Бессмертные 2

– О, милая собачка, не покидай хоть ты меня. Я так боюсь! Ты – единственная моя защита.

Акс взглянул на женщину и довольно вильнул хвостом.

Санхар, уверенный, что Акс теперь не оставит Тарру, послал коня вперёд и приблизился к разбойникам, которые уже начали грабить фургоны.

– Что здесь происходит? – строго спросил.

Один из разбойников оторвался от своего занятия, окинул всадника беглым взглядом, и произнёс:

– Проваливай, чудило!

Правая рука Санхара легла на рукоять меча и слегка потянула её, чуть-чуть обнажив клинок. Любой, знакомый с обычаями вельхов, понял бы, что разозлил его, так как частичное обнажение меча у вельхов означало недовольство ответом собеседника.

– Лучше вам оставить этих людей в покое и проваливать самим! – холодно ответил Санхар.

Разбойник разозлился, выхватил меч и воскликнул:

– Да кто ты такой, забери тебя демон!

Санхар тоже выхватил меч, клинок хищно сверкнул в лучах заходящего солнца, и голова разбойника скатилась на землю.

– Меня зовут Меч Голова С Плеч, – ответил он обезглавленному телу, медленно заваливающемуся набок.

Другие разбойники, увидев смерть товарища, взвыли, и скопом набросились на чужака. Их было около десятка. Санхар умело отбивался, попутно отсекая руки и головы. Разбойники окружили его, как стая голодных псов загнанного оленя. И хотя Санхар двигался, не стоял на месте, а в руках сверкали два клинка, которыми он работал одинаково искусно, но спина оставалась неприкрытой. Ошибкой было то, что он принял бой верхом. Лошадь не могла двигаться и поворачиваться с нужной ему скоростью. Неудивительно, что вскоре он ощутил сильный удар в спину и почувствовал острую боль – кто-то с близкого расстояния выпустил в него арбалетную стрелу. Она пробила его прочную кожу и застряла в теле, хотя обычного человека, пущенная с такого близкого расстояния, прошила бы насквозь.

Невзирая на боль, Санхар продолжал сражаться, хотя движения несколько замедлились – застрявшая в спине стрела причиняла неудобства. Но и противников осталось всего четверо, и те уже не были такими самоуверенными. Когда от рук Санхара пали ещё двое, оставшиеся в живых, не сговариваясь, повернули коней и умчались прочь.

Принц опустил меч и перевёл дух. Боль в спине мешала двигаться и затрудняла дыхание, по-видимому, стрела пробила лёгкое.

Он сполз с седла и облокотился о меч, чтобы не упасть. В горле запершило, он закашлялся, и рот наполнился кровью. Приблизившись к повозкам, привалился к борту и позвал:

– Эй, кто-нибудь…

Он чувствовал за полотняными пологами людей, чувствовал их страх и слышал сдерживаемое дыхание, но никто не отозвался на его зов и не выглянул наружу.

– Да помогите же мне кто-нибудь! – воскликнул он.

Внутри послышалась тихая перебранка, затем сзади открылась дверца и выглянула женская головка. Большие серые глаза с испугом взглянули на незнакомца.

– Не бойся… Выходи… Я не разбойник…

Санхар говорил с трудом. Рот всё время наполнялся кровью, и её приходилось сплёвывать. Внутри всё горело от невыносимой боли.

– Вынь из меня стрелу… Скорее… – попросил он и повернулся к девушке спиной, из которой торчала стрела.

Девушка спрыгнула на землю, осторожно приблизилась, взялась за древко и потянула на себя.

– Сильнее! – застонал Санхар.

Девушка задержала дыхание и рванула изо всех сил. С противным хлюпаньем стрела вылезла из раны. Не сдержав болезненного вскрика, Санхар обернулся и увидел, что наконечник прикреплён к древку и, значит, внутри у него ничего не осталось. К счастью, это была охотничья стрела, а не боевая, с легко отделяющимся наконечником, который мог извлечь лишь опытный лекарь при помощи специальных инструментов.

Санхар перевёл дыхание и медленно опустился на землю. Силы покидали его, и он облокотился плечом о колесо фургона. Прикрыл глаза, собираясь с силами. Судя по глубине и сложности ранения, на восстановление может уйти целая ночь. Девушка склонилась над ним и участливо спросила:

– Как вы?

– Тассия! – донёсся из повозки мужской голос. – Иди сюда!

Санхар слышал, как девушка забралась в повозку, и как мужчина стал ей сердито выговаривать за неосторожность. Девушка оправдывалась, отвечая, что незнакомец защитил их от разбойников, что он ранен и ему требуется помощь.

– Это вельх! – сердито ответил мужчина. – Он такой же разбойник, как и те, что напали на нас! Разве ты забыла, кто похитил твою мать?

– Но ведь те вельхи были пиратами, а этот благородный господин…

– Все вельхи разбойники и пираты! – отрезал мужчина. – Мы уезжаем. Пока не стемнело, нам нужно добраться до города.

– А как же незнакомец? Он истекает кровью. Мы не можем бросить его здесь, он умрёт!

– Пусть подыхает! – с ненавистью ответил мужчина. – Я сам бы его добил, если бы не боялся запачкать рук!

– Но папа…

– Заткнись и сядь на место!

В фургоне послышался шум, какое-то передвижение, затем щёлкнул бич, повозка дрогнула и покатилась, чуть не придавив Санхара. Лишившись поддержки, он упал. Повернув голову, смотрел вслед удаляющимся повозкам. Он чувствовал, как его тело слабеет, члены цепенеют, свет в глазах постепенно меркнет. Его охватила сонливость, в ушах запульсировал мерный убаюкивающий шум. Не сопротивляясь, Санхар погрузился в пучину исцеляющего сна. Он уже не слышал, как к нему приблизились Акс и Тарра, не слышал причитаний рабыни, но остатками угасающего сознания ощутил присутствие родных существ. С трудом открыв слипающиеся глаза, попытался сфокусироваться на склонившихся над ним спутниках. Увидел, что Акс ему что-то говорит, и, преодолевая сонливость, сконцентрировался на его движениях.

«Догнать их?»

– Нет… – еле слышно прошептал Санхар.

«Ты уснёшь?»

– Да…

«Здесь нехорошее место».

– Перенесите меня к указателю… И собери лошадей, они нам пригодятся…

Это были последние слова Санхара. Глаза его сомкнулись и он отключилс

Акс привёл коня и предложил женщине помочь ему переложить неподвижное тело на седло. Тарра не понимала знаков пса, но, слыша последние слова Санхара, догадалась, чего от неё хочет Акс, и помогла псу затащить большое и тяжёлое тело вельха на седло. Перевезя его к столбу, Тарра быстро соорудила простейшее ложе из травы и войлочной подстилки, и уложила на него господина. Акс тем временем гонялся за оставшимися без седоков разбойничьими лошадьми, ловил их за болтающиеся поводья и отводил к столбу, где женщина привязывала их к ветвям указателей. Он поймал четыре лошади. Остальные либо далеко убежали, и Акс не собирался за ними гоняться, либо были ранены.

Смеркалось. На востоке появились первые звёзды, а небо приобрело тёмно-синий бархатный цвет. На западе, переливаясь великолепными золотисто-оранжевыми и нежно-розовыми тонами, ещё пылала вечерняя заря.

Тарра склонилась над неподвижным телом господина, положив его голову на колени. Её глаза были печальными, а щёки мокрыми от слёз. Её сильные эмоции горя и страдания чувствовал даже Акс. Он лёг рядом и положил голову ей на колени. Поглядывая на женщину чёрными блестящими глазами, время от времени сочувственно помахивал хвостом, говоря: «Не горюй!». Он не понимал, почему эта самка так страдает, ведь утром Санхар проснётся здоровым и полным сил. Пёс не знал, что Тарра ничего не знает, а поэтому думает, что господин умирает.

3

Вечер сменился ночью, тёмной и холодной. В траве слышались странные шорохи, из леса доносились пугающие звуки. Тарра очень боялась, тем более, что пёс куда-то ушёл. Но она продолжала сидеть неподвижно, чтобы не потревожить раненого. Она слышала, как хриплое и неровное дыхание его выровнялось и стало глубоким и ровным, а холодное оцепеневшее тело снова приобрело естественную теплоту и подвижность. Тарра склонилась над господином, отгоняя от него ночных насекомых и гладя густые шелковистые волосы. Глядя на бледное в звёздном свете лицо, она любовалась прекрасными чертами, мысленно благодаря богов за то, что послали ей такого красивого, сильного, нежного и заботливого господина, и моля об исцелении.

Акс в это время нёс сторожевую службу, обходя место ночлега по широкому кругу. Тарра не видела его серебристого меха на фоне серебряного от густых россыпей звёзд неба, и не слышала мягкого крадущегося бега. Акс не хотел, чтобы кто-либо потревожил их, пока господин лежит беспомощный и не может защитить себя и свою женщину. Так он ходил до рассвета, не отвлекаясь на мелькавшую в траве соблазнительную дичь, словно специально дразнившую его, пока первые лучи солнца не показались над восточным горизонтом. От непрестанного многочасового хождения в траве образовалась утоптанная круговая дорожка. Лишь только, когда утро властно вступило в свои права, он вернулся к месту привала. Женщина спала, устало привалившись к холодному каменному столбу. Акс ткнулся холодным носом ей в шею и взвизгнул, приветствуя, как обычно будил своего друга. Тарра испуганно вскрикнула и чуть не подскочила, потревожив лежащего на её коленях Санхара. Тот вздрогнул, глубоко вздохнул и пробормотал:

– Ты снова пугаешь мою женщину, лохматый негодник?

Акс радостно оскалился и завилял хвостом.

Санхар потянулся и легко поднялся. Как всегда, его переполняли новые неизрасходованные силы, обычные после хорошего сна. Тарра смотрела на господина с изумлением и некоторым страхом. Вчера вечером он умирал на её руках, а сейчас ведёт себя так, словно он никакого ранения не было, и это не его спина покрыта толстой коркой засохшей крови.

Санхар уловил удивление женщины и обернулся.

– Ты удивлена, что я не умер?

– Я молила богов о твоём выздоровлении, но не думала, что это возможно так быстро… Я знаю, после таких кровопусканий, люди, даже если рана не оказалась смертельной, не выглядят на следующее утро здоровыми и счастливыми.

– Другие люди – возможно, а я – да. Я не такой, как остальные люди, и не спрашивай, в чём здесь дело.

– Магия? – рискнула предположить женщина.

– Вот превращу тебя в жабу и выброшу в ближайшее болото! – шутливо пригрозил Санхар.

Тарра не поверила угрозе и весело засмеялась, но на всякий случай решила не рисковать, проявляя излишнее любопытство. Она знала господина ещё слишком мало, а видела в нём столько странного и необычного… Тарра поняла лишь одно: господин прав – он не такой, как остальные люди. Возможно, он маг, или чернокнижник, или чародей, или святой человек, или демон… Но это не испугало её, наоборот, ещё больше привлекло к нему.

– Я хочу есть! – воскликнул Санхар. – Накормит меня кто-нибудь?

«Мы можем съесть оленёнка, которого я поймал вчера. Или можем поехать в город, это близко», – ответил Акс.

Санхар подумал о несвежем мясе в охотничьей сумке и решил, что немного потерпит ради миски горячей ароматной похлёбки и жаренных овощей..

Они сели на лошадей (у Тарры теперь появился свой красивый гнедой мерин) и поскакали к городу.

Акс оказался прав, город находился всего в двух кемах от места ночлега. Когда впереди показались первые дома околицы и высокие крепостные стены, окружающие город, Тарра позвала господина.

– Что? – обернулся Санхар.

– Твоя одежда…

– А что с ней?

– Спина вся в крови… Появление в городе в таком виде привлечёт к тебе излишнее внимание. Стражники могут задержать тебя, потому что твой вид покажется им подозрительным.

Санхар остановил коня.

– Думаю, мне следует прислушаться к твоим словам, женщина. Но надо было сказать об этом раньше.

– Прости господин… Я виновата… – потупилась Тарра.

Раскаяние рабыни было столь искренним, что Санхар обнял её и поцеловал.

– Мне нравится, что ты заботишься обо мне… Ты очень хорошая, Тарра.

Рабыня радостно улыбнулась и её сердце счастливо забилось.

Санхар спешился, достал из седельной сумки чистую рубашку и камзол и переоделся. Когда он разделся, Тарра с любопытством взглянула на его спину, но увидела лишь небольшой розовый рубец, как у старой, давно зажившей раны. Это очень удивило её, но она промолчала, не став раздражать господина любопытствующими вопросами.

Выбросив испорченную одежду, Санхар вскочил в седло, и они продолжили путь.

Город, в который въехали путники через широкие неохраняемые ворота, назывался Утвик. Один из восьми городов Южного Гальса, не самый большой, но и не маленький. Он располагался посреди плодородной долины в глубине страны, и никогда не знал ни пиратских набегов, ни нашествия вельхов, которые на своих ладьях не раз поднимались по рекам Оргена и Соу и грабили расположенные на берегах города. Потому к появлению Санхара там отнеслись спокойно. Никто не видел в нём врага или разбойника, хотя о вельхах, конечно же, слышали. Но никто из горожан не пострадал от набегов этих беловолосых разбойников, поэтому на Санхара смотрели, как на приезжего чужака, не более.

В городе была одна большая площадь перед цитаделью – внутренней крепостью, где жили лорд-правитель и прятались горожане в случае опасности. Рядом располагались гостиница, большая таверна, несколько торговых лавок и магазинчики для знати, а в базарные дни раскладвали товар приезжие торговцы из окрестных селений. Торговые дни были два раза в декаду, а в остальные дни площадь либо пустовала, либо на ней выступали заезжие актёры, веселя народ.

Выехав на площадь, Санхар сразу увидел знакомые фургоны. Но он не стал разбираться с неблагодарными возчиками, а направился к таверне, ибо голод терзал его тело, как хищник жертву.

Таверна называлась «Медный Гонг» и над входом её действительно висела медная позеленевшая тарелка на цепочке. Когда открывалась дверь, в действие приводился хитрый механизм, и по тарелке бил маленький молоточек, извлекая из неё звонкий протяжный звук.

Привязав коней у коновязи, Санхар толкнул тяжёлую дверь, и под медный звон вступил в полумрак помещения.

Внутри царило приятное и шумное оживление. Несмотря на ранний час, в обеденном зале было полно народу. Большинство посетителей – стражники, сменившиеся с ночного дежурства, которые зашли в таверну расслабиться и выпить кружечку густого тёмного пива. Среди них сновали несколько смазливых служанок, которых мужчины без стеснения лапали, и визгливый женский смех или притворно-возмущённые восклицания то и дело прерывали стук кружек и лязг доспехов.

Закованные в латы стражники бражничали с разряженными телохранителями молодых аристократов. Среди столиков сновали рабы с откупоренными кувшинами вина и жбанами пива. В одном углу на специальном возвышении танцевала полуголая рабыня: её ноги украшали браслеты с колокольчиками, но их мелодичное бренчание не могло пробиться сквозь шум и гам.

Санхар окинул помещение быстрым взглядом и заметил стол в дальнем углу, за которым имелись свободные места. Там сидели двое: мужчина и закутанная в плащ девушка с надвинутым на лицо капюшоном. На взгляд постороннего могло показаться, что рядом с мужчиной сидит мальчик, но по эмоциональному фону, исходившему от незнакомцев, Санхар сразу определил, что это женщина.

Принц приблизился к столу и вежливо произнёс:

– Мир вам, милорд и леди. Разрешите присоединиться? В этом благословенном месте больше нет свободных мест, иначе я бы никогда не насмелился нарушить уединение, которого вы так жаждете.

Мужчина окинул Санхара внимательным цепким взглядом, Тарру удостоив лишь мимолётным.

– Вельх? Что занесло вас в наши края? – не очень дружелюбно спросил он.

– Да так, проездом… Я путешествую.

– Здесь нет рек, как же вы сюда добрались?

– Верхом… – пожал плечами принц. – Я голоден и хотел бы сначала поесть, а потом отвечать на вопросы. Не хочу показаться грубым и невежливым, поэтому спрошу ещё раз: я могу присесть?

– Да… – с явной неохотой ответил мужчина.

Санхар опустился на лавку и жестом велел Тарре присесть рядом. Акс залез под стол, с любопытством обнюхивая ноги чужаков.

Санхар подозвал служанку и заказал обильный завтрак, не забыв окорок для Акса, большого любителя копчёного мяса. Девушка окинула принца придирчивым взглядом и сказала, кокетливо улыбаясь:

– Хотя ты и выглядишь вполне респектабельно, красавчик, но я тебя не знаю, поэтому покажи, сначала, деньги.

Санхар снял с пояса туго набитый кошелёк и высыпал его содержимое на стол. Золотые монеты различного достоинства разных государств, мелодично звеня, раскатились по столу, тускло сверкая в свете масляных ламп.

– Выбирай любую, девушка, и побыстрее неси еду. Я так голоден, что готов грызть это золото.

Лицо служанки вновь осветила кокетливая улыбка, она взяла из кучки одну монетку и, покачивая бёдрами, поплыла к кухне. Санхар ссыпал деньги в кошелёк, затянул его и снова повесил на пояс.