Надир

Андрей Антоневич

Надир

I

«Как же я соскучился по живому лесу», – анализируя, пролетевшие в сознании перед выходом из анабиоза, отрывочные видения, с грустью подумал Архип прежде, чем открыть глаза.

Ощутив, ставшей уже привычной за годы службы в космическом флоте, спазмирующую боль в мышцах, постепенно включающегося в работу организма, капитан первого ранга Юрков закусил нижнюю губу и открыл глаза.

«Все-таки я уже староват. Пора на пенсию. Вернусь на Землю и уйду в запас», – в который раз подумал он, пытаясь сфокусировать взгляд на показаниях монитора анабиозного модуля.

Согласно транслируемой информации, Антант – антигравитационный автономный наблюдатель трансэнергии, за то время пока полугодовую вахту нес его старший помощник капитан второго ранга Лао Чжоу, вошел в звездную систему «Рукава Лебедя».

– Архип Сергеевич, вы в порядке? – ожил коммуникатор модуля голосом Элианы.

– В порядке, – ответил Юрков, выбираясь из автоматически открывшейся капсулы.

– Это невероятно! Вы видели информацию с регистраторов трансэнергии?

«Вот, ураган. Уже успела изучить сводки», – удивился командир, разминая незамысловатыми упражнениям, все еще слабо послушные конечности.

– Они зарегистрировали всплеск пространственно-временных аномалий, как только Антант вошел в «Рукав Лебедя». Я уже у вашего модуля, можно войти? – восторженно затараторила Элиана.

– Старший лейтенант Максимова, можно Ивашку за ляжку, а у нас хоть и научная миссия, но на борту все члены экипажа люди военные. Поэтому, будьте любезны, обращаться к командиру корабля согласно уставу Космического флота, – улыбаясь, осадил подчиненного офицера Юрков и, активировал наружное наблюдение.

У входа его модуля переминалась с ноги на ногу, уже облачившаяся в парадную форму, Элиана. Выслушав замечание, она обиженно скривила губы, но ответила:

– Виновата. Исправлюсь.

– Элиана, – смягчил тон командир, – у нас еще полгода впереди. Обсудим это в церемониальном зале.

– Есть, – согласно кивнула головой старший лейтенант, затем мельком глянула на свое отражение в блестящем шлюзе модуля и, поправив, выбившуюся из-под берета светлую прядку волос, быстрым шагом умчалась прочь.

«Наверное, в заповедник побежала», – решил Юрков, забираясь в душевую кабину, чтобы смыть с себя защитный гель.

Не смотря на взбалмошный характер и непоседливость Элианы, специально уполномоченному научному инспектору Департамента стратегического развития Архип симпатизировал особо. Старший лейтенант напоминала ему его младшую внучку, которая уже закончила Военно-космическую Академию и даже успела выскочить замуж. Только она была на Земле, а эта молодая девочка отправилась в малоизученные глубины галактики, чтобы попытаться выяснить природу недавно обнаруженной учеными трансэнергии.

Наслаждаясь теплой водой, Архип критически рассматривал себя в ростовом зеркале и с сожалением думал о том, что зря согласился на этот долгосрочный поход.

Из зеркала на него смотрел седой, коротко стриженный, поджарый мужчина семидесяти лет. Не смотря, на неплохую физическую форму, каверзные морщины все больше и больше захватывали себе территорию на его теле.

Достигнув предельного возраста, допустимого для должности командира военного космического крейсера, он мог спокойно уйти на покой и наслаждаться жизнью, но ему предложили должность командира гражданского корабля.

– Архип, пойми же, – уговаривал его семь лет назад лучший друг – командующий силами внешней космической разведки контр-адмирал Хасан Димаев, – когда-то человечество с трудом добиралось до Марса, но когда ученые освоили принципы взаимодействия темной материи с темной энергией, они смогли за короткий промежуток времени создать антигравитационные и вимповые двигатели. Представь, что сможет дать человечеству возможность использовать трансэнергию.

– Понятия не имею, что это может дать, – ответил он.

– Наши ученые предполагают, – понизив голос, зашептал Хасан: – что мы сможем перемещаться не только на сверхскоростях в пространстве, но и во времени. Представь, что произойдет, если этими технологиями первыми овладеют наши конкуренты. Они и так почти выпотрошили все сырьевые объекты нашей Солнечной системы, и уже подбираются к соседним системам. Кроме этого, по имеющейся информации, их корабли-разведчики обнаружили несколько пригодных для жизни экзопланет, колонизации которых препятствует лишь большая удаленность от их базы на Кеплере 823G.

– Хасан, – попытался откреститься от навязываемой ему миссии Юрков, – я боевой офицер. Я участвовал в сражении за Ио, отбивался от конфедератов на орбите Урана, прикрывал наши транспортники, когда корабли-корсары Османской Федерации внаглую пытались захватить караван с грузом вольфрама, дрался с анархоколонистами, а теперь ты мне предлагаешь возглавить какую-то научную посудину.

– Эта, как ты называешь, посудина, – хитро улыбнулся контр-адмирал, – не уступает в скорости, а может быть даже и превосходит, флагманы боевого флота. Наблюдатель, который тебе предстоит взять под свое начало, самая передовая разработка в космической сфере. Это плод работы ведущих конструкторских бюро Тройственного Альянса. Помимо исследовательской техники наблюдатель оснащен привычным для тебя вооружением и способен осуществлять длительные автономные переходы во внешнем космическом пространстве.

– Оружие на научном корабле? Это же нарушение Конвенции, – удивился Юрков.

– В том-то все и дело. Наши конкуренты направили основные усилия на создание боевого флота. Поэтому, на данный момент, они не способны строить научно-исследовательские корабли глубоко проникновения. Однако в изучении трансэнергии они заинтересованы не меньше нашего. Мы не исключаем того, что они попытаются перехватить наблюдатель на дальних глубинах, чтобы завладеть добытыми сведениями. Поэтому все члены экипажа, включая научный, технический и обслуживающий персонал, офицеры Космического флота. Осталось только определиться с командиром.

– Архип Сергеевич, – вырвал его из вороха воспоминаний голос второго помощника Рама Сингха, – экипаж собран и готов к построению.

– Буду через десять минут, – отозвался в коммуникатор командир.

Спустя несколько минут Юрков поднимался на верхнюю палубу наблюдателя, чтобы провести в церемониальном зале восьмую по счету, с момента старта Антанта с космической верфи на орбите Эриды, церемонию передачи полугодовой вахты.

II

Все триста членов экипажа выстроились по левому и правому борту церемониального зала. Сто пятьдесят офицеров стояли слева во главе со старшим помощником Лао Чжоу и столько же, принимавших вахту, напротив них вместе со вторым помощником.

Капитан второго ранга Рам Сингх являлся потомственным сикхом из ордена Ниханги. Его парадный китель и относительно скромный по размерам дастар выгодно отличались насыщенным синим цветом на фоне белоснежно-белых кителей остального экипажа. К тому же он единственный имел при себе оружие – изогнутый нож кирпан.

Так как Антант не был международным проектом, а создавался странами-участницами Тройственного Альянса, то в состав экипажа входили только русские, имевшие численное большинство, китайцы и индийцы.

Добродушный и улыбчивый Рам Сингх, служивший до этого в космическом десанте, не достиг еще и сорока. Именно поэтому идеологи Генерального штаба специальных операций Тройственного Альянса, посчитав его слишком молодым, назначили Рама вторым, а не старшим помощником командира, хотя сикх прекрасно ориентировался в межзвездном пространстве без помощи бортовых навигаторов, а самое главное – нравился всем без исключения членам экипажа не только своей, но и сменной вахты.

Суровый и скрытный Лао Чжоу, недавно перебравшийся за пятидесятилетний рубеж, перевелся на Антант из службы внешней космической разведки. Он уважал строгую дисциплину и служебный устав, поэтому был нелюбим, особенно женской половиной команды, из-за своего крутого нрава и нетерпимости к любым проявлениям неуставных отношений, присущих молодым людям, оказавшихся в замкнутом пространстве.

– Равняйсь! Смирно! – подал команду при появлении командира старший помощник. – Товарищ капитан первого ранга, экипаж Антанта для передачи очередной вахты построен, – начал доклад Лао Чжоу, как только все члены экипажа замерли и направили взгляды на своего командира.

– Честь и Доблесть! – ощущая легкий постанабиозный дискомфорт в легких, поздоровался Юрков со своим экипажем.

– Достоинство и Отвага! – ответили офицеры командиру на приветствие Военно-космического флота.

– Вольно! Приступить к передаче вахтенной смены! – отдал команду Юрков.

Дублировать команды в космосе было не принято, так как на это уходило лишнее время, тратить которое понапрасну в агрессивной к человеку среде считалось непозволительной роскошью. Поэтому члены экипажа сменяющейся вахты сразу же, разбившись на группки по направлениям деятельности, деловито, без суеты подошли к своим цифровым панелям, чтобы ввести, заступающих сослуживцев, в курс событий.

– Ну, что я пропустил? – пожимая руку Лао Чжоу, улыбнулся Юрков.

– Все в порядке, Архип Сергеевич. За время несения вахты – без особых происшествий, – не выражая ни каких эмоций, ответил старший помощник.

– Каких именно?

Приглашающим жестом Лао Чжоу показал на командирскую панель и проследовал к ней вслед за Юрковым, где в нетерпении их уже поджидал второй помощник.

Старпом активировал бортовой журнал и бесцветным голосом приступил к докладу:

– Все системы работают в штатном режиме. За время несения вахты дважды корректировали курс из-за внезапного нарушения гравитационного противостояния. Спектрограммы с отчетами отправляли на Землю согласно графику. Однако последний ответ поступил с задержкой на два месяца, за два часа до вашего выхода из анабиоза. Дешифровщики уже преобразовали сообщение и почти подготовили его к просмотру. К дисциплинарной ответственности привлечены пятнадцать членов экипажа.

– За какие нарушения? – уже догадываясь, каким будет ответ, посуровел лицом Архип Сергеевич.

– Неуставные отношения в служебное время, – подтвердил мысли командира старший помощник.

При этих словах, располагавшийся по левую руку от Юркова, Рам Сингх, делая вид, что разглаживает свои шикарные усы, спрятал под ладонью ироничную улыбку.

– Лао, я считаю, что вы слишком строги, – просматривая записи в бортовом журнале о зафиксированных нарушениях, понизил голос Юрков.

– Вот, например: «Штурман лейтенант Бадоев, во время, отведенное согласно графику, для отдыха, находился в модуле старшего техника капитан-лейтенанта Лацевич», – зачитал выдержку из приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности командир. – И что же он нарушил?

– О том, что в момент внезапной проверки лейтенант Бадоев находился без одежды под капитан-лейтенантом Лацевич, я не указывал, – процедил сквозь зубы старший помощник.

– Все правильно! Старший по званию должен быть сверху, – прыснул смехом в кулак Рам Сингх.

– И вправду, – улыбнулся Архип Сергеевич. – Не вижу тут никакого нарушения. Это дело молодое. Отдохнули вместе… В одежде или без одежды. Это их дело. Он же не пошел к ней во время своей смены.

– Я бы не сказал, что Вика такая уж молодая, – сыронизировал второй помощник.

Лао Джоу сдвинул брови:

– Согласно уставу, после того как произошел первый сбой в проложенном курсе, на случай возникновения в дальнейшем аналогичных внештатных ситуаций, служба штурманов была переведена мною на усиленный вариант несения службы. В связи с чем, лейтенант Бадоев не имел права отлучаться из своего модуля без соответствующего разрешения. И именно в тот момент, когда лейтенант оставил свой модуль, произошел второй сбой.

– Возможно, вы и правы, но…

– Товарищ капитан первого ранга, – перебил Юркова, появившийся за его спиной, младший лейтенант из службы спецсвязи Ли Чан, – разрешите обратиться?

– Разрешаю.

– Мы расшифровали и сконвертировали поступившую спектрограмму. Ждем вашего приказа для начала трансляции, – доложил офицер.

– Выведите на центральную панель, – распорядился командир корабля, а старшему помощнику шепнул: – предлагаю закончить наш разговор чуть позже.

– Внимание! – сыграв желваками, подал команду старпом. – Приготовиться для просмотра сообщения с Земли.

Висевший в церемониальном зале деловой гул, моментально стих. Все члены экипажа обратили свои взоры на центральную панель, на которой вместо карты межзвездного пространства, к удивлению Юркова, возникло изображение не командующего флота, а облаченного в боевую амуницию Хасана.

– С вами говорит исполняющий обязанности командующего Военно-космического флота контр-адмирал Димаев. Я принял на себя командование в связи гибелью всего высшего офицерского состава адмиралтейства… В результате вражеской провокации, выразившейся в беспрецедентно наглом захвате стратегически важных объектов в нашей космической зоне влияния, Тройственный Альянс был вынужден вступить в открытое противостояние с объединенными силами Американской Конфедерации, Союза Арабских Государств и Османской Федерации… В результате боевых действий… полностью уничтожены Земля, Марс, лунные колонии Юпитера и другие колонизированные промышленные объекты Солнечной системы. Обитаемого пространства человечества больше не существует. Вражеский флот почти уничтожен. Остатки нашей флотилии следуют к резервному пункту дислокации, чтобы перегруппироваться, пополнить запасы и перейти на Антант – единственный оставшийся корабль, способный доставить выживших к пригодной для обитания звездной системе. Приказываю приступить к реализации специального плана «Надир». Прошу проявить…

Внезапно ворвавшийся в кадр мощный гул, а за ним огненный шквал, моментально испепеливший Димаева, прервали сообщение…

III

Огромный космический корабль в виде лемнискаты с противоположно вращающимися эллипсами, стремительно несся сквозь холодный космос, бесцеремонно отталкивая от себя, генерируемыми антигравитационными потоками, астероиды и другой межзвездный мусор.

В церемониальном зале повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом, включившейся системы климатического контроля. Автоматика безразлично зафиксировала резкое повышение температуры из-за одномоментно покрывшихся испариной ужаса людей. Триста пар глаз устремились на своего командира, который, поначалу решил, что он еще только выходит из анабиоза и этого всего лишь причудливый финт его спутанного сознания.

«Ядрен-армагеддон», – выругался про себя Архип, осознав, что это не кошмарный сон.

– Переведите регистраторы в режим сканера и направьте запрос через систему маяков. Снимите с них последнюю зарегистрированную информацию. Немедленно! – охрипшим голосом, отдал приказ Юрков.

– Архип Сергеевич, – подал голос второй помощник, – если мы напрямую запросим информацию с маяков, то не только выдадим свое местоположение, но и поставим под удар систему шифрования спектрограмм.

– Рам, если это сообщение не подтвердится – значит, враги уже вскрыли систему шифрования и направили нам ложную информацию, чтобы заманить в ловушку и захватить Антант. Ну, а если это не так, то… уже нет никакого смысла… от кого-то прятаться, – грустно улыбнулся командир.

– По уставу, в случае возникновения экстренной ситуации, необходимо перевести экипаж в режим особой боевой готовности, – счел нужным сообщить Лао Чжоу.

– Товарищ капитан второго ранга, – повернулся к нему лицом Юрков, – на Антанте, пока что, я, еще командир. Лучше соберите всех техников и протестируйте двигатели, а также системы вооружения оборонительного и наступательного назначения.

Старший помощник развернулся на сто восемьдесят градусов и направился в сторону технического персонала.

– Рам Сингх, – обратился к своему второму помощнику Юрков, – соберите обслуживающий персонал и интендантов. Проведите ревизию синтетиков, натурального продукта, медицинских препаратов и других прекурсоров необходимых для обеспечения жизнедеятельности экипажа.

– Вы считаете, что это правда? – заглядывая в глаза своему командиру, дрогнувшим голосом, спросил Рам.

– Береженого Бог бережет, – ответил через плечо Юрков, направляясь в свой командирский модуль.

Через несколько минут Архип стоял перед сканером при входе в модуль, и как только система безопасности считала все его биологические параметры, произнес пароль:

– Белое солнце пустыни.

Шлюз тут же раскрылся.

Пытаясь сдержать непроизвольную дрожь во всем теле, Юрков приступил к извлечению информации по специальному плану «Надир».

В чудеса он не верил…

О том, что специальный план, официально проходивший во всех отчетах Генерального штаба под номером три, имеет условное наименование «Надир» знали только он и Хасан.

Питая слабую надежду на то, что его детям и внукам удалось спастись, Архип открыл скрытую в полу панель и ввел девятизначный код.

– Трава у дома, – произнес он кодовое слово, как только автономный сторож проанализировал его ДНК.

Юрков поднес к глазам, выскочившую из чрева сторожа, графеновую пластину и, прежде чем она превратилась в пыль, запомнил указанные на ней координаты.

– Товарищ капитан первого ранга, – появилось на панели изображение начальника службы спецсвязи Акшай Капура, – мы получили необходимые данные.

– Объявите общий сбор, – распорядился Юрков.

Тяжело вздохнув, командир наблюдателя двинулся в сторону церемониального зала…

– Смирно! – подал команду экипажу при его появлении старший помощник.

– Вольно, – дал отбой Юрков. – Связисты докладывают первыми.

– Мы сняли с ближайших маяков последнюю зарегистрированную ими информацию и получили голографическое изображение Солнечной системы, фиксировавшееся по земному времяисчислению примерно около двух месяцев назад, – вышел из общего строя на два шага вперед начальник спецсвязи.

– Выведите объемную проекцию, – лелея в глубине души слабую надежду, поднял глаза кверху Архип, обращаясь с просьбой к тому, в которого никогда не верил.

– А…а…х… – невольно вырвался обреченный возглас из груди не только женской части экипажа, но и у мужчин…

В известной каждому со школьной парты точке пересечения звездных координат, вместо Земли и Марса, от Юпитера до Венеры четко просматривалось огромное астероидное облако. Ни одного из спутников Юпитера видно не было, вместо них на орбите висел уродливый обломок красного цвета. Эрида и Церера, на которых располагались строительные космодромы и перевалочные станции, также исчезли. Вместо них в вакууме хаотично расползались скопления пылевых облаков.

На мгновение Архипу показалось, что внутри него лопнула какая-то струна, стержень, который помогал ему на протяжении всей жизни не сломаться в трудных ситуациях, выдержать все удары судьбы.