Навстречу утренней заре

– Что именно? Информация о нем есть на официальном сайте «Мистерии».

– Я хочу узнать ее от тебя, – не унимался Д’Араго.

– В целом он соответствует образу рок-музыканта.

– Длинные волосы, гитара, преклонный возраст…

– Длинные волосы – да, гитара – нет, а насчет возраста, ты, должно быть, вспомнил о рок-звездах твоей молодости? – решила поддеть друга Анна. Жан-Пьер всегда болезненно относился к своему возрасту. – Ники 27 лет. Все музыканты группы – молодые люди, но уже очень популярны у себя и за рубежом.

– Подожди, так он не играет на гитаре? – удивился Жан-Пьер. – Обычно девушкам нравятся гитаристы.

– Роннет – автор всех песен «Мистерии», он поет, – рассказывала Анна. – Если хочешь послушать, я оставлю тебе место в ложе.

– Я подумаю, все-таки это не мой стиль, – ответил француз. – Хотя определенный интерес присутствует.

Друзья допили кофе и отправились на воздушную прогулку. Спустя час Анна, распрощавшись с Д’Араго, уже обсуждала со своим секретарем детали предстоящего уикенда. Музыкантов ожидали завтра, в пятницу, к двум часам дня. Техники сцены уже вовсю трудились, устанавливая оборудование. Комнаты уже были готовы, и продумана посадка гостей за завтрашним ужином.

Утром в пятницу, сидя в кабинете, Анна, как обычно, просматривала новости рынка и готовила предложения для встречи акционеров «Би-Эм Холдингс». Разработка новых идей была ее привычным делом и не составляла труда, но сегодня было трудно сосредоточиться на работе.

Анна призналась сама себе, что с утра испытывает некоторое волнение. Ведьма не привыкла себя обманывать и прекрасно разбиралась в причинах своего настроения. Виновником этого волнения был ее новый знакомый музыкант. С одной стороны, ощущение такого внутреннего беспокойства нравилось девушке. Предвкушение удовольствия ее очень воодушевляло. С другой стороны, необходимо было скрыть волнение, иначе оно могло помешать работе и поколебать уверенность в себе. Но с подобными задачами Анна всегда справлялась с легкостью. Для встречи музыкантов хозяйка замка делегировала Франца Венцеля, а сама решила присоединиться к ним за ужином.

Выбирая вечернее платье для ужина, Анна провела немало времени в гардеробной. Она всегда уделяла большое внимание наряду и была одинаково требовательна к повседневной одежде и вечернему облачению. В отличие от предыдущих дней, когда она хотела произвести впечатление на всех своих гостей, сегодня ее целью был один единственный человек. И это только усложняло задачу.

Наконец Анна остановила свой выбор на длинном синем платье в античном стиле без рукавов, с высокой талией и разрезом, обнажающим при ходьбе стройные ноги в украшенных камнями босоножках. Ведьма дополнила наряд кольцом с крупным сапфиром, убрала челку набок, оставив лицо открытым, и завершила приготовления щелчком пальцев, сделав легкий, подчеркивающий глаза макияж.

Зал для приемов находился на втором этаже. Это было просторное помещение с высоким сводчатым потолком. По периметру зала располагалось несколько столов, каждый из которых накрывался на пять-шесть человек. У противоположной от входа стены возвышалась небольшая сцена для постоянных или приглашенных музыкантов. Оставшееся место в центре зала было отведено для танцев.

Когда Анна вошла через высокие двери в зал, там играла приятная музыка, и горел неяркий свет. Проходя по залу, девушка улыбкой отвечала на приветствия гостей.

Приближаясь к столику, за которым уже сидели музыканты «Мистерии», Анна почувствовала, что ее сердце ускорило ритм. Чтобы взять себя в руки и переключиться, она стала наблюдать за реакцией музыкантов на ее появление. Ведьма с удовольствием заметила восхищение в глазах молодых людей. Ники тоже был впечатлен, но его взгляд выражал при этом некоторую сдержанность в проявлении эмоций.

– Добрый вечер, господа! Я Анна Лаумер. Очень рада, что вы приняли мое приглашение, – сказала Анна, садясь за стол. Музыканты поздоровались, и Ники представил участников группы.

– А вы – правда, баронесса? – спросил Штефан Граде. – И как тогда к вам обращаться?

– Предпочитаю, по имени, – ответила Анна. – Прошу прощения, но я должна сделать объявление, – добавила она, взяв в руки микрофон и переходя на английский язык. – Дамы и господа! Я надеюсь, что вы получаете удовольствие, отдыхая в Эосберге. Я рада вам сообщить, что завтра в большом концертном зале выступит группа «Мистерия». Для всех гостей замка в ложах оставлены места. Подробную информацию об этом мероприятии вы можете узнать из ежедневной рассылки. Желаю хорошо провести время. Спасибо, – Анна повторила свою речь по-французски. – Теперь я в вашем полном распоряжении, – последняя фраза предназначалась музыкантам.

Те не сводили взгляда с прекрасной хозяйки, и каждый надеялся получить больше ее внимания, чем другие. Алекс и Штефан наперебой восхищались Эосбергом.

– А вообще замок бывает открыт для посещения? – поинтересовался Штефан.

– Да, два раза в месяц, когда нет гостей, здесь проводят экскурсии, – объясняла Анна.

– Но вы, наверняка, не все показываете? Вот, например, можно подняться на башню?

– Одна из башен южной стены, там, где ворота, и башня с бойницами открыты для туристов.

– А что в самой высокой башне? – вдруг спросил Ники.

Анна улыбнулась, махнула рукой и ответила:

– Разное старье, которое жалко выбросить.

Во время ужина музыканты задавали девушке много вопросов об истории замка и рода, рассказывали случаи из своей концертной жизни. Анна видела, что каждый из них хочет оставить о себе наиболее яркое впечатление, и внутренне улыбалась этому. Такую реакцию она наблюдала всегда, когда оказывалась в компании мужчин. Поэтому с некоторой долей радости она замечала, что Ники не был так, как другие, усерден в поисках ее расположения. Он по-прежнему сдержанно смотрел на девушку и говорил меньше остальных. Анна воспринимала это как ответ на свою едва заметную холодность по отношению к нему. Она чувствовала, как этот неуловимый флирт электризует воздух вокруг них.

Ужин подходил к концу, некоторые гости танцевали, музыканты отправились курить на свежий воздух. Анна вышла в холл, чтобы обсудить с Францем пару организационных вопросов, касающихся завтрашнего дня. Пожелав хозяйке доброй ночи, Франц удалился, а Анна осталась в холле сделать один телефонный звонок. Закончив разговор, она увидела Ники, который возвращался в зал.

– Хочешь подняться на самую высокую башню? – спросила Анна.

– Ты сама проводишь экскурсии в своем замке?

– Нет, но, если тебе по-прежнему интересно, подходи минут через пятнадцать к служебному лифту в конце правого коридора, – девушка вопросительно посмотрела на молодого человека. Ники улыбнулся, кивнул и вернулся к друзьям.

Через четверть часа Анна и ее спутник уже поднимались по винтовой лестнице, ведущей в башню.

Оказавшись наверху, они вошли в небольшую уютную комнату. Стеллажи с книгами, столик, кресло и мягкий ковер под ногами составляли всю обстановку. Около одного из окон, расположенных друг напротив друга, стоял телескоп.

– А где же дымящийся котел, сушеные жабы, пучки крысиных хвостов, милые домашние животные вроде черных кошек и летучих мышей? – с поддельным удивлением спросил Ники.

– Ты считаешь, я ведьма? – засмеялась Анна.

– Конечно! – Ники подошел к окну. – А зачем тебе телескоп? – поинтересовался он, пытаясь что-нибудь рассмотреть в него.

– Чтобы сверяться со звездами в своих колдовских делах, – с улыбкой сказала правду девушка. – Поможешь открыть вино? – попросила она, доставая из ящика бутылку и два бокала.

Откупорив и разлив вино, Ники протянул один бокал Анне. Сделав глоток, он спросил:

– И что теперь? Что обычно происходит в этом месте твоей экскурсионной программы?

Намек в его вопросе не ускользнул от ведьмы, и она решила ответить ему в тон:

– Я не знаю. Я впервые провожу экскурсию на такой высоте, – Анна поставила свой бокал на стол и добавила: – Но я всегда открыта предложениям.

– Недостаточно открыта, – сказал молодой человек. Он встал у Анны за спиной и расстегнул молнию на ее платье, которое тотчас соскользнуло вниз. Ведьма повернулась к нему и с удовольствием стала следить за его взглядом. Ники обнял ее за талию и поцеловал.

– Я думал об этом весь вечер, – произнес он, опять касаясь ее губ. Во время этого поцелуя Анна уверенными движениями расстегивала его рубашку и брюки.

Полностью разоблачившись, они оказались на ковре, продолжая руками и губами усиливать возбуждение друг друга. Прервавшись на минуту, Ники стал шарить рукой в куче одежды. Найдя в кармане брюк то, что искал, он снова обратился к Анне, терпеливо наблюдавшей за его манипуляциями. Затем он приподнял девушку и осторожно посадил ее к себе на ноги, прижимая вплотную к своему телу. Ощутив Ники внутри, Анна медленно выдохнула и начала двигаться вслед за ним. Постепенно приближаясь к развязке, ведьма переживала такое знакомое и каждый раз новое ощущение, как теплая волна из одного источника заполняет ее целиком. Она закрыла глаза и на тысячную долю секунды перестала контролировать происходящее. В это мгновение ей казалось, что земной шар стремительно пронесся у нее над головой, что ее тело больше не принадлежит ей и его бросает с вершины в бездну и обратно. Анна открыла глаза и увидела, что Ники наблюдает за ней, довольно улыбаясь.

– Вина? – спросила Анна, когда они, отдыхая, лежали рядом на ковре.

– Пожалуй.

Девушка взяла со стола бокалы и открытую бутылку и поставила их на пол.

– Курить здесь, конечно же, нельзя? – спросил Ники, не очень-то надеясь на положительный ответ.

– Ни здесь и нигде в моем присутствии, извини, – ответила Анна. – А ты хочешь?

– Не отказался бы, – вздохнул молодой человек.

– У тебя такая привычка – курить после секса?

– У меня просто привычка курить. Хотел бы я от нее избавиться, – Ники отхлебнул немного темно-красной жидкости из бокала.

– Почему же не бросаешь? – искренне удивилась Анна.

– Я пробовал. Я становлюсь жутко раздражительным. А это мешает творчеству.

Ведьма положила руку ему на грудь и мысленно произнесла заклинание, которое очищало легкие и уменьшало зависимость. Это не избавляло полностью от желания курить, но Анна надеялась, что, по крайней мере, на сегодня Ники забудет об этом.

– Знаешь, я раньше думала, что рок-музыканты способны впечатлять девушек только на сцене, – с улыбкой заметила Анна.

– И? – молодой человек выжидающе посмотрел на нее.

– Ну… у меня недостаточно опыта, чтобы судить об этом, но предполагаю, что в большинстве случаев так и происходит, – Анна сделала паузу, а потом добавила: – Однако к тебе это определенно не относится.

Ники пожал плечами, давая понять, что принял ее слова к сведению, но промолчал.

– Что? – ведьма удивленно подняла брови. – Ты, наверное, привык слышать от девушек более восторженные отзывы?

Оставив вопрос без ответа, Ники провел рукой по ее плечу, погладил грудь, опускаясь ниже. Затем он поднял глаза и спросил:

– Повторим?

– Да, – с готовностью ответила Анна.

Большой концертный зал занимал целую треть площади первого этажа замка. Он представлял собой огромное помещение, выполненное в готическом стиле, с высокой сценой и небольшой оркестровой ямой, закрытой на время сегодняшнего концерта. По этой же причине убрали кресла, оставив только те, что были в ложах, расположенных по одной боковой стене и опирающихся на колонны высотой три метра. Вход в ложи находился на втором этаже замка и на сегодня был открыт только для гостей отеля.

Анна спустилась в ближайшую к сцене ложу за пять минут до начала концерта и увидела, что зал был полон. Это означало, что она не ошиблась, когда организовывала продажу билетов и транспорт для поклонников. Жан-Пьер Д’Араго, который все-таки решил увидеть концерт, уже сидел в ложе, как и несколько гостей. Анна обратила внимание, что не все постояльцы Эосберга захотели присутствовать на этом мероприятии. Это было неудивительно и ничуть не расстроило хозяйку замка. Жан-Пьер поздоровался с Анной, выразив восхищение ее обликом.

Для сегодняшнего вечера девушка надела черный корсет, украшенный двумя полосками красной бархатной тесьмы, и черные свободные брюки. В дополнение к старинному кольцу с рубином она выбрала подвеску в форме дракона, обвивающего своим хвостом меч.

– Надеюсь, мне не захочется уйти после первой же песни, – ворчливо сказал Д’Араго.

– Думаю, что ты этого не сделаешь, – ответила Анна.

– Немецкий язык, знаешь ли, на мой вкус, грубоват для пения, – капризно заметил француз. – Не уверен, что смогу долго продержаться.

– Они поют по-английски. Так что тебе нечего волноваться, – с нарочитой серьезностью успокоила ведьма своего друга.

– Правда?

– Не делай вид, что ты этого не знаешь, – Анна начинала терять терпение. – Тебе, наверняка, известно о «Мистерии» уже больше, чем мне.

Их разговор прервали мощный звук ударных и первые аккорды песни «Паяцы». Музыканты сыграли четырнадцать песен из своей обычной программы, добавив «Взгляд властелина», которую редко исполняли на концертах из-за длительности звучания. Анна поняла, что Ники сделал это для нее. Ведьма наслаждалась представлением.

Вообще она могла слушать разную музыку, но, задумываясь, почему ей особенно нравился металл, она объяснила это так: когда тебе доступно больше, чем другим людям, начинаешь выбирать из удовольствий те, которые способны приблизить ощущение полета, знакомого ведьме с детства. Энергия гитар, усиленная мощью ударных, в сочетании с сильным красивым вокалом, переход от мелодичности к жестким риффам – все эти составляющие металла приводили девушку в восторг, ускоряли ток крови и рождали в голове волшебные образы.

Анна следила за тем, как Ники держится на сцене, общается с залом, и заметила, что его взгляд чаще обычного направлен в сторону ее ложи.

Концерт подходил к концу. Зрители в восторге скандировали: «Мистерия!» Аплодировали даже далекие от такой музыки гости замка. Анна видела, что Жан-Пьеру представление тоже понравилось, хотя он вряд ли бы признался в этом вслух.

Через полтора часа после завершения концерта, когда все зрители разъехались, а зал был приведен в порядок, Анна стояла на балконе своей комнаты и набирала сообщение Роннету.

«Остались еще силы для близкого общения с поклонниками?»

Через минуту ведьма получила ответ: «Давай увидимся, узнаешь».

«В твоем номере. Не против?»

«Я жду тебя через полчаса».

Убедившись, что коридор пуст, ведьма коснулась ногой пола перед номером Ники, перестав при этом быть невидимкой, и постучала в дверь. Музыкант впустил девушку и жестом пригласил ее в комнату.

– Понравился концерт? Не жалеешь потраченных денег? – спросил Ники, обнимая Анну.

– Нисколько. Я в полном восторге, – спокойно произнесла она, положив одну руку ему на грудь, а другой проведя по его длинным вьющимся волосам каштанового цвета.

– Звучит не очень восторженно, – заметил молодой человек, касаясь губами ее плеча.

– О! Тебе не хватило сегодня безумного рева фанатов и нескончаемых аплодисментов? – удивилась девушка.

Ники поднял на нее глаза.

– Дело не в этом. Просто хотелось бы увидеть, как ты можешь реагировать более эмоционально, – сказал он и тут же добавил: – Если серьезно, этот концерт действительно был одним из лучших за всю историю группы.

Анна поцеловала его и искренне произнесла:

– Мне, правда, очень понравилось. И не мне одной. Даже тем гостям, которые только вчера впервые о вас услышали.

– Вроде того лощеного господина, который сидел в ложе рядом с тобой?

– Не думала, что ты во время выступления успеваешь замечать такие подробности, – усмехнулась Анна, поднимая низ его футболки. Ники на миг остановил ее и осторожно спросил:

– Это твой молодой человек?

– Нет, – ответила девушка, окончательно стягивая с него футболку.

– Да уж, молодым его точно не назовешь, – сказал он, пытаясь на ощупь найти у ее корсета застежку. Последнее замечание показалось Анне забавным по двум причинам: во-первых, она представила реакцию Жан-Пьера на эти слова, а во-вторых, ей понравилось, что Ники ревновал.

– Как, черт возьми, это снять? – выпалил он, потерпев неудачу в борьбе с корсетом. Анна показала, как это сделать, расстегнув верхний крючок. Дальше Ники справился сам.

Когда поверженная преграда оказалась на полу, молодой человек с удовольствием прикоснулся рукой к нежной коже груди девушки, проводя пальцами вокруг самых чувствительных мест. Через некоторое время рядом с корсетом на полу уже лежали ненужная одежда и обувь, а Ники и Анна переместились на кровать в стремлении отдать должное телам друг друга.

Совершив волнующее восхождение к вершине, ведьма вернулась в объятия молодого человека.

– Когда мы увидимся снова? – спросил Ники, поглаживая спину девушки, лежавшей рядом с ним на животе.