Огненная волчица

– Срок еще очень маленький, – Мари застенчиво погладила себя по животу.

– А где муж? Он в шоке? – я попыталась представить выражение на лице Лерана, когда ему сообщили о скором отцовстве, и засмеялась, продолжая обнимать подругу

– Поехал в город за подарком. Он тоже узнал только вчера. Как и я, – Мари заговорщицки подмигнула. – Бабушка заподозрила раньше всех, даже раньше меня. Начала расспрашивать, а потом объявила о своих догадках.

– Значит, врачу ты не показывалась?

– Нет. Я бы не успела. Позже поеду. Но и без врача могу предположить срок. Где-то около месяца.

– Как же я рада такой новости.

– Тоже хочешь?

– Я пока не задумывалась. Хочу… Наверное.

Мари улыбнулась на мое заявление так загадочно, словно знала то, чего я еще не могла осмыслить, но вслух ничего не сказала. Да и Марьям неожиданно вспомнила о том, что ее рано разбудили, но накормить не накормили, поэтому мы перебрались в основной дом.

А вскоре вернулся счастливый папаша будущего большого семейства, помешав нашей милой и не в меру шумной женской болтовне.

– Девчонки, чего шумим? Как у моей малышки настроение?

Леран кинул на стол сверток и, подхватив жену, закружил ее по комнате.

– Осторожней с моей сестрой, – в дверном проеме показался Алекс; весь взъерошенный и с парой пожелтевших листков в волосах, словно продирался сквозь заросли кустарников или пробежал стометровку против ветра.

– Все хорошо, Пакте́см.

Меня удивило прозвище, которым назвал Алекса Леран. «Пактесм – это же волк на языке племени? Или ошиблась?» – но мысль исчезла так же быстро, как и появилась, и я вновь переключила внимание на счастливых ребят.

Быть свидетелем семейного счастья и торжества, когда не имеешь никакого отношения к нему, сложно, а в моем случае – болезненно невыносимо. Эйфория исчезла, я почувствовала себя лишней, и жуткое ощущение усиливалось, оно не исчезало и не притуплялось, заставляя думать о том, чего уж точно не должно быть в голове. Вот он первый звоночек депрессии, кровожадной и подавляющей.

Мне необходим был глоток воздуха – другого, не переполненного утопической радостью. Я не хотела, чтобы в моей душе взрос росток негатива по отношению к друзьям, и решила на время уйти, а вернуться позже, когда мозги встанут на место и не будут подсовывать жутковатые образы моего не столь радужного будущего, как у Аренго.

Выскользнув из дома, я шла по улице, не замечая прохожих, не отвечая на их радушные приветствия. В сердце проникла тоска, и легкая зависть душила горло, пытаясь выжать скупую слезу. Но я не плакала, никогда не плакала, это непозволительная роскошь в мире, где каждый намеревается показать, что он выше тебя на две головы.

Здесь кипела жизнь. Родные узы пронизывали все, до чего можно дотронуться. Как мне этого не хватало. Ни родителей, ни собственной семьи, и бабушки давно нет на этом грешном свете. За свободу надо платить. Только кому нужна такая свобода? Все, что у меня было – это работа, Сочи, Марьям и узкий круг знакомых. Все твердят: «Все еще будет». Но тоска с каждым прибавляющимся годом не ослабевает. Хотя какие мои годы.

Послышался треск веток и шорох. Я замерла на месте и уставилась на зверя, стоящего от меня в нескольких метрах. Волк!

В другое время и в другом месте я любовалась бы грациозным хищником. Он намного крупнее овчарки, тело, покрытое блестящей на солнце серой шерстью, словно выковано из металла. Глаза хищника следили за каждым моим движением, контролировали каждый мой вдох. Еще мгновение молчаливого ожидания, и промелькнула мысль: бежать сломя голову и не оглядываться. Страх схватил в тугие оковы и вытолкнул наружу панику, заблокировав способность думать разумно.

– Стой. Не провоцируй его.

Я испугалась сильнее, услышав тихий голос. Медленно обернувшись, увидела, как Алекс, не сводя с волка напряженного взгляда, приближается к нам, и зверь, заметив непрошеного гостя, больше не обращает на меня внимания. В голове промелькнула сумасшедшая мысль: «Два хищника оценивают друг друга, и я уже не интересна им обоим?»

Три существа, слившись воедино на одно лишь мгновение, длившееся вечность, заключили в себя важный смысл: опасность, верность, выжить. Но волк зарычал, обрывая связь, и весь напрягся, готовясь к прыжку. Нервно дернувшись, я замерла, еле дыша, но не от страха перед хищником, а от неожиданности – послышался еще один рык, похожий на волчий, но его издавал Алекс.

– Уходи, – его голос изменился до неузнаваемости.

– Что? Оставить тебя одного?

– Я сказал, уходи!

Он резко обернулся. В глазах гамма эмоций: гнев, агрессия, сила, жестокость – меня аж бросило от них в дрожь. Я слепо повиновалась и, попятившись назад, бросилась наутек.

Возле калитки ноги предательски подкосились и, едва не рухнув на присыпанный дорожной пылью асфальт, я прошептала: «Помогите», – но почувствовав, как кто-то поддерживает за талию, посмотрела вверх. Леран прижимал меня к себе, Мари и Марьям стояли рядом и пытались выспросить, что случилось. От страха я не могла внятно объяснить, махала руками в сторону леса и, задыхаясь от напряжения, повторяла: «Там, там. Алекс, там. Волк».

Леран исчез сразу, как разобрал бред, что я несла, а подруги завели в дом. Через некоторое время шок прошел, остались воспоминания и страх. Ждать долго не пришлось, но это были самые мучительные минуты за последние несколько лет жизни. В прихожей раздался голос Лерана, и Мари вышла к нему, оставив меня с Марьям. Я дернулась, чтобы выйти, но подруга удержала за плечи. Послышались голоса и вопрос:

– Как она?

– Нормально, но не говорит, что видела. Молчит.

– Ничего не видела. Он догадался ее прогнать перед…

– Тише.

Хоть ребята и разговаривали шепотом, я слышала их, но не придала значения тому, как Мари остановила мужа на полуслове. Самое важное – услышать голос Алекса, увидеть его живым и невредимым, поэтому я сидела молча и смотрела на дверь, ожидая, когда она откроется.

Мари заглянула в гостиную и улыбнулась, а я не выдержала, вырвалась из объятий Марьям и вскочила с дивана.

– Где Алекс?

За жену ответил Леран. Мягко отодвинув Мари в сторону, он успокоил: «Во дворе»,– и спросил:

– Лучше скажи, зачем тебя понесло в лес?

– Не бурчи. Авроре и так страшно.

– Отделалась легким испугом, а могла пострадать.

Я прошептала:

– Извините меня, – не заметив, что говорю на русском.

– Ладно. Скажешь спасибо Алексу. Как он там только оказался?

Спаситель вошел в комнату с полотенцем на плече. Волосы мокрые, а выражение на лице уставшее, как у человека от физического или нервного перенапряжения. Я смотрела на него и боялась что-либо сказать, но затянувшуюся паузу прервала Мари:

– Все живы, здоровы. Пообедаем? Я, между прочим, ем за двоих.

Подруга хотела разрядить обстановку в комнате, но все наверняка понимали, что из-за моего безалаберного поступка могла пострадать ни одна я. На такое сложно закрыть глаза. А мне и так последние минуты дались трудно, я переживала и, виновато опустив голову, прошмыгнула мимо и выбежала во двор.

– Стой!

Алекс не дал даже опомниться: схватил за плечи, развернул к себе и встряхнул. По телу прокатилась боль.

– О чем ты думала?! Жить надоело?! Или до такой степени безрассудна?!

Он кричал и кричал, а я просила прощение, пока боль от его пальцев, сжимающих мои плечи, не стала невыносимой и я вскрикнула. Он сразу отпустил, но не успокоился. Такой взгляд нелегко выдержать, и я не выдержала. Уставилась на свои дрожащие руки и ждала приговора, как преступник перед судьей.

– В следующий раз думай, прежде чем отправляться одной в лес.

В ответ я смогла лишь кивнуть.

– Ладно. Ты молодец. Не побежала, а то было бы хуже. Я мог не успеть.

Как хотелось в эту минуту заглянуть в его глаза, увидеть, что чувствует. Зачем мне это было нужно? Благодарность за спасение вызвала такие эмоции или в сегодняшней подколке Марьям прозвучала правда, и Алекс приобрел более значимое место в моем сердце, чем просто брат подруги? Нет! Не может быть, я его совсем не знаю. Абсурд!

Глава 9

Холодный ветер, выдувающий последние жаркие всполохи осени, пригнал за собой вязкую сырость, накрыв землю туманом, а небо грязным покрывалом. Дождь периодически то ослабевал, то усиливался. Не хотелось выходить на улицу в такой день, но любопытство всегда останется слабостью человека, поэтому, закутавшись в непромокаемый плащ, я вышла из дома и пошла к старшей семьи Воренов.

Одноэтажное строение и каменный забор выглядели неприветливыми и размытыми под сплошной дождевой завесой, но уставший путник всегда найдет здесь приют. Варгана открыла дверь так быстро, словно поджидала меня. А внутри дома пахло выпечкой и травами – сладковато-пряным ароматом семейного уюта.

– Аврора, как себя чувствуешь? Вчерашнее приключение надолго запомнишь? – глаза пожилой женщины заискрились лукавой улыбкой, она уже знала о моем неудачном походе в лес, и мне стало за себя стыдно. – Не удивляйся. У нас новости передаются быстрее ветра.

Я смогла лишь улыбнуться в ответ, а Варгана пригласила погреться к очагу и поставила передо мной огромную чашку с травяным горячим отваром. Тепло постепенно разогнало кровь по венам, и напряжение от холода исчезло, сменившись сонливостью. Пока хозяйка занималась своими делами, позволив прийти в себя, я рассматривала убранство комнаты. Я уже приходила сюда, но в тот вечер из-за Алекса и его настроения боялась голову лишний раз поднять, толком ничего и не увидела вокруг себя. Огромный зал с деревянной мебелью, полки уставленные фотографиями и статуэтками (миниатюрные фигурки людей и зверей, вроде из глины, хотя не уверена), цветастые подушки с вышивкой, потрепанный временем плед, которым сейчас были укрыты мои ноги, и на полу выцветший ковер, но все еще красивый – на всем лежал отпечаток легкой потертости, но даже это не портило уюта, окружающего меня.

Вопрос Варганы застал врасплох. Я почти задремала, когда женщина села напротив и заговорила:

– Аврора, ответь не мне, а прежде всего – себе. Ты веришь в судьбу, в свое предназначение?

Я призадумалась, но лишь на мгновение.

– Иногда верю, иногда нет. Всегда есть выбор, только зачастую мы не знаем результата.

– Правильно думаешь. У тебя тоже есть выбор. Уехать и забыть о вопросах и своих снах, в надежде, что они когда-нибудь прекратятся, или, возможно, стать посвященной в чужую тайну.

– Мои сны могут значить так много?

– Не знаю. Но они необычные – в этом я уверена.

– Так что же они означают?

– Подсказки или направление. Можно истолковать по-разному. Тебе решать, – Варгана заметила, что я хочу поспешно ответить, и приподняла указательный палец в знак молчания. – Не спеши. Подумай и тогда дай ответ.

Наверное, я должна была скептически отнестись к ее словам, ну или хотя бы попросить пару дней на размышление. Чужие тайны редко доводят до добра, справиться бы со своими. Но какое-то внутреннее чутье подталкивало скорее узнать то, что знала эта женщина.

– Я согласна.

Варгана вздохнула с облегчением или мне показалось?

– Тогда слушай внимательно. Я не вижу будущего, не знакома с шаманством. Но огромный жизненный опыт позволяет делать определенные выводы раньше, чем будет что-либо известно. А мне лет не мало, – она улыбнулась, смягчив улыбкой серьезность разговора. – Еще важно верить. Вера бывает разная, и по-разному ее толкуют, но если веришь в благое, то стоишь на правильном пути. Также важно чтить традиции – они основаны на древних знаниях. Так вот. Если ты заметила, наше племя старается и в век технологий жить в согласии с природой. Не смотри на меня так, – Варгана правильно подметила мой недоверчивый взгляд, особенно, когда произнесла «век технологий», не привычно слышать подобные фразы от людей в преклонном возрасте. – Может я и стара, но родилась не во времена динозавров, умею и телефоном пользоваться, и даже немного компьютером.

Я улыбнулась в ответ на ее улыбку и подумала: «Иначе и быть не может, ведь любимый внучок крутой программист – если верить словам Мари».

– Но мы ведь не о моих навыках. Верно? – улыбка Варганы обезоруживала, заставляла меня чувствовать себя маленькой девочкой – я молча слушала и кивала. – Я хочу тебе рассказать о нашем тотеме. Многие народы выбрали себе священных животных: до сих пор поклоняются им или уважают и берегут, как часть природы. Мы чтим многих живых существ, почитаем природу, учим молодые поколения беречь окружающий их мир. Но именно для нашего племени важен один зверь – волк. Они очень сплоченные, выносливые, сильные. У нас есть одна поговорка: «Найди своего волка – найдешь свою душу».

– Так волк во сне – это я?

– Не совсем. Я предполагаю… Твоя родная душа потерялась и таким способом пытается тебя отыскать, или ты ищешь сама себя. Но в одном я точно уверена, если замешан волк и ты появилась в резервации, то твоя судьба здесь.

– И что мне делать?

Варгана улыбнулась и, легонько похлопав меня по руке, ответила:

– Вот поэтому я и ждала твоего возвращения. Есть один способ. И я надеюсь, он поможет раскрыть смысл твоих снов, – она на мгновение замолчала и посмотрела так, словно нежно касалась морщинистой ладонью моего лица, у меня аж мурашки по коже побежали, я ощутила тепло, исходящее от женщины, хотя сидела от нее в метре, а то и дальше. – Скоро мы соберемся в Панактунк. Там будет проведен ритуал «Сэнте́ко». Он помогает молодому поколению увидеть… – Варгана запнулась, видимо, не могла сразу подобрать простые и верные определения, но я не торопила ее. – Как бы это объяснить. Что-то вроде второй сущности.

– Волков?

– Ты права. Но я не могу посвящать тебя в детали. Сама все увидишь.

Я удивилась. Ведь в Панактунк не приводят чужаков, об этом упомянула Мари, когда рассказывала историю семьи и племени.

– Я иду с вами?

– Да… Если тебе нужны ответы. Многие уже отправились к дому предков, подготовить его. Мы идем группами, а с тобой пойдет сопровождающий.

На этом наш и так не очень продолжительный разговор закончился. И как бы я не хотела продолжить, Варгана дала понять, что большего мне пока знать не надо.

– Иди домой. И запомни, когда с тобой друзья, ничего не бойся.

Дождь поутих, но природа выглядела тоскливо и одиноко. Идя обратно, я думала о разговоре с Варганой. Она так и не ответила на мои вопросы и сильнее запутала, завязав глаза и подведя к неизвестности.

В дом Аренго я возвращалась нагруженная сомнениями. Пусть я и дала согласие на посвящение в чужую тайну, но вразумительных доводов не услышала. Могла бы со спокойной душой отказаться от заманчивого приглашения. К тому же я не знала, как объяснить Марьям, не раскрывая своих планов.

Но как оказалось, судьба и дальше включала зеленый свет. Подруга сообщила о пришедшем на ее почту письме с предложением о сотрудничестве, и фирма занимала не последнее место на мировом рынке. От такого не отказываются. Но требовалось приехать на собеседование как можно скорее.

– И как давно получила приглашение?

– Да, вот только сегодня. И не знаю, как поступить.

– Хочешь поехать?

– Придется тебя оставить одну здесь.

– Не думай об этом.

– Уверена? Может, уедем вместе?

Я, не задумываясь, ответила, что остаюсь, а она обязана поехать и рискнуть. Но об одном я умолчала: ее отъезд давал и мне шанс изменить жизнь, а заодно и сдержать обещанное Варгане.

– Точно?

– Да. За меня не беспокойся.

Марьям повисла на мне, оглушая воплями радости: «Спасибо, спасибо, спасибо!» – и целуя то в щеки, то в нос, то в ухо.