Навечно твой

«Это для меня?»

Бет перестала провожать взглядом Матиаса, и проследила за взглядом Донни до стакана в своей руке. «О, нет. Извини, у них нет орехового латте, поэтому я не знала, что тебе взять».

Кивнув, Донни повернулся к машине, его глаза загорелись, когда он увидел выбор. — О, горячий шоколад, мокко и…

— Тогда я пригоню тележку с багажом, позволите? — сухо сказал Скотти.

Бет подняла брови в ответ на его саркастический тон, а затем улыбнулась и сказала: «Хорошая идея».

— Верно, — Скотти развернулся на каблуках.

Наслаждаясь его раздражением, Бет сделала глоток кофе и тут же выплюнула его. — У-у-у, — с отвращением сказала она и выбросила напиток в мусорное ведро. «Побереги свои деньги, Донни. Это худший растворимый кофе, который я когда-либо пила».

«Оооо, но у них есть мокко! У меня не было этого с тех пор, как я был смертным».

Бет повернулась к молодому человеку и подняла брови. — Но ты ведь пил кофе, да?

«Нет. Я тренируюсь с тех пор, как меня обратили, — объяснил Донни, роясь в собственном кармане в поисках мелочи. «Люциан отправил меня в это место в Виннипеге для надлежащего обучения, и они довольно строги. Ни пиццы, ни сладостей, ни газировки, ни кофеина. Только тушеные овощи, рис, вода и постоянные лекции о том, что ваше тело — это ваш храм, а поедание нездоровой пищи означает потребление большего количества крови и прочего, — сказал он с гримасой, бросая мелочь в автомат. «Ну, это и обучение обращению с оружием, и боевые искусства, и уроки того, как обращаться с изгоем».

— О, — пробормотала Бет, наблюдая, как он нажимает кнопку «Мокко». Она и Дри тоже отправились в специальный лагерь в Испании, где тренировались как охотники за изгоями. Но все было совсем не так, как описывал Донни. Но, это было сто лет назад. Тогда пиццы не было. По крайней мере, там об этом не слышали, и не было фасованных конфет, как сейчас. Их также поощряли пробовать такие вещи, как кофе, чтобы посмотреть, как это повлияет на них, пока они находятся в безопасной среде.

По какой-то причине кофеин не был одним из наркотиков, и нано не сразу выводило его из организма. Похоже, они не признали его наркотиком. Или, возможно, они не считали это вредным для организма. Как бы то ни было, они просто позволили этому быть, что было странно, потому что это, казалось, оказывало повышенное влияние на бессмертных по сравнению со смертными. По крайней мере, для некоторых. Некоторые вообще не чувствовали никакого эффекта от него. Например, Бет это просто взбодрило бы и сделало ее немного гиперактивной. Дрина тоже с этим справилась. Но были бессмертные, с которыми они тренировались, на которых сильно повлиял кофеин. Очевидно, сегодня они узнают, как Донни поведет себя, решила она с весельем, когда он выплюнул глоток мокко, который только что отпил, обратно в чашку.

— Отвратительно, — согласился он и выплеснул напиток в мусор, как это сделала она. Но потом он повернулся, чтобы выбрать еще, что-нибудь.

«Ты же не собираешься тратить больше денег на эту машину, не так ли?» — раздраженно спросила она, а затем предложила: «Возможно, ты хочешь подождать, пока мы не будем дома, чтобы попробовать настоящий кофе».

— Я хочу пить, — пожаловался Донни. «На этот раз я просто попробую сидр. Это не может быть так плохо, как другие. Но я хочу попробовать эспрессо позже. Ты должна пообещать мне, что я смогу».

— Обещать, что сможешь что? — спросил Скотти, подкатывая к ним тележку с багажом.

«Попробовать эспрессо», — объяснила Бет, наблюдая, как машина производит дымящуюся чашку чего-то похожего на мочу. Серьезно, мужчина, должно быть, действительно хочет пить, если он даже готов попробовать это после того, каким ужасным был ее напиток и, как она представляла, его напиток. Видимо, ему так захотелось пить, решила она, когда он подул на дымящуюся жидкость, а затем сделал большой глоток.

«Ну, как?» спросила она.

— Эх, — сказал Донни, пожав плечами, но сделал еще глоток.

Покачав головой, Бет повернулась, чтобы посмотреть в окна. Заметив подъезжающий к зданию внедорожник, она направилась к дверям. «Ну же. Матиас уже здесь.

— Итак, — сказал Матиас, как только они уложили свое снаряжение сзади и присоединились к нему во внедорожнике. «Я отвезу тебя в университет. Ты сможешь покончить со своими делами. А потом мы расслабимся и насладимся твоим визитом, пока не прибудет самолет, чтобы забрать вас».

Бет удивленно взглянула на Матиаса. — Я думала, Киры не будет в городе до завтрашнего вечера?

Матиас покачал головой. — Мортимер, ошибся в датах. Завтра вечеринка, на которую она собралась в Калифорнии. Сегодня она дома».

— Однако уже одиннадцать тридцать. Если у нее занятия утром, то уже поздно идти к ней, тебе не кажется? — спросила Бет, взглянув на часы, чтобы отметить время. Когда она спросила Мортимера, почему им не поговорить с девушкой сегодня вечером, она не учла, что из-за того, что она посещала университет, девушке, вероятно, пришлось изменить свои часы, чтобы они соответствовали тем, что есть у смертных. Она подумала об этом только в самолете. И, видимо, она ошиблась, потому что Матиас недоверчиво фыркнул.

«Одиннадцать тридцать — это еще не поздно», — усмехнулся он. «Кроме того, ты все еще живешь по времени Торонто. Здесь сейчас восемь тридцать семь. В доказательство он постучал по часам на приборной панели, а затем добавил: «Что касается утренних занятий, Кира бессмертна. У нее будут в основном вечерние занятия и несколько дневных занятий, которые не могут быть перенесены на вечер», — заверил он ее. «На самом деле, у нее, вероятно, даже нет занятий в пятницу. Большинство студентов стараются избегать занятий в пятницу».

«Почему?» — спросила она с любопытством.

«Потому что тогда они могут начать тусить с четверга», — объяснил он с ухмылкой.

Бет нахмурилась. — Значит, ее, наверняка, уже не будет?

— О, Si, Будет, — заверил он ее. «Бары и танцевальные клубы полупусты до одиннадцати или полуночи. Перед этим все готовятся и пьют в своих комнатах или домах. Это дешевле. Напитки в барах и клубах очень дорогие, поэтому большинство студентов накачиваются на «половину» перед тем, как попасть в бар. Она еще даже не вышла.

— Хм, — пробормотала Бет, а затем улыбнулась и пожала плечами. — Тогда, я думаю, мы навестим в университет.

Глава 5

«Вот мы и приехали», — весело объявил Матиас, когда они остановились на стоянке возле университетского городка.

«Спасибо.» Бет вышла и обошла машину, зная, что Скотти встал с заднего сиденья и следует за ней. Однако она замедлила шаг, а затем остановилась и с удивлением посмотрела на своего кузена, когда увидела, что Матиас вышел и следует с Донни к ней. «Куда ты направляешься?»

— С тобой, — сказал он так, как будто это должно было быть очевидным, а затем, усмехнувшись, сказал: — Это здание, полно молодых, достигших зрелости женщин. Я буду хорошей подмогой».

«Я думаю, что это смешно», — прокомментировал Донни. — Там также будут парни.

— Самцы — это твоя проблема, — сказал он, пожав плечами. «Но женщины, с ними я могу помочь. Они любят меня.»

Покачав головой, Бет повернулась, чтобы продолжить путь. «Отлично. Но помни. Тетя Джульетта сдерет с меня живьем кожу, если ты пострадаешь.

Матиас фыркнул на это заявление. «Моя мама любит тебя. Она обвинит во всем Люциана.

«Да, она может», — согласилась Бет с ухмылкой.

«Почему Джульетта любит ее?» — с любопытством спросил Скотти, и Матиас взглянул на него так, как будто он был сумасшедшим, раз ему даже пришлось об этом спрашивать.

«Потому что Бет идеальна», — сказал он. «Она умная, и добрая, и хорошая, и сильная. и она всегда оберегала меня от неприятностей, когда я был молод.

«Я нянчилась с ним, пока он рос», — с любовью сказала Бет.

«Si». Матиас кивнул. «Она была лучшей тетей на свете».

«Я избаловала его, — без извинений призналась Бет.

— Sí, как я уже сказал, лучшая тетя на свете, — повторил Матиас.

— Я думал, это был поцелуй между братом и сестрой? — сухо сказал Скотти.

— Как приемная сестра Дрины, она моя кузина, — торжественно сказал он. — Но я называл ее тетей Бет, когда был совсем маленьким.

Скотти лишь хмыкнул в ответ. Они достигли общежития, и все замолчали, когда вошли в вестибюль.

Бет быстро огляделась, а затем подошла к стойке регистрации. Она приветливо улыбнулась стоявшей за ним девушке около двадцати лет и решила, что сначала попробует смертный подход. «Здравствуйте, мы здесь, чтобы увидеть Киру Сарку. Нам нужно зарегистрироваться, прежде чем мы поднимемся к ней?

«Нет. Тебе наверх нельзя, — прямо сказала девушка. «Посетители должны оставаться здесь, в вестибюле, пока студент не спуститься сам. Но я могу позвонить и сказать ей, что ею ждут. Как вас зовут? — спросила она, поднимая трубку и начиная набирать номер.

Именно тогда Бет решила, что смертный подход — отстой, и проскользнула в разум девушки. Последнее, что ей было нужно, так это проинформировать Киру, что они идут, чтобы она предупредила своих телохранителей. Заставив девушку положить трубку обратно в держатель, она немного подкорректировала мысли, чтобы она их забыла, и не заметила их направляющихся к лифту. Выйдя из себя, Бет жестом пригласила мужчин следовать за ней и повела их к ряду лифтов.

«Кажется, Киру не жалуют», — прокомментировал Скотти, когда они вошли в лифт, и Бет нажала кнопку нужного этажа.

— Да, я сама уловила эти мысли, — пробормотала Бет, глядя на панель над дверью. Она почувствовала, как он ковыряется в сознании секретарши, поэтому не удивилась этому замечанию. Однако она была немного удивлена уровнем враждебности администратора к русской девушке. Что-то, по мнению администратора, было общим для каждого человека в этом здании, которому приходилось иметь дело с «этой русской сучкой».

— Я подозреваю, что с девушкой будет нелегко иметь дело, — пробормотал Скотти. — Возможно, мне следует заняться ею.

Повернувшись, она посмотрела на него. «Скотти, я провела большую часть своей смертной жизни в доме с тринадцатью женщинами. половина из них считали себя примадоннами. Наверное, поэтому Мортимер послал меня. Я могу справиться с этим.»

«Конечно.» Он торжественно кивнул, а затем действительно усмехнулся. «Должно быть весело.»

Бет удивленно моргнула, а затем взглянула на Матиаса, который усмехнулся.

Пожав плечами, он сказал: — Я знаю тебя, кузина. Скотти прав. Это должно быть весело».

Звонок, возвещающий об их прибытии, и звук открывающихся дверей заставили ее отвернуться и выйти из лифта. Бет почти сразу заметила дверь Киры. Это было трудно пропустить. Перед ней на страже стояли две огромные амазонки с мрачными лицами.

— О боже, — пробормотал Донни позади нее. — Я не смогу помочь тебе с ними, Бет. Я не могу ударить девушку».

Резко остановившись, она повернулась к юному бессмертному. «Ты шутишь, что ли?»

«Нет. Я не могу ударить девушку, — настаивал он. «Меня воспитывали девочек не обижать».

«То есть. Как?» — недоверчиво спросила Бет. — Если мы столкнемся с изгоями женщинами, ты просто что…

— Женщины-изгои это другое, — быстро сказал он. «Они. ну они изгои. Но эти женщины просто делают свою работу».

— Не бойся, Донни, — сочувственно сказал Матиас. «Я помогу. Я уведу их подальше от двери».

Бет раздраженно цокнула языком. — Их две, Матиас. И они бессмертны. Я могу представить, как ты соблазняешь двух смертных с помощью обаяния, которое дают нам нано, но я не представляю двух бессмертных женщин, готовых…

— Все в порядке, кузина, — успокаивающе прервал ее Матиас. «Женщины меня любят».

Бет нахмурилась. — Я знаю, ты думаешь…

Она замолчала, и они оба повернули головы, чтобы посмотреть на женщин, когда два тихих шипения сменились двумя ударами, когда телохранительницы упали на пол.

— Вот, — легко сказал Скотти, засовывая дротик обратно за пояс. Перехватив взгляд Бет, он пожал плечами. «Теперь Донни не нужно их бить, а Матиасу не нужно играть латинского любовника. Это компромиссное решение. Можем ли мы продолжить?»

Бет закусила губу, чтобы сдержать смех, который хотел вырваться, и просто кивнула и продолжила идти вперед, сказав: «Теперь, может быть, вы возьмете под контроль жителей, которые это видели, и убедитесь, что они не убегут с криками в свои комнаты и не позвонят в 911. "

«Делается», — заверил ее Скотти, и она знала, что это правда. Полдюжины молодых мужчин и женщин, разбросанные по всему залу, замерли на месте.

— Верно, — пробормотала она. «Тогда, Донни и Матиас, вы должны держать ухо востро, чтобы не пропустить еще телохранителей, которые могут оказаться поблизости».

— Думаешь, их больше? — спросил Донни нервно.

— Мортимер сказал, что отец Киры прислал несколько, — терпеливо напомнила она ему. «Наверное, еще один или два в комнате с Кирой, а другие на перерыве, и могут вернуться в любой момент».

— Верно, — пробормотал Донни. — Могу я в них выстрелить?

Это заставило ее остановиться и снова повернуться к нему. «Шутки в сторону? Ты не можешь ударить их, но можешь выстрелить в них?»

— Это дротик, — сказал он, защищаясь. «Небольшой укольчик и они в отключке. Кроме того, бабушка говорила никогда не бить девочек, а вот про то, что стрелять в них нельзя, про это она не говорила.

Бет услышала хохот, вырвавшийся у Скотти, а также смешок Матиаса, но сдержала собственное веселье и просто сухо сказала: «Да, ты можете выстрелить в них».

Покачав головой, она повернулась, чтобы снова идти вперед, на этот раз не останавливаясь, пока не достигла двери, где лежали в отключке две русские женщины. Встав между ними, Бет подняла руку, чтобы постучать в дверь, но передумала и вместо этого наклонилась, чтобы перекинуть через плечо одну из женщин. Затем она вытащила дротик и выжидающе посмотрела на Матиаса.

Сразу поняв, он подошел к двери, схватился за ручку и повернул ее.

Дверь была не заперта, слава богу. Это полностью испортило бы эффект от ее появление. На самом деле, она бы врезалась в дверь, и выглядела бы идиоткой, потому что в тот момент, когда Матиас повернул ручку, она рванулась вперед, поднимая на ходу пистолет.

Комната оказалась больше, чем она ожидала. На самом деле, стену между двумя обычными крошечными комнатами в общежитии снесли, чтобы сделать одну большую комнату для маленькой русской принцессы, занимающей ее. Она была обставлена как квартира-чердак: в одном углу большая кровать, в другом кухонный уголок, в третьем обеденный стол. Небольшая зона отдыха занимала последнюю и остальную часть пространства.

Бет окинула все это одним взглядом, а затем сосредоточилась на трех женщинах в комнате. Миниатюрная блондинка и еще две амазонки, одна блондинка и одна брюнетка. Она чуть не выстрелила в обеих больших женщин, но спохватилась в последний момент и вместо этого застрелила миниатюрную блондинку и крупную брюнетку. Затем она бросила женщину, которую держала, на пол и повернулась к двери, но остановилась, увидев, как Скотти наклонился, чтобы схватить другого телохранителя за запястье. Она могла видеть, что люди в зале снова двигаются, как будто ничего не произошло, и отошла в сторону, чтобы дать ему место, чтобы затащить внутрь и второго охранника, а затем повернулась к Кире Сарке.

Девушка воинственно посмотрела в ответ, а затем подняла подбородок, указала на миниатюрную блондинку и спросила: «Откуда ты знаешь, что это не я? Большинство людей думают, что Лилия — это я, а я одна из телохранительниц».

«Тогда большинство людей, должно быть, не очень внимательны», — легко сказала Бет. «Побрякушки, которые на тебе, должны стоить не менее четверти миллиона, и твои туфли от Jimmy Choos, а твоя подруга носит дешевые подделки».

— У тебя хорошее зрение, — сказала Кира, пожав плечами. — Но мне неинтересно разговаривать. Покиньте комнату.»

Бет усмехнулась приказу и подошла к обеденному столу, а Скотти выпрямился и двинулся, чтобы закрыть дверь. Затем он занял позицию рядом с ней. Это оставило Донни и Матиаса в холле, чтобы следить за возвращением отсутствующих телохранителей.

Надеясь, что пара справится с работой, Бет повернулась к русской и сказала: «Честно говоря, Кира, мне тоже не интересно с тобой разговаривать. К сожалению, это работа». Она изогнула брови. «Ты была очень плохой девочкой и питалась смертными здесь, в Канаде».

— Я русская, — равнодушно сказала она, еще больше вздернув подбородок.

Если бы она не была осторожна, то сломала бы себе шею, подумала Бет, но легко сказала: — А это Северная Америка, где правит Североамериканский совет, и где подобные вещи противоречат нашим законам. "

— Я русская, — повторила Кира, на этот раз резко. — А мой отец — глава Русского Совета. Он-"

«Да, да, он большой человек в России». Бет пренебрежительно махнула рукой. «Но опять же, это Северная Америка, и ты будешь следовать правилам Североамериканского Совета Бессмертных, или тебя ждет наказание».

— Если ты отрубишь мне голову, мой отец…

— Значит, ты знаешь наказание за то, что питаешься здесь смертными, — мягко перебила Бет.

Кира захлопнула рот и посмотрела на нее.

— Совет был обеспокоен тем, что ты, возможно, не знала наших законов или думала, что обладаешь своего рода дипломатической неприкосновенностью из-за положения твоего отца в России, — легко сказала Бет. — Однако это не так.

Бет сделала короткую паузу, а затем мягким голосом продолжила: «Это единственное предупреждение, которое ты получишь. Они отрежут тебе голову, если ты укусишь еще хоть одного смертного». Она снова сделала паузу, проверяя мысли девушки, прежде чем добавить: «Кажется, это очень высокая цена, чтобы наказать твоего отца за деспотичность».

— Он деспот, — горько воскликнула Кира. «Он ублюдок. Только и слышно «делай, что я говорю, иди, куда я тебя пошлю, будь тем, кем я хочу».