Черный. В поисках крови

Вспыхнул периметр фонарей, часть прожекторов начала движение, но в следующий же миг оно останавливалось, так как на вышке больше не было живых. Раздалась первая автоматная стрельба, послышались крики. Генрих моментально изменил курс движения. Как уловил свист сюрикэна6, он не знал, но черная звезда распорола плечо, не воткнувшись в плоть.

Взлетел короткий черный клинок, Генрих выстрелил и попал. В это время в его сторону уже бежало три солдата. Тот, кто хотел зарубить, черной тряпкой распластался на бетонной площадке, больше не двигаясь. Лишь его меч немного проехал в сторону беглеца. Второй ниндзя мгновенно поменял направление в сторону постройки и исчез в тени, пропуская троих солдат.

– За ним! – рявкнул им Генрих, и устремился к истребителям.

Автоматные очереди перечеркнули густую тень, и пули защелкали по дереву стены. Звякнула бочка, попавшая на пути свинца. Вскрикнул один из солдат, схватившись за горло из которого торчала черная звезда. К самолетам бежали механики.

– Заводи! – прокричал им Генрих, двигаясь из стороны в сторону, всматриваясь в тени, после чего добавил подбегавшим солдатам: – Остановить их любой ценой! Приказ фюрера!

Четыре механика дважды провернули винт. Генрих указал подоспевшим солдатам на возможные места укрытий диверсантов, после чего полез в кабину. Рядом с ним звякнула черная звездочка и отскочила от борта самолета. Так быстро Генрих еще ни разу не забирался в самолет и не захлопывал фонарь кабины.

Разворачивавшаяся на аэродроме вокруг самолета ночная охота отходила на задний план, «Мессершмитт» Bf-109G просвистел стартовым выхлопом, выпуская сизый дым. Манипуляции с подготовкой к взлету: включение приборов, перевод ручки топливных баков, несколько качков насосом, стартер, все они казались Генриху ужасно медленными. За это время вокруг истребителя собралось не меньше дюжины солдат, стрелявших по опасно темным местам.

И только, когда железная птица покатилась к взлетной полосе, набирая разгон, Генрих выдохнул. Тут же в стекло кабины ударила очередная звезда убийцы, оставив маленькую царапину, и наперерез разгоняющемуся самолету выскочил черный силуэт с поднятым в руке мечом, обращенным лезвием вниз.

«Он же не прыгнет на винт? Что он этим добьется?» – усомнился Генрих, буквально почувствовав, что воин-сино́би разгоняется именно для этого.

И тот действительно прыгнул. Пулеметная очередь с вышки сбила черную фигуру в полете, открывая путь разбегу самолета. Генрих фон Лихтенбахен потянул рычаг на себя и, по борту ударила запоздалая автоматная очередь.

«Преступили свой кодекс, взялись за огнестрельное оружие», – злорадно усмехнулся Генрих, понимая, что теперь автоматы его не достанут.

Качнув крыльями с бело-черными крестами люфтваффе, боевая машина скрылась за облаками. Генрих был доволен. Нет, он был счастлив! Ему удалось собрать древние артефакты, выполнить приказ фюрера!

На земле в этот момент продолжалась бойня. Во время тревоги на аэродроме, ворвавшийся в казарму солдат воин-сино́би, черным вихрем пробежал по расположению, оставляя за собой кровавый веер. Вскакивавшие с кроватей заспанные солдаты тут же падали с отрубленными головами, распоротыми животами или разрубленными грудинами. За несколько секунд треть гарнизона аэродрома перестала существовать.

Подавшая тревогу дежурная служба разделила ту же учесть. Двое остались лежать с сюрикэнами во лбах, а троих разделили на части. Старший группы ночных убийц вышел из здания, держа за волосы голову подполковника Гертманна. К нему подошли несколько черных фигур, стряхивая с гатан кровь противника.

– Больше никого не осталось, – доложил один из них.

Старший бросил голову на бетонированную площадку у крыльца здания, и посмотрел в чернеющую небесную даль.

– Мы опозорились, провалили задание Великого, – тихо сказал он.

– После доклада о результате, мы примем смерть, – сказал другой.

– Да, – подтвердил старший из воинов-сино́би.

Наблюдавшие за Генрихом из-за Грани мира две фигуры не видели и не знали, что произошло в данный момент с их объектом изучения. Генриху опять внезапно, словно кто-то влез в голову.

«Ты никому ничего не должен. Это твой Путь!» – возникли чьи-то слова у него в сознании.

Генрих тряхнул головой, погружаясь в пьянящее забытье. Сознание прояснилось.

«А почему этой силой должен воспользоваться фюрер? – вдруг совсем ясно подумал Генрих. – Он даже в звании не сравним со мной. Я буду править миром! И теперь мне можно будет приступать к…

По кабине прошла зыбкая волна изменения, и Генрих вздрогнул, сощурившись от неожиданности. Ночь мгновенно сменилась чистым дневным светом. Вокруг него небо полыхало разрывами. Взгляд уловил пару боевых машин люфтваффе. Генрих посмотрел вниз на землю. Под ним был Керченский полуостров!

«Что?!» – взволнованно завертел головой Генрих.

Конечно, Крымский полуостров был почти взят, Советские войска бежали. Да, сопротивление еще оставалось, но разгром противника уже был окончательным. Но как?! Как он очутился в небе над Крымским полуостровом?!

Генрих фон Лихтенбахен был офицером люфтваффе, и он не очень радовался тому, что его перевели, сделав оберштурмбанфюрером, начальником одного из органов СС. Да, статус изменился, но ему больше нравилось летать. Но сейчас он вспомнил то ощущение, от которого всегда пробегал мороз по коже.

Скрежет металла обшивки от попаданий зенитного огня заставил тяжело задышать, ладони вспотели. Немногочисленные береговые силы противника, кто еще пытался обороняться, а не бежал, оставляя раненых, стремясь переправиться на другой берег, несколькими зенитными батареями пытались оградить отступавших от бомбардировщиком. И вот под этот огонь попал и Лихтенбахен. Каким образом он в один миг преодолел расстояние в две с лишним тысячи километров?

Теряя высоту, Генрих панически искал место приземления в районе города Керчь, но самолет его уже не слушался. Генрих достал из полевой сумки найденную книгу и прижал ее к себе. Очередной скрежет металла отдался в теле и, у Генриха перебило дыхание. В груди заклокотала. Изо рта на приборы вырвались брызги крови. Очередной красный сгусток длинной кляксой припечатался на расстегнутый в вороте китель оберштурмбанфюрера и завернутую в тряпку книгу. Генрих судорожно пытался вздохнуть, и его глаза полезли из орбит.

«Как так? Я же теперь непобедим…»

Умирающий Генрих фон Лихтенбахен не знал, что в Аджимушка́йских каменоломнях, подземельях в черте города Керчь, все еще оборонялась часть войск Крымского фронта и жители Керчи, как и они не знали, что в один из проломов катакомб рухнул подбитый «Мессершмитт» Bf-109G.

Наблюдатели из-за Грани мира замерли.

– Как такое могло случиться? Он же – носитель! – очнулся первый. – Неужели тогда тот старик-хранитель? Или этот из «спящего народа»?..

Ему не ответили.

– Никро́лин, что с тобой? – спросил первый у замершего наблюдателя.

– Библиотекарь… – ответил Никро́лин.

– Что? – не понял первый наблюдатель.

– Не поверишь, Зва́клуу, но как только этот на железной птице расстался с жизнью, старик-библиотекарь тут же испустил дух, – ответил Никро́лин, наблюдая, как к моментально иссохшему телу старика-библиотекаря подбегают его слуги.

– Не может быть! – разозлился Зва́клуу.

– Видимо, пришло его время… – склонил обезображенную голову Никро́лин.

Зва́клуу обратил взор сквозь Грань мира в страну «спящего народа».

– Не думал, что именно в нем… – прищурившись, проговорил Зва́клуу.

* * *

Япония. Полгода спустя.

Такаши Гава вскочил с трона, метая глазами молнии. Перед ним на коленях, уперев лбы в пол и положив руки перед головами, лежало семь воинов-сино́би.

– Клан Науцумэ опозорил себя! – закричал Такаши Гава. – Как двенадцать сино́би не смогли взять одного?!

Воины лежали не шелохнувшись. Охрана Великого стояла вдоль стен.

– Ваш род прошел через века, выполняя невыполнимые заказы, а вы!.. – Такаши Гава ткнул в них пальцем, но они этого не видели. – Сегодня же вы все примете…

Он округлил глаза в испуге. Охрана ринулась к нему, но Такаши Гава уже мертвым повалился на пол рядом с воинами-сино́би.

И в этот раз наблюдатели из-за Грани мира были ошарашены.

– Не может быть! – как в прошлый раз зло выкрикнул Зва́клуу. – Как?! Почему?!..

– Это действительно, странно, три кандидата подряд…– с опаской глянул на компаньона Никро́лин.

Ярость Зва́клуу была осязаема.

– Что будем делать? – спустя долгую паузу осторожно спросил Никро́лин, когда опасный компаньон успокоился.

– Надо менять подход в поисках. Простое ожидание и наблюдение за носителем, что у него проявится магия, ни к чему не привело. Только время зря потеряли… – размышляя, ответил Зва́клуу.

– Может, тогда мы войдем в этот мир? – предложил Никро́лин. – Так нам будет проще почуять Кровь…

– Нет! Я чувствую Стража, а это значит Рыщущий рядом, – отрезал Зва́клуу.

– Они все еще ведут охоту на Черных? – удивился Никро́лин.

– Да, – выдохнул Зва́клуу.

– Но как мы сможем из-за Грани контролировать пробуждение носителя? – все еще не понимал Никро́лин.

– Сон – это лучший способ! Никто не может контролировать ситуацию, когда спит. Мы войдем в их сны, и ты, Никро́лин, станешь представляться им, как Управляющий снами…

– Почему я? – не понял тот.

– Пусть мы и изменим облик, все равно меня не должны слышать. Есть вероятность, что, если я заговорю, Кровь меня узнает… – ответил задумчивый маг.

Часть

II

НАСТОЯЩЕЕ

Глава 7

НЕДАВНЕЕ ПРОШЛОЕ

Дальний восток.

Предыдущие сны Игната напоминали ему сказочную Вселенную. Он охранял путешествие принцессы и, как это принято в сказках, с остальными стражниками отбивался от нападений разбойников. Ему хорошо удавалось владеть саблей, чем заслужил уважение среди соратников. Но сегодняшняя ночь принесла ему новые испытания. Найденная в старом замке библиотека привела его к скрытой двери, за которой Игнат нашел комнатку со столом и несколькими книгами на нем.

– Это что? – взволнованно прошептал Игнат, поднимая факел над головой.

Нетерпеливо дунув, поднял облако пыли и тут же зачихал. Облака сверкающих частиц плавно оседали, а Игнат уже открыл первую книгу.

– Какие странные письмена, – зачарованно глядел он на невероятно исполненные графические надписи.

В глазах защипало, и Игнат попытался проморгать. Слезы вымыли попавшие пылинки и искатель обалдел. Он мог читать! Он все понимал!

– Ветер иссушает, делая его пищей для огня… – начал читать Игнат, и комната посветлела, так как окружавшее его пространство прорисовалось мерцающими нитями энергии.

Подул ветерок, в то время, как каждая новая нить, вплеталась в уже созданную структуру.

На сей раз наблюдатели из-за Грани мира были довольны.

– Он не только быстро овладел силой меча, но и сам раскрыл первые шаги в магии! – довольно воскликнул Зва́клуу.

– Это поразительно! – с неприятной в его исполнении улыбкой на изуродованном лице, глянул на компаньона Никро́лин.

– Теперь ошибки быть не может! Это – наш носитель! – воскликнул Зва́клуу.

– О, нет! – взмолился Никро́лин.

– Постой! Почему?! – закричал взбесившийся Зва́клуу, глядя, что произошло в следующую секунду с носителем.

Нити магической энергии наполняли пространство вокруг Игната, и он даже не заметил, как несколько из них зацепили колышущийся язык факела. Пламя нашло для себя пищу…

Кровать, на которой спал Игнат в своем доме и смотрел новый сон вдруг осветилась изнутри и тело спящего вспыхнуло вместе с покрывалом и подушкой. Игнат заорал, но, так и не сумев открыть глаза. Пламя, вырвавшееся из сна, охватило комнату. Треск древесины уже не заглушал вопль умиравшего, его больше не было. Жадные языки всепоглощающей огненной стихии разбежались по дому, унося в небытие обитателей загородного коттеджа.

Октябрь 1990 года. Город Европейской части России.

– Слушай, мне эта книга тоже понравилась! – сказал Александр, выпуская изо рта кольцо дыма.

– Да, фантазия писателей не имеет границ, – также затянулся сигаретным дымом Алексей.

– Прикинь, Лёх, если бы ты попал в такой мир, чтобы ты делал? – Александр сделал еще одну затяжку сигаретой и запустил окурок в сторону хозяйственного склада.

– Думаю, ни я не ты в таком мире не просуществовали бы и пяти минут, – Алексей забросил щелбаном бычок сигареты в ту же сторону.

– Да ладно, – Александр махнул рукой. – Ведь другие там живут и нормально.

– Фантазер ты Санёк, – усмехнулся друг. – Нет таких миров, есть только планета Земля.

– Блин, глянуть бы хотя бы одним глазком на такой мир! – поджал губы Александр. – Мне все-таки кажется, что параллельных миров полно.