести.

Господь, услышь меня!

Ведь я хочу любить…

Я писал стихотворения одно за другим и не придавал этому большого значения. Но это помогло бороться с моей неконтролируемой агрессией и даже позволило расположить к себе женский пол. Помимо этого, мои показатели в тренажерном зале возросли вдвое, я стал явно сильнее, и вместо того, чтобы сбросить вес, во мне еще пуще проснулся голод, и тестостерон лился через уши.

После истечения нескольких месяцев я стал гораздо привлекательнее и сексуальное влечение обрело верх надо мной. Я крайне не разбирался в девушках и вообще не знал, как в принципе с ними обращаться, ведь она была единственная – та, с которой я впервые гулял под руку, поцеловался и занялся сексом так же неуклюже, как ребенок делает первые шаги.

Теперь я начал делать то, чего я позволить ранее себе не мог, я общался с несколькими девушками одновременно, желая от них одного – затащить их в постель. Но это всегда происходило так, как будто не я в самом деле был инициатором, а был всего лишь посредником.

И вот, когда мое эго раздувалось все пуще, злоба отступила. Еще бы, я перетрахал всех ее подруг и знакомых, используя свой талант для завлечения все новых и новых жертв. Такого изобилия сексуальных партнеров я и представить себе не мог. Уже сбившись со счета и овладевая их телами, я научился этому делу как искусный любитель.

Моей фишкой стало долгие прелюдии и изучение их тел. Я укладывал их на кровать, нависал сверху и аккуратно целовал, одновременно касался рукой лица, спускался к шее и легко касался кончиками пальцев. После я переходил на руки, мягко сдавливая, спускался к ладоням, где крепко ее сжимал, словно показываю ту страсть, которая сидит во мне. После я возвращал руку на исходное место, медленно, по середине тела, так чтоб легко касаться его. Начал целовать еще с большой силой и повторил ту же процедуру, но теперь оставив руку на животе, ближе к бедрам, чтоб неожиданно схватить и крепко вцепиться в него.

Больше всего я любил расстёгивать пуговички на рубашке, непринуждённо и осторожно, для того чтоб не спугнуть ее. Я помещал руку посередине, так чтобы можно было дотянуться до пуговиц и почти оголенных ключиц. Расстёгивая одну за одной, я оставлял одну посередине, чтоб она не чувствовала себя голой. И только когда я замечал, как начинают каменеть ее ноги, я запускал руку под одежду, чтоб вновь устроить игру кончиками пальцев на ее ребрах. Я был бдителен как никогда, наблюдая каждый раз за ее эмоциями после того, что я с ней делаю. И после тела я спускаюсь уже к тяжелым ногам и мягко кладу свою руку в непосредственной близости от интимной зоны. Непринужденно вновь поднимаю руку с ног, будто случайно задеваю лобковую зону, которая уже пышет жаром. И наконец, я расстёгиваю крайнюю пуговичку и отвожу одну сторону рубашки, чтоб слегка касаться ее тела, вырисовывая круги. И здесь наступал ответ, насколько она готова. Чаще всего они были готовы еще пять минут назад, но в этом вся и фишка, они начинали тот секс, а не я.

Положив руку на грудь, я нежно касался ее и сжимал время от времени. Спустя какое-то время я поворачивался на другую сторону и также нависал над ней, чтоб дать пошалить другой руке, потенциал которой оставался напоследок. Я мастерски снимал лифчик, легко и непринуждённо, чтоб жертва продолжала оставаться в комфортном состоянии. Поочередно ласкал соски и иногда брал грудь в руку. Размяв грудь, я спускался к вожделеющим ногам. Начинал я с пупка, мягко пробирался под тугие джинсы, вынув руку, я действовал решительно и быстро, чтоб она не успела выйти из экстаза, а иногда и медленно, когда был уверен в том, что она крепко там засела. И вот, расстегнув ремень, а затем и пуговичку с ширинкой, я запуcкал руку в трусики и крепко прижимал вагину ладонью, на что я слышал вопли удовольствия. Так же мастерски раздвигал ноги и снимал с нее джинсы. Я просовывал свою ногу между ее ногами и подтягивал ее к себе, чтоб было достаточно места для моих пальцев, которые в свою очередь ласкали ее клитор и иногда позволяли себе проникнуть вовнутрь на один фаланг. И вот когда я снял ее джинсы, я стащил и с себя тоже. Вновь вернулся к ее зоне бикини и достаточно непринужденно перекидывал свой таз между ног, чтоб уже вставить свой железный аргумент в ее обстоятельство. Отодвинув трусики одним пальцем, я проникал вовнутрь без всяких осложнений, ведь там было мокро, что иногда даже чересчур.

Но доходить до этой фазы получалось не всегда, чаще всего после того, как я расстегивал пуговку джинсов, инициатива переходила в женские руки, и они сами начинали сношение. Как будто это они меня используют, а не я их. Иногда я позволял им властвовать над мной, но это было не более чем иллюзия. Когда я в самом деле овладевал ими, без опаски спугнуть, в этот самый момент я заставлял их полюбить собственное тело так, как они его не любили раньше. Почувствовать что-то новое и необычное. И в этом мне помог просмотр порно в большом количестве, чтоб изучить технику и вариации поз, что немаловажно.

Обычное утро нового дня, происходящее по старой схеме: первое – продрать глаза и второе – выкурить сигарету. И вот, удовлетворив свою потребность, я по обыденной привычке ковыляю к холодильнику, чтоб просто посмотреть на его содержимое и вновь захлопнуть дверцу, для того чтобы вновь плюхнуться на кровать и представлять, как я ем, дразня себя мясом по-французски или все же спагетти. Часто эти думы растягивались до обеда, до звякания дверного звонка, и тогда уже не приходилось выбирать, ведь мама уже накрыла стол.

Немного подремав после сытного обеда, я проснулся с тем же желанием покурить. И почему желание бросить и отвращение к сигарете приходит тогда, когда сигарета уже летит вниз, пролетая этажи застекленных балконов?..

Вернувшись на свой островок лени, я взял телефон и снова начал листать инсту по той же привычке, и вместо желаемого я вижу вновь и вновь обнаженные мужские тела, а под фото подпись типа «вот как должен выглядеть мужчина» или с более мотивационным настроем, что хорошее тело – это результат хороших тренировок. Этого вполне достаточно, чтоб завести меня и собрать вещи на тренировку.

И эта тренировка, как и все те, что были, сильно зависит от наличия девушек в зале. У меня, как и у всех мужчин, просыпаются животные инстинкты и откровенная демонстрация силы. Мне хватило ума понять это, и каждый раз я начал использовать такое кратковременное окно, чтобы выжать максимальный вес для улучшения своих показателей. Больше всего подстегивали изумленные взгляды девушек и восторг, иногда и зависть дрыщей. А для меня большая часть населения и есть дрыщи, мои 105 кг уверенности и тестостерона делали свое дело. Тело мое не есть идеал, но я близок к идеальным пропорциям, все благодаря тяжелой музыке и, конечно же, все еще любимой девушке, которая разорвала наши отношения в клочья, способствовав выбросу обиды, гнева и злобы, пустив такую энергию в нужное русло, что до сих пор делает меня сильнее, но в то же время и калечит. И вот когда мое эго насытилось и я приобрел еще больше уверенности в себе, я заканчиваю тренировку на положительной ноте и уже выхожу домой.

И только я успел нанести шампунь на голову и намылить лицо, зазвонил телефон. А я не из тех людей, кому часто звонят первыми, поэтому поскорее смываю шампунь и с прищуренными глазами, будто в моих орбитах стоит адский котел, беру телефон, но, как обычно и бывает, на том конце уже скинули, и тут теряют самообладание люди, имеющие стальные нервы, а что уж говорить про меня, когда я нахожусь в таком шатком состоянии.

Наконец, приняв душ и расчесав волосы, я начал названивать Максу снова и снова, а в ответ лишь слышится перевод на автоответчик. И этим он меня бесит, звонит в самый неподходящий момент, к тому же совсем не владеет понятием времени, это просто женщина среди мужчин, больше не могу никак объяснить его непунктуальность. Когда я уже перестал думать о нем, накрыл себе царский стол с первым и вторым, к чему еще прилагается пяток яиц и десерт с чаем, и только разинул пасть – раздается очередной звонок, но я-то уже на опыте и держу телефон под рукой.

– Алло?

– У тебя есть две минуты, потом я уезжаю без тебя, пойдешь пешком!

– Сука! Сейчас выйду!

Сука! Опять не в то время и не в том месте! Закидав в себя всего понемногу, я сорвался из дому, прихватив самое необходимое. А обычно это была мужская сумочка, которая была укомплектована всем тем, что невозможно, ну или во всяком случае неэстетично смотрится в карманах. В ее содержимое обычно входили: упаковка презервативов, сигареты, зажигалка, лопатник с купюрами и необходимые мелочи, влажные салфетки, платочек и тому подобное. Каждый раз это сумочка становилась объектом посмешища, но в конечном итоге мне не приходится заводить девушку, для того чтоб держать все это у нее, ну или во всяком случае быть на машине, чего, к сожалению, а может быть, и к лучшему у меня нет. И так каждый раз, когда они оставались без своих дам и машины, они активно пользовались содержимым моей сумки, которая уже не выглядела так нелепо. И лишь иногда я кричал на него, а он каждый раз корчил рожицы и парировал тупыми шуточками.

– И куда мы едем?

– К Светке на хату, только сначала заберем Олега и возьмем выпить.

– Ты хоть бы сказал, что будем пить, я перенес бы спортзал на следующий день. – Я никогда так не пил раньше, но почему-то сейчас и именно в этой компании мне было приятно раздавить пару баночек пива, а то и больше. Что сказать, я входил во вкус и откровенно вел беззаботную жизнь, как и Макс, наверное, потому что мы осознаем, что вот-вот зима и мы скоро будем далеко от дома, и нас не будет целый год.

– Может быть, не будем пить? – иногда во мне просыпался правильный.

– А хер ли делать еще в Лениногорске? Только бухать и качаться.

Олег, перекрикивая музыку, на заднем сиденье:

– А можно, как и ты, днем качаться, а вечером бухать.

Его смех подхватил Макс. И эта их беззаботность так заразительна, да и вообще все, что их касается. Во мне засыпает правильный и просыпается кутила, который может остановить машину и выйти танцевать прямо на дорогу, подбив всех, кто находится в ней. Именно как в тот раз, когда мы ехали из Бугульмы и заиграла песня, от которой мне захотелось нелепо двигаться и размахивать руками. И вот перекресток, и пять тел, которые разбрелись по дороге в танце и машут руками медленно проезжающим машинам, которые сигналили в ответ, и судя по их довольным рожам, мы смогли поднять им настроение.

– Ну да, фигню сморозил.

Накупив снеков и пива, мы завалились к Свете, где уже ждала Яна, девушка Макса. Их отношения мне крайне непонятны и уловить их логику, а точнее логику Макса, у меня не получалось, может, потому что там ее и не было. И Света была нейтральной до тех пор, пока Олег не переспал с ней у меня на даче, в то время когда я уже был в отключке. С того же времени между нами утряслось, что Света, подруга Яны, отдалась Олегу первому и так тому и быть. В этой компании иногда шутили про пятое колесо, но на тот период жизни я находил себе пристанище и эта шутка меня ничуть не обижала. Об этом знали все, но продолжали смеяться над шуткой, которая уже обросла щетиной.

Постепенно, выпивая стакан за стаканом, мы обсуждали сегодняшний день и периодически замирали, когда в фильме происходило что-то неординарное. В нашей компании курил я и девочки, а мои друзья-придурки были против этого. И, как оно бывает, девочки болтали о какой-то фигне, а я вяло поддерживал разговор, листая ленту в инсте и просматривая количество лайков фото, которое залил сегодня. И увидев, что Арина оценила и тут же сама написала, я был приятно удивлен.

Я познакомился с ней в соцсетях, и при первой встрече она произвела впечатление умной и воспитанной девочки, хоть и поначалу чуть не спугнула меня подругой, которая то и дело что раскачивала коляску, в попытках нагнать сон на малыша. Мы достаточно мило пообщались тем вечером и, проводив ее подругу до дома, теперь уже шли по направлению к ее дому. И черт возьми, я бы в жизни не подумал, что встречу такую приятную девочку, которой к тому же всего 16. Порой ее еще детская глупость выдавала себя. Например, когда она сообщила мне, что вот-вот рассталась с парнем и спала она с ним лишь по любви. Может, это была ее маленькая проверка на мою реакцию, но при девушках я был достаточно элегантный и сдержанный. Встретился с ней еще несколько раз не потому, что меня тянуло к ней как к девушке, а потому что она действительно была интересным человеком и в целом была наполнена позитивом. В один из заключающих вечеров, когда солнце касалось холмов, мне позвонила бывшая девушка Макса, с которой я очень хорошо общался и относился к ней всегда исключительно как к бесполому другу, с которым можно было проводить какое-то время и разговаривать на разные темы, ну и всячески поддерживать друг друга. И даже в какой-то период жизни я встречал ее ранним утром, около трех-четырех часов, и провожал домой после ночной смены в кафе. После мы сидели на лавочке и ели хот-дог, который она покупала с чаевых, и она рассказывала о разных эксцессах на работе, которые подлежали обсуждению. Но все время сводилось к одному и тому же человеку – к ее бывшему.

Теперь, когда я мило пообщался с Альбиной, заметил, что на Арине нет лица и она меня обвинила в том, что у меня нет совести и я гуляю с ней в тот момент, когда у меня есть девушка. Эта нотка ревности развеселила меня и тут я сделал то, чего сам не ожидал от себя.

– Слушай, Арни, я вроде дал понять, что я довольно совестливый и не смогу сейчас совершить этот поступок, будь у меня девушка.

– Какой поступок?

Без слов, как только она закончила говорить, я обхватил ее подбородок и повернул ее лицо, наполненное грусти, к себе, примкнул к губам и сладко поцеловал, отчего был в восторге не меньше ее. Пухлые губы дрожали по неизвестной мне причине, но как только я отодвинулся от нее, она растаяла от моей улыбки и сама смущенно заулыбалась. Я видел, как ей неловко быть пойманной таким хитрым образом в собственном дворе и она то и дело оглядывалась, чтоб уловить на себе взгляды возмущенных соседей, но так как это произошло неожиданно, никто из мне неизвестных людей даже не повернул голову. Она явно потеряла контроль над своими эмоциями и была настоящей маленькой девочкой, которая по-прежнему прекрасно выглядела и пахла. Она была кудрявой брюнеткой и ей очень шли ямочки на ее слегка пухлых щеках, и к большой радости из всего тела были пухлые только щечки, а все остальное тело выглядело просто шикарно. Но эта девушка одна из немногих, в которых этот факт был не на первом месте. Я проводил ее до подъезда, и второй шаг произошел с ее стороны, она трогательно поблагодарила меня за вечер, будто это я создал безмятежную погоду, нарисовал солнце, которое так красиво подсвечивало облака, и раздал ноты птицам, чтоб пели для нас, не вторгаясь в наш покой, заглушая все остальные, такие ненужные звуки. Она робко чмокнула меня в губы и так красиво и широко улыбнулась. В ответ я подарил ей обольстительную ухмылку и попрощался.

По мере того, как пиво начинало действовать на нас как средство, поддевающее сексуальное влечение, я оставался пятым колесом и занимал руки пивом и тарелкой со снеками, пока их руки гладили друг друга. И не дождавшись окончания фильма, уже достаточно поздним вечером, я в шутку ответил на одно из сообщений Арни:

– Что можно посмотреть такого, после чего настроение станет лучше?

– Давай приду я, и тогда настроение станет лучше в разы, а если у меня не получится, я просто скажу тебе хороший фильм.

После чего она коротким сообщением прислала мне номер квартиры, на что я никак не рассчитывал. Не вникая в суть, без раздумий попрощался и уже ринулся к ее дому. По пути я закидывал все новую и новую подушечку жвачки, одну за другой, чтоб хоть как-то сбить запах выпитого пива. И так легкое состояние опьянения растворялось с каждым шагом все больше.

Перед мной распахнулась дверь, а на пороге стояла девушке в милой пижаме с маленькими медвежатами и такой же белой футболке с маленькой эмблемой на краю груди. Ее еще мокрые волосы висели на груди по обе стороны, и когда я присел, чтоб расшнуровать тугие новые кроссовки, я поднял голову и заметил отсутствие лифчика в тот момент, когда она повернулась лицом к

зеркалу, висевшему почти в двух метрах от меня.

То, что я окажусь здесь и завершу этот день походом в гости к Арни, я никак не мог предположить. Ведь с того поцелуя прошло несколько безмолвных дней. Будто в эти дни она все ждала и искала повод написать мне, когда я совсем не думал об этом и вовсе забыл, ведь для меня он не значил ровным счетом ничего. Что на меня в принципе не похоже. Но можно предположить, что всему виной мои мысли о Юле, я до сих пор анализировал наши встречи и прокручивал в голове, как видеопленку, вспоминая каждый кусочек времени, проведенного с ней. И такой наблюдательности можно позавидовать. Ведь то, как капельки омывающей жидкости остались на стекле и преломлялись лучем света от фонаря, создавая многогранные фигуры, переливающиеся разными цветами, и замысловато меняя форму каждый раз, когда меняешь угол обзора, и то, сколько я видел в этом красоты, удивляло меня не меньше, как и Юлию.

В то время, пока мои друзья-бесстыдники надирают свою пару в соседних комнатах, а может, и устроили групповуху, где пятое колесо не лишнее. Я отгонял свои замыслы, как назойливых мух. Можно подумать, что она в самом деле специально будто провоцирует и намеренно вызывает у меня желание, которое я не хочу испытывать с ней. Та дружба между нами может рухнуть, не успев начаться, ведь я прекрасно понимал, что заводить отношения в моем случае не самый лучший вариант, да и она мне нравится, как друг, а как девушка она может показать себя совсем в другом ключе, а может, она испытывает ко мне симпатию и хочет взаимности, пускай и таким методом.

Она стоит, и ее булочки, если можно так выразиться, такие сочные, и я словно вижу, какие они румяные. Сбоку она не утратила своей сексуальности. В ней абсолютно все кричало, чтоб я обратил внимание. Ее босые ноги так же были привлекательны и так же сексуальны, как ее еще мокрые кудри и свисающая «двоечка». Надо отогнать эти мысли прочь и лишить себя возможности наблюдать за ней, я включил фен и направил на нее, она же в свою очередь повернулась ко мне, и струйки теплого воздуха окатили ее лицо. Откинув волосы назад, она подстраивалась под потоки и мотала головой. Получается, я ей помогаю высушить волосы до конца, что мне на руку, это сбавит ее сексуальность на единичку – думал я так до того момента, пока она не нагнулась головой ко мне и не начала теребить волосы обеими руками, а мой шальной глаз увидел то зеркало, которое стояло перед мной на той стороне комнаты и отображало ее пусть не самые длинные, но не менее вызывающие желание ноги. И эта единичка с волос превратилась в десятку от такого подробного вида. Резко вскинув волосы, она посмотрела мне в глаза и улыбнулась, запустив руки в волосы еще раз и приподняв их. Я выключил фен, и опять же ярко выраженное пятно на груди заставило меня взглянуть на него, и я увидел ее соски, которые торчали неестественным образом. Все в этой квартире располагало меня к сексу. Заметив мой взгляд, она и сама посмотрела на грудь и засмеялась так, будто это сексуальная неожиданность ничего не значит, и сразу заговорила со мной:

– Спасибо, Сержик!

– Ага, привет!

Она изумленно посмотрела на меня, играя бровями, и повторила:

– Привет?

Я быстро нашел, что ответить, и продолжил:

– Ну, мы вообще-то так и не поздоровались…

– А как здороваться с тобой надо?

Не меняя выражения лица, она на носочках подошла ко мне, напоминая по грации львицу на охоте. Чмокнула меня в губы, сразу же повисла на шее и спустя секунду нарастающе захохотала: «Привет, блин!»

Я был ошарашен таким ее поведением и, чтобы не выдать себя, спародировал ее вплоть до выражения на лице.

– Привет, блин!

– Дурак! Проходи уже!

– И куда ты меня ведешь?

– Какой ты торопыжка!

– В смысле? Я без чаю не кончаю!

Она сначала улыбнулась, а после осуждающе посмотрела на меня, как будто разочаровалась. Я сразу же подхватил эти слова и подал их иначе:

– Вот так хозяйка, даже чаю не предлагает.

На лице ее вновь появилась улыбка.

– Ты правда хочешь? – попыталась она сказать с более сдержанным лицом.

– Да нет, настроение тебе поднимаю.

Она шлепнула меня по плечу и кивнула в сторону комнаты, обернувшись ко мне спиной. И мой взгляд, как у любого полигамного самца, упал на ее зад.

– О, господи!

– Что? – она сразу же возразила.

Я понимаю, что сказал вслух, и сразу же парировал:

– А ничо…

Вновь раздался смех: «Дурак!» Усевшись на кресло, я смотрел на нее, а она что-то рыскала в шкафу, из-за дверцы которого я даже не видел содержимого, да и вообще меня это не волнует. Я скорей хотел включить какой-нибудь фильм, чтобы наконец отвлечься и убежать подальше от своих фантазий. Продолжая пялиться на ее выпирающий упругий зад, я пытался отвести взгляд на все что угодно, но мой взгляд будто приковали.

Закрыв дверцы шкафчика, она посмотрела на меня и улыбнулась, и я заметил, что ее улыбка стала значить для меня больше, чем в любой другой раз.

– О чем думаешь?

– О тебе.

– Интересно, и что же ты надумал?

– Думаю, какой фильм подобрать под твое настроение.

Она улыбнулась мне по новой и села недалеко от меня.