Помоги проекту - поделись книгой:
Шишонин тем более был не дурак. Он сказал:
– Давайте с операцией пока не торопиться, посмотрим. Тем более что бывают послеоперационные осложнения, да и не надо спешить в тело лишние железки вставлять… Смотрите, мамочка, вот здесь, в желудочке мозга, находится сосудистое сплетение, которое вырабатывает из крови ликвор – спинномозговую жидкость. А питается это сплетение из позвоночных артерий. Если где-то вена поджата, то есть нарушен обратный отток, жидкость будет скапливаться в желудочках мозга. Такова анатомия и даже шире – физика процесса. Из одной трубы бассейн наполняется, в другую мало вытекает, наступает переполнение.
Стали работать с мальчиком. И что вы думаете? После первых же процедур ребенок начал спать лучше, повеселел. Через полгода мама делает МРТ и убеждается – раздутая, переполненная ликвором область стала значительно меньше, соответственно, она не поджимает другие зоны мозга. Просто улучшили венозный отток. А конкретно – мальчик занимался на тренажерах и ему делали коррекцию шеи. Всё! И удивительно, что ни одному нейрохирургу в голову не приходит попробовать сначала консервативные методы, попытаться вылечить человека. Нет, им обязательно надо человека изувечить, сделать его инвалидом, вставив в башку трубу. Одна радость – зато потом в армию инвалида с железным шунтом в голове не возьмут…
А ведь определить причину было просто. Если и так непонятно, что переполнение и раздутие емкости происходит в силу затруднения оттока, можно сделать УЗИ для подтверждения. У нас в клинике разработана методика ультразвукового сканирования сосудов шеи. Ничего особо сложного в ней нет. И в данном случае она показала у Артема блокировку на уровне второго, третьего, четвертого шейных позвонков, что, кстати, часто бывает при кесаревом сечении.
Тут надо снова сказать спасибо тому эпилептологу, который догадался послать сначала на МРТ, потом – ко мне. Не послал бы, ребенок мог после длительного периода головных болей просто погибнуть в физическом или психическом смысле – кора просто атрофировалась бы из-за прижатия к своду черепа в результате раздувания переполненных жидкостью желудочков.
И главное, вставление шунта и откачка не помогли бы, как не помогают паллиативные меры по убиранию симптомов, заполонившие сейчас всю медицину (если гипертония – сбросить давление, если диабет – сбросить сахар, если атеросклероз – сбросить холестерин). Потому что не устранена причина! Ведь что было бы дальше? Чем больше откачиваешь, тем хуже: поскольку затруднен венозный отток и искусственно открыт другой канал, организм через сосудистое сплетение попытается реализовать его, начав с помощью производства ликвора выводить жидкость этим путем. Организм и до того пытался это делать, переводя часть крови в ликвор, но раньше производство ликвора «подпиралось», а в присутствии шунта ворота открываются и система начинает радостно реализовывать этот путь, усиливая производство спинномозговой жидкости. И снова – головные боли, дальнейшее раздувание… Ставить второй шунт? Третий? Это путь в тупик. И это напоминает борьбу с диабетом или сахаром, когда организм привыкает к лекарственным токсинам и требуется увеличивать дозу, а в результате человек все равно умирает от того, от чего его лечат, – гипертонии, диабета…
Вторая история. Ребенок из богатой и достаточно известной семьи. Назовем его Анатолием. Сейчас ему пять с половиной лет. Всё было нормально, ребенок развивался, как положено. В год начал пытаться говорить, всё прекрасно. «Мама. Папа». А в год и примерно три месяца перестает говорить вообще.
Начинается скорбный путь хождения по врачам. Денег много, поэтому профессора, академики, логопеды, дефектологи, психологи, нейропсихологи – все смотрят, ничего не видят. Один говорит: бывает, это нормально, подождем.
Второй спрашивает: у вас прививка была в год? – Была. – Ну вот, это последствия!
Третий задумался: нет, от прививки такое не может быть, и это явно ненормально, может, какой-то стресс был у него в год?
Те начали вспоминать: какой у ребенка мог быть стресс? Его же львами не травили, живет как сыр в масле катается.
– Ну, а вы, дорогие родители, случайно не ссорились, не ругались при нем в тот момент?
И вот они садятся, голову подпирают и, конечно же, вспоминают: да мы ж с тобой поругались при нем! я на тебя орал, а ты на меня орала! вот она – причина! ай-яй-яй!..
Загнались, бедные, начали себя винить, бегать вокруг него, а он всё не говорит. Ему уже два года, три года, четыре года – а он всё не говорит и не говорит! Ну, это уже явно ненормально!.. Догадались энцефалограмму сделать. На энцефалограмме – диффузные изменения, то есть нарушения деятельности мозга. А на МРТ – ничего нет. Чудеса.
Наконец, попадают ко мне на прием. Заходят в кабинет, смотрю на них, а они – темные. Все в глубоком чувстве вины. Казнят себя за то, что когда-то поругались… И это, кстати, не единичный случай! Здесь я рассказываю про конкретного ребенка, но вообще-то я встречаюсь с такой трактовкой, которую навязывают современные психологи, довольно часто. Когда не могут найти причину, спрашивают: а вы не ссорились при ребенке? Ах, ссорились! Ну, понятно, вы его напугали!.. Или собака залаяла, напугала…
Просто поразительно, как широко распространилась сейчас эта ерунда! В нашем мире люди постоянно ссорятся, а собаки лают, но все дети при этом говорят, а вот некоторые тормозят. И уж, наверное, в этом собаки виноваты не больше, чем огурцы, которые, как известно, все едят, а потом рано или поздно умирают.
В общем, я спрашиваю: «Как роды проходили?» И выясняется, что вполне ожидаемо – тяжело, долго, давили живот, было обвитие пуповиной – все признаки родовой травмы.
– Послеродовая гематома была большая?
– Да, большая…
А у детей бывает так, что травма сразу не сказывается, если подвывих небольшой. Поначалу ребенок развивается нормально. И говорить даже начинает раньше, чем ходить, то есть кровоток мозжечка был достаточным для обеспечения этого процесса, потому что речь – это ведь микродвижения мелких мышц, которыми нужно управлять. Потом в год ребенок начал вставать, потому что в год ему положено вставать. То есть из горизонтали он перешел в вертикаль, из ползающего состояния в прямоходящие – и всё драматически изменилось! Когда он ползал или передвигался на карачках, шейный отдел позвоночника был разгружен и так сильно не давило. А когда он встал, пошел, начал падать, где-то, возможно, башкой долбанулся, позвонки еще чуть сместились, кровоток еще чуть поджало. И мозжечок остановился, ему перестало хватать ресурсов. И ребенок остановился. Говорил – перестал говорить.
В чем еще это проявляется? В плохой координации – ребенка покачивает, пошатывает, ведь координация, то есть работа по поддержанию корпуса ровно при помощи микромоторики позвоночных мышц, – это тоже функция мозжечка, да и вестибулярный аппарат там же, рядом.
– Есть такое? – спрашиваю. – Ходит неуверенно?
Оказывается, да – ребенок вялый, мышечный тонус слабоват.
– К неврологу ходили?
– Ходили. У тучи неврологов были!
– А кто-нибудь из них про мозжечок что-то говорил? Вообще такое слово мелькало?
– Какой еще мозжечок?..
А между тем все симптомы, которые есть у этого ребенка, – это типично мозжечковые симптомы: не говорит, вялый, походка неуверенная…
УЗИ показало на третьем-четвертом позвонке компрессию – сильное сдавливание. Что ж, делаем первый сеанс коррекции после занятия с ребенком на детских тренажерах. И на следующий день родители приходят с совершенно иным видом – как будто Господь снизошел и перстом их ребенка коснулся. Рассказывают:
– Когда мы от вас вышли, едем в лифте вниз, ребенок на руках, и он вдруг говорит: «Мама!»
Их аж на слезу прошибло, наверное, в тот момент…
Представляете, чуть только запустили в ствол головного мозга побольше крови, чуть только стало поступать туда больше кислорода, как он начал включаться! А если бы они не сделали этого? Попал бы в спецшколу и был бы умалишенным по жизни.
Помните, я упоминал случай, как в нашей клинике с помощью ультразвуковой методики мы обследовали целую группу взрослых участников спецолимпиады для людей с отставанием психического развития, и у них у всех (!), несмотря на относительно молодой возраст, позвоночные артерии были извитыми настолько, насколько это бывает только у стариков. А если бы в стране было введено поголовное неврологическое обследование всех новорожденных с последующей коррекцией последствий шейных (да и поясничных) натальных травм, все эти люди были бы психически полноценными людьми с нормальной судьбой и биографией. Проиграли бы в этом случае только устроители спецолимпиад для слабоумных.
Отсутствие, точнее, неналаживание государственной машиной здравоохранения такой системы тотального мониторинга множит количество инвалидов. И их родители теперь знают, кого благодарить за это.
Цепочка проста: подвернутая во время родов шея, что бывает с каждый третьим или с каждым вторым новорожденным (в разной степени выраженности этой микроподвывиха), – недостаток кровоснабжения ствола головного мозга – его кислородное голодание и, соответственно, падение производительности этой клеточной машины, когда мозжечок просто не успевает обрабатывать поступающие сигналы, ему не хватает мощности, как двигателю, которому не достает топлива и кислорода – ребенок медленно читает, отстает в школе, самоутверждается за счет плохого поведения… Что дальше? Тюрьма? Дворницкая? Преждевременная смерть? Или просто нереализованность в жизни, погашенный талант, нелюбимая работа, неудовлетворенность? Всё зависит только от степени перекрытия тех позвоночных дорог, которые несут кислород и питательные вещества в отделы мозговой автоматики.
Механизм ухудшения кровоснабжения ствола головного мозга таков. Вокруг позвоночных артерий есть нервные сплетения. И даже небольшое смещение шейных позвонков поджимает нервное сплетение. А это, в свою очередь, спазмирует гладкую мускулатуру сосудов. Спазм приводит к небольшому региональному отеку ткани, который придавливает артерию, заставляя ее извиваться. Сдвиг одного позвонка вызывает компенсаторный сдвиг следующего, и там история повторяется. В результате в местах микротравмы позвоночная артерия имеет
Кроме того, венозный отток от мозжечка осуществляется по венкам, оплетающим позвоночные артерии сеточкой, то есть при частичном пережатии канала из-за смещения позвонков в первую очередь пережимаются именно эти венки, что вызывает затруднение оттока крови, то есть повышение внутричерепного давления. В ответ на это организм дает команду сердцу биться сильнее и чаще, чтобы преодолеть подпор и протолкнуть-таки кровь к мозгу, обеспечив Главного Потребителя кислородом и глюкозой. У человека растет артериальное давление. Вот причина гипертонии.
Читателю наверняка интересно, чем же закончилась история с этим мальчиком… Ему уже шесть. Он прекрасно говорит. Раньше ходил в нашу клинику заниматься три раза в неделю, теперь занимается профилактически и посещает тренажерный зал клиники реже. Скоро в школу пойдет. Нормальную.
Хочу отметить, если кровоток нарушен несильно (ребенок хорошо соображает, просто не говорит и вялый), процесс восстановления идет быстро. Достаточно 10–12 сеансов, если ходить регулярно. А если ребенок туго соображает, то есть нарушения более сильные, нужно заниматься дольше – месяца три, чтобы включилась кора.
Бывает еще хуже – когда ребенок не только не говорит и туго соображает, но еще и не реагирует. Ты к нему обращаешься, а он – ноль внимания, при этом слух нормальный, у ЛОРа претензий по этой части нет. Таким детям ставят аутизм и начинают грузить таблетками со всеми вытекающими. Но даже такие дети поддаются лечению, о чем третья история…
Есть у меня пациент из одной среднеазиатской республики, 4,5 года. Не говорит. Плохо соображает. Не воспринимает обращенную речь, смотрит мимо говорящего. Та же история – логопеды, психоневрологи, нейрофизиологи, личный врач, никакого результата… Правда, с личным врачом им повезло: она нашла меня, и через нее мальчик попал ко мне с диагнозом «аутизм». Вообще-то, это приговор.
И поскольку такой пациент у меня не первый, я им сказал: «Два месяца вы должны тут жить!» И они сняли квартиру, ходили каждый день. Мальчик стал немного воспринимать речь. Позовешь его по имени, оборачивается, смотрит. Потом они уехали, я рассказал, какую гимнастику нужно делать дома. И вот приезжают они через полгода, смотрю, а он уже начал потихоньку говорить – «мама», «папа». И снова – два месяца в клинике, каждый день занятия. В результате – прогресс по речи, быстрые изменения.
Врачи, которые поставили ему аутизм, глаза выпучили – такого не бывает, вам повезло!.. Но что значит – повезло? Была жесткая родовая травма первого позвонка. А если первый-второй позвонки сильно смещены, ребенка от аутиста не отличишь, тем более что сейчас этот диагноз настолько размыт… помимо аутизма придумали еще аутический синдром, который приравнивается к аутизму и лечится такими же таблетками. В общем, диагнозы штампуют, увлеченно кормят таблетками, а шею никто никогда не смотрит. У него же с головой проблемы, при чем тут шея?!..
Интересно, что у меня среди пациентов есть так называемые истинные дети-аутисты, так вот, у них у всех всегда всё очень плохо с шеей. Но когда начинаешь с ними работать – а среди них есть даже дети в возрасте 14–15 лет! – они начинают лучше себя вести, становятся более открытыми. Поэтому мое глубокое убеждение состоит в том, что аутизм, как заболевание, развивается на фоне сильной родовой травмы с неврологическим повреждением первого, второго и третьего позвонков. Просто этот диагноз не ставят, приписывая всё врожденным изменениям головного мозга, хотя все симптомы так называемого аутизма связаны с плохим питанием ствола, с гипоксией мозговой ткани.
Иногда в литературе и кино можно встретить утешительный образ гения-аутиста. Но не дай бог этим сценаристам ребенка-аутиста! На самом деле это слабоумные дети, которые очень плохо соображают, находятся в некоей прострации и ведут себя словно собака, не обученная командам. Их пичкают нейролептиками, чтобы как-то утихомирить и сделать более спокойными[7].
Поэтому моя мечта – открыть, помимо медицинского университета, родильное отделение с правильным родовспоможением, минимизирующим возможные натальные травмы неврологического характера. И с последующей коррекцией позвоночника сразу у новорожденных, когда это можно сделать легко и просто.
Часть 4. Не все йогурты одинаково полезны
Выпьем, Эсмарх! Где же кружка?
– Кушай тюрю, Яша, молочка-то нет.
– Где ж коровка наша?
– Увели, мой свет!..
Выше мы очень много говорили про родовые травмы и их последствия. Теперь настала пора поговорить о том, что́ эти травмы может усугубить – о прикормах и питании.
Вот на всё я готов для своего читателя! Даже на немыслимые жертвы. И поэтому специально перед написанием этого раздела послушал в интернете на одном из специализированных ресурсов для юных мам лекцию популярной в узких кругах диабетологини о правильном питании младенчиков. Сорок девять минут не пожалел! И услышал то, что слышал десятки, если не сотни раз прежде, начиная со студенческой скамьи: детские смеси – это чудесное сбалансированное питание, над которым, не покладая лбов, трудились лучшие умы мироздания. И в результате появились они – сухие смеси, которыми можно прекрасно выкармливать новорожденных, если нет своего молока. И то хорошо, что хоть теперь добавляют это сакраментальное «если нет своего молока». Потому что так было не всегда!..
История детского питания полна трагизма и неожиданных поворотов. Первая формула грудничкового питания появилась примерно 250 лет назад… И сразу предугадываю вопрос читательницы: а как же справлялись с проблемой вскармливания те матери, у которых не было своего молока в те времена, когда никаких смесей еще не было?
Известно как! Вспоминаем слово «кормилица». Если у дворянки не было своего молока или не хотелось кормить грудью, она нанимала недавно родившую бабу с избытком грудного продукта – кормилицу. Напомню, небезызвестная Арина Родионовна, нянька Пушкина, была кормилицей его старшей сестры Ольги. Вообще, с самых древнейших времен и до изобретения сухих разводимых смесей бизнес по бесплатному и коммерческому предоставлению грудного молока был поставлен на широкую ногу. Иначе и быть не могло. Ну представьте, родила изнеженная римская аристократка первенца, а молока своего нет. Куда ей идти? На форум, представлявший собой огромный рынок и одновременно биржу, где была специальная «молочная колонна», возле которой толпились дородные женщины тяжелого поведения, предоставлявшие за деньги свои трудовые услуги по выкармливанию чужих младенцев. Подозреваю, что широта этого бизнеса была связана не столько с фактом частого отсутствия своего молока у римской знати, сколько с модой – возможно, римские женщины голубых кровей предпочитали перевязываться ради сохранения форм. Впрочем, это лишь мои догадки, основанные на том, что понятие моды, косметики и женской красоты в античном мире уже существовало.
Потом, как уже было сказано выше, изобрели первую искусственную смесь для питания младенцев. Она представляла собой отвар овсянки, смешанный с разными питательными веществами. Коммерческого смысла смесь не имела, и ее рекомендовали врачи в тех случаях, когда у матери не было молока.
А примерно полтораста лет назад известный немецкий химик Либих придумал наконец-то сухую смесь, которую можно было перевозить, разводить водой и кормить детей. Примерно в те же годы аналогичную смесь придумала швейцарская компания «Нестле». С этого и началась коммерческая история искусственных смесей для вскармливания.
На тот момент одна бутылочка стоила от 50 центов до 1 доллара США. А поскольку доллар был привязан к золоту, можно сказать, что одна бутылочка искусственного молока стоила примерно в районе одного грамма золота. То есть это был не массовый товар. Но он стал массовым после того, как фирма начала расширять производство в расчете на широкие продажи.
В ту пору смесь представляла собой сухое коровье молоко с добавками солей, углеводов и соединений железа, потому как химиками было выяснено, что в человеческом молоке содержание железа в полтора раза выше, чем в коровьем.
Но настоящий успех принесла производителям сухих смесей Вторая мировая война. Мужчин угнали на фронт, а женщины встали к станку, соответственно, кормить детей грудью им было практически невозможно, а дома этим занялись бабушки, и потому понадобилось много сухих смесей. То есть, по сути, сухие смеси для вскармливания оказались продуктом мобилизационной экономики, эрзац-молоком войны.
После войны женщины (во всяком случае в развитых странах, СССР это не касается) вернулись от станка домой. Но производственные мощности уже были развернуты, кроме того, в войну понаделали уйму сухого молока для фронта, которое нужно было продавать. И потому началась большая рекламная кампания, в результате которой массмедиа с молчаливого согласия или даже одобрения врачей начали убеждать женщин заменить грудное молоко эрзац-продуктом. Под предлогом того, что кормление грудью вызывает искажение красивой женской фигуры и женщина может потерять привлекательность для своего мужа, который после трудового дня ищет дома отдохновения и красоты. Зачем вам самой кормить, мамочка, когда наука придумала чудесный заменитель молока. Просто добавь воды!
В общем, послевоенное поколение беби-бумеров (1945–1965) было выкормлено на высушенном коровьем молоке, вновь разбавленном водой. Кстати, сухое коровье молоко и по сию пору почти целиком составляет смеси для вскармливания, остальной небольшой процент – добавки, о которых ниже.
Возникает резонный вопрос: для чего совершать лишние действия – сначала высушивать молоко, а потом снова разбавлять его водой? Это же лишние траты труда и денег! Ответ кроется в экономике. Молоко на 87 % состоит из воды. Так зачем платить транспортным компаниям за перевозку воды, которой и так везде полно? Извлечем 13 % сухого остатка и будем перевозить только порошок! А потребитель дома сам разведет и сам простерилизует, авось не переломится.
При этом высушивание преследует еще одну цель – из молока при этом процессе удаляют жир. Жир удаляют потому, что он имеет свойство прогоркать, а производителю и продавцу нужен на прилавке непортящийся продукт, который хорошо перевозится и долго лежит.
А что самое ценное в молоке для развивающегося организма? Да как раз жир! Именно из жира строятся все клеточные оболочки – внешняя мембрана, мембрана ядра, эндоплазматический ретикулум… Мы об этом уже говорили, это всё липиды, то есть жир. Кроме того, организм ребенка строит из жира, помимо прочих, и иммунные клетки, то есть недостаток жира грозит младенцу иммунодефицитом. Так вот, чтобы ребенку было всё же на чем расти, из чего строить клетки, в детские смеси добавляют растительные жиры – рапсовое[8], пальмовое, кукурузное и подсолнечное масла.
То есть производители извлекают из молока двойную выгоду – снимают сливки и масло, а из обрата (остатки после сепарирования), который раньше выливали скоту в поилки, делают порошок, добавляют пальмового масла и называют детским питанием…
К счастью, через два поколения после описываемых событий парадигма сменилась, и педиатры теперь говорят: грудное молоко бесспорно предпочтительнее смесей! Нынче это будущим медикам прививают со студенческой скамьи. И добавляют: «Но если своего молока нет, то нужно кормить смесями, говорят, там всё продумано». А когда начинаешь читать, что в эти смеси входит, за голову хватаешься, видя крахмал, глюкозу и пальму.
Причем в свет выходит масса научных работ, утверждающих, что смеси для детского питания невероятно полезны и вообще они – чуть ли не панацея. Но кто финансирует эти исследования? Как правило, производители смесей. И здесь ситуация точно такая же, как в фармацевтической промышленности, двоюродной сестрой которой оказалось производство детских смесей, – сами же производители и дают деньги на исследования! И дают, понятное дело, тем, кто готов пайку честно отработать и прийти за новой. Например, очень хорошо и охотно платит «Нестле» за научную пропаганду своей продукции. Выделяемые гранты – от 20 до 100 тысяч долларов.
При этом параллельно в сфере общественного внимания клубится множество легенд о вреде обычного молока. И для взрослых оно якобы вредно, и даже для детей. Та самая диетологиня, с которой я начал рассказ о детских смесях, в своей лекции на голубом глазу заявила аудитории, что выкармливание младенцев коровьим молоком (вместо вкусных и питательных смесей) может потом, в далеком будущем, привести к гипертонии и атеросклерозу. Лютый бред! Лютейший! Ну как можно доказать, что у человека, который в детстве пил молоко, в пятьдесят лет развилась гипертония, а в шестьдесят возник атеросклероз именно от этого? Повторяю вопрос: почему не от огурцов?
Вы, быть может, спросите:
– А где же логика, почему она ругает молоко и не ругает детские смеси, ведь те самые детские смеси как раз и делаются из коровьего молока, оно составляет их основу?!..
На это вам производители ответят:
– Ну-у, во время термического выпаривания мы ведь все вредные вещества из молока убираем. И добавляем много пользы!
Какую «пользу» они добавляют, мы уже знаем, а какие такие «яды» удаляет из молока выпаривание, лучше спросить распространителей этих легенд…
Вот еще прекрасный пример наезда на молоко. Берем один из лучших журналов теоретической медицины – «Медицинские гипотезы» (
«Хронические заболевания западного мира и западных обществ – такие, как коронарная сердечная недостаточность, диабет первого типа, рак, гипертония, ожирение, деменция и аллергические заболевания, – сильно зависят от пищевых привычек».
Вроде бы всё правильно! Кто же с этим будет спорить? Но дальше постепенно-постепенно авторы приходят к шокирующему выводу, что именно потребление молока может быть пищевым фактором, приводящим ко всему перечисленному. Причем это чисто умозрительная гипотеза, экспериментов никаких авторы не ставили, просто сел человек и придумал очередную гипотезу для журнала про гипотезы.
Чем же автор обосновывает свой вывод? Ну, например, тем, что есть в молоке такая штука, которая похожа на предшественник инсулина и называется IGF-1 (инсулиноподобный фактор роста). И вот из-за своей химической схожести этот гормон может как-то там впоследствии вызвать диабет первого типа. Нет-нет, авторы не делают никаких скоропалительных выводов! Они честно пишут, что «нужны дальнейшие исследования», чтобы доказать их идею. Но тень брошена, поди, простой человек, разберись – то ли он пальто украл, то ли у него украли… Ну его, это молоко! Вредное оно, говорят.
А что полезное?
Ну, диетологи рекомендуют употреблять сыр. Причем иногда те же самые, которые клянут молоко и называют его вредным продуктом. Но ведь сыр делается из молока! Сыр – это, по сути, «сгущенное» молоко. Как может концентрированный яд вдруг стать полезным?
Но если отвлечься от вымыслов досужих теоретиков, высасывающих гипотезы из пальца, и посмотреть на серьезную научную работу, например, обширное метаисследование (Pediatrics, 2014, № 14), обобщившее результаты сотен других независимых исследований молока, то мы внезапно увидим, что за всеми этими страшилками о вреде молока… ничего не стоит, кроме мифов.
Авторы метаисследования задаются рядом аналогичных вопросов, например: «Неужели молоко так вредно для здоровья детей?» И последовательно отвечают на эти вопросы, делая в результате «неожиданный» вывод, что, оказывается, никакого доказанного вреда молоко не несет, а несет только доказанную пользу:
«Потребление молока было объявлено главным промоутером западных хронических заболеваний… [Однако] коровье молоко представляет собой главный источник белков, питательных веществ и кальция… Негативный эффект коровьего молока из-за недостатка в нем железа теоретически возможен (но не обязателен
И совет, который в конце дают от себя авторы метаисследования: к 24-му месяцу нужно переходить на молоко с пониженным содержанием жира, вот и всё.
Но этот совет я отменяю! И говорю: не торопитесь ограничивать ребенка в жире, пока он растет: ему надо строить клетки! Так что сливочное масло, сметана и молоко должны сопровождать растущий организм до пенсии.
Каков же общий вывод из сказанного? Чтобы его извлечь, не нужно садиться на стул в позу роденовского мыслителя, подперев трудовой череп мозолистым кулаком, морщить мускулистый лоб и немыслимо тужить мозг.
У нас ведь получается странная вещь – если женщине нужно при отсутствии своего молока выкормить ребенка, она проходит мимо магазинных полок с наилучшим природным аналогом материнского молока, то есть мимо молока коровьего и козьего, и устремляется к полкам с порошками. То есть к тому продукту, который сначала обезжирили, высушили, добавили вместо животных растительные жиры, а теперь его надо опять развести… Почему бы ей тогда сразу не купить нормальное молоко с нормальным животным жиром, которое и разводить не нужно? Какой во всем этом смысл, тем более что смесь стоит дороже молока, да еще и требует дополнительных трудозатрат по своему приготовлению?
Когда нам говорят, что коровье молоко все-таки отличается от женского, поэтому нужно покупать «сбалансированные смеси», как-то забывают, что эти смеси еще больше отличаются от грудного молока! В грудном-то молоке уж точно нет ни пальмового, ни рапсового масла, ни крахмала, ни сахарозы. Кроме того, говоря об отличиях человеческого молока от коровьего, рассуждают только о средних цифрах. Когда мы берем молоко в магазине, там действительно всё соответствует средним цифрам. Но если мы идем от женщины к женщине, от утра к вечеру, от месяца к месяцу (младенца), мы вдруг видим, что состав женского молока меняется в зависимости от стадии грудного вскармливания, времени суток и, конечно же, от индивидуальных особенностей каждой женщины. Причем некоторые вещества имеют многократный размах колебаний, то есть различаются по концентрации в грудном молоке чуть ли не на порядок!
Организм матери, находясь в непосредственном контакте с ребенком, всё время осуществляет тонкую подстройку состава молока конкретно под своего ребенка, меняя этот состав, содержание гормонов и питательных веществ. У них генетика одинаковая! Именно поэтому грудное молоко всегда лучше любых заменителей[9]. Даже кормилица не заменит вашего молока, а даст другую формулу.
Усредненное коровье или козье молоко из магазина, конечно, не сможет подстраиваться под вашего ребенка, это «пищевой протез». Но точно так же не сможет этого делать и порошок, который вы разводите водой, несмотря на всю свою «сбалансированность». Тогда зачем платить больше за худшее?
И все разговоры о том, что в среднем коровье молоко отличается от среднестатистического женского молока, не имеют особого смысла, потому как состав женского молока колеблется с таким широким размахом, в котором межвидовые отличия просто тонут. И если уж всё равно нужно чем-то кормить ребенка в отсутствие своего молока, так берите козье или коровье.
Посмотрите на графики ниже. На них показано, как меняется содержание тех или иных элементов в грудном молоке в зависимости от времени суток. А вообще разных веществ в грудном молоке – сотни. И скажем, концентрация кальция в нем может меняться в 5 раз, а фосфора – до 22 раз.
Поделиться книгой: