Лило

– Доказательства уже не нужны.

– Да ну, удивил, прям! А ведь только месяц назад ты нарушил правила. Неужели так сложно продержаться больше месяца?

– Это случайно вышло, обещаю, больше подобного не повторится.

– Понимаю, только вот что мне теперь с тобой делать?

– Я думаю, ты уже решил.

– Да, решил. В общем, есть два варианта. Первый – ты уничтожаешь девушку лично, а я забываю обо всем, что здесь нашёл. Затем мы совершаем наш совместный поход, по результатам которого я решу, что с тобой делать дальше.

– Второй?

– Сдам тебя. Ведь именно это я и должен сделать. Нельзя же постоянно потакать в твоих низменных желаниях.

– Мне ближе второй вариант. Лило – нечто большее, чем просто кино. Если ты не знаешь, то тема любви сильно отличается от садизма, из-за которого вы вскрыли мне голову. Я не думаю, что Никита и Антон примут сторону Дианы. К тому же, Ксения целый месяц встречается с Никитой и это сыграет мне на руку, ведь я пострадаю ради девушки.

– Как грустно. Как грустно видеть человека, который сам не верит в собственные слова. Да, вполне возможно, они и примут твою сторону, но из-за страха потерять возможность проникать в мир кино поддержат меня. Ты забыл, что скоро приезжает Аристократ, а он очень не любит подобные самоходки. Я думаю, что даже твое лечение от Психоза покажется слишком незначительным наказанием. Ты же сам знаешь, насколько привлекателен новый мир, насколько сильно он затягивает, предоставляя незабываемый отдых. А что касается Ксении, даже если эта девочка и вправду встанет на твою сторону, в чём я сильно сомневаюсь, то это ничего не исправит. Так что в любом из этих вариантов ты всё равно расстаёшься с любимой, только один болезненный, а другой нет.

Дмитрий улыбнулся. Желание уничтожения Лило, пропитанное заботой, доверием и страхом за дальнейшую судьбу товарища, включало в себя еще один компонент. Игорь жаждал мести, он ненавидел киноперсонажей. Его первую любовь убили в дешевом ужастике, убили люди из кино. Благодаря этому событию любое стремление сблизиться с киногероем Игорь воспринимал как нечто противоестественное, чуждое нормальному состоянию души. И любые объяснения на тему привязанности к киноперсонажу воспринимались как заразная болезнь, требующая быстрого вмешательства в личную жизнь зараженного. Немного поразмыслив над своей дальнейшей судьбой, Дмитрий обреченно кивнул.

– Хорошо, только у меня одна просьба.

– Какая?

– Я хотел бы попрощаться.

– То есть ты хочешь сказать, что подойдёшь к своей любимой, направишь ей в лицо дуло пистолета и скажешь: «Дорогая, нам стоит попрощаться»?

– Примерно так.

– Какой интересный подход.

– Да, и попрощаться я бы хотел завтра.

– Завтра?

– Да, завтра, ведь одни сутки ничего не изменят.

– Хитришь?

– С тобой хитрить невозможно.

– Правильно, невозможно, так что любые копии только усугубят сложившуюся ситуацию, ты это хорошо понимаешь?

– Хорошо.

– Ну что ж, раз ты такой понятливый, то, в принципе, можешь отложить своё прощание на завтра. Один день и вправду ничего не решит.

– Конечно, не решит, а теперь давай просмотрим наше задание. Я почти уверен, что ты принёс фильм с собой, я прав?

– Да, кассета с собой.

.       Игорь вытащил из кармана кассету и вставил её в видеомагнитофон. На экране появилась довольно ветхая деревянная избушка, которая и послужила отправным пунктом для незамысловатого сюжета. Именно тут, следуя плавной линии повествования, появился первый истинный вампир. Вампира звали Иван, он существенно отличался от созданных им кровососов. Помимо фокусов с быстрой реакцией, мгновенной телепортацией и большой живучестью, Иван обладал ударной логикой и рационализаторским мышлением, позволяющим действовать тихо и продуктивно, похабя местное население с удивительной для одинокого вампира скоростью. Единственное, что ослабляло вампира в этом кино, это неутолимая страсть к девственницам и стойкая непереносимость алкоголя, количество которого было безмерным.

Визуальные эффекты, показывающие боевые навыки вампира, были немногочисленны и в основном базировались на замедлении времени, телепортации и регенерации.

– Ну, в общем, ситуация ясна, – Игорь глубоко вздохнул и выключил видеомагнитофон, – остальное сам досмотришь.

– Когда выступаем?

– Я хотел бы уже завтра, но благодаря твоим прощаниям придется отложить до вторника.

– Что ты так нервничаешь, вторник – это не конец недели, всё успеем вовремя. Я даже думаю, что можно было и до среды подождать.

– Думаешь? Да ни черта ты не думаешь, тебе на всё с прибором! Единственное, что тебя беспокоит – это количество дозы и вон – гулянки!

– Только наличие слабостей делает человека сильным, – Дмитрий повернулся к окну. – Так говорят мудрецы.

– Да, кстати, из всего это курятника нам следует вынести крест. Маленький серебряный крест.

– Крест? Какой крест?

– Сказал же, досмотри до конца. Там будет маленькая девочка, на её шее будет крест. Его и надо вытащить.

– Значит, ты его уже посмотрел?

– Удачного прощания. Буду ждать с нетерпением приятных сердцу новостей, – Игорь похлопал Дмитрия по плечу.

Когда он вышел, у Чирвина в голове воцарилось необычайное движение. Мыслей было много, ведь теперь вырисовывалась довольно интересная картина относительно его будущего, будущего без Лило, ради которой он чуть было не пошёл против своего ближайшего друга. А ведь это обычный кадр пленки, который повторялся на всех копиях этого фильма. Впрочем, ему еще предстоит осознать величину своего чувства и решить, пустая ли это болванка или нечто действительно стоящее, заслуживающее самого настоящего самопожертвования.

Даже больше, это предстоит решить уже завтра, когда он лицом к лицу встретится со своей любимой. Так что рассматривать то, что Игорь нашел эту пленку только в негативном цвете – глупо, ведь одну из положительных сторон он уже нашёл. К тому же, он теперь точно знал, Плеханов его ни в чём другом не подозревал и ничего, кроме убийства Лило, ему делать не придётся.

Закончив с размышлениями, Дмитрий сел в кресло и продолжил просмотр фильма. Концовка фильма оказалась достаточно скучной, хотя полураздетый священник, стойко отбивающийся от вампиров, был решением нестандартным. Искомый серебряный крестик был с ним, он использовался как вспомогательное орудие, обмотанное вокруг большого колуна, легко раскидывающего вампиров.

После окончания фильма Дмитрий пошёл в ванную. В этой небольшой комнате, помимо обычных ванных принадлежностей, был миниатюрный стеклянный шкафчик, хранивший мартини, абсент, фужеры и небольшую металлическую коробочку. Второй отличительной чертой были свечи, толстые и невысокие, они стояли по краям ванны и никогда не покидали своих насиженных мест. Это будет первый раз, когда он примет абсент до своей операции.

Когда приятный обжигающий огонь одарил своим первым теплом, а ванна наполнилась почти до самых краёв, Дмитрий сразу же погрузился в приятные ощущения. В теплой воде его мозг становился очень активным и настойчивым, предлагая различные картины из его богатого прошлого, картины, слишком красивые для утраты. Выдохнув, Дмитрий открыл металлическую шкатулку, вытащил оттуда одну капсулу и, вытряхнув её содержимое в фужер, долил туда абсент. После чего, тщательно размешав получившееся содержимое, сделал небольшой глоток и, блаженно улыбнувшись, откинулся назад, приготовившись к просмотру.

Село Константиново на берегу Оки – это часть детства. Его природная гармония слишком сильна, чтобы остаться незамеченной. Она везде: в красоте высоких холмов, в старых бревнах, в жёлтом ковре из опавших листьев. Особенной сильно она чувствуется в парке, где белые лавки хранят остатки недавнего дождя. Впечатления грандиозны, мир великого поэта открыт для всех его посетителей, но только единицы умеют видеть подлинную глубину. Дмитрий её видел, он все время хотел остаться тут наедине, чтобы никто не мешал его правильному восприятию природы. Такое с ним уже было. Несколько лет назад подобное уединение в парке помогло найти её, юную и беззаботную изящную поклонницу, музу. Удивительная Алена была в черном пальто, в красном длинном шарфе и черных бархатных сапожках.

Сердце забилось сильнее. Эта картина сметала любые преграды, полностью блокируя все средства защиты от подобной красоты. Он вспомнил, как в первый раз рассмешил её. Как она, воспользовавшись его робостью, подошла к нему и вежливо поздоровалась, даря улыбку. Девушка не соперничала с красотой этой земли, нет, она дополняла её, она приносила новые краски. Грация и нежность, величие и робость, ум и юмор… В этой девушке смешалось всё, даря новый необычный вкус.

Произошла резкая смена иллюзий. Теперь его окружали кровь, разбитое стекло, асфальт старой дороги и теплый летний воздух. Его слезы высохли и больше не мешали глядеть на её красивое лицо. Кости девушки были изломаны, а через отрытые раны вытекала кровь. Она умерла полчаса назад, когда черный автомобиль уже крылся за горизонтом. Вокруг нет людей, никто не мешал чувствовать боль, одиночество и смерть, ведь это проселочная дорога, здесь редко ездили машины.

Дмитрий выдохнул. Его сердце учащенно забилось. Память стала усиленно создавать картину разрушенных деревень, истерзанных людей, хаоса и страха. Это были последствия его альтерэго – Психоза. Теперь он нёс смерть, нёс её на руках, на теле, в сознании. Его раны быстро затягивались, позволяя очень быстро наказывать защитников женщин и детей. Он был неуязвимый представитель зла, который пришел, чтобы уничтожать и мучить, наслаждаясь видом перепуганных людей.

Выстрелы, многочисленные выстрелы, рассаженные на колах люди. Снова кровь, снова хаос, снова крики и смерть. Удивленные его бессмертием солдаты не представляли опасности. Ничто не могло остановить эту кровавую бойню. Он даже не использовал огнестрельное оружие, оно было не нужно. Метальные ножи, окровавленные руки. Пальцами он вырывал измученные жизнью сердца. Красивые бои остались в прошлом, противники бежали, не в силах противостоять ему.

Он зашел в один из домов. Входная дверь легко превратилась в щепки. Что она могла предложить? Ничего. Она не преграда. Подойдя к женщине, он наклонился к её шее. Ухватив несчастную зубами, он поднял её вверх. По шее потекла кровь. Она хотела вырваться, но её силы растаяли.

В дверном проёме застыл муж. Его обезумевшие глаза едва не вылезли из орбит, когда он увидел, как схватили его жену. Он оцепенел. Психоз заметил это и подошёл с женщиной в руке поближе. Очнувшись от соприкосновения с любимой, мужчина сразу же пошёл в атаку, но Психоз с необычайной легкостью отбил её, прижав атакующего к стенке. Мужчина видел, как его жена медленно умирает, как последние капли крови стекают по её красивой длинной шее.

Наконец, хрустнув шейными позвонками, Психоз выплюнул надкусанный труп. Мёртвые его не интересовали. Повернувшись к мужчине, он посмотрел ему в глаза. В них читалась ненависть. Ненависть, перемешанная со страхом и обреченностью. Обхватив его голову двумя руками, он раздавил её, наслаждаясь каждой секундой, каждым мигом. По рукам, груди, губам потекла багровая кровь.

Снаружи послышались голоса и вой полицейских сирен. Это была небольшая группа смельчаков, которая просила очередной маленькой войны. Он повернулся к выходу и вышел на свет прожекторов. Выстрелы. Его тело затрясло от горячего, льющего, словно дождь, свинца. Испуганные лица. Маленькие солдатики не знали, что им делать. На их глазах его тело обретало прежние формы.

Он подпрыгнул к двум ближайшим стражам и подхватил обоих за горло. Шеи мялись как бумага, как тончайший шёлк. Перекинув через себя трупы, он повернулся к остальным. Страх. Он был повсюду. Еще немного и эти воины также побегут. Ловко выдернув дробовик из полицейской машины, он выстрелил себе в грудь. Глупцов следовало приободрить, пусть видят, что он на их стороне.

Оттолкнувшись от земли, он отлетел назад. Звездное небо было черным, красивым. Постепенно к нему подошли испуганные полицейские, после чего сделали несколько контрольных выстрелов в голову. Было больно, витамины не обезболивали нервные окончания, они лишь заживляли их.

Тут Дмитрий понял, что вернулся обратно. Что он больше не там, где убивали невинных. Теперь было понятно, почему ему была проведена операция. Они не могли поступить иначе, это существо не было им самим, он нисколько не контролировал монстра, поэтому его следовало остановить. Любой ценой.

Дмитрий подлил в ванну немного горячей воды. Теплая вода была превосходным проводником для сна, надо было побыстрее уснуть, сделать так, чтобы алкоголь как можно быстрее вышел из его организма. Как оказалось, после операции он стал очень чувствителен к алкоголю.

Когда вода потеряла тепло, а свечи полностью растаяли, Дмитрий уже спал. Этот очередной ванный отдых вымотал его посильнее тренировки.

Понедельник

Утренние лекции дались тяжело. Пожилой лектор, пряча праведный гнев за толстыми стеклами очков, вводил коматозное состояние как норму. Его магическое монотонное бормотание легко усыпляло не только ослабленного от непродолжительного сна Дмитрия, но и часть закоренелых отличниц, бодрствование которых не раз спасало остальных студентов. Дмитрий покосился на Анжелу, осталось только дождаться её у выхода, отксерить лекции и вернуться домой.

Вообще, второй курс давал прекрасные возможности для отдыха, насладиться которым было древней славной традицией. И уже к трем часам дня Дмитрий сложил с себя все полномочия студента и, отобедав идеальными по стандартам корейской кухни бутербродами, поспешил покинуть это порядком надоевшее заведение.

Перед выходом из университета его остановил однокурсник. Это был невысокий, лысый, частично больной на голову студент, потные ладошки которого были самым настоящим бедствием для всех его знакомых. Тигран не обладал большим талантом в науках, а все свои студенческие достижения добывал великим трудом, выдалбливая положительные оценки. В отличие от большинства, Дмитрий никогда не обижал этого несчастного человека, поэтому Тигран при любом возможном случае старался поздороваться и пообщаться. Вот и в этот день, догнав своего коллегу, он расплылся в улыбке и протянул руку для рукопожатия.

– Как дела?

– Хорошо, – обреченно мусоля кисть, буркнул Дмитрий. – А что?

– Странно тебя на лекции увидеть, тем более, на утренней.

– Да я и сам от себя не ожидал.

– А почему ты один?

– А с кем я должен быть?

– Ну, я не знаю, ты обычно с Александром тусуешься.

– Тусуюсь, – Дмитрий посмотрел на часы, была половина четвертого. – Послушай, Тигран, если у тебя ко мне дело, то скажи сразу, я спешу.

– Дело? – на лице Тиграна проступил румянец.

– Да, дело.

– В общем-то, есть. Помнишь, ты сказал, что познакомишь меня с девушкой? Ну, тогда, когда я тебе лекции дал отксерить?

– Помню.

– Я тут подумал и решил, что сейчас у меня как раз есть время.

– Ого, да ты готов к знакомству с девушкой! – Дмитрий с интересом оглядел Тиграна. – И насколько ты к этому готов? То есть, как далеко ты можешь зайти в этом довольно опасном приключении?

– Не издевайся. Если не хочешь, так и скажи.

– Почему же не хочу? Хочу! Кстати, может, у тебя есть кто-нибудь на примете?

– У меня?

– Ну не у меня же! Хотя нет, постой, ты помнишь такую невысокую брюнетку, первокурсницу? Ну, которая к нам на лекцию приходила около двух месяцев назад?

– Ксения?

– Ого, да ты её имя запомнил, – Дмитрий лукаво улыбнулся, – может, именно из-за неё ты и подошёл? А?

– Ну, не совсем.

– Дай в глаза посмотреть. Ага, да тебе Великая понравилась! Что ж, такой выбор заслуживает уважения. Это очень хорошая, добрая девушка, у неё сейчас как раз нет парня.

– Да ладно?!

– Увы. Нет. И тут даже не в выборе дело, просто не везет ей, хрупкая натура, хочет именно чувств. Ну, ты понимаешь.

– Понимаю.

– Во! Это важно понимать. Значит так, в принципе, я могу вам свидание организовать, но только не сейчас, сейчас я спешу. А вот в ближайшем времени – легко, тут ведь главное – настроение подгадать.

– Это верно. Спасибо тебе.

– Тигран, я же обещал! К тому же, мне твои лекции реально помогли, поэтому я просто обязан отплатить тебе добром.

– Еще раз спасибо, но если что-то пойдёт не так, то…

– Не волнуйся, думаю, всё пройдет как надо, основные трудности будут потом, когда вы встретитесь.

– Думаешь?

– Ну конечно, куда ж без них. Но ты нос не вешай, у неё сейчас очень большое расстройство, поэтому даже ты справишься, главное – жалости не жалей, обогрей и приласкай максимально.

– Буду ждать твоего звонка.

– Конечно.

– Еще раз спасибо, ты уж извини, что вот так подошёл.

– Здесь нет ничего плохого. Всё нормально. Кто как не друзья должны помогать в этом нелегком поиске, приятель, – Дмитрий подтолкнул Тиграна к двери, – кто как не друзья.

Распрощавшись со странноватым студентом, Чирвин сразу же представил изумительные по красоте последствия этого сложного и практически невыполнимого знакомства. Только один Брутальный с перекошенным от злобы лицом оправдывал все потраченные средства, не говоря уже о бедной брезгливой Ксении, чьё мраморное изящное тело так брезгует этим вечно простывшим потным существом.