Россия, 100 лет в поиске

"Стоимость товаров тем отличается от вдовицы Куикли, что ты не знаешь, как за нее взяться". [6. с. 56].

Терминов много – благо, полезность, количественная определенность, потребительная стоимость, меновая стоимость, стоимость, общественно необходимые затраты труда, а система, которая объединяла бы их и указывала место каждой категории, ее обозначена. Ее возможные границы велики: от мистицизма до плоти вдовицы.

1.2.3. Товар и реальный рынок.

Попробуем представить, как бы оценил ситуацию предприниматель, в котором сочетается хорошая инженерная и коммерческая подготовка. Изготовлен товар А. Бухгалтерия по затратам ресурсов рассчитала его себестоимость – СС_А. Предприниматель должен продать товар по цене МС_А, соответствующей формуле: МС_А = СС_А (1 + Норма прибыли). Товар поступает на рынок. К нему приценивается Покупатель, который из товара А намерен сделать свой товар – Б. Он знакомится не только с ценой товара А, но и совокупностью его потребительских свойств (техническими характеристиками). На основании этих данных и знании своего производства он рассчитывает ожидаемую меновую стоимость своего товара – Б по формуле: МС_Б = МС_А (1 + Размер ожидаемой прибыли). Если размер ожидаемой прибыли будет соответствовать норме прибыли, Покупатель согласится с ценой товара А, предложенной его изготовителем. Если ожидаемая прибыль будет ниже нормы, Покупатель предложит Продавцу уменьшить цену товара А. На основании данных рассуждений логично увидеть в Меновой стоимости товара Б Потребительную стоимость товара А ( ПС_А ). То есть Потребительная стоимость исходного товара есть Меновая стоимость нового товара, полученного в результате потребления исходного. При этом выстраивается преемственность основных категорий реальной экономики:

МС_А = СС_А + Приб. _А,

ПС_А = МС_Б = СС_А + Приб. _А + Приб. _Б

МС _Б = МС_А + Приб. _Б = СС _Б + Приб. _Б.

Уравнения позволяют сделать вывод: усредненный товар имеет Себестоимость, Меновую стоимость, превышающую Себестоимость на величину Нормативной прибыли, и Потребительную стоимость, превышающую Меновую стоимость на величину Нормативной прибыли. То есть: ПС_А = СС_А (1 + Норма прибыли)2. Данная схема показывает, что утверждение К. Маркса "меновые стоимости …… не содержат в себе ни одного грамма потребительной стоимости" не является корректным. Меновая стоимость товара есть часть его Потребительной стоимости. При продаже / покупке конкретного товара Продавец и Покупатель будут стремиться к максимальной личной выгоде. Продавец будет прилагать усилия к получению наибольшей цены товара, Покупатель – наименьшей. При этом большое значение будет играть соотношение спрос / предложение. На конкурентном рынке присутствует много Продавцов и Покупателей, его оценки статистически более достоверны. Поэтому прогнозируемая каждым участником сделки величина прибыли по факту может быть иной. По указанным причинам ожидаемую величину Прибыли от переработки товара А в товар Б, то есть ожидаемую Приб. Б , автор данной статьи обозначил как Скрытую прибавочную стоимость товара А (далее СПС_А), соответственно Приб._Б является функцией от СПС_А. Отсюда можно сделать вывод о том, что при переработке товара А в товар Б на Меновую стоимость товара Б переносится не только Меновая стоимость товара А, но и величина его – СПС_А. В сумме эти две составляющие равны величине Потребительной стоимости товара А. Изложив эту версию, не соответствующую той, которая описана в Теории трудовой стоимости К. Маркса, автор ничего нового не открыл для специалистов реального производства. Они хорошо знают, что не только Меновая стоимость средств производства, но технические характеристики предопределяют доходность предприятия, их использующего.

Необходимо признать, что приведенный ход рассуждений носит условный характер. В целях лучшего понимания новой концепции формирования Меновой стоимости и Потребительной стоимости он построен на том, что товар Б производится из товара А без использования других средств производства (В, Г и т.д.). В жизни подобные примеры крайне редки. Расчет Потребительной стоимости нового товара в реальной рыночной ситуации осуществляется путем сравнения его показателей с параметрами аналогичного традиционного товара, доминирующего на рынке. Рассмотрим пример с комплектами автомобильных шин. В таблице 1 приведены их параметры.

Таблица 1. Технико – экономические показатели комплекта шин (тыс. руб.)

Table 1. Technical and economic indicators of a set of tires (thousand rubles)

Примечание: СС – себестоимость товара, П пр. – прибыль Производителя, МС – меновая стоимость (цена) товара, ПС – потребительная стоимость товара, Ппотр. – прибыль Потребителя товара.

На рынке с равновесным соотношением спрос / предложение доминирует традиционный тип шин – Т с пробегом в 50 тыс. км, себестоимостью 40 ед. Исходя из норматива прибыли – 20%, его производители имеют прибыль 8 тыс. руб., потребители – 9,6 тыс. руб. Производителю шин Н необходимо определить оптимальные величины ПС, МС и Ппотр. Своей продукции на основании следующих исходных показателей: СС_Н – 45 ед., пробег – 70 тыс. км. Для этого уточним сначала величину Потребительной стоимости, переносимой на единицу работы, производимой комплектом шин Т: 57,6 / 50 = 1,152 руб. / км. На основании этих данных определим величины: ПС_Н = 1,152 * 70 = 80,64 тыс. руб. С учетом изложенных подходов диапазон величин МС_Н может быть определен: нижний – по формуле МС_Н = СС_Н (1 + Норма прибыли) = 45 * 1,2 = 54, верхний – по формуле МС_Н* = ПС_Н / (1 +Норма прибыли) = 80,64 / 1,2 = 67,2 ед. Соответственно, прибыль Производителя будет находиться в интервале от 9 ед. до 22,2 ед., прибыль Потребителя в диапазоне от 26,64 ед. до 13,44 ед. Принципы, которыми может руководствоваться Производитель шин Н при установлении конкретной величины МС, будут рассмотрены в последующих разделах статьи. Эксплуатация шин осуществляется в сочетании со всеми другими узлами автомобиля. Принимая во внимание, что шины Т и Н работают в равных условиях на одной марке автомобилей, при выявлении величины Потребительной стоимости шин Н мы можем абстрагироваться в расчетах от величин МС и ПС других узлов автомобилей.

1.2.4. Средства производства, как накопитель Скрытой прибавочной стоимости интеллектуального труда.

Введя в политическую экономию общепринятые в действующем производстве стоимостные категории и технические характеристики, установив между ними количественную взаимосвязь, мы можем продолжить анализ тех положений Теории трудовой стоимости К. Маркса, на основании которых он пришел к выводу о необходимости установления диктатуры пролетариата. При рассмотрении данного раздела необходимо обратить внимание на то, что К. Маркс отказался от общепринятой в реальной экономике системы разделения капитала. Экономисты делят капитал на две части: основные средства (здания, сооружения, оборудование) и оборотные фонды (оплата сырья, материалов, энергоресурсов, рабочей силы). Основные средства переносятся на Меновую стоимость готовой продукции частями в виде амортизационных отчислений. Оборотные фонды – по полной стоимости израсходованных ресурсов. При этом, по мнению представителей бизнеса, каждая доля капитала, потраченного на приобретение ресурса, включенного в состав себестоимости товара, должна давать свою порцию прибыли. Автор Теории трудовой стоимости поделил капитал на две части: «постоянный» и «переменный». К переменному капиталу он отнес оплату рабочей силы, к постоянному – оплату всех остальных ресурсов, задействованных в производстве товара, обозначив их как средства производства. Объясняя подобное нововведение, К. Маркс писал:

«Лишь постольку, поскольку средства производства во время процесса труда утрачивают стоимость, существовавшую в форме старых потребительных стоимостей этих средств производства, они переносят стоимость на новую форму продукта. Максимум потери стоимости, которую они могут претерпеть в процессе труда, очевидно ограничен той первоначальной величиной стоимости, с которой они вступают в процесс труда, или рабочим временем, необходимым для их собственного производства. Поэтому средства производства никогда не могут присоединить к продукту стоимость большую, чем та, которой они обладают независимо от обслуживаемого ими процесса труда. Как бы полезен ни был известный материал труда, известная машина, известное средство производства, все же, если они стоят 150 ф. ст., скажем 500 рабочих дней, они никогда не присоединят более 150 ф. ст. к тому продукту, для создания которого они служат». [6, с. 217].

Далее на основании изложенного делается вывод:

«Итак, та часть капитала, которая превращается в средства производства, т.е. в сырой материал, вспомогательные материалы и средства труда, в процессе производства не изменяет величины своей стоимости. Поэтому я называю ее постоянной частью капитала, или, короче, постоянным капиталом.

Напротив, та часть капитала, которая превращена в рабочую силу, в процессе производства изменяет свою стоимость. Она воспроизводит свой собственный эквивалент и сверх того избыток, прибавочную стоимость, которая, в свою очередь, может изменяться, быть больше или меньше. Из постоянной величины эта часть капитала непрерывно превращается в переменную. Поэтому я называю ее переменной частью капитала, или, короче, переменным капиталом. Те самые составные части капитала, которые с точки зрения процесса труда различаются как объективные и субъективные факторы, как средства производства и рабочая сила, сточки зрения процесса увеличения стоимости различаются как постоянный капитал и переменный капитал” [6, с. 220].

Мнение К. Маркса о том, что средства производства переносят на товар только Меновую стоимость, возникло в связи с тем, что он не наделил в своих философских рассуждениях Потребительную стоимость товара конкретной величиной. Он не дошел до признания того, что общественно полезный труд, создавая товар с определенной Меновой стоимостью, одновременно наделяет его способностью приносить Прибыль его Потребителю. Главное предназначение общественно необходимого труда – это создание Потребительной стоимости. Меновая стоимость есть всего лишь инструмент взаимодействия участников рынка. Согласно нашей концепции, при переработке товара А в товар Б на Меновую стоимость товара Б переносится вся величина Потребительной стоимости товара А – сумма его Меновой стоимости и Скрытой прибавочной стоимости. Поэтому прирост капитала (прибыль, прибавочную стоимость) должен давать каждый вид ресурсов, составляющих основные средства и оборотные фонды.

Следует отметить, что, утверждая это, в предыдущих частях статьи автор не раскрыл механизм наделения средств производства способностью приносить доход своему владельцу – Потребителю. Возьмем достаточно распространенный случай. Если, например, инженер завода создал машину, которая заменила труд 10 рабочих, то можно ожидать следующего развития событий. На оплату труда инженера пойдет зарплата трех рабочих. На изготовление, эксплуатацию машины (с учетом срока амортизации), ее обслуживание будет направлена зарплата трех рабочих. При этом экономия зарплаты четырех рабочих станет собственностью владельца завода и даст ему прирост прибыли. Таким образом, созданная по разработкам инженера машина наделена способностью давать прибыль в размере зарплаты четырех рабочих. Она возникла потому, что вознаграждение инженера в совокупности с затратами на создание и эксплуатацию машины составляют величину меньшую, чем стоимость сэкономленного «живого труда». Величина Потребительной стоимости новой техники превысила ее Меновую стоимость на существенно большую величину, чем традиционная норма прибыли. При тиражировании новой машины затраты на оплату труда инженера – изобретателя не потребуются и способность каждой машины давать прибыль возрастет до зарплаты 7 рабочих. В конечном итоге технический прогресс приведет к тому, что процесс будет полностью автоматизирован и необходимость в постоянном наблюдении за работой оборудования будет сведена к минимуму. Процесс накопления в средствах производства способности давать прибыль за счет занижения вознаграждения работников интеллектуального труда идет непрерывно по мере развития общества. При объективности утверждений о значимости фигуры инженера важно принимать во внимание, что полное формирование СПС при изготовлении новой машины и выявление ее при эксплуатации возможно только в условиях, когда рабочие, изготавливающие, налаживающие и обслуживающие ее, также реализуют свои творческие способности. Тем самым они присоединят Скрытую прибавочную стоимость своего труда к Скрытой прибавочной стоимости, созданной изобретателем машины. Для ускоренного развития страны важно, чтобы научное и инженерное сообщество не превращалось в касту. Оно должно непрерывно обновляться наиболее творческими работниками, обслуживающими оборудование. Необходимо также, чтобы высвободившиеся кадры получали новые, более совершенные, рабочие места. Отсюда следует, что создатели новой техники являются движителями повышения интеллектуального уровня всего общества. Это положение, фиксирует комплексный и более справедливый взгляд на роль основных социальных групп в развитии общества и формировании его богатства.

1.2.5. Классики политической экономии и К. Маркс.

Примеры, близкие к представленному выше, были предметом жарких споров ведущих экономистов Европы на рубеже 18 – 19 веков. Защищая свою версию разделения капитала на «постоянный» и «переменный», К. Маркс пытался опереться на утверждения своих знаменитых предшественников. Однако это оказалось проблемой. Так, по мнению Д. Рикардо, Смит считал, что труд был основой меновой стоимости «на ранних ступенях общественного развития» [7, с. 34], то есть при низком уровне использования техники. Д. Рикардо излагал свои взгляды более определенно:

«Предположим, что количество отдельных занятий в обществе увеличилось, то и в этом случае меновая стоимость произведенных товаров пропорциональна труду, затраченному на их производство… если мы представим себе более прогрессивное состояние общества, когда процветает промышленность и торговля, то по-прежнему найдем, что стоимость определяется тем же принципом» [7, с. 43].

При этом Рикардо под «трудом» понимает «труд, затраченный не только на непосредственное производство, но и на те орудия или машины, которые требуются в каждом промысле» [7, с. 43].

При отсутствии явных оснований для поддержки, К. Маркс все же постарался привлечь данных ученых в своих союзников. Утверждая, что: «…единственный источник прибавочной стоимости есть живой труд» [8, с.162], он ссылается на А. Смита и Д. Рикардо, как на первооткрывателей этого положения:

«Как важно было свести стоимость к труду, совершенно так же важно было прибавочную стоимость… которая представлена в прибавочном продукте… свести к прибавочному труду… По сути дела, это было сказано уже А. Смитом и составляет один из главных моментов того, что дал Рикардо. Но у них это нигде не высказано и не зафиксировано в абсолютной форме» [9, с. 16 – 17].

Прибавочный труд, по К. Марксу, есть часть живого труда, он связан только с ним и никакого отношения к «орудиям и машинам» не имеет. Поэтому, проводя свои взгляды, К. Маркс в данном случае необоснованно ссылается на Д. Рикардо. Это подтверждается тем, что категорическая форма заявления не согласуется с его завершающей частью. Эту деталь замечает Розенберг в своем сравнительном анализе учения Д. Рикардо и К. Маркса:

«Рикардо не провел ясного, точного и резкого разграничения между живым трудом, переменным капиталом, израсходованным на заработную плату, и накопленным трудом, постоянным капиталом. Иногда Рикардо подает даже повод думать, что и накопленный труд – капитал – производителен, но против этого протестует вся его система в целом. Возможность допущения, что Рикардо считал постоянный капитал производительным, была использована многими его противниками…» [10, с. 116].

Попытки Розенберга наделить К. Маркса статусом последователя Д. Рикардо в части определения источников прибавочной стоимости не имеют достаточных оснований. Там, где Д. Рикардо не дал четкого толкования из-за сложности вопроса, К. Маркс произвел значительное упрощение, которое и явилось ложной исходной базой для его Теории трудовой стоимости. Оно состоит в том, что в глобальном плане, прослеживая всю историю развития человечества, можно согласиться с тезисом К. Маркса о том, что «единственный источник прибавочной стоимости есть живой труд». Даже то, что создала природа практически готовым, начинает служить обществу только после приложения определенных усилий со стороны человека, т.е. живого труда. Еще в большей степени это касается использования средств производства. Но К. Маркс сделал это положение краеугольным для исследования и описания на языке экономики конкретных производственных операций. В этих границах мы не можем все доходы предприятия приписать живому труду, мы обязаны определить и роль средств производства и их скрытой прибавочной стоимости. Именно по этим причинам последующие ошибки стали неизбежны.

В начале 19 века проблема определения источников дохода на капитал достаточно убедительно была раскрыта в трудах Д. Лодерделя. Он, в отличие от ранее названных ученых, со всей определенностью утверждал:

«Прибыль с капиталов получается всегда или потому, что капиталы замещают часть труда, которую человек должен был бы выполнить собственными руками, или же потому, что они выполняют такой труд, который превосходит личные силы человека и который человек не мог бы сам выполнить. Незначительность прибыли, достающейся обыкновенно владельцам машин, по сравнению с ценой труда, этими машинами замещаемого, даст, быть может, повод усомниться в правильности нашего взгляда. Так, например, паровой насос в один день выкачивает из каменноугольной шахты больше воды, чем могли бы вынести на своих спинах триста человек, если бы даже они пользовались бадьями; и не подлежит никакому сомнению, что насос выполняет их работу с гораздо меньшими издержками. То же можно сказать и относительно всех других машин. Они выполняют по более низкой цене ту работу, которая совершалась прежде руками замещенных ими людей… Предположим, что изобретатель машины, заменяющий труд четырех человек, получил патент; так как вследствие исключительной привилегии у него не может быть иной конкуренции, кроме конкуренции, порождаемой трудом рабочих, замещенных его машиной, то ясно, что, пока длится привилегия, мерилом, определяющим цену, по которой он может продавать свои продукты, будет заработная плата этих рабочих; следовательно, чтобы обеспечить сбыт своей продукции, изобретателю надо будет требовать лишь немного меньше, чем составляет заработная плата за труд, замещенный его машиной. Но, как только кончается срок привилегии и появляются другие машины того же самого рода, они вступают в конкуренцию с его собственной. Тогда он будет регулировать свою цену на основании общего принципа, ставя ее в зависимость от изобилия машин. Прибыль на затраченный капитал… хотя она здесь и является результатом замещенного труда, регулируется в конечном счете не стоимостью этого труда, а, как и во всех других случаях, конкуренцией между владельцами капиталов; степень же такой конкуренции всегда определяется отношением между количеством предлагаемых для данной цели капиталов и спросом на них,” [11, с.122 – 123].

К. Маркс был хорошо знаком с трудами данного автора до написания Манифеста и 1-го тома Капитала. Эти и другие аналогичные утверждения Д. Лодердейл, изложенные в работе «Исследование природы общественного богатства с точки зрения способов и средств его увеличения», были приведены в книге К. Маркса «Нищета философии». При этом он, признавая обоснованность, противопоставляет их взглядам Прудона. Но в противоречии с Д. Лодердейлом в своей версии Теории трудовой стоимости К. Маркс отрицает роль оборудования в формировании прибавочной стоимости. Советские ученые, являясь создателями и защитниками плановой экономики, не могли принять взгляды Д. Лодердейла. В краткой библиографической справке к книге «Нищета философии» было указано: «Лодердейл Джемс, граф (1759 -1839 гг. – английский политический деятель и экономист (критиковал теорию А. Смита с позиций вульгарной политической экономии).» [12. С 179]. Не соглашаясь с данной оценкой, мы должны признать, что уровень развития политической экономии в Великобритании в начале 19 века соответствовал масштабам технической революции и был достаточен для признания интеллектуального труда, реализованного в средствах производства, в качестве инструмента создания прибавочной стоимости. Д. Лодердель не только открыл способность средств производства приносить прибыль на капитал, но при этом выявил ее источник – недоплату интеллектуального труда создателей новой техники. Он же установил, что для ускоренного прироста богатства общества за счет использования новой техники необходим конкурентный рынок.

1.2.6. Д. Лодердейл и конкуренция на современном рынке.

Воспроизведем подходы английского ученого на примере с автомобильными шинами. Ранее было определено, что производитель шин Н имеет возможность получать прибыль от продаж в пределах и выше нормы в интервале цен от 54 до 67,2 ед. Спрогнозируем условия их применения. Предположим, что Производитель шин Н корректно спрогнозировал ситуацию и старт продаж шин Н совместил с моментом, когда один из изготовителей шин Т остановил свое производство из-за физического износа оборудования. Понимая, что на рынке спрос превысит предложение, производитель шин Н установит на свои шины цены, соответствующие их высокой Потребительной стоимости по формуле: МС_Н = ПС_Н / (1 +Норма прибыли). Цена близкая к 67,2 ед. будет давать производителю шин Н высокий доход. Используя его, он нарастит производство шин Н, полностью компенсирует падение объемов выпуска шин Т. При этом получение сверхдоходов позволит ему продолжить наращивание выпуска шин Н. Рынок вступит в новую фазу, предложение превысит спрос. Производитель шин Н примет во внимание, что покупатели обременены долгосрочными контрактами с Производителями шин Т, простой дополнительных мощностей по изготовлению шин Н сопряжен с большими потерями. Можно ожидать, что он начнет поэтапно снижать цены на свою продукцию. Этот процесс может длиться до приближения цен на шины Н к уровню в 54 ед., определяемому формулой: МС_Н = СС_Н * (1 + Норма прибыли).

В итоге можно считать, что для доминирования на рынке Производитель шин Н вынужден купить входной билет стоимостью 13,2 тыс. руб. за каждый комплект шин. В целом, для общества эти деньги компенсируют разорение и уход с рынка производителей шин Т, имеющих наименьшую эффективность. Но основная часть этих денег достанется наиболее смелым и квалифицированным участникам рынка, которые первыми станут использовать шины Н. Можно ожидать, что рынок придет к новому состоянию равновесия с показателями СС _Н – 45ед., МС _Н -54 ед. Технические характеристики шин Н (пробег – 70 тыс. км.) останутся неизменными. Соответственно, для Потребителей шин Н сохранится и их стоимостное выражение ПС_Н равное 80,64 ед. В итоге перевозчики грузов при достижении нового равновесного состояния от эксплуатации каждого комплекта получат прибыль вместо 9,6 тыс. руб. (показатель для шин Т) выгоду в 26,64 тыс. руб. Но по-иному будет выглядеть ситуация для Производителей шин нового поколения. Представим, что на рынок поступили комплекты шин М с пробегом 100 тыс. км и себестоимостью производства 52 ед. По каким принципам он будет определять МС_М и ПС_М. По аналогии с ситуацией, когда на рынке наблюдалось равновесие на основе шин Т, при достижении рынком равновесия на основе шин Н их ПС_Н будет определяться по формуле:

ПС_Н = МС_Н * (1 + Норма прибыли) = 54 * 1,2 = 60,8 тыс. руб. Тогда ПС_М будет равна: (100:70) * 60,8 = 86,7. Соответственно, в момент вхождения комплектов шин М на рынок его цена может быть установлена на уровне 72,3 ед. (на основе ПС_М), при достижении рынком равновесия она, вероятно, будет снижена до 62,4 ед. (на основе СС _М). Подобные явления свойственны только высококонкурентной экономике. При этом создается впечатление, что рынок дезинформирует общество об уровне эффективности производителей. Отслеживать по стоимостным показателям прогресс отрасли проблематично. Но практика выработала другие подходы. Отраслевые специалисты их реализуют на основе формулы Цена / Качество, в нашем случае по соотношению Цена / Пробег.

Таблица 2. Соотношение Цена / Пробег для комплектов шин.

Table 2. Price / Mileage ratio for tire sets

Анализ данных показывает, что при увеличении пробега шин М на 100% по сравнению с шинами Т их цена возросла всего лишь на 30%. То есть 70% прироста Потребительной стоимости подарено Потребителям.

Но конкурентная рыночная экономика обладает способностью не только давать, но и отбирать подарки. Доля затрат автоперевозчиков на замену изношенных шин в себестоимости их услуг достаточно велика. По мере насыщения рынка шинами Н будет снижаться себестоимость перевозки грузов. И наиболее успешные потребители шин Н для того, чтобы завоевать большую долю на рынке, начнут снижать Меновую стоимость (цену) своих услуг. В результате дополнительный доход, полученный от изготовителей шин Н перевозчиками грузов, трансформируется в доход их клиентов. На определенной стадии этот спиралеобразный процесс снижения рыночных цен и накопления в товарах скрытой прибавочной стоимости приведет к падению себестоимости и цен на средства производства изготовителей шин. При этом общество за счет получения в возрастающих размерах всей совокупности Потребительных стоимостей будет богатеть и поднимать на новый уровень производительные силы. Какими свойствами должна обладать экономика, чтобы этот процесс был непрерывен и приобрел значительные масштабы. Попробуем их перечислить.

1. Конкурентная среда, в которой Производители и Потребители, опасаясь банкротства, боролись бы за сохранение и приумножение своей доли на рынке.

2. Высокоэффективные научные изыскания и короткие сроки их внедрения.

3. Объективный прогноз коммерческой ситуации на перспективу (корпоративное планирование).

4. Свободный доступ новых товаров на рынок, не ограниченный доминирующими участниками рынка и лимитами плановых органов.

5. Свободные конкурентные цены.

Приведенный анализ указывает на объективность взглядов Д. Лодерделя, на их актуальность для рыночной экономики 21 века.

1.2.7. Теория трудовой стоимости К. Маркса: иллюзии и реальность.

Раскрыв роль средств производства, обозначенных К. Марксом как "постоянный капитал", в формировании прибыли перейдем к анализу той части его Теории трудовой стоимости, в которой определяются функции "переменного капитала". Анализ Теории трудовой стоимости К. Маркса в работах В. И. Ленина практически отсутствует. В системе политического образования, на кафедрах университетов, в Высших партийных школах в СССР нижеследующие тезисы К. Маркса цитировались как аксиомы:

"Иначе обстоит дело с субъективным фактором процесса труда, с проявляющейся в действии рабочей силой. В то время как труд, благодаря его целесообразной форме переносит стоимость средств производства на продукты и тем самым сохраняет ее, каждый момент его движения создает добавочную стоимость, новую стоимость. Предположим, что процесс производства обрывается на том пункте, когда рабочий произвел эквивалент стоимости своей собственной рабочей силы, когда он, например, шестичасовым трудом присоединил стоимость в 3 шиллинга. Эта стоимость образует избыток стоимости продукта над теми элементами последней, которые своим происхождением обязаны стоимости средств производства. Это – единственная новая стоимость, возникшая в этом процессе, единственная часть стоимости продукта, произведенная самим этим процессом…

Однако мы уже знаем, что процесс труда продолжается за те пределы, в которых воспроизводится и присоединяется к предмету труда просто эквивалент стоимости рабочей силы. Вместо 6 часов, которых для этого было бы достаточно, процесс продолжается, например, 12 часов. Следовательно, действием рабочей силы не только воспроизводится ее собственная стоимость, но и производится, кроме того, избыток стоимости. Эта прибавочная стоимость образует избыток стоимости продукта, т.е. над стоимостью средств производства и рабочей силы." [11. с. 217].

Трудно признать данные тезисы корректными. Зарплата работников, обслуживающих машины, определена исходя из их должностных обязанностей с учетом сложности и трудоемкости стандартных операций, выполняемых в течение полного рабочего дня. Соизмерять ее с частью рабочего времени некорректно. Руководствуясь данными подходами К. Маркса, следует делить рабочее время оборудования также на две части.

К. Маркс на основе своих ошибочных подходов вывел наиболее значимое в историческом плане положение его теории Трудовой стоимости: “единственный источник прибавочной стоимости есть живой труд” [13. с. 162] Под этим термином он понимал деятельность персонала, обслуживающего производственный процесс, – пролетариата. Процесс создания Меновой стоимости товара он описывает уравнением:

C + v + m = МС,

где C = постоянный капитал, v – переменный капитал, m – прибавочная стоимость. Исходя из своей позиции о происхождении прибавочной стоимости, К. Маркс связывает ее размер только с величиной переменного капитала v: "…прибавочная стоимость есть просто следствие того изменения стоимости, которое совершается с v, с частью капитала, превращенной в рабочую силу, что, следовательно, v + m = v + дельта v (v плюс прирост v) " [ 11. с. 225].

На основании изложенного он предлагает измерять по соотношению m / v степень эксплуатации рабочей силы. "Так как стоимость переменного капитала равна стоимости купленной им рабочей силы, так как стоимость этой рабочей силы определяет необходимую часть рабочего дня, а прибавочная стоимость, в свою очередь, определяется избыточной частью рабочего дня, то из этого следует: прибавочная стоимость относится к переменному капиталу, как прибавочный труд относится к необходимому труду, или норма прибавочной стоимости т / v = прибавочный труд / необходимый труд. Обе части пропорции выражают одно и то же отношение в различной форме: в одном случае в форме овеществленного труда, в другом случае в форме текущего труда. Поэтому норма прибавочной стоимости есть точное выражение степени эксплуатации рабочей силы капиталом, или рабочего капиталистом." [11. с.229].

В своих политических установках К. Маркс опирается на этот показатель как на основополагающий. Он указывает, что с развитием промышленности, науки величина m / v возрастает, соответственно, неизбежно возрастает степень эксплуатации живого труда. Данные утверждения не согласуются с его некоторыми взглядами. Он признавал: "Продукт умственного труда – наука- всегда ценится далеко ниже ее стоимости, потому что рабочее время, необходимое для ее воспроизведения, не идет ни в какое сравнение с тем рабочим временем, которое требуется для того, чтобы ее произвести [13, с. 355]. Но задать себе вопрос о судьбе части вознаграждения, недоплаченной представителям науки, связать его со способностью новой техники приносить доход на капитал, увидеть в недоплате интеллектуального труда предпосылки для эксплуатации его представителей он не смог. Поэтому практически идентичные примеры из реального производства он, в противоположность Д. Лодердейлу, трактует в совершенно ином ключе.

"Подобно тому, как изменение в стоимости средств производства, хотя оно и оказывает свое отраженное действие уже после вступления их в процесс производства, не изменяет их характера как постоянного капитала, точно так же изменение отношения между постоянным и переменным капиталом не затрагивает их функционального различия. Например, технические условия процесса труда могут преобразоваться настолько, что там, где раньше 10 рабочих с 10 орудиями малой стоимости обрабатывали сравнительно небольшое количество сырого материала, теперь 1 рабочий при помощи дорогой машины перерабатывает в сто раз большее количество сырого материала. В этом случае постоянный капитал, т.е. масса стоимости применяемых средств производства, намного возрастает, а переменная часть капитала, авансированная на рабочую силу, очень намного уменьшается. Однако это изменение касается только отношения между величинами постоянного и переменного капитала, или того отношения, в котором весь капитал распадается на постоянную и переменную составные части, но, напротив, не затрагивает различия между постоянным и переменным капиталом" [11, с.221 -222].

Данная точка зрения К. Маркса имеет противоречия с логикой. Представим его рассуждения в цифрах. В соответствии с формулой К. Маркса: МС = С + v + m составим уравнение создания прибавочной стоимости в варианте с использованием простейших орудий. При этом примем, что величина С определяется по сумме стоимости одного орудия – 0,2 ед. и стоимости обрабатываемого им материала 0, 8 ед., размер зарплаты одного работника – 1 ед., норма прибыли – 20%. Для 100 работников уравнение примет вид: МС = (20 + 80) + 100 + 40 =240 ед. Предположим, что согласно тезису К. Маркса, приобрел машину, способную заменить физический труд 100 рабочих с переработкой соответствующего количества материала. При этом рабочему, обслуживающему машину, условно установим зарплату в 3 ед. При сохранении величины МС и нормы прибыли на уровне исходного варианта уравнение примет вид:

МС* = (117+80) + 3 + 40 = 240 ед. Согласно взглядам К. Маркса норма прибавочной стоимости в первом случае равняется 0,4, во втором случае – 13,33 ед. К. Маркса не интересует, что условия труда работника, обслуживающего высокопроизводительную машину, будут благоприятнее прежних, повышение заработной платы позволит повысить его качество жизни. При этом каждый работник, использующий простейшие орудия труда, будет стремиться получить право на обслуживание новой машины. Своей Теорией трудовой стоимости он всего лишь по соотношению m / v утверждает, что "степень эксплуатации рабочей силы капиталом" при внедрении новой машины возросла почти в 33 раза (13,33: 0,4). При этом он полагает, что сущность значений "постоянный капитал" и "переменный капитал" не изменилась. Вся прибыль в размере 40 ед. создана "переменным капиталом" – 3ед. То есть единственный работник, обслуживающий машину, воспроизвел за счет более высокой степени эксплуатации прибыль, ранее создаваемую 100 работниками. Руководствуясь взглядами К. Маркса, для сохранения степени эксплуатации рабочей силы на уровне первого примера предприниматель должен был работнику, обслуживающему новую машину, назначить зарплату в размере не менее 28 ед. При этом величина прибыли на капитал снизилась бы до 5,3 %. При реализации подобных подходов невозможно вести расширенное воспроизводство и внедрять новую технику. 99 товарищей "счастливчика", перешедшего на обслуживание новой машины, останутся безработными. Как видим, попытка подгонки научных положений к задачам политической борьбы привели рассуждения к потере здравого смысла. Утверждение К. Маркса о том, что прибыль создается только переменным капиталом без участия долей капитала, затраченного на средства производства вызвало очень сильную критику ученых экономистов. В соответствии с многовековой практикой планирование производства продукции и определение уровня его эффективности осуществлялось по отношению прибыли к полной величине задействованного капитала.

Реагируя на многочисленные замечания критиков, К. Маркс заявил, что они воспринимают видимость за сущность, тогда как его выводы базируются на более глубоком понимании сущности явлений. Он пообещал представить убедительные доказательство объективности своих выводов в последующих томах Капитала. При жизни он не смог этого сделать Доводы К. Маркса и сопровождающие их расчеты были опубликованы после смерти автора в третьем томе Капитала почти через 30 лет после выхода первого тома. Для ведущих ученых новые доводы подтвердили ошибочность Теории трудовой стоимости, изложенной в первом томе Капитала. Наиболее убедительно это было представлено в трудах Бём Бавера – представителя Австрийской школы.

Изучение мною материалов 3 – его тома показало, что доводы К. Маркса лишены логики. В работе «Экономика и политика: иллюзии и реальность» [ 2 c. 62 ] указывалось, что согласно расчетам К. Маркса отрасль, опережающая другие по возрастанию масштабов использования нового оборудования, объемов сырья, перерабатываемого одним работником, продает свой товар по цене выше его стоимости, тогда как отрасль менее насыщенная средствами производства реализует товар по цене ниже его стоимости. По К. Марксу получается, что передовая в техническом отношении отрасль грабит менее развитые отрасли. Признание такого подхода означает, что техническое развитие должно всегда приводить к обеднению общества. Это находится в противоречии со взглядами самих основоположников марксизма. К. Маркс отмечал: "повышение производительности труда заключается именно в том, что доля живого труда уменьшается, а доля прошлого труда увеличивается, но увеличивается так, что общая сумма труда, заключающаяся в товаре, уменьшается…" [ 38 ]. Мой анализ заканчивался в книге вопросом: "Если сумма труда, заключающаяся в товаре, "уменьшается", то зачем же просить помощь у менее развитых отраслей?"[ 2. с. 62].

1.2.8. Маршруты и характер трансформации Скрытой прибавочной стоимости.

Приведенный анализ достаточно наглядно показывает антисоциальный характер Теории трудовой стоимости К. Маркса. Результаты выявления Скрытой прибавочной стоимости, созданной и заложенной в машину преимущественно инженерным трудом, выдаются, как продукт более высокой эксплуатации работника, ее обслуживающего. При этом надо признать, что утверждения К. Маркса о том, что рабочий, обслуживающий оборудование, создает 100% прибавочной стоимости, простые и ясные. Логические доводы в их опровержение многими не воспринимаются. Можно подобрать им аналоги. Например, в раннем средневековье господствовало мнение, что земля является плоским кругом, а солнце вращается вокруг нее. Только первые кругосветные путешествия позволили выявить истину для мореплавателей, которая и сегодня не воспринимается многими обывателями. При изучении роли средств производства – "постоянного капитала" в формировании прибыли мы выявили, что все составляющие капитала, задействованные в качестве ресурсов в производстве товара, должны давать прибыль и потому являются "переменным капиталом". Но через 150 лет после опубликования 1-го тома "Капитала" возникла возможность проверить объективность утверждений К. Маркса по выводам и прогнозам, которые он провозглашал, как неизбежное следствие признания рабочей силы единственной формой "переменного капитала" и, соответственно, единственным источником прибавочной стоимости. На основании теории трудовой стоимости К. Маркс предопределяет ухудшение положения пролетариата по мере роста производительных сил: "… все методы производства прибавочной стоимости являются в то же время методами накопления, и всякое расширение накопления, наоборот, становится средством развития этих методов. Из этого следует, что по мере накопления капитала положение рабочего должно ухудшаться, какова бы ни была, высока или низка, его оплата" [11, с. 660].

Практика показала, что по мере развития капитализма в ведущих странах мира неизмеримо возрос уровень технической оснащенности всех сфер деятельности, соответственно снизилось число работников на единицу средств производства при одновременном увеличении количества производимых товаров и росте прибыли. В связи с этими явлениями многократно возросло соотношение m / v. Но жизнь не подтвердила утверждение К. Маркса о неизбежном повышении степени эксплуатации живого труда капиталом. Одновременно с ростом производительных сил улучшились условия труда. Рост выпуска продукции на одного работающего позволил сократить рабочий день, обеспечить высокий уровень зарплаты и качество жизни. Можно много дискуссировать на эту тему. Но убедительнее всего в этом споре выглядят показатели средней продолжительности жизни и численности населения. В середине 19 века она составляла в Великобритании 40 лет, в настоящее время – у мужчин 79,7, у женщин 83,2. Во многих странах ЕС показатели еще выше. За 19 век – период бурного развития капитализма, численность населения Западной и Центральной Европы возросла со 186,6 до 398,8 млн человек. Численность населения лидера капиталистического мира – Великобритании возросла в 3, 8 раза. Все это сопровождалось стремительным ростом промышленного и с/х производства. Эти цифры достаточно наглядно показывают, что демонстрируемое в рыночной экономике снижение Меновой стоимости, Потребительной стоимости товаров (абсолютное или относительное с учетом инфляции) не превращается в фикцию и не исчезает бесследно. В конечном итоге непрерывно накапливаемая СПС средств производства и СПС тружеников всех категорий выявляется именно в указанных выше социальных показателях. Поэтому необходимо их считать важнейшими для каждого государства.

1.2.9. Рынок и цена товара, как функция капитала и СПС.

Подтверждением того, что каждый вид ресурсов, задействованных в производстве, должен давать прибавочную стоимость, является многовековая практика. Согласно этому, фактическая прибыль в производстве всегда соизмеряется не со стоимостью рабочей силы, а с величиной всего капитала, задействованного в производстве товара. Величина себестоимости каждого товара определяется точно на основе бухгалтерских расчетов. При этом СПС каждого ресурса, используемого в производстве (оборудование, материалы, энергоресурсы, проектные решения, приемы менеджмента, маркетинговая политика), по существующим методикам не поддается определению в системе бухучета. Она может существенно отклоняться от нормы прибыли. Опытные производственники лишь эмпирически выявляют эти факты. Единая совокупная величина СПС ресурсов, использованных в производстве, определяется рынком при выходе товара на рынок. После установления рыночной цены товара, определяется разность между его ценой и себестоимостью, то есть выявленная суммарная величина СПС, использованных в его производстве материальных и трудовых ресурсов. Она является основой полученной прибыли. При этом, согласно данной концепции, реализованный товар наряду с рыночной ценой имеет свою СПС. С ней он вступает в новую фазу – переработку в производственном процессе предпринимателя, купившего товар. Исходя из данных подходов, уравнение формирования прибыли в процессе производства и реализации товара имеет общий вид:

МС = Д + m, где Д – затраты капитала на приобретение средств производства и оплату труда, m – прибыль предприятия. При этом m одновременно является функцией Д и функцией СПС основных фондов, СПС материальных ресурсов, СПС трудовых ресурсов. Основы методики и примеры расчета цены изделий по данной формуле приведены автором в книге: "На подступах к полному хозяйственному расчету" Из-за того, что методология расчета СПС отсутствует, производители на практике при расчете цены ориентируются на величину себестоимости. Более объективные расчеты рыночной цены можно провести на основе величины капитала, задействованного для производства товара, с учетом стоимости кредитных ресурсов. [1, с. 110 -130]. Конкурентный рынок расчетные цены корректирует, он может оценить представленный товар с существенным отклонением от установленных значений цены, как в сторону понижения, так и в сторону повышения. Если спрос превышает предложение, рынок даст надбавку к цене и наоборот. Отклонение +/ – от среднего уровня качества влияет аналогично. Подобные явления дают достаточно веские основания полагать, что цена товара определяется не совокупностью декларируемых затрат ресурсов, а рынком на основе своих законов. Признавая это, автор должен указать, что сущность действий этих законов сводится к уточнению величин СПС ресурсов и степени их извлечения. Согласно концепции автора, СПС труда менеджеров компании, создавших новый тип шин Н и запланировавших выпуск продукции к моменту остановки части мощностей по производству шин Т, имела величину, существенно превышающую размер их вознаграждения. Именно размер СПС их труда, управленческих решений выявил рынок. В книге "Экономика и политика: иллюзии и реальность" [2, с. 57 – 58], приведены примеры расчетов по определению величин СПС для ряда производственных процессов. В данной статье достаточно наглядно показано, что возможности рынка далеко не безграничны. За исключением экстремальных экономических ситуаций рынок, назначая цену товара, импровизирует в пределах крайних базовых значений. Нижний, по ранее указанной формуле, связан с Себестоимостью товара, верхний – с величиной Потребительной стоимости. На основании изложенного автор пришел к выводу, что объективные цены конкретного товара могут и должны определяться по двум вариантам: а) по результатам оценки всех факторов (с учетом СПС), используемых в производстве товара; б) по анализу технических характеристик товара с учетом соотношения спрос – предложение на него.

1.2.10. Теория трудовой стоимости К. Маркса – инструмент формирования антагонизма в обществе.

К. Маркс допустил серию серьезных логических ошибок. В период интенсивного развития промышленности на базе новейших технических достижений и открытий (паровая машина, паровоз, электричество, механизация текстильных операций, прогресс в области обработки металла и др.) он представил сложный, многоэтапный процесс создания товара (от научного открытия до маркетинга) в усеченном виде, ограничив его только теми операциями, которые осуществляет рабочий, непосредственно выполняющий стандартные приемы по обслуживанию машины (подача сырья, контроль за процессом его прохождения по технологическим стадиям, съем готовой продукции). При этом в целях "обнаучивания" написанного в молодости "Манифеста», он гипертрофировал роль рабочего, представив его единственным производителем товара, создателем его прибавочной стоимости и общественного богатства. Теория трудовой стоимости в версии К. Маркса формирует ложный характер мышления у рабочих. Если вся прибавочная стоимость ими создана, то она должна им и принадлежать. Для реализации данного подхода необходима диктатура пролетариата и экспроприация всего ранее созданного и несправедливо распределенного богатства. Она создает почву для крайне антагонистических настроений в обществе. Не позволяет представить классы, как категории единства и борьбы противоположностей. Их единство должно проявляться в созидании, противоположности – в борьбе за получение прав и обоснованной доли общественного богатства. Данное утверждение не отрицает значимости всех форм классовой борьбы: от соглашений между общественными группами до революционных действий. Но противопоставление рабочего класса не только олигархической части общества, но и всем остальным группам населения (крестьяне, ремесленники, интеллигенция, мелкие и средние предприниматели, служащие) исключает возможность создания единого общенационального движения против ускоренного обогащения представителей крупного капитала. Оно дезорганизует действия по его формированию. Интеллигенция в силу более высокого уровня образования и традиций не может стать подручным инструментом диктатуры пролетариата. Сам пролетариат не способен создать работоспособную концепцию развития общества. Амбициозные, малокомпетентные представители интеллигенции, разрабатывая за пролетариат различные утопические схемы спасения общества, на практике усугубляют его положение. Большинство политэкономических выводов Теории трудовой стоимости К. Маркса не соответствует не только практике, но и логике, поэтому некорректны в научном отношении. Существует много школ, которые это доказали и развили свою идеологию. Определенным влиянием в начале 20 века пользовалась Австрийская школа. Ее ведущие представители выдвинули концепцию, согласно которой стоимость товара определяется не величиной трудового вклада его создателей, а Предельной полезностью товара. При этом ее величина устанавливается рынком. Анализ Теории трудовой стоимости К. Маркса, который провел наиболее яркий представитель этой школы Бён Баверк по совокупности материалов четырех томов Капитала позволил сделать ему следующее заключение о трудах вождя социализма: "Каково будет в конце концов общее решение всего мира? По этому вопросу у меня нет никаких сомнений. У системы Маркса есть прошлое и настоящее, но нет никакого длительного будущего. Из всех видов научных систем, я полагаю, вернее всего обречены на исчезновение те, которые, подобно марксовой, построены на пустой диалектической основе. Человеческому духу может только временно, но отнюдь не на долгий срок, импонировать ловкая риторика. Длительное же значение всегда имеют факты, основательная связь не слов и фраз, но причин и действий. В области естественных наук появление произведения, подобного произведению Маркса, уже в настоящее время невозможно. Среди весьма юных социальных наук оно еще может пользоваться влиянием и даже большим влиянием, но оно будет утрачивать его и, по всей вероятности, только медленно и очень медленно. Медленно потому, что оно имеет самую могучую опору не в убежденных головах своих приверженцев, но в их сердцах, в их желаниях и страстях. Но если даже это и произойдет, то вместе с системой Маркса, конечно, не будет побежден социализм – ни теоретически, ни практически. Как был социализм до Маркса, так будет он и после Маркса. Для того, что в социализме является движущим началом, – а что в нем, несмотря на все преувеличения, есть кое-что движущее вперед, об этом свидетельствует не только очевидное оживление экономической теории, в результате выступления социалистических теоретиков, но и та знаменитая «капля социального масла», которым в настоящее время повсюду снабжаются мероприятия государственной политики и зачастую не во вред им, – для всего того, скажу я, что в социализме способно к движению, его умные руководящие представители, по всей вероятности, не замедлят своевременно поискать опору в более жизнеспособной научной системе [14 с. 117-118].

Работа указывает, что автор осознает уровень популярности социалистических идей, объективно отмечает громадную роль Маркса в их распространении, подчеркивает личное доброжелательное отношение к социализму при условии, что он дозируется в сложившиеся буржуазные отношения «по каплям». В отношении К. Маркса, как создателя Теории трудовой стоимости и Теории прибавочной стоимости. он беспощаден. Публикация называется «Карл Маркс и окончание его системы» Нам трудно представить ситуацию того периода, но можно предположить, что негативное отношение к доводам, изложенным в третьем томе Капитала, улучшение экономического положения трудящихся в ведущих странах Европы и США в конце 19 века существенно снизили внимание ученой общественности к экономической составляющей трудов К. Маркса. Логично было бы после выявления столь серьезных ошибок направить усилия на более глубокое изучение процесса труда во всей его полноте. Если капитал всей совокупностью своих составляющих – оборудование, сырье, материалы, рабочая сила дает прибавочную стоимость, то, по какому механизму это происходит. Кто в производстве товара стоит за ней. Ведущие представители Австрийской школы вместе с похоронами Теории трудовой стоимости К. Маркса выдвинули альтернативную концепцию, согласно которой стоимость товара определяется не величиной трудового вклада его создателей, а предельной полезностью товара. При этом установили, что ее величина определяется рынком. Авторы Теории Предельной полезности сконцентрировали свое внимание на расчетах цены товаров, используемых в сфере личного потребления граждан. В отличие от товаров, которые направляются на производство для изготовления других товаров, по большинству товаров личного потребления невозможно определить экономический эффект от их использования. Для данного случая выявление цены товара по соотношению предложение / спрос, цене «последнего товара» происходит на основании действий, диктуемых логикой. При этом естественными также являются подходы по выявлению связи между рыночной ценой товаров и особенностями психологии отдельных групп потребителей.

Это был шаг вперед, и именно на основе этой концепции Западная Европа, США далеко продвинулись в области развития производительных сил, в том числе, за счет совершенствования конкуренции в сферах производства и торговли. Но это был одновременно шаг в сторону от более глубокого понимания того, кто и каким образом производит товар, создает прибыль и богатство общества. Вернувшись к таблице 1 мы увидим, что при возрастании себестоимости новых шин Н всего лишь на 12,5 % их пробег увеличился на 40%. Рынок на старте продаж дал производителю соответствующую надбавку к цене. По мере насыщения рынка новыми шинами, возрастания предложения над спросом рынок снизил цены на шины Н до величины близкой к цене шин Т. Обществу крайне нужна версия Теории трудовой стоимости, которая может дать ответ на вопрос: «Кто и каким образом смог изготовить шины Н с более высоким пробегом, получил ли он вознаграждение адекватное достигнутому экономическому эффекту». Теория предельной полезности описала всего лишь этап «жизни» шин Н на рынке, а именно процесс снижения цены по мере его насыщения. По причине фрагментарности данной теории игнорировалась исходная количественная взаимосвязь Себестоимости и Потребительной стоимости товара, исключалась возможность расчета трудовых вкладов всех участников производства товара: ученого, менеджера, инженера, рабочего, маркетолога. Это также увело в сторону научную мысль от разработки методики определения вклада каждой из указанных ниже общественных групп, не участвующих напрямую в производстве товаров: врачей, педагогов, финансистов, представителей силовых структур. Большая армия теоретиков политической экономии за полтора века в данном сегменте экономики не вышла за пределы дискуссии, возникшей с выходом первого тома Капитала. Последователи австрийской школы – ссылаясь на ошибочное описание роли переменного капитала и рабочем класса, как единственного создателе богатства общества, постаралась предать марксизм забвению. Они сделали все, чтобы не возвращаться к темам определения состава общественных групп, которые делают богатство, установления размера вклада каждой и сравнения его с величиной вознаграждения, которое получает вся группа и ее члены по отдельности. В приближенном виде можно принять, что идеологи этого направления сказали: «Цена товара по очень сложным законам и традициям рождается на рынке, значит и богатство создается рынком. Зачем нам заниматься выяснением кто делает богатство, при производстве товара, давайте более глубоко изучим законы рынка». Для российских ученых после 1917 года вопрос о том, кто формирует прибавочную стоимость и создает богатство общества не существовал. Все утверждения К. Маркса возводились в ранг аксиом. Показательно, что политическая система страны руководствовалась Теорией трудовой стоимости и Теорией прибавочной стоимости К. Маркса, а экономическая – начисляла норму прибыли на весь капитал, сумму стоимости средств производства и зарплаты. А что произошло, если бы объективная научная ревизия Теории трудовой стоимости и Теории прибавочной стоимости состоялась. Да, подобная ревизия очень трудна. Это подтверждается поведением скрытой прибавочной стоимости, пульсацией цены товара изменениями пропорций между техническими характеристиками товара и его ценой. Но тем не менее общество бы научилось определять по каким методикам ему следует рассчитывать вклад в национальное богатство создателей товара: ученого фундаментальных наук, отраслевого исследователя, конструктора, проектанта, менеджера предприятия, инженера – технолога, рабочего. Далее были бы разработаны методики для установления вклада педагога, врача, военнослужащего. Все достаточно логично. Но у этой последовательности есть конфликтное продолжение. Мы должны будем выйти на оценку вклада элиты общества в национальный доход: собственников – олигархов, идеологов высшей категории, которые определяют концепцию развития государства, банкиров крупнейших национальных банков, руководителей ведущих национальных корпораций, наиболее популярных телеведущих, глав министерств и ведомств и, наконец, первых лиц государства. В абсолютном большинстве стран, во все времена, элита отличается тем, что во – первых сама определяет правила получения и размер своего легального вознаграждения, во-вторых, при разработке нормативно- правовых актов оставляет «свободные проходы» для получения дополнительных доходов. Власть всегда стремится конвертировать открывающиеся возможности в финансово – материальный эквивалент. И специфика власти состоит в том, что размер этого эквивалента превышает вклад элиты в прирост национального богатства. По указанным причинам богатство элиты прирастает быстрее, чем доходы нации и остальной части населения, разрыв между самой богатой частью населения и самой бедной неуклонно возрастает. Столпы общества понимают, что если они последовательно начнут заниматься изучением проблемы, кто и как создает богатство, то они не смогут остановить процесс на полпути и массы потребуют распространить созданные методики и на элиту. Подобный стриптиз снижает привлекательность власти, поэтому он ей не нужен. В сложившихся условиях ведущие страны мира комплексную теорию создания стоимости заменяют громадным набором приемов «ручного управления», большая часть их расписана в налоговых кодексах. Но исходная направленность налоговой системы не решает актуальных задач повышения ответственности элиты. Необходимо также учитывать, что разработку раздела политической экономии приведенной сложности и масштабов способны сделать только ученые ведущих мировых держав. В случае, если они возьмутся за эту работу то, наряду с проблемами внутренними, у них появятся конфликты интересов в международной сфере. Им придется отражать получение богатства за счет неравноправных отношений с зависимыми странами, получение прибыли за счет природной ренты от эксплуатации их месторождений. Соответственно потребуется отражать в отчетах громадные финансовые потери на проведение агрессивных военных операций.

Это "белое пятно" в науке стало одной из основных причин накопления социального неравенства, роста доходов наиболее богатой части общества в темпах, существенно превосходящих повышение благосостояния всего населения. Концентрация богатства привела к монополизации власти и потере наиболее влиятельной группой лиц мотивации для общественного прогресса. Требуется коренное изменение сложившейся ситуации.

Теория трудовой стоимости в ее широком толковании, где ученый, менеджер, инженер, являются создателями средств производства и опосредованно вместе с рабочим самого товара, и Теория предельной полезности в равной степени имеют право на существование. На практике при определении цены товара они должны выполнять функции перекрестного контроля, приближая цены по каждой версии к единой величине. Решение данной задачи неизбежно выведет общество на объединение обеих версий, создание совершенной Теории стоимости, в которой интеллектуальный труд получит достойное признание. Накопленный опыт также необходимо будет реализовать для определения границ и оптимальных условий использования механизмов рыночной и плановой систем экономики.

Особенность данного критического анализа состоит в том, что его содержание целиком привязано к трудам К. Маркса. Ранее указывалось, что он как ученый, определяющий пути развития общества, дающий конкретные рекомендации в этой области, крайне недостаточно уделял внимание роли интеллектуальной составляющей во всех видах трудовой деятельности. На данном этапе развития цивилизации доминирующее значение для дальнейшего прогресса все более приобретает не товар фабричного производства, а продукты интеллектуального труда. В ряде случаев они становятся товаром, в других общим достоянием в виде научных теорий, принципов морали, нормативно – правовых актов. Скрытая прибавочная стоимость прирастает по мере развития общества, страны не только в основных фондах, средствах производства. Сферы ее накопления значительно шире. К ней относятся интеллектуальная собственность (книги, патенты, научно-техническая документация), производственные отношения (законы, правовые акты, нормативные положения, раскрывающие сущность экономического механизма, системы оплаты труда), принципы функционирования финансовой системы, правила формирования и использования бюджетных средств, система принятия управленческих решений и структура управления. Скрытая прибавочная стоимость аккумулируется также в образе жизни, условиях труда и отдыха граждан страны, уровне образования, здравоохранения, показателях деторождения и воспитания нового поколения граждан. Ее накопление происходит в литературе, произведениях искусства, во всем, что формирует право и мораль в обществе. Все это вместе взятое определяет суммарную величину скрытой прибавочной стоимости, накапливаемой в человеке, раскрывающейся в его духовном облике, физическом здоровье, квалификации, в конечном итоге, его способность ускорять процесс развития общества. История рождения и разрушения СССР на практике доказала, что скрытая прибавочная стоимость идеологии марксизма – ленинизма имеет громадную отрицательную величину, именно она не позволила использовать богатейший потенциал страны для достижения лидирующих позиций в мировом сообществ

Глава 2.

Сможет ли капитализм Запада использовать резервы роста?

В 1991 году после распада СССР и перехода России к рыночной модели развития экономики с опорой на присвоенную олигархами частную собственность, идеологи стран Запада уверовали в незыблемость капиталистического строя и торжество идеологического патронажа ведущих стран над мировым сообществом. 90 – ые годы прошлого века давали для формирования этих взглядов веские основания, порождали безграничные желания демонстрировать их в международных отношениях. Под давлением эйфории неизбежно были совершены значительные ошибки в политике и экономической сфере. Мир приблизился к очередному крупномасштабному кризису. Через 30 лет после триумфа капитализма в ведущих странах мира – его движителях, существенно возрос интерес к социализму. Вопреки прогнозам австрийского ученого Бён – Баверка за период, прошедший после развенчания марксизма, новые поколения идеологов не разработали более популярной модели социализма, чем марксизм. И зачем ее нужно было разрабатывать в теории, если СССР был реальным воплощением его торжества. Последующие 25 лет одни идеологи социализма находились в шоке, другие всматривались в систему общественного обустройства Китая, стран Скандинавии. События пятилетней давности – избирательная компания по выборам Президента США вызвали некоторое оживление среди приверженцев социализма. Впервые в стране, которая является лидером капиталистического мира, большое внимание избирателей привлек кандидат в Президенты, построивший свою программу на лозунгах социалистического толка – господин Сандерс. На аналогичных выборах 2020 года он значительно усилил свои позиции. Для того чтобы выиграть предварительные выборы в своей партии ветерану Демократической партии господину Байдену пришлось провозгласить программу существенного повышения налогов на корпорации и высокие доходы граждан. Но характер избирательной компании приобрел и другие черты. Определенная часть населения не стала дожидаться окончания избирательной компании, она предприняла серию попыток по захвату политического влияния. Произошло громадное число случаев экспроприации частной собственности. Это еще далеко не социалистическая Революция, но это бунт, который в истории других стран ей предшествовал. Появились публикации оценивающие данные события как «неомарксизм». «Призрак» начал шевелиться. Пришлось Президенту Трампу учитывать подобную связь событий и строго предупреждать общество, что «социализм в США он не допустит».

Наблюдая последние годы эти тенденции, ученые ведущих стран интенсивно ищут пути оживления экономики, предотвращения крупномасштабных социальных конфликтов. Разрабатываются различные концепции формирования постиндустриального общества, популярность у избирателей приобретают взгляды об отказе от капитализма, переходе к социализму. Но тенденция «богатые становятся богаче, бедные – беднее» сохраняется и усиливается. Так Бранко Миланович в книге «Глобальное неравенство» [15. стр. 64-66] приводит следующие удручающие данные по динамике прироста доли общественного богатства, принадлежащего 1 % населения.

Годы 2000 2010 2017

Доля (%) 32 46 50

Его данные по росту числа миллиардеров в мире коррелируются с цифрами, приведенными выше [15. стр. 64-66]. В 1987 году 145 человек владели богатством, оцениваемым в 450 миллиардов долл., в 2017 году эти цифры возросли соответственно до 2694 чел. и 8трлн. долл. Накопление гигантского по размерам капитала узким кругом лиц сопровождается монополизацией в мировом масштабе наиболее перспективных сфер деятельности. Это с одной стороны вызывает озлобление у возрастающего числа людей, с другой снижает мотивацию владельцев суперкапиталов к повышению деловой активности. Одновременно, ограничиваются возможности других бизнесменов к проявлению инициативы в этих сферах. Сомнительные финансовые операции становятся главным источником роста доходов. При этом сосредоточение капитала у узкой группы лиц повышает ее возможности по защите тех общественных отношений, которые сделали их властелинами мира. Мировое сообщество все сильнее втягивается в тупиковую ситуацию. В первой половине прошлого века подобные тенденции перерастали в мировые войны. После накопления у соперничающих сторон громадных арсеналов ядерного оружия такой способ разрешения противоречий создает риски уничтожения цивилизации. Теоретики, понимая это, разрабатывают способы решения проблемы, исключающие подобный риск. Желание минимизировать затраты на их реализацию приводит к тому, что их взоры обращаются не на сущность проблемы – антисоциальное накопление богатства на одном полюсе, а на ее следствие – обнищание значительной части масс. Соответствующую направленность имеют их рекомендации. Филип Котлер, предлагая 14 антидотов лечения капитализма в книге «Конец капитализма» считает целесообразным чтобы государство установило базовый доход для всех граждан [16.] Британский журналист Пол Мэйсон в книге «Посткапитализм. Путеводитель по нашему будущему» предлагает аналогичные меры [ 17 ].

Предлагая свои модели будущего обустройства общества, мало кто из футурологов сопровождает их описанием политических инструментов, с помощью которых общество должно их реализовать. Подходы утопистов 18 века в ряде случаев вновь оживают. Так Пол Мейсон в указанной выше книге пытается убедить «Один процент» – обладателей половины богатства мира, в том, что, сократив добровольно свое богатство, они станут более счастливыми. Многие отечественные идеологи, имея очень ограниченное представление о реальном характере общественных отношений в ведущих странах мира, оценивая состояние мирового капитализм по российской реальности, тяготеют к реанимации марксизма с приданием ему современного облика. Так выпускники Московского университета В.Кошкин С. Кретов в концепции под названием «Основы политической экономии солидаризма» предлагают построить новое общество на основе «общенародной частной собственности на средства производства». Богатство страны должно быть поделено на паи, которые в равных долях необходимо распределить между всеми гражданами. Используя пакет акций, каждый член общества сможет участвовать в управлении «своим» предприятием [18.]. Нетрудно увидеть в этой концепции копию ненавистной российскому народу программы «ваучеризации».

Холодным душем для всех указанных авторов являются исследования российского историка Бориса Кагарлицкого, изложенные в книге «Между классом и дискурсом, Левые интеллектуалы на страже капитализма». В ней автор указывает на идеологическую незрелость мирового и российского левого движения, раздробленность его отрядов, беспомощность в отстаивании интересов трудящихся. [19.] Левые анархические массы стран- мировых лидеров, не ожидая признания новых теорий, не веря в их реализацию, громят магазины, организуют на площадях городов самоуправляемые мини государства.

Отдельные российские идеологи в погромных выступлениях левых анархистов на Западе увидели черты возрождающегося марксизма, приветствовали их, посчитали за предвестник социалистической революции. На этой основе активизировали пропаганду о неизбежности возврата России в лоно социализма. Но идеологи и руководители Запада в период каждого прошлого кризиса интенсивно работали, шли на компромиссы, проводили всеобщую мобилизацию, осуществляли новый рывок в развитии технологий. Выявлялись новые механизмы роста, разрыв экономический, а главное технологический, между двумя системами непрерывно возрастал. Глобальный топливный кризис, охвативший Запад в начале 70 – х годов, породил у нас мнение о неизбежности победы социализма, но закончился через 20 лет распадом СССР.

Что можно сказать по текущей ситуации. Есть сходство и принципиальные отличия от того периода. Сходство состоит в том, что мировой капитализм не умирает. Отличие – в том, что для ослабевающей западной ветви многовекового дерева возникла угроза медленного усыхания. Она попадает в тень новых, но уже мощных ростков капитализма на Востоке. Освоение странами Азии, Африки новейших технологий, которые, расталкивая локтями друг друга, традиционные лидеры капитализма им передавали, создали для государств этих регионов перспективу непрерывного, длительного роста доходов населения, что обеспечило его готовность принимать предлагаемую национальными элитами капиталистическую модель развития. А что еще можно предложить на фоне судьбы социализма СССР? Попытки воспроизвести в Азии приемы по сталкиванию стран, давшие результат в Европе в 1914 и 1938 годах безусловно будут иметь место, но вероятность достижения аналогичных результатов значительно ниже. Все стороны будут опасаться перерастания конфликта в ядерное противостояние, губительное для всего мира. События последнего десятилетия показали, что возможности стран Запада по проведению агрессивных военных кампаний в развивающихся странах существенно снизились. Мир входит в новую фазу неустойчивого равновесия. Появились надежды на стабилизацию политической и экономической ситуации. В итоге развивающиеся страны и в первую очередь государства Азии последовательно будут воспроизводить наиболее эффективные, проверенные на Западе инструменты капиталистической формации, дополнять полезными приемами, присущими их тысячелетней культуре. Неуклонно будет наращиваться их вес в мировом экономическом, политическом и военном потенциале. Необходимость постановки задачи о замене капитализма на более эффективную модель для них возникнет только после того, как они подойдут к уровню его развития и массе противоречий, свойственных сегодня странам Запада. В этом прогнозе стабильности слабым звеном является ситуация в Китае. Неизвестно сколько еще лет его народ будет закрывать глаза на то, что под знаменем социализма вырастает отряд миллиардеров, превышающий по численности команду коллег из США, в стране идут необратимые процессы по формированию оригинальной версии капиталистического общества. Надо признать, что вектор движения от социализма к капитализму в историческом измерении обоснован, выбранные методы управления страной позволили ей за несколько десятилетий выйти в мировые лидеры. Но сформировался громадный разрыв между отражением строя в психологии людей и его сущностью. Сколько лет население будет с этим соглашаться? Как минимум до тех пор, пока будет наблюдаться рост его благосостояния. Можно предположить, что руководство страны постарается за этот период убедить народ в том, что модель развития Китая и есть настоящий социализм. При этом большая часть мирового сообщества заинтересована в том, чтобы процесс психологической трансформации прошел без разрушительных последствий.

Успехи капитализма на Востоке указывают на то, что для США, ЕС, Японии главной задачей 21 века является не продление жизни в мировом масштабе этой исторической формации, а спасение себя от банкротства в новом капитализме, лидирующая роль в котором возможно постепенно будет переходить к восточным лидерам. Но утверждение о «медленном усыхании западной ветви» – это не аксиома, пока это тенденция. При использовании рациональных методов борьбы за сохранение своего лидерства страны Запада ее могут преодолеть. Повторение ошибок последнего тридцатилетия ускорит процесс его потери. Мировое сообщество должно быть заинтересовано в мобилизации интеллектуальных сил Запада, достижении успехов, подъеме общественных отношений на более высокую ступень методами, не создающими риски потери части общественного богатства. Это означает, что они по основным чертам должны быть капиталистическими: рыночная экономика с активным использованием государственного регулирования, частная формы собственности в сочетании с социально ориентированной налоговой системой. Решение данной задачи в странах Запада позволит передать новый, более совершенный комплекс общественных взаимоотношений в будущем тем развивающимся странам, в которых классический капитализм достигнет предела в своей эффективности.

С учетом значимости поставленных задач, их масштаба предлагаемую программу можно воспринимать, как идеологическую основу нового этапа мировой глобализации. При этом,если на предыдущем этапе ее идеологом и ведущим партнером выступал только Запад, то на новом этапе ему придется соглашаться со встречными инициативами Востока. Для успешного прохождения нового этапа глобализации капитализм должен обновить свою сущность. Припудривание, путем выплаты гражданам базового дохода и набором других социальных подачек ее не изменить. Тезисы можно оспаривать, выдвигать в качестве альтернативных более продвинутые модели постиндустриального общества, нового социализма, связанные с ликвидацией частной собственности на средства производства и, в конечном итоге, реанимировать программу К. Маркса и Ф Энгельса, в деталях представленную в Манифесте Коммунистической партии. Левые радикалы скажут: «Возраст не помеха, 172 года это – миг в истории. Строит же Китай социализм по Конфуцию». Для продуктивности спора со всеми идеологами логично было сконцентрировать внимание дискуссии не на вывесках, а на основополагающих категориях их моделей. Полагаю, что многие из них в качестве главной опоры нового строя назовут такие, как власть народа, высокий уровень демократии. Есть ли для этого основания? Разве сложившийся сегодня на Западе уровень демократии – всеобщая равная избирательная система, регулярные демократические выборы всех ветвей власти, отчетность глав государств перед парламентами, доведение налогов на доходы и наследство для наиболее богатых граждан до уровня более 50% не есть подтверждение власти народа. Разве принуждение населением большинства ведущих государств к тому, чтобы они накапливали громадные долги для обеспечения зарплаты, пенсий и пособий, превышающих их возможности, не является убедительным признаком всесилия масс. И разве не с согласия этой демократии, в целях сохранения в будущем высокого уровня жизни населения ведущие страны сообща участвовали в военных действиях в Афганистане, Ираке, Сирии, Ливии. Разве не эта демократия закрыла глаза на то, что для многих государств – должников, кредиторами являются их собственные банки. Все это позволяет высказать версию, что «власть народа», «демократия» в условиях, когда они через современную систему выборов получили статус наиболее важных, главнейших общественных категорий, приобретают разрушительный характер и именно с ними необходимо связывать нынешний кризис капитализма ведущих стран. При этом не вызывает сомнение, что развитие демократии значительно способствовало прогрессу капиталистического общества. России предстоит научиться полнее опираться на ее базовые принципы и достижения при определении путей будущего развития, ведущим странам – осуществить меры по совершенствованию порядка ее практического применения, в том числе ограничения.

История развития цивилизации показывает, что, есть социальная категория иного содержания и ее необходимо считать высшей, вечной и потому более значимой. Это принцип «От каждого по способностям, каждому по результатам труда». У второй части этого принципа есть бытовая версия «Жить по средствам». Этот принцип должен распространяться на гражданина, семью, город, предприятие, отрасль, класс, страну, поколение. Отклонение от этого принципа всегда порождает эксплуатацию и социальные конфликты. Принцип «Жить по средствам» указывает каждому сообществу границы пространства, на которое распространяется власть народа, демократия. Эти категории не должны выходить за его пределы. Если мы даем данному принципу статус «основополагающий», то должны согласиться с тем, что независимо от того, какой ярлык мы присвоим новой фазе развития ведущих капиталистических стран -постиндустриальное общество и др., главным движителем их вывода из кризисной ситуации и будущего развития должно стать все более полное и последовательное воплощение в жизнь на всех уровнях принципа «От каждого по способностям, каждому по результатам труда». Все эти рекомендации красиво звучат, но они провозглашены несколько веков назад, за это время в мире возникли тысячи миллиардеров и как было ранее показано этот процесс имеет ярко выраженную тенденцию к ускорению. Или мы должны признать, что свое богатство они приобретают, не нарушая данного принципа, или высветить и ликвидировать типичные приемы, с помощью которых они их обходят. У человека с рациональным мышлением после ознакомления с трудами идеологических футурологов возникает чувство, что многие из них интенсивно осваивают эту тему для того, чтобы отвести внимание критически настроенной части общества от конкретной работы по высвечиванию существующих антисоциальных приемов. Они как правило делают размытое по содержанию заявление о недееспособности существующей формации, после чего начинают в деталях рисовать картину новой. Когда узнаешь, что их финансируют фонды, созданные «сильными мира сего» еще более укрепляешься в этой версии. Альтернативой новым моделям «светлого будущего» на наш взгляд является выявление и устранение нарушений основополагающего принципа, наблюдаемых в настоящем. Эта работа конкретна, ее можно проводить, не наполняя программы фантазиями по созданию новой формации. Но есть сложности – она встретит ожесточенное сопротивление тех, кто сегодня приспособился к абсолютной власти народа и демократии и успешно клонирует миллиардеров или сам становится таковым. Попробуем выявить и расположить в порядке, соответствующем их масштабам типичные приемы отклонения от ОП.

Заимствование финансовых средств у всего мира.

Ведение захватнических войн.

Гонка вооружений.