Помоги проекту - поделись книгой:
Это противное дыхание. Мерзкое, теплое дыхание. Пар, влажные, еле уловимые, капли в воздухе. Я чувствовал его глаза. Я знал, что они горели красными огнями, но я не видел этого. Просто интуиция сама диктовала это.
Мне так страшно, что хотелось съежиться. Какие тут упражнения с табуреткой…
Я шарахался от собственных шагов. Сердце выбивалось из груди. Отец учил меня не падать в грязь лицом. Думаю об этом, и тот сам собой проецируется перед глазами. Я и сейчас вижу его хмурое лицо. Вижу все его морщины, темные круги под глазами, преждевременную седину и венозные руки. Эти строгие черты…
Он много работал, вечно состоял в разъездах, но кормил всю семью. Как положено главе, весь дом держался на нем.
Я боялся его и уважал одновременно. Он с малых лет был строг со мной. Закалял с первых шагов. Даже когда я падал, будучи неуклюжим ребенком, он никогда не поднимал меня и матери запрещал. Я должен научиться вставать на ноги без посторонней помощи.
Всегда, когда я чувствовал бессилие, я представлял его. Отец – моя главная опора, кумир и образец для подражания, как бы тяжело ни было.
– Да как ты смеешь, – будто говорит он, – как ты смеешь создавать такой жалкий вид. Прекращай заниматься дурью! Тебе пророчили стать избранным, чтобы сидеть в углу, поджав хвост?
Он говорил толковые вещи, пусть и через призму собственного малодушия и чопорности.
– Я боюсь смерти. – Как-то решился сказать я. Это старое воспоминание, многое уже стерлось из памяти, но кое-что таилось в дальних уголках души.
– Значит, надо умереть! Иначе не будет никакого сражения. Сражаться надо уже будучи мертвым, так никакая смерть не страшна.
Легко сказать…
Ах, черт, вот бы знать наверняка, что будет дальше?
Я сидел покачиваясь. Обхватил голову руками и пытался абстрагироваться. Все равно никто не видит, стыдиться нечего.
Перебрав всевозможные варианты, до меня снизошло озарение, словно гром средь ясного неба: «Зеркалица!», а ведь и, правда, я совсем забыл об этом.
На следующий день я одолжил ту карточку у Полины. Она, как ни странно, не упустила своего шанса поглумиться над моей просьбой: – Не такое уж у меня и глупое занятие, не так ли?
Она покусывала губы, вертелась туда-сюда. Ей нравилось играть со мной, но это даже флиртом было сложно назвать. Даже отчитывать ее за такое поведение не хотелось. Что-то было в ней жалкое, но способное к сочувствию. Я знал, что любое мое ласковое слово в ее адрес, будет словно подаяние. Обнадеживать ее не хотелось, но я чувствовал, что для нее это необходимость.
– И такие вещи могут иметь значение.
– Вау, правда?! Я рада, что ты разглядел во мне потенциал.
– Да я и не сомневался в нем. – Я сказал это с безразличием, будто озвучил свои обыденные мысли. Та растаяла. Даже о своей язвительной натуре забыла. Только услышал в ответ короткое: «Ох…», мой план, очевидно, сработал. – Ты мне лучше скажи свое экспертное мнение. Легко ли одолеть эту штуку?
Она в растерянности пожала плечами: – Да сделать-то это несложно, особенно когда он из туманной субстанции преобразовывается во что-то похожее на дерево. Тут в другом вопрос: С какой целью?
– Да так, узнать хочу кое-что.
– А если конкретнее? Не смотри на меня так, я не ради личного интереса это спрашиваю. Это серьезно.
– Хочу… увидеть будущее.
Полина так побледнела, что даже медленно села за парту: – Боюсь, это будет дорого стоить.
Мне не нравился этот тон, но давать слабину чувствам я не планировал: – Неужели, кровью? – Я нарочито гордо усмехнулся, будто пропустил шуточку.
– Это не смешно.
– Да ладно тебе, Поль. Он меня убьет, по-твоему?
– Не убьет, но что-то важное забрать может. Как я и говорила, он очень хитрый и способен вскружить голову. С таким лучше не иметь дел. Забери опыт, и думать о нем забудь.
– Ну, я не внушаемый. Всякого рода попытку мной манипулировать смогу раскусить. А ежели что, я вроде не нищий, заплачу, чем смогу.
Та что-то засуетилась, скрестила руки, тяжело вздыхала.
– Не знаю. Не нравится мне эта идея.
– Да почему?
– Ходит такая легенда: Если отдать ему свою душу, в качестве платы, оно покажет тебе твою истинную сущность. Ты сольешься воедино со своим отражением и больше никогда не станешь прежним.
– Звучит занятно. Думаю, мое истинное я меня уже настигло. Бояться нечего. Я буду цел и невредим.
Увидев мою беспечную улыбку, она обмякла снова. Видимо, мне удалось ее убедить в собственной беспечности.
– Ладно. Там подписаны статы, силы у него немного, но проворства хоть отбавляй. Достаточно оружия из не самого качественного металла, но только когда он дерево. Будучи туманом, ну или дымкой, ты его никак не заденешь. В таком состоянии он всегда пребывать не может, так что достаточно только подождать.
– Понятно, значит, главное набраться терпения.
– Вот именно.
– После победы он не устранится?
– Он – дух высокого уровня. Таких просто не завалить. Да и ради пощады…
– … Попросит заключить сделку? А, ну это я по сказкам помню. Ну, что ж, звучит не так уж плохо.
Она сделала пару томных вздохов и видимо хотела еще раз разубедить меня, но не решилась: – Не забудь про мой «Острый слух» и «Змеиная ловкость». Лишними не будут. И это… Ты мне только потом карточку верни, она эпическая все-таки.
***
Перед тем, как пойти на квест, я встретил Васильева. Он все также ходит с этим знаком на груди. Странный персонаж: Выглядит невзрачно, стоит в углу и вечно ему что-то нужно. Человек – бесконечный источник предметов. Впрочем, очень полезный. О нем даже говорить ничего не хочется.
– Васильев, благослови меня на подвиг!
– Конечно, только выполни для меня кое-что.
Я закатил глаза. Одно да потому. Вот почему нельзя что-то дать просто так? Ну, или в рассрочку.
– Ладно, что на этот раз?
– Мне математичка задала найти несколько геометрических фигур, закупоренных в магических сферах.
– И я их найти должен?
– Да.
– А взамен что дашь?
– Неплохой короткий меч!
Я сделал тяжелый вздох, будто раздумывая над ответом: – А есть что-то более весомое? – На самом деле я рассчитывал на увеличение статов или улучшение для оружия. Я не был слабым, но лишние поинты не помешают, да и на будущее пригодилось бы.
Он помялся на месте: – Ну, могу еще свиток «Очарование» дать.
«Прекрасно» – не без сарказма подумал я. И кого мне этим соблазнять прикажешь? Мифическое существо? Вот же жадина, а. Знаю же ведь, что у тебя инвентарь бесконечный, просто дуру из себя строишь.
– Ладно, оставь себе. Как эти фигуры-то выглядят?
– О, они белые, небольшого размера и светятся как пузыри. Тебе их предстоит искать вне школы. – От этих слов я поморщился. Как много мороки, зря я взял дополнение. Надо было сразу на основной квест идти. – Они отмечены на карте, так что прогулка много времени не должна занять.
Эх, делать нечего. Да и опыт лишним не будет.
По дороге я чуть не сшиб светловолосую девушку в расшитом узорами кафтане. Ее я раньше не видел. Та, конечно, не разбилась, но кинематографично обронила все свои бумаги на пол.
– Давай помогу.
Она молчала. Секунду спустя я заметил, что она всматривалась в мое лицо, после чего густо залилась краской.
– Что-то не так? – Продолжил я.
– Ох, э… нет! Все в порядке! Эм, не стоит я…
– Пустяки. – Улыбнулся я. Она в ответ тоже.
Собрав все в охапку, та начала меня бурно благодарить и кланяться. Приглашала попить чай в учительской, но я вежливо отказался и попросился в другой раз, мол, большая занятость и все такое. Не люблю сидеть в этом кабинете. Все учителя на одно лицо. Неуютно.
– Какая жалость! Ах, отличникам никогда не дают ни минуты отдыха.
– Тоже верно, но что поделать, таков наш тяжкий крест.
Она хихикала, теребила волосы и крутилась на месте. Кажется, я сумел произвести на нее впечатление. Главное, иметь ровный тон голоса и уверенность в своих убеждениях. Такие мелочи радуют обывателей и препятствуют образованию спора.
– А меня Лариса зовут.
– Илья Силантьев.
– Ах! А я-то думаю, что-то лицо знакомое. Ты у завуча самый примерный ученик, повод для гордости, так сказать. Всегда нахваливает тебя по поводу и без. Я даже злилась сначала, думала, какой тщеславный парень, а теперь вот вижу, что не зря. Приятно с тобой познакомиться.
– Взаимно. – Не унимая улыбки, проговорил я, протягивая руку.
– Н-но ты в учительскую все равно приходи! Мы тебе всегда рады.
– Всенепременно. – Я не верил в искренность ее слов, но и прямо сказать об этом не мог. Не люблю навязчивость. Она, как правило, не имеет ничего общего с разумом. – Ну, я пойду, красавица. Дела не ждут.
Та, в свою очередь, вспыхнула еще большим огнем.
***
Я заметил свою принцессу около железной дороги. Я решил действовать незамедлительно, судьба не каждый день подсовывает такие знаки, но, увы, ее охраняла ужасная дракониха в потертых налокотниках и безвкусной зеленой рубахе. Я не решился подойти к ним. Знать не знаю, кто она такая, но вид ее мне не симпатизировал. Волосы короткие, потрепанные. Слишком мальчиковая для своих мизерных габаритов. Машу же позову на игру позже, да и фигурки эти злополучные следовало собрать, да побыстрее.
Скрывшись в зарослях, я сделался для них незаметным.
Пусть я и был невольно увлечен этой игрой, у меня не получалось не замечать их. Они что-то так бурно обсуждали, что в какой-то момент я плюнул на этот бред и применил «Острый слух». Мало ли, а предупрежден – значит, вооружен. Да, снова зелье. Этот случай можно считать исключением. Все равно Полина даст мне еще.
Сначала были помехи, как на радио, но потом постепенно этот шум превращался во внятный шепот, а потом и вовсе в членораздельные слова.
Они говорили про уроки, точнее о предстоящей на этой неделе контрольной работе. Маша жаловалась на плохие отметки по литературе, на что подруга лишь жалостливо вздохнула: – У самой не все так гладко.
Бесполезная, как дождь апрельский. И что она в ней нашла? Совершенно неинтересная девочка, которая даже себе помочь не может, не то что другим.
Поезд прошел, и они пошли дальше. Я следовал за ними в режиме скрытности.
Далее в диалоге не было ничего интересного. Какая-то бытовуха, предложения погулять, девчачьи мелочи.
Я уже было хотел оставить эту затею, но тут промелькнуло что-то интересное. Я даже оживился.
– Так, значит, дракон существует? – Спросила Маша.
– Ага.
– До меня доходили легенды, но я думала, что это всего лишь слухи. Говорят, дракона видят лишь те, кто лишился всего и терять больше нечего.
– Да, к сожалению, это правда.
Если все то, что она говорит правда, получается, Черный Зверь более чем реален. Не то чтобы я хотел ей верить, но готов поклясться, что она что-то знает. Ее знания могут пригодиться.
– Неужели, ты оказалась в таком положении?
Подруга ответила не сразу: – Я была не в себе, и я…
– Не беспокойся. Ты через многое прошла, так что я не имею права упрекать тебя. Только вот одного не могу понять. Неужели его так просто победить? Это лишено смысла.
– Я бы так не сказала. Его ни сколько можно победить, сколько обхитрить. – Я взял эти слова на заметку.
– А зачем ему пуляться огнем, если он, допустим, может тебя съесть?
Та посмеялась: – Ты что, у него такие габариты! Я же маленькая. Мной особо не насытишься. Что там есть?
– Ты думаешь, такое существо побрезгует хлебными крошками со стола?
Их смех постепенно превратился в шум, и теперь я не слышал ничего.
***
Поделиться книгой: